– И что дальше? – Андрей нарушил тишину. Они ехали в город уже минут двадцать и Вика за это время не произнесла ни слова. Но он видел, что она сильно нервничает – костяшки пальцев побелели, настолько она сжимала руль. Андрей и сам еле сдерживал себя и каждую секунду ожидал увидеть на дороге мчащиеся навстречу к месту происшествия или уже догоняющие их cзади машины спецслужб. Поэтому напряженно переводил взгляд от обзора дороги впереди на правое боковое зеркало заднего вида.
– Мне… – выдавила из себя Вика хриплым голосом и, откашлявшись, нервно сглотнула. – Мне сказали забрать у вас портфель.
– Каким образом? Попросить? – Андрей усмехнулся, прижав неосознанно портфель сильнее к груди, больше для самозащиты, чем от желания его не отдавать. – Взять с трупа?
– Я.. Я не знаю. – Он отметил, что Вика на грани истерики. – Просто сказали забрать портфель! – она начала повышать голос, словно защищаясь.
– Ладно. Тише. Спокойней. Мы все на взводе, но давай возьмем себя в руки. Все будет хорошо…– Андрей показательно медленно и глубоко набрал в легкие воздуха и с шумом выдохнул. Стало легче и самому. – Кто сказал забрать?
– Смс. – ее голос стал ровнее, но руль она стискивала все с той же силой.
Андрей перевел взгляд на дорогу.
За окном мелькали деревья, сквозь которые проглядывались высокие заборы коттеджных поселков. Он хорошо знал эту область.
– «Можно было бы обойтись и без фургона. Сам бы доехал.» – промелькнула совершенно ненужная мысль. До города оставалось уже совсем немного.
– Шантажируют? – продолжил Андрей совсем уж вкрадчивым и сочувствующим голосом. Вика только кивнула. – Чем?
– Тем же, чем вы завербовали. Только детальнее и глубже. – она на секунду, повернувшись, посмотрела Андрею в глаза и этого было достаточно, чтобы отметить в них истерику на грани паники.
Андрей попытался вспомнить, за что ее приняли, но, кроме особо приближенных к себе коллег и заместителей, он вообще мало обращал внимания на сотрудников в управлении.
– Я очень хорошо нахожу уязвимости в системах. – помогла воспоминаниям Вика. – Поэтому до вас находила их в банках и всем, что приносит деньги.
– А-а-а, ну да. – Андрей сделал вид, что вспомнил, но решил не уточнять детали. – В офис меня подбрось.
– А портфель? – голос Вики прозвучал робко и жалобно.
– Я сам разберусь с ним. Можешь им ответить, что он остался у меня.
Забрав в офисе свои смартфоны, планшет и ноутбук, он быстрым шагом вышел из кабинета, отмахнувшись от секретарши, которая начала что-то говорить, и спустившись по лестнице, вышел на улицу.
Солнце уже ушло из зенита и на улицы опустились тени от плотно стоящих офисных зданий. Тем не менее до темноты было еще далеко и воздух наполнял плотный жар от раскаленного за день асфальта. Андрей посмотрел на часы – 18:07. С момента отъезда из офиса в бункер прошло всего пять часов. А будто было в другой жизни… Андрей почувствовал, как от всплеска адреналина и страха опять тошнота подкатила к горлу, и он резко выпрямился и с усилием сглотнул, чтобы сбить позыв. В голове, как фильм, пронеслись ускоренной перемоткой все события с момента выхода из офиса. Пять часов! Всего пять часов прошло! Бункер, президент, убийство прямо перед его глазами, расстрел коллег, трупы…
– Кхм… – тактичный кашель охранника, державшего открытую дверь Мерседеса, прервал погружение в воспоминания. Андрей проморгался, сфокусировал взгляд на охраннике, буркнул «Спасибо» и плюхнулся на заднее сидение. Дверь мягко закрылась, тихо прожужжав доводчиками, охранник сел на переднее пассажирское кресло и водитель плавно отъехал от бордюра.
– Домой. – в полголоса приказал Андрей, включил на фоне Бизнес-радио и взял Его портфель. Черный кожаный портфель. Нажав на замок, открыл его и вытащил черный ноутбук. Повертел в руках – обычный недорогой простенький. Странно, он ожидал увидеть какой-то высокотехнологичный ноутбук в стальном корпусе. Открыл его и увидел окно для ввода пароля. Решив не рисковать подбором паролей, чтобы не заблокировать, убрал в портфель, в котором больше ничего не было, и посмотрел на свой айфон – 237 сообщений с разных мессенджеров и почт.
Разбор сообщений отвлек его, но панические атаки гуляли где-то рядом, он чувствовал их подсознательно, стараясь с головой уйти в смысл писем, но мозг настойчиво возвращал его к событиям сегодняшнего дня и пытался построить план своих дальнейших действий, если за ним приедут. А кто приедет первым? От маски? Или спецслужбы? Андрей отложил смартфон – он не мог сконцентрироваться, посмотрел в тонированное окно и увидел, что они уже въехали в поселок и медленно проезжали мимо соседских коттеджей.
– Сегодня больше не нужны. – приказал Андрей охраннику, открывшему ему дверь, и с двумя портфелями подошел поднялся по ступенькам крыльца своего дома. Открыл дверь, зашел, и бросив портфели на комод при входе, резко замер – в воздухе явно чувствовался чужой запах парфюма. Из открытой двери из кухни вышел крепкий высокий лысый гладковыбритый мужчина в черном костюме и белой рубашке.
– Здравствуйте. – грубым хриплым голосом попривествовал он Андрея. – Не бойтесь, служба безопасности. Проходите.
– Не дом, а проходной двор. – зло ответил ему Андрей, скрывая испуг.
Сверху послышались шаги и полестнице со второго этажа спустился еще один крепкий мужчина в черном костюме.
– И что это значит? Обыск? – Андрей решил атаковать.
– Нет, что вы. Просто осмотр территории на предмет безопасности. – спокойно парировал первый мужчина. – Проходите в гостиную. – он показал рукой направление.
– Я в курсе, где в моем доме моя гостиная. – сделав жесткий акцент на каждом слове, ответил Андрей. Он прошел по коридору и вошел в комнату с камином и окном во всю стену. В кресле спиной к окну и лицом ко входу сидел глава службы государственной безопасности, тот самый небольшой лысеющий человек в возрасте в черном костюме, у которого Андрей был четыре дня назад. Перед ним на журнальном столике лежал ПМ Андрея с аккуратно расставленными патронами вдоль лежащего рядом магазина.
Андрей, тихо поздоровавшись, сел в кресло напротив и пристально посмотрел ему в глаза, в которых не читалось совершенно ничего – ни злорадство, что Андрея поймали, ни жалости, ни усталости от последних событий. Абсолютно холодный непроницаемый взгляд.
– Ну что, Андрей, как съездил? – равнодушным тоном начал разговор глава безопасности.
– Никак. – ответил так же тихо и равнодушно Андрей.
В комнату вошел первый охранник и протянул главе два портфеля.
– Какой наш? – поднял взгляд глава и охранник опустил руку с портфелем Андрея.
Он взял черный портфель, вытащил из него ноутбук и, открыв, постучал по клавиатуре.
– Да, это он, все нормально. – кивнув головой, глава безопасности отдал нотубук охраннику и обратил взгляд на Андрея. – Зачем лукавишь?
– И что дальше? – оставил без ответа вопрос Андрей, пытаясь в голове понять, к чему все идет.
– Ладно, без игр. – пожилой мужчина откинулся в кресле. – Все довольно серьезно.
– Куда уж серьезней! Вы в курсе, что там произошло??!! – не выдержал Андрей.
– Конечно. Но это не важно. Тем более, что это было частично спланировано нами. – он ухмыльнулся глядя прямо в глаза Андрею.
– То есть? Как спланировано??? – Андрей опешил и даже привстал с кресла. – Убийство президента??? – Он почувствовал, как его за плечо усаживает обратно в кресло мощная рука охранника.
– Это был всего лишь двойник. Неужели ты думаешь, что в нынешней ситуации настоящие президенты так просто разгуливают по каким-то совещаниям. – глава опять ухмыльнулся. – Они все надежно спрятаны.
– Зачем тогда это все было нужно? – Андрей потерял смысл происходящего. – Из-за ноутбука? Почему не забрать его более легким способом? При чем тут вообще я?
– Это не важно, Андрей. Нам нужно было проверить некоторые моменты и мы их проверили. – глава медленно поднялся с кресла. – Это наши дела. Заодно убрали, воспользовавшись ситуацией, лишних, в ком нет уверенности. – он хрустнул костяшками пальцев и облегченно вздохнул. – Куда ты собирался отдать портфель?
– Не знаю. Просто взял. Может вам, может в свою службу на разбор, чтобы понять, зачем он нужен был маске. – соврал Андрей, глядя в окно на начинающее темнеть небо.
– Ясно. – мужчина подошел к бару, посмотрел напитки, поднимая их за горлышко.
– «Сука, чего ж вас так тянет к моему бару!» – секундная ярость пронзила Андрея, но тут же исчезла. Но он чувствовал, что глава хочет сказать что-то важное Андрею, но либо собирается с силами, либо не знает, может ли сказать. Вряд ли этот человек из тех, кто собирается с силами перед важным разговором. Значит думает, стоит ли доверять Андрею и говорить. Пауза затянулась.
– Налить? – внезапно спросил глава.
Андрей угукнул. – Виски…
Пожилой мужчина сел напротив в кресло, протянув Андрею рокс с виски, и пригубил из своего бокала.
– Короче, – Андрей заметил, что глава сделал некоторое усилие над собой, чтобы начать. – Суть того, что говорилось в бункере тем не менее правдива. Мы начинаем полномасштабную изоляцию страны от внешнего мира. Все страны начинают. Эти все политические игры, этот театр для народа, уже всем порядком надоел. И очень давно. Все всё понимают. Открытые границы не наш путь. И тем более виртуальные. С этим согласились все основные главы государств. Нельзя давать столько свободы, это приводит к хаосу и анархии в головах. И чем умнее голова, тем к большему хаосу она может привести. Не говоря о группе таких. И эта маска лишь первый такой глобальный звоночек. Дальше будет хуже. Но мы не желаем терять то, что имеем. И как ты понимаешь, я не про бабки. – Андрей кивнул, начиная понимать, и глава удовлетворенно откинулся на спинку кресла. – Я про наше положение в принципе. Мы – это мы. Остальные – всего лишь остальные. Они начали забывать, что они лишь обслуживающий персонал. Так было всегда с появления первого в истории лидера своей небольшой группы. И так шло через века. – Андрей даже не пил, чтобы ненароком не отвлечь главу от монолога. – Поэтому через два дня начинаем изолировать интернет. Физически. Подготовка групп и аппаратуры уже идет полным ходом. Аэропорты и вокзалы уже все закрыты как три часа по всей стране, мы вбросили новости о ненадежности пилотирования в связи с маской и хакерами. Пришлось даже уронить пару самолетов. Но это не важно. Границы закрыты. – Андрей понял, что за последние пять часов мир перевернулся и надо было дочитать все сообщения на айфоне до конца. – Но главное мы сами тоже входим в изоляцию от страны.
– В смысле? – Андрей поднял брови. – Не понимаю.
– Мы закрываем центр города и начинаем строительство своей общины элит обособлено от народа. – спокойно ответил глава безопасности.
– Это как? – Андрей недоумевал. – Город в городе?
– Да. Города в городах. В основных городах станы. – так же безразлично отметил мужчина.
– И вы думаете, что несколько десятков миллионов граждан спокойно к этому отнесется, а не снесет волной баррикады, или что вы там построите?
– У нас есть армия, оружие, техника и технологии. И разработанный план. У них его нет. Да и многие, уверяю, добровольно захотят нам помогать и служить за обещание будущего спокойствия. Мы умеем обещать. – он ухмыльнулся. – Люди готовы за мифическое светлое будущее на многое, проходили, знаем. Да и потом у них без нас будет своих проблем предостаточно. Запасы еды не бесконечны, в отличие от наших. Они вернутся в каменный век после того, как все у нас будет готово.
– Понятно. – кивнул Андрей, улыбнувшись, хотя внутри его клокотало негодование и злость. Он не мог понять, почему, ведь он в команде элиты и вроде все хорошо. Но тем не менее злость начала переходить в ярость – они решили бросить всех. Всех! – А что в итоге потом с людьми?
– Не важно. Они хотели свободы, пусть обретут. – он равнодушно пожал плечами. – Полную свободу. Нам все равно. Главное, что мы будем в своем мире. В том, каким он и должен быть.
– Я, как понимаю, в деле. – с напором на утверждение спросил Андрей.
– Ну не в элите, но в среднем менеджерстве. – сипло засмеялся глава безопасности. – Ты же понимаешь. Но зато ты с нами, в безопасности и приближен к элите.
– «Сука, в жопу засунь свою элиту!» – про себя закричал Андрей, но вслух надо было быть политичным: – Хорошо.
– Но это не снимает с тебя задачу по расследованию маски. План с расследованием теперь перешел в разряд Б, но тем не менее, если все разрешится и проблема исчезнет, то план А с изоляцией нас от общества может и остановится. Если ускоришься.
– Понял.
– Да, и еще. – пожилой мужчина поставил недопитый бокал на столик. – На тебе еще будут пиар, патриотизм и отвод внимания народа. Необходимо вбрасывать успокаивающие тематики в рунет пространство, пока мы изолируем себя физически. Чтобы и правда нас не снесли. – он встал.
– Но.. Маска следит за ложью. – Андрей тоже поднялся с кресла.
– Это не важно. Андрей. Это необходимость ради будущего спокойствия.
– «Это манипуляция! Старый ты хер!» – крикнул опять про себя Андрей в лицо пожилому мужчине, сжимая кулак.
– Подумай, как это делать максимально безопасно для себя. Ну ты не мальчик, не мне тебя учить. – продолжил глава безопасности и направился к выходу.
Андрей молча пошел за ним. Он был выше его на полторы головы и смотрел ему не в спину, а сверху на блестящую лысину с редкими, зачесанными набок, жиденькими волосиками.
Прямо перед выходом глава резко обернулся и посмотрел снизу на Андрея.
– Чуть не забыл. Без этого ты в городе никто. – он протянул белый конверт. – Держи всегда при себе. Это и свободный проход по городу, если остановят солдаты или полицейские, и, главное, проход в центр. Только вот вряд ли это спасет тебя от народа. Поэтому рекомендую, когда начнется уже все по-настоящему, забыть про езду на дорогих машинах. И вообще постарайся не выделяться в толпе. И обезопась дом или себя, проходной двор какой-то. – он ехидно улыбнулся.
Андрей взял конверт и недоуменно посмотрел на главу безопасности: – А…
– А когда уже у нас все будет готово, мы позовем. – Андрей кивнул и глава с охранниками вышел, аккуратно закрыв дверь.
Андрей смотрел на дверь невидящим взглядом. В голове была каша из мыслей, которые он не мог остановить, паническая атака уже приближалась, он чувствовал, как леденеют кончики пальцев и потеют ладони. Он присел на пуфик у двери и хотел потереть с силой лицо, но ему помешал конверт.
Покрутив его в руках, рассмотрел со всех сторон и аккуратно вскрыл – внутри лежала черная пластиковая карточка с его фотографией и встроенным чипом, похожим на чип с банковских карт, но немного большего размера. На обратной стороне в середине был белый треугольник.
Он с силой выдохнул, вложив в него все переживания за день, и вытер выступивший пот со лба.
Андрей сидел в кресле гостиной и уже два с половиной часа разгребал рабочие сообщения и новости в мире и чувствовал, как волосы встают дыбом от того, что произошло всего за пять часов его отсутствия.
Громкие заголовки в новостных лентах сменялись с невероятной скоростью – разбилось два наших самолета и три поезда, подъезжающие к границам страны, и все федеральные каналы заявили о хакерской атаке. В интернете новостные сайты поддерживали эту версию, ведь им нельзя было говорить о маске прямо. В Телеграме в большей части подконтрольных каналов пошел вброс про согласие о хакерской атаке, но потому что в самолетах были чиновники, которых захотела убрать маска и, так как многие из власти сейчас в панике разбегаются, летать крайне опасно. И поэтому правительство запретило полеты и вообще любые транспортные выезды и въезды из страны. Границы закрыты для обеспечения безопасности до полного разбора с ситуацией.
– «Не плохо.» – похвалил про себя пиарщика Андрей. – «И запретили и себя, типа, подняли в глазах. Заодно оправдали дальнейшее закрытие интернета. Нормально. Но как бы не взорвалось.»
При этом билеты и затраты будут в дальнейшем компенсированы всем – прочитал он на некоторых ресурсах.
– «Хах, ну да, конечно.» – усмехнулся он, делая глоток виски из рокса. – «С другой стороны есть что пообсуждать, поспорить, посомневаться. Подождать будущего.»
Судя по комментариям, люди больше с пониманием к этому отнеслись, хотя и посетовали на сгоревшие билеты. Ну по крайней мере не было настроения выйти на улицы, как в других странах, где накал страстей был выше. А эти новости ужасали много больше – там и выходили миллионными толпами на мирные митинги, требуя отставки правительств, в других странах устраивали революции, закидывая камнями бойцов полиции и армии, сжигая машины и здания, в третьих государство сразу пошло в контратаку, арестовывая и даже расстреливая мирных граждан в попытках разогнать митинги. Полмира захватило восстание.
Но у нас возможно все еще впереди. Сегодня ночью или уже завтра интернет наводнится разоблачениями, интригами, постами и видеороликами лидеров скептических мнений и оппозиции, теоретиков заговоров и многих других, и это может стать спичкой, поднесенной к канистре с бензином.
Два дня и интернет будет изолирован, начнутся блокировки, аресты, но успеет ли это что-то изменить? Надо блокировать связь полностью и всю. Не оставлять даже внутреннюю.
Это, конечно, не остановит, но сильно задержит по времени передачу информации, а значит и организацию.
Андрей глотнул из стакана воздух – напиток закончился. Он резко вскочил и пошел по гостиной по кругу, пытаясь справиться с волнением – не каждый день мир меняется за несколько часов на твоих глазах.
– «И так…» – он потер лоб, продолжая ходить кругами вокруг кресла. – «Суть в том, что все идет в жопу. Глобально и мощно. И везде. Даже, сука, не свалишь!» – он подошел к бару и налил еще виски. – «Наши тоже могут кинуть, но пока надо делать вид послушной собачки и смотреть по ситуации.»
Андрей на очередном круге захватил айфон и открыл Телеграм: еще в одной стране начались спонтанные митинги молодежи с полицией. Пролистав вниз по перепискам и каналам, он нашел Витю.
– «Кто сейчас за пиар, повестки и внимание отвечает?» – набрав быстро, отправил он сообщение.
– И так, – повторил он уже вслух, медленно накручивая шаги по комнате. – Вытаскивание денег пока теряет смыл, валить некуда, да и бабло не поможет. Если все вернется, как было, то тогда решу, а если план А реализуют, то в в них смысла не будет. Ок, минус один пункт. – он пытался структурировать мысли. – По маске тухло, зацепок пока нет. По пиару все понятно. – он дошел до кресла и сел, отхлебнув глоток из бокала. – Но в целом по ситуации нихуя не понятно…
– «Дмитрий» – прислал Виктор контакт с номером телефона. Андрей посмотрел на часы: 23:57 – поздновато для знакомства. – «Назначь встречу с ним на завтра! Срочно!» – ответил он сообщением.
Несмотря на загруженность проблемами, Андрея почувствовал укол одиночества, пробившийся через рой мыслей в голове. Сейчас очень не хватало Алисы рядом – она всегда успокаивала его своим присутствием, логикой, размеренностью и умением выслушать. В моменты сильной загруженности, он просто мог долго рассказывать ей о своей проблеме и она никогда не задавала глупых вопросов и не спорила, а может даже и не слушала, а думала о чем то своем, но часто выдавала какие-то легкие и нестандартные советы, которые он не видел, уже загрузившись ситуацией в поиске многоходовок и сложных планов, растущих в голове, как снежный ком. С ней всегда было легко и надежно. Все таки человек зависим от социума, и не важно нужна ли ему толпа, кто его поддерживает или один человек.
– «Ладно, подумаем утром…» – прервал он лирику в голове.
Город стоял в десятибальных пробках. Навигатор показывал, что множество улиц в центре перекрыто и, если бы не мигалка, нормально передвигаться было бы невозможно – навигатор не врал. Водитель гнал по встречке в сторону центра в потоке таких же черных служебных машин с мигалками. При приближении к центру встречка из центра становилась все свободнее, пока совсем не опустела.
Изредка навстречу по правой полосе проезжали черные автомобили с выключенными мигалками. При подъезде к центру цепочка автомобилей впереди замедлила движение и они остановились. Андрей выглянул вперед между передними сидениями и увидел, что за несколько километров до центра города главное шоссе перегорожено военными броневиками в обе стороны.
Водитель вопросительно посмотрел на Андрея.
– Едем. – приказал он.
Они медленно продвигались в очереди и впереди явно был КПП, на котором часть машин пропускали между броневиками, но некоторые после коротких пререканий разворачивались.
Андрей пристально наблюдал за машиной впереди, когда она подъехала к пропускному пункту. К ней подошли три бойца в полном снаряжении и балаклавах, коротко что-то обсудили с водителем и показали рукой в обратную сторону. Задняя дверь открылась и выглянул упитанный в черном костюме мужчина. Он был сильно взволнован и было видно даже из машины, как напрягалась его шея, когда он что-то объяснял солдатам, активно жестикулируя, но те не сменили позиции, а еще раз рукой показали ехать в обратную сторону. Мужчина сел в машину и с силой захлопнул дверь. Черный мерседес развернулся и с резким ускорением поехал прочь.
– Ну послушаем, что нам скажут. – попытался он поддержать позитивную атмосферу веселым голосом в салоне, чувствуя, как напряжены водитель и охранник. Они медленно подкатились к солдатам.
– Пропуск. – равнодушным тоном обратился боец, заглядывая в открытое окно, быстро осматривая всех сидящих. Водитель показал ксиву. – Это не работает. Еще есть что-то?
Андрей с заднего сидения протянул свое удостоверение.
– Тоже не то. Разворачивайтесь.
– Ты охренел?! У меня важная встреча! Ты не видишь, кто едет? – Андрей вспылил, указывая пальцем на свое удостоверение в руках проверяющего.
Боец устало вздохнул, закатив глаза, и продолжил спокойным голосом:
– И это не работает. Спецпропуск есть?
Андрей вспомнил про черную карту с треугольником.
– Стоп. А это работает? – Быстро достал ее из портмоне и протянул через водителя.
Солдат взял карту, провел, висевшим на разгрузке, сканером по чипу и протянул обратно, посмотрев на мониторе.
– Это работает. Проезжайте. – он махнул рукой и броневик отъехал вбок, освобождая дорогу.
Проехав вперед, они уперлись еще в один кордон с военными, где их вежливо попросили выйти из машины. У охранников забрали оружие, положив в пластиковый контейнер, машину обыскали.
– Такие инструкции. – равнодушно буркнул боец в балаклаве, возвращая вещи из карманов Андрея. – Можете ехать дальше. Но технику заберете на обратном пути. – Андрей кивнул головой. Военный сложил все гаджеты к пистолетам в тот же контейнер, подписал на стикере номер машины и передал другому солдату.
Центр выглядел непривычно пустым. По дорогам проезжали редкие автомобили в основном с мигалками и военные броневики, но было много автобусов, припаркованных одним за другим вдоль тротуаров на протяжении всей дороги с обоих сторон. Между ними были видны патрулирующие солдаты. Таким Андрей не видел центр никогда. И вроде обычный вид перед каким-нибудь митингом или шествием, но вид закрытых магазинов и ресторанов, пустых дорог и тротуаров сильно угнетал.
Медленно проезжая мимо жилого дома старой постройки, Андрей увидел, как военные выводили стройной цепочкой из подъездов жильцов в автобусы. Монотонный голос, усиленный громкоговорителем в руках бойца, с электронным хрипом повторял текст про временную эвакуацию, важность взять с собой документы и безопасность вещей в квартирах. Но в лицах людей был виден рассеянность и страх. Андрея удивляла смиренность людей, ни кто не спорил, не ругался. Они просто шли друг за другом.
Из окна автобуса, смотря будто сквозь тонированное стекло Мерседеса, прямо в глаза Андрея, их провожала взглядом девочка лет семи-восьми, сжимающая у груди какую-то волосатую кислотно-зеленую игрушку. Это было как-то жутко неуютно, и он перевел взгляд на огромный рекламный монитор.
– Ох-ре-не-ть… – удивленно произнес Андрей, увидев на экране сидящего за массивным столом на синем фоне президента, говорившего что-то со свойственной ему жесткой мимикой.
Андрей даже открыл окно, ожидая услышать речь из динамиков, но информация доносилась лишь титрами под изображением главы: «…соблюдайте спокойствие и не поддавайтесь на провокации. Мы обеспечиваем вашу…» – успел он прочитать и экран остался позади.
Остановившись у нужного дома, из машины сразу выскочил охранник, осмотрелся и открыл дверь Андрею.
– Со мной пойдешь. – буркнул он телохранителю. Зайдя в просторное и пустое фойе офисного здания, они поднялись по широкой лестнице, покрытой красным ковром, на второй этаж и уткнулись в двух бойцов в городском камуфляже.
– Мы к Дмитрию. – Андрей показал пластиковую карту и заодно свое удостоверение.
– Туда. – махнул боец на дверь в конце коридора, доложив о приходе в рацию.
Открыв тяжелую резную дубовую дверь, Андрей вошел в большой зал, который создавал довольно противоречивые ощущения. Высокие белые сводчатые потолки, огромные окна во всю стену, красные бархатные шторы с кисточками, на стенах деревянные панели. На фоне интерьера сороковых резко контрастировали множество развешанных больших мониторов, собранных в единую систему, показывающие бегущие строчки, видео и графики, стеклянные столы с ноутбуками и компьютерами, комнату заполнял тихий звук электронной музыки. Странность добавляли девушки за рабочими местами в нижнем белье.
Он обратился к ближайшему мужчине за столом:
– Где Дмитрий? – тот, не открываясь от монитора, кивнул головой в центр зала.
Огибая столы с людьми, Андрей с охранником дошли до круглого стола в центре комнаты, за которым сидел в кресле парень лет 25ти в шортах, майке, забитыми татуировками руками и бейсболке, закинув ноги в массивных ярких кроссовках на стол.
– Дмитрий где? – не здороваясь, обратился к нему Андрей, опять начиная терять терпение.
– А че надо? Я Дмитрий. – парень бодро вскочил, едва не уронив ноутбук с коленей. – Кто такие? А, ну да. Ты «утренний звонок в такую рань господню Андрей»?
– Смешно. Весело. Юмор. – без тени улыбки серьезным тоном ответил Андрей. – Да. – он пожал Дмитрию руку и, сев в свободное кресло, показательно осмотрелся вокруг. – Смотрю у тебя тут своя униформа у некоторых? – кивнул он в сторону проходящей мимо девушки.
– Своя атмосфера для креатива. – усмехнулся Дмитрий, смахнув быстро со стола на пол белую пыль.
– Оно и видно. – Андрей рассматривал собеседника. – Хорошо у мужиков такой нет… Как-то я тебя по другому представлял. Не молод ли такое вести в такое время?
– Пффф, да хорош. Кто в наши дни оценивает по виду. Я в лучшие свои годы так-то создал по сути все наши оппозиции и большую часть блогеров, которые теперь миллионники. Охуенное время было. Было, где развернуться хоть. Не то, что сейчас.
– Ну тогда неплохо сохранился. – кивнул Андрей, поняв уже по его лицу и появляющейся седине в бороде, что Дмитрию скорей всего не меньше тридцати пяти, а то и больше. – Какой план?
– Как и в последние годы – отвлекать, развлекать, нагнетать. – он откинулся на кресле, опять закинув ноги на стол. – Все та же скука-сука-скукотень.
– Президент на мониторах?
– Забавная отсылка, да? Пол инета в мемах на эту тему. Завтра еще выйдет на экранах телебашни и на самом высоком небоскребе в сити.. – он потер глаз. – Забыл как называется. Да не важно. Десять этажей экран. Плюс все остальные экраны на домах, какие есть. Нормально отвлекает. Тут мир меняется, а они мемы строчат.
– Еще что?
– Еще отрабатываем защиту государственного строя от посягательств внешнего врага. Все по методичке. – недовольно пробурчал Дмитрий. – Угроза нападения на город, вывод людей в безопасное место, интриги, разоблачения, бла-бла-бла. Что заказывали, то и делаем. Лена! Кофе! – крикнул он в никуда. – Будешь? – Андрей отрицательно качнул головой и Дмитрий продолжил. – Так вот, сегодня выйдут уже посты и видео блогеров с намеками на всю эту хрень и мнением, что надо делать. Оппозицию тоже подключили. – он улыбнулся, заметив поднятую бровь Андрея. – Не парься, все ок, во всем, конечно, виноваты власти, но, типа, временно надо потерпеть неудобства и лучше свалить из города, пока тут всех не перемочат или не разрулится как-то. Забьем все эфиры. Вы просили освободить спокойно центр, мы делаем.
– Я не просил. – отметил Андрей.
– Да, понятно, что не ты. Ты такой же, как я, исполнитель. – он ехидно улыбнулся.
Андрей пытался понять его, но кроме раздражения от напыщенности и странного веселья Дмитрия в нынешней ситуации, пока не испытывал ничего. Хотелось ударить его по лицу, сбив эту гребанную бейсболку, чтобы вернуть его в реальность.
– Небось не в своей тарелке сейчас? – Дмитрий продолжал источать жизнерадостность. – Спокойная жизнь, бабосики капали, карьера росла, и на тебе, все рушится, как карточный домик?
С этим Андрей не мог не согласиться, но ничего не ответил.
– Забей, начинается самое веселье. – он проводил взглядом упругую попу в стрингах, принесшей кофе девушки. – Там за периметром.
– Меня пригласили внутрь. – Андрей дал понять, что он на короткой ноге с верхушкой.
– Ой, да ладно. – засмеялся Дмитрий. – Сейчас ты им нужен, чтобы, возможно, не пришлось доводить до конца план А, который когда-то был Б. Да в жопу обозначение. Его все равно уже не остановить. Мы не найдем маску. А потом мы станем не нужны. Я то точно – там пропаганда уже не нужна. А ты… Ну возьмут Виндоусы переустанавливать, возможно. И то это не точно. Война внутри за теплое местечко уже началась. Там желающих с большей властью хватает и без нас. – он будто считывал мысли Андрея, не боясь говорить их вслух. Дмитрий отпил кофе и, сбросив ноги со стола, поддался вперед: – Мы все нахуй не нужны, Андрей.
– Оптимистичные мысли у тебя для ведения повестки.
– Какая разница, что я думаю и что транслирую в массы. Это вообще ни когда не пересекается в реальности. Когда перекапывали весь город, я убеждал всех, что это облагораживание города, но я ведь знаю, что это была в том числе подготовка к плану Б, который теперь А. – он усмехнулся, игра с буквами приносила ему явное удовольствие. – Ты тоже знал бы, если бы не думал только о деньгах, а смотрел и слушал внимательнее. Но кто ж знал, что это наступит быстрее, чем ожидалось? Они планировали лет через 5-7. И без маски. И не совсем так. Но тем не менее, все стало давно слишком сложно для тех, кто не умеет, а главное и не хочет, разбираться в переменах мира без границ. Ты лишь один из тех, на кого есть мизерная надежда найти маску, или кто там за ней стоит, чтобы вернуть все в план. Но рано или поздно, все равно будет так же. Что ты будешь делать, когда периметр закроется и ты останешься за стеной? – Дмитрий подпер кулаком подбородок и с ухмылкой уставился на Андрея.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.