«Моя гениальная подруга 3. Те, кто уходит, и те, кто остается / Storia Di Chi Fugge E Di Chi Resta» adlı sesli kitaptan alıntılar, sayfa 5

К сожалению, десятилетия спустя мне пришлось признать, что я ошибалась: бежать было некуда. Все это были звенья одной цепи, различавшиеся разве что размерами: наш квартал — наш город — Италия — Европа — наша планета. Теперь-то я понимаю, что болен был не наш квартал и не Неаполь, а весь земной шар, вся Вселенная, все вселенные, сколько ни есть их на свете. И сделать тут ничего нельзя, разве что только упрятать голову поглубже в песок.

Мир все ещё держится, но если он упадёт, то точно разобьется.

В мужской дружбе свои законы – неписаные, но нерушимые, – не то что в женской.

Болен был не наш квартал и не Неаполь, а весь земной шар, вся вселенная, все вселенные, сколько ни есть их на свете.

Я тогда так и звонил бы тебе вечно и полюбил бы телефонные гудки в пустоте – единственное, что мне от тебя осталось».

Я чувствовала себя каплей дождя, повисшей на ниточке паутины, и делала все возможное, чтобы не соскользнуть вниз.

. Я старалась не остаться в долгу, во что бы то ни стало хотела доказать ему, что тоже кое-что умею. Но стоило мне увидеть его покорным и счастливым, как что-то щелкнуло у меня в голове. Для меня это

Замужем за Рино, братом Лилы, с которым воспитывает сына Фердинандо, он же Дино Альфонсо , сын дона Акилле. Дружил с Эленой, в лицее сидел с ней за одной партой. Помолвлен с Маризой Сарраторе

Акилле. Работает сначала в семейной колбасной лавке, затем – в обувном магазине. Замужем за Рино, братом Лилы, с которым воспитывает сына Фердинандо, он же Дино Альфонсо , сын дона Акилле. Дружил с Эленой, в лицее сидел с ней за одной

Тогда, на Искье, вздыхал он, во время наших