Искусственный гуманоид, синтек нарочито карикатурно наступал на свою жертву, сминая под своими ногами куски бетона, словно иссушенные временем человеческие черепа, превращая их в крошки и щебень. Его искусственное тело, созданное для удалённого подключения сознания власть имущих старого мира, физически находившихся в безопасности – в специальных криокамерах на орбитальных станциях, по сути выполняло роль проводника в разрушенном ядерной войной мире. Самое печальное для людей, которые не в состоянии были позволить себе билет в бессмертную жизнь, заключалось в том, что даже если ликвидировать такую болванку, сознание криопассажира авторизируется в другого синтека, конвейерно-создаваемого заводами в автоматизированном режиме.
Позже разведка тех крошечных остатков Земных властей выяснит, что коррекция производства пустых синтеков производилась на отдельных орбитальных станциях, предназначенных для ключевых специалистов, в том числе инженерного персонала для восстановления уничтоженной ядерной войной планетарной инфраструктуры. Это были отдельные от власть имущих станции, криокапсулы которых не предназначались для удалённого соединения и управления синтеками, фактически это был обслуживающий персонал, высококвалифицированные рабы, для разработок и внедрения новых видов инструментов и модификаций в производство синтеков для развлечения подключаемых.
Коридор, по которому пробирался синтек к своей жертве, видел лучшие времена: испещрённые трещинами полуобвалившиеся стены и потолки, давно покинутые пустые помещения.
Вот она цель его интереса – девчушка лет пятнадцати, в её глазах отчетливо выражалась усталость и потеря надежды, она покорно ожидала своего конца, лёжа в пыли. «Видимо подвернула ногу» – подумал он, наслаждаясь моментом.
–Я нашёл тебя! – синтек нависал над девушкой, бежавшей от него на самый верх трёхэтажного здания, в грязных, потрёпанных временем и жизнью, одеждах под стать сезону – он неоднократно испытывал разочарование в том, что не может ощутить прохладу морозно-осеннего города, но списывал это на несовершенство человеческой мысли в области инженерии искусственных тел.
Из его пасти вырвался мерзкий смешок. Он настиг её, когда она споткнулась и упала на пол, обдирая свои ладони в вязанных перчатках «без пальцев».
– Не надо больше от меня бежать, я от этого ещё больше растр… – он не успел договорить, его череп разнесло на детали одним точным попаданием, тело синтека рухнуло на бетонный пол, поднимая пыль вокруг себя. Серая жидкость потекла из дырки в его голове, растекаясь в грязи и осколках стекла и бетона.
Яна подняла руку вверх, давая знак, что с ней всё хорошо. Снайпер в дальнем конце коридора, мужчина в возрасте, в таких же грязных одеждах, с изрядно поседевшей неопрятной бородой и вязанной шапкой на голове, отнял глаз от прицела винтовки и шумно выдохнул: ещё чуть-чуть и наживка могла превратиться в натуральную жертву.
– Ты как? – крикнул он, торопливо шагая в сторону девушки, на ходу закидывая за спину винтовку с прикрученным к стволу самодельным глушителем.
– Яна, ты как? – повторил он, переходя на бег и включая на ходу мобильную рацию.
– нормально, – отозвалась она, – нормально, я в порядке, – заговорила она, её голос сорвался на нервный смех, а затем слёзы хлынули из глаз ручьём, и в следующее мгновение она, рыдая и шумно всхлипывая, с усилием поднялась на колени, доползла до стены коридора и, облокотившись на неё спиной, села, обняв поджатые ноги руками.
Она пыталась взять себя в руки, но безуспешно: тело предательски не слушалось, вздрагивая в приступах истерии.
Игорь, подбежав к Яне перешёл на шаг, из набедренной кобуры достал пистолет.
– Я сейчас, – прошептал он, взглянув ей в глаза, остановился у тела синтека. Головная плата, как и мозговой процессор были раскурочены. Игорь удовлетворённо кивнул, синтек не подавал признаков жизни.
– Матка ответь, это трутень семь ноль, как слышно? – Игорь заговорил в рацию.
– Матка на связи, – с шипением отозвалась рация, мужской голос устало проговорил, – что у вас трутень семь ноль?
– синтек минус, как слышно?
– Принято. Синтек минус. Зафиксировал. – приободрившись, деловито отозвался голос. – первая хорошая новость за сегодня.
Помехи слегка искажали передачу сигнала.
– как Яна? – донеслось из рации чуть погодя.
– главное цела, Валер. Приходит в себя, этот хорошо потрепал нервы.
– Принял. Ставлю чайник. Конец связи.
Игорь пнул ногу синтека. Реакция, равно как и рефлекс, отсутствовали. «Это хорошо» – отметил он про себя, убирая пистолет обратно в кобуру.
Он подошёл к девушке, присел перед ней на корточки и взял её за руки.
– Ты молодец, доча! Я горжусь тобой. – он с силой сжал её руки, она наконец оторвала красные воспалённые глаза от ног и посмотрела на отца. – пойдём, нас уже ждут. – проговорил он вставая. Не отпуская её рук, он помог ей подняться на ноги с пыльного пола.
– я поддалась панике и потеряла оружие, – сказала она, вытирая слёзы, – это недопустимо.
– Ничего, дочка. Скажем, что он выбил его у тебя из рук. – он обнял её и поцеловал в лоб.
– пап, почему я? – проговорила она в его грудь.
С ответом мешкать было нельзя. Он каждый раз ждал этот вопрос, и каждый раз, с тяжёлой душой и сердцем, но бодро проговаривал заранее заготовленные ответы. Он и сам задавался этим вопросом, и, равно как и всегда, приходил в своих рассуждениях к одному и тому же выводу: чем жёстче жизнь калечит, тем сильнее закаляется человек. Самое главное – не сломаться, не опустить руки, иначе всё, весь пройденный путь будет зря.
– кто, если не мы. – просто сказал он.
Мерзкое шипение разрушило в прах момент торжества жертвы над побеждённым хищником.
– знаешь ли ты как сложно сейчас авторизоваться в теле, если вы, тупые обезьяны, уничтожили заводы, которые мы отстраивали на свои кровно заработанные?
Игорь резко дёрнулся, быстро достав пистолет и, приняв позицию для ведения огня, он судорожно осматривал тёмный коридор в поисках источника звука.
Динамик. В углу коридорной ниши над головой почти у самого потолка он увидел динамик для оповещений – это было здание полуразрушенной больницы. «Электричества здесь нет, все электросети разрушены. Единственный возможный вариант, только если эта тварь подключилась к местной системе электропитания напрямую. Тогда почему остальные молчат?». – Игорь, прикидывая возможные варианты, заметил еще несколько сохранившихся устройств оповещения.
– Урод здесь. – резюмировал он. – не знаю, где именно, но в здании.
– Как? – Яна была в панике. Буквально считанные минуты назад отец уничтожил синтека, который хотел превратить её в кровавое месиво, и тут он оказывается совсем рядом.
– Не знаю, – Игорь наклонился к рации – Матка, я Трутень семь ноль, запрашиваю подкрепление в квадрат д-6. У нас тут маньяк в системе оповещения больницы.
– Трутень семь ноль, это Матка. Петрович, мне жаль, в вашем квадрате никого. Группа раненных покинула соседний сектор. От убежища к вам минут тридцать ходьбы. Держитесь там. Как принял?
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.