Иллюстратор Евгения Логинова
© А. А. Туханова, 2020
© Евгения Логинова, иллюстрации, 2020
ISBN 978-5-4498-8880-8
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Привет, дорогой друг. Я рада, что ты открыл этот сборник рассказов. Все они расположены в хронологическом порядке. Ни один из них не подлежал глобальной редактуре перед публикацией. Это объясняется просто. Я хочу, чтобы каждый из вас смог пройти бок о бок со мной тернистый путь от самой первой работы до нынешнего времени. Видел, как развивются мой слог, мой стиль, моя фантазия. Это действительно заметно, ведь даже я, приступив к обработке материала, перечитывая свои первые рассказы почти через год после их написания, была не очень довольна ими. Они затянуты, местами хромает логика, некоторые предложения построены очень смешно, неудачно подобраны слова… Но пусть каждый из вас поймет, что практика и опыт правят балом. Чем больше я писала, тем лучше и проще это выходило. Но даже сейчас мне есть куда расти. И точка совершенства никогда не будет достигнута. В этом и есть суть стремления. Пусть каждый из вас познает путь проб и ошибок. Пусть каждый из вас осознает, что не нужно стыдиться своих неудач.
Я на дух не переношу счастливые концовки, я не люблю, когда главные герои достигают успеха и приходят к победе, я ненавижу создание героев-идолов, идеальных во всем. Ведь даже самый праведный человек допускает ошибки. А реалии жизни таковы, что успешный финал, не такая частая вещь. Поэтому сборник пронизан атмосферой мрака и драмы. Смерть окружает почти каждый мой рассказ. На протяжении всего пути, лишь несколько работ отличились положительной атмосферой. Но именно в трагедии я нашла себя, именно в этом мое вдохновение, моя фишка. Но это так же помогает мне оставаться позитивным человеком, ведь всю боль, что рождается в моей душе, я не держу, а изливаю на страницах книг.
Читая рассказы, не пытайтесь задаваться вопросом, кто их написал: оптимист, пессимист или реалист. Ответа вы не найдете. Я не отношу себя ни к тем, ни к другим, ни к третьим. Ведь на все вещи у меня свой, «Иной взгляд».
Когда я приступала к написанию самого первого рассказа, то хотелось показать, что тот, кто владеет словом, владеет и миром, и сердцами других людей. Что в своих изречениях нужно быть крайне осторожным. Именно тогда я задумалась…
Правда, я никогда не забуду август прошлого года. Когда мир превратился в подобие немого кино…
Лето выдалось не очень. Постоянно холодно, дожди не прекращались изо дня в день, ветер завывал, нагоняя все новые и новые порции туч. Это заставляло и без того потерявших тягу к прогулкам и живому общению людей еще больше увязнуть в интернете, прочнее закрыть себя в своем маленьком мирке и отсиживаться в четырех стенах дома.
Однако, август, с первых же своих дней подарил нам чудесную жаркую и сухую погоду. Какая благодать! Солнце с самого утра и до вечера. Ни облачка на небе. Жизнь вернула свой летний окрас. Но привыкшие к сидячему образу люди не спешили выползти на улицу. И я была среди их числа. Серая мышка, затюканная жизнью.
Утро началось, как обычно, не слишком рано. Часов в десять. Проснувшись, я позавтракала и решила поперебирать струны своей гитары. Отладив инструмент, я взяла первый аккорд, и мелодия перебора заполнила комнату. Но момент вокального вступления так и не наступил. Пальцы бегали по натянутым струнам, но я не могла вымолвить не слова. Что случилось? Я перестала играть. Появилось желание разобраться в случившемся.
Волновал один вопрос: попал ли в такую ситуацию кто-то еще? Например, Вика- моя подруга. Не теряя больше времени, я взяла телефон и набрала ее номер. Ответила она почти моментально, но тишина на том конце провода заставила пробежать мурашки по моей спине. Она тоже.
Спустя пару минут я открыла свою социальную сеть. Там было несколько десятков сообщений с просьбой отправить голосовое любого содержания. Это оказалось уже слишком. Неужели никто не может издать и звука? Я даже отвечать на просьбы не стала, отложила в сторону телефон и, в состоянии полного шока выползла из квартиры. На лестничной площадке я встретила тетю Зою- соседку с третьего этажа. Ее местные называли Божий одуванчик, за сочетание пышной кудрявой шевелюры и характера а ля ангелочек. Весь наш контакт закончился молчаливой переглядкой испуганных глаз. Позже, в подъезд повалили другие жильцы дома. И все с одной и той же проблемой- пропал дар речи.
Сложно описать свои эмоции в тот момент, так как в одну кучу смешался страх, шок и недоумевание. Но позже выяснилось, что такое случилось с каждым живущим в мире человеком. Об этом писали местные СМИ, «кричали» статьи в интернете, а все социальные сети пестрили о случившемся.
Правда, особых проблем в первые пару дней это не доставило. Люди заменили остатки своего живого общения на переписку и все встало на свои места. Но им потребовалось меньше недели, чтобы осознать масштабы трагедии. И вот тут выяснилось, как легко толпа поддается панике. Стоило одному гению заикнуться о том, что это начало апокалипсиса, и уже все вокруг начали скупать продукты с возможностью долгого хранения, готовясь к неизвестно чему.
А что я? Я просто бесцельно бродила по улице. На август у меня был отпуск и, в принципе, заняться особо было нечем. Уже смеркалось, но я шла по аллее, не выпуская из головы случившеюся катастрофу. Погрузившись в мысли слишком глубоко, я не заметила, как вокруг не осталось ни одного фонаря и уже совсем стемнело. Внимание смог привлечь одинокий источник света и темный силуэт в нем. Легкий туман окружал незнакомца. Остановившись, я стала вглядываться в очертания. Кажется, на нем была цилиндрическая шляпа и плащ с высоким воротником. Он не двигался. В любом подобном случае, рекомендуют обходить таких личностей стороной. Что двигало мной в тот момент- не знаю. Но я ступила в круг света от фонаря. Теперь его фигура виднелась мне более ясно- длинное бледное лицо, тощие ноги, которые можно было увидеть торчащими из-под коротких брюк и до смешных туфель с острым, закрученным к верху концом.
– Интересуют слова? – вдруг раздался его голос в пустом и тихом сквере. После недели, в окружении немых людей, слышать чью-то речь было просто потрясающе. Честно, меня постигла радость и дыхание перехватило.
Но ответить я все же не могла, поэтому молча кивнула. Слова и правда меня волновали больше, чем то, что я, в поздний час общаюсь с чудотковатым мужчиной.
– Я знал, что хоть кто-то придет в поисках речи, – улыбнулся он и, как оказалось, зубов в его рту осталось не так много, – продаю по сотне за слово! Рублей… конечно. Я не жадный.
Он распахнул свой плащ, внутри которого было несколько банок с пилюлями непонятного назначения. Но тогда у меня словно отключили способность мыслить. Запустив руку в карман, я достала двести рублей и отдала их ему. Он снова распустил свои губы в улыбке и протянул одну капсулу. Взяв которую, я смогла разглядеть на ней цифру «2».
– Съешь ее. И ты сможешь сказать ровно два слова.
Предложение оказалось слишком заманчивым. По крайней мере, для меня. И, вопреки всему здравому смыслу, я раскусила это нечто. В горле стало тепло. Мне так не в терпеж было что-то произнести, что я долго думать не стала.
– Кто вы? – спросила я и слегка поперхнулась. Даже отвыкла слышать свой голос.
– Я простой странник, которому не безразлична судьба человечества. Вы перестали ценить то, что у вас есть, в погоне за тем, чего нету. А общение через ваши СМСки затмило живую речь. Вы перестали ценить этот дар. И я решил забрать у вас его. Но чтобы окончательно научить цене слова, я подумал, что неплохо было бы продавать слова. А за такое сокровище моя цена смехотворна, -он вздохнул и посмотрел мне прямо в глаза. На миг мне показалось, что на лице его нет ни кожи, ни плоти. Просто череп. Но… правда, показалось, – Так вы будете брать еще слова? – Спросил он и ожидающе выставил руку вперед.
Такой товар я покупала впервые, но был он слишком необходим. Я отдала ему тысячу в обмен на капсулу с десятью словами. А когда развернулась, чтобы уйти, чудак исчез. Я осталась одна в свете одиноко стоящего фонаря с пилюлей, дающей право сказать десять слов.
Вернулась домой я уже в середине ночи. По уму, следовало лечь спать. Но не хотелось совсем. Из головы не выходил тот мужчина в парке и эта таблетка. Я глянула на календарь. Двенадцатое августа. Почти половина отпуска, а денег не так много осталось. Еще и эта покупка. Может и вовсе мне снится все, а когда проснусь, то спокойно возьму гитару и спою что-нибудь? Или пообщаюсь с Викой по телефону? Я так сильно хотела этого, что даже начала верить в правдивость своих мыслей и смогла заставить себя лечь спать. Но утром меня ждало разочарование…
День прошел уныло. Тратить свои слова на что-то пустое не хотелось, поэтому провела я его в тишине. А к вечеру меня озарило. И если я права, то люди вновь смогут говорить. Быстро надев кеды, я вылетела из дома и помчалась туда, к тому самому фонарю. И правда, он вновь явился ко мне.
– Хочешь купить еще слов? – спросил он, увидев меня.
Денег у меня оставалось мало, а в отпуске взять их почти неоткуда, поэтому я отрицательно помотала головой, продемонстрировав купленную вчера пилюлю и, развернувшись, пошла домой. Мои догадки подтвердились.
Если всему виной действительно Странник, то можно убедить его вернуть людям речь. Но надо заставить их обратиться к нему за словами. Сделать это я нашла единственный способ. Как обычно, подкрепилась, оделась и зашла в свой профиль контакта. Цель одна – распространить информацию о том продавце слов. Я открыла свой ВК и оставила у себя на стене запись следующего содержания:
«Слышали мой голос? Я купила десять слов у Странника, который продает речь в парке на улице Комсомольская. Кажется, вернуть нам дар речи еще возможно.»
Подкрепила все фотографией того парка, взятой из интернета, и местоположением, обозначенным с помощью карт. После, взяв в собой ту самую капсулу, вышла на улицу. Путь мой лежал к самой оживленной площади города. Добралась я туда минут за сорок. И вот, оказавшись центре, я вновь раскусила таблетку. Мои связки налились теплом. Я набрала полную грудь воздуха и крикнула, что есть сил:
– Меня зовут Дарья Лукьянова! Вся информация на стене моего контакта! – ничего больше сказать я не смогла, но и этого было достаточно, чтобы привлечь внимание людей, лишенных речи. Если раньше кричащая на всю улицу девушка считалась сумасшедшей, то сейчас такое явление просто уникально. И больше половины прохожих достали свои телефоны, дабы, не сходя с места проверить достоверность сказанного мной. А то, что я несколько минут назад голосила, лишь добавило веры. Те, кто слышали мою речь, тоже возжелали снова говорить.
К вечеру я пошла в тот же парк, все-таки решившись прикупить новых слов. А то, что увидела, заставило меня улыбнуться и удивиться одновременно. На месте фонаря стояла лавочка, надпись которой гласила: «Магазин Слов». А к ней вела очередь, состоящая примерно из ста человек. Я была услышана. И это радовало.
С того августа слова стали новой единицей измерения богатства. Чем больше ты можешь свободно говорить, тем ты богаче. Да, та катастрофа слишком быстро набрала обороты, и так же быстро вошло в моду покупать право на слово. Этот Странник делал хорошую выручку, но я уверена, что он не преследовал цель разбогатеть. Разве нужны деньги тому, кто одним своим желанием смог забрать голоса триллионов людей? В интернете, в СМИ и прочих источниках стали появляться свидетельства о его присутствии в других городах и странах. Думаю, он просто хотел научить людей ценить то, что они имеют. И у него получилось. Правда, людям пришлось работать гораздо больше, чтобы оплатить свой голос.
Конечно, это далеко не конец истории. Но она научила меня, а я хочу поделиться полученным опытом с вами. Цените то, что вы имеете. Ходите в гости, общайтесь, рассказывайте что-то друг-другу, а если вы одни, то просто пойте или читайте стихи в слух. Любите свой голос, радуйтесь тому, что вы можете говорить, ведь речь – это то, что возвышает нас. Мы способны выражать все с помощью голоса. Так давайте не будем об этом забывать, чтобы не утратить умение красноречиво говорить. Но не забывайте, что пустословие и сквернословие, тоже, своего рода, грехи.
Следующий рассказ обращен больше к теме игнорирования мелочей, а не веры в Бога. Временами, самые незначительные события могут стать началом чего-то великого, началом пути к цели, который до этого казалось невозможно найти. Я попыталась развить эту тему, составив нестандартный…
Спешка. Он очень спешил. Хотел убежать от своего же прошлого. Скрыться из Родного Города. Глеб не мог здесь больше оставаться. Гнев затмил его разум и… это стало его роковой ошибкой – невнимательность. Он выскочил прямо под несущийся грузовик, который сбил его на полном ходу…
Вот, он лежит на асфальте, чувствуя то, как холод пробирает его тело, а кровь медленно вытекает наружу. Липкая, вязковатая и теплая. А еще то, как конечности немеют. И то, что грудь сдавил незримый груз, мешающий дышать.
Что делать, когда умираешь? Ничего. Разве можно что-то изменить? Вот и Глеб, слыша, как вокруг его тела был поднят шум, приоткрыл уже успевшие высохнуть губы и, едва шевеля ими, попытался что-то произнести, но не смог. Тогда он решил поговорить с тем, в кого верил. Когда-то давно. Но вера ушла, оставив его с суровой серой реальностью один на один.
– И что? Все вот так вот закончиться? Черт бы тебя побрал! Жалкий старикашка! —крикнул он, про себя. В своих мыслях.
А вот тут произошло то, чего он никак не мог ожидать. Над ним навис легкий, такой… приятно теплый шарик света, который, спустя секунды три, залил все ярким сиянием. А когда он исчез, Глеб уже стоял посреди серого, бесконечно большого пространства, на против него находился высокий, точнее сказать, через-чур долговязый мужчина, седые, как пепел волосы которого, спускались до самого пояса, сливаясь с такими же длинными бородой и усами воедино.
– А ты разве ждал другого финала? – Спросил этот неизвестный, руки которого спускались вдоль замусоленной грязной рясы, – может я и жалкий старикашка, но вот ты… Кто ты?
Глеб, находясь в полнейшем непонимании, молча смотрел то на незнакомца, то на свое тело. На нем не было ничего. Он был абсолютно нагим. И ран тоже не было. Он свободно дышал, стоял и… заговорил.
– Я? Кто я? Я ничего не понимаю…, —растеряно затряс он головой. Его пробрало на легкий истерический смешок. – Что вообще происходит, кто ты? – В особенности он выделил «ты» и некультурно ткнул пальцем в стоящего напротив.
– Ты сам назвал меня жалким старикашкой. Все называют меня по-разному. Кто-то Алахом, кто-то Джа, кто-то Буддой, для кого-то я Иисус, а кто-то и вовсе дает мне сразу десятки имен, считая, что я не один. Но вообще, у Бога нет имени.
– Бог!? – Глеб крикнул. Слишком громко. Но эха не возникло. Столь огромное пространство словно поглотило звук. – А, по-моему, ты просто сумасшедший.
– Пусть так. Тогда и ты тоже. Ведь ты стоишь здесь, здоровый, но мертвый. И, я так понял, у тебя есть ко мне вопросы.
– Если ты и правда Бог…, – он попытался поверить в происходящее. Хотя, факт того, что еще недавно его размазало по асфальту, а сейчас он стоит тут, совершенно обнаженный, и разговаривает с костями, едва обтянутыми кожей… тут во что угодно поверишь, – то ответь, почему ты отвернулся от меня? За что обрек на такие страдания?
– Вздор. Я всегда был рядом. Помогал. Просто ты не замечал этого. Даже сейчас, когда ты так спешил, бежал от чего-то, я пытался остановить тебя.
– Каким же, интересно, способом? Что-то я не видел никаких «знамений», – тяжело усмехнулся парень, чуть опустив взор. Теперь он глядел на Бога исподлобья.
– Просто ты разучился видеть мои знаки. Ты проигнорировал зеркало, которое разбил, в суете собираясь. Ты не обратил внимание на черную кошку, которая несколько раз перебежала тебе дорогу, истошно сигналя об опасности. Но ты же не веришь в приметы, это глупые выдумки. Даже бабушку, окликнувшую тебя за несколько секунд до катастрофы, желая узнать время, ты послал. Я давал тебе знаки… Я всегда был с тобой, – ему не дали договорить, нагло перебив.
– Не ври! С самого детства я был один, без твоей помощи. Я опустился до воровства, чтобы выжить, не умереть с голоду…
– Но это я давал тебе каждый раз найти денег хоть на что-то съестное. Давай взглянем в самое начало, когда ты только родился. Твое сердце не билось. Ты родился мертвым, но я спас тебя, чтобы ты после смог создать новую жизнь… – Бог опять не договорил. Его снова перебили.
– И ты ее не сохранил! Эту жизнь, мною созданную! Оба моих сына погибли! Как ты позволяешь создавать могилы для детей! Ставить над ними кресты! – он кричал, кричал со злостью и агрессией.
– Они умерли от передозировки наркотиков. Знаешь, Глеб, я же указал им на правильный путь, но… пойми меня правильно, пройти его за них я не в силах. Они сами пошли по этой тропе. Конечно… они не могли видеть, как ты избивал их мать.
– Эта стерва того заслужила. Где же ты был, когда я опоздал на автобус? Дома она развлекалась с другим!
– Погоди… У твоей супруги было просто огромное количество мужчин, с которыми она грешила. Я всего лишь смог показать тебе истинное лицо порочной женщины. Но не нужно было применять силу. А тот автобус… Ты же слышал уже. Он слетел с трассы. В ущелье. Никто не выжил. Увы. Вопреки домыслам, я не всесилен.
– А тот пожар!? Который унес жизнь моего отца!? Как ты допустил это!? Он был еще молод!
– Это когда тебе было пять? Прости… но он был болен. Рак крови. И его ждали жуткие мучения. Ему предстояло страдать в агонии, ему быстро становилось хуже. Он сам просил меня остановить этот кошмар.
– Просто поверь мне… «Бог». Я ждал встречи с тобой всю жизнь. Даже когда вера в тебя покинула меня. Но лишь для того, чтобы разорвать твое тело на кусочки. Ты же плевал на людей!
– Что же, ты в праве так думать. Но, знаешь, я не могу позволить тебе умереть, покинуть этот мир с мыслью, что я покинул тебя, поэтому вернись обратно. В свое тело…
Пока Бог говорил эти слова, уже приблизился к Глебу и легонько коснулся его лба. Пространство закружилось и в глазах мужчины начало темнеть.
Теперь он видел, как падает откуда-то сверху, мчится камнем вниз. Но сейчас у него было полное безразличие ко всему происходящему. Он прокручивал раз за разом состоявшийся диалог и то, что произошло после последних слов чудака. Трудно было поверить, но Глеб смог. И теперь ему было стыдно за все свои действия, слова. Мысли.
Оказавшись в паре сантиметров от своего искалеченного тела, парень завис в воздухе, наблюдая, как врач уже подоспевшей скорой помощи собирает дефибриллятор, отходя от человека, лежащего в луже крови.
– Увы, я не в силах ничего сделать. Время смерти – пятнадцать сорок две.
Смерти? Чего? Глеб даже не успел обдумать произошедшее, как погрузился в свое тело. Сердце совершило сильный удар, который оказался настолько громким, что смог привлечь внимание врача, что обернулся и замер.
– Не может быть… Это просто… чудо! – тихо проговорил человек в синей телогрейке с крестом на спине. Быстро опомнившись, он развернулся обратно к потерпевшему. – Носилки сюда! Быстро!
Сердце вновь совершило удар,
Наполнив тело теплом.
Жизнь— это Божий нам дар,
Давайте помнить о том.
Мы стали жить торопиться,
О мелочах позабыв,
Мы Богу перестали молиться
И упали в пороках в обрыв.
Очнулся он уже в реанимации. Но очнулся. Открыв глаза, Глеб молчал, лежал и пилил взглядом потолок. Все, что с ним произошло, заставило задуматься. Неужели у него состоялся диалог с самим Богом? В любом случае, его собеседник открыл глаза парню. В быстром темпе современной жизни, человек перестал обращать внимания на мелкие детали, которые порой могут стоить жизни, но стал больше гневаться на различные несчастья, которые, на самом деле, могут оказаться даром божьим. Его знаком. Ведь все не так уж и плохо, могло быть хуже.
Спустя три недели его перевели в общую палату. И в первый же день к нему вошла белокурая девушка, стройная, как березка. Низенького роста и с ангельским личиком. Ника – его бывшая одноклассница.
– Привет, Глеб, ты как? – тихо сказала она, не в силах сдерживать улыбки. Румянец залил ее чуть пухлые щечки.
– Гораздо лучше, гораздо. А ты какими судьбами тут? Ты же, вроде как, в Германию собиралась, дела были, сама говорила.
– Так ты позвонил тогда, просился погостить, мол, жить негде. Я и ждала тебя, ключи отдать. Тебя все не было и не было… я стала волноваться, и, как я погляжу, не зря. А узнав, что ты попал под машину, я сразу бросилась сюда.
Ника прошла в палату и села напротив.
– А что с Олей? Она разве не пришла?
– Мы… расстались с ней. Точнее, я ушел. Вот и просил у тебя приюта.
– Вот как… знаешь, может не самое подходящее время, но, когда с тобой случилась беда, я корила себя за то, что не сказала раньше. Я давно, уже очень давно люблю тебя… еще со школы…
***
Спустя месяц, Глеба выписали. Он переехал к Нике в квартиру и там они зажили вместе, пытаясь построить новый семейный союз. Казалось, жизнь налаживается. Да нет, не казалось, а так и было. В один из вечеров они гуляли по парку, просто наслаждаясь тем, что оба живы, беседовали ни о чем и много смеялись. На фоне уходящего солнца, Глеб увидел худощавого мужчину, облаченного в рясу, седые волосы которого раздувал ветер.
– Спасибо тебе…, —сказал парень с теплой улыбкой, устремив взгляд на Бога.
Ника остановилась и посмотрела ему в лицо.
– Ты точно в полном порядке? С кем ты разговариваешь?
– С Богом, Ника, Богом. Благодарю за вновь подаренную жизнь.
Девушка вылупила на него глаза.
– Ты…
– Тшш…, —он приложил палец к ее губам, давая понять, что возражать не стоит, —На, вот, лучше.
Глеб наклонился и сорвал листик клевера, который привлек его внимание. На нем было ровно пять листочков.
– На удачу.
Ника взяла его, но была слегка напугана поведением своего мужчины.
– Это же детская примета. Разве ты когда-нибудь в них верил?
– Нет, но, с некоторых пор, верю.
А тем временем, силуэт растворился в лучах уходящего солнца, оставив счастливую пару вдвоем.
«Надеюсь, что больше у тебя не возникнет мыслей о том, что я тебя предал.»
Пока я отдалилась от актуальных проблем современного человека, в голову полезли размышления о мифологии и предвестниках апокалипсиса, согласно шестой главе Откровений Иоанна Богослова. Тогда я задалась вопросом, а что если есть иные…
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.