«1984» adlı sesli kitaptan alıntılar, sayfa 230

. Сегодня есть страх, ненависть и боль, но нет достоинства чувств, нет ни глубокого, ни сложного горя

он никогда не существовал. Жара стояла изнурительная. В министерских лабиринтах, в

Между ними протянулась ниточка понимания, а это важнее дружеских чувств или соучастия.

Они соглашаются с самыми вопиющими искажениями действительности, ибо не понимают всего безобразия подмены и, мало интересуясь общественными событиями, не замечают, что происходит вокруг. Непонятливость спасает их от безумия. Они глотают все подряд, и то, что они глотают, не причиняет им вреда, не оставляет осадка, подобно тому как кукурузное зерно проходит непереваренным через кишечник птицы.

В вестибюле пахло вареной капустой и старыми половиками. Против входа на стене висел цветной плакат, слишком большой для помещения. На плакате было изображено громадное, больше метра в ширину, лицо – лицо человека лет сорока пяти, с густыми черными усами, грубое, но по-мужски привлекательное.

После темноты чахлый огонек керосиновой лампы показался очень ярким. Только теперь он разглядел женщину как следует. Он шагнул к ней и остановился

Свобода – это свобода утверждать, что два плюс два равно четыре. Если можно это, все остальное тоже последует».

Считалось, что молодые девушки всегда невинные и целомудренные. Ну, перед тобой пример обратного

сала, весьма отличался от поездки сюда и завершался другой станцией. «Никогда не возвращайся тем

Они никогда не взбунтуются, пока не станут сознательными, а сознательными не станут, пока не взбунтуются.