© Алекс Гордиан, 2020
ISBN 978-5-4498-2218-5
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Жене моей Оленьке посвящается
Сказка для взрослых по мотивам русского и зарубежного фольклора
Действующие лица
Сказочник
Фрол
Отец
Волшебник Никодим
Мила
Кикимора
Змей Горыныч
Джинн
Жил на свете парень Фрол,
Жил в селенье, там, где дол.
Ну, а что там было дальше,
Мы расскажем вам без фальши.
Стало быть, òт роду годков ему
Насчитали мы лет двадцать. По уму
Даже и не счесть годков – ума была палата.
Сам его набрался где, природа или виновата?
Дружной меж собою та слыла семья.
Если что, в беде помогут старшие братья:
Гришка, Мишка и Алешка —
Обходили стороной их мерзкие людишки.
Каждый братец – здесь я не шучу —
Был обучен нужному в хозяйстве ремеслу.
Гриша – жнец- хорош при сборе урожая.
От клиентов к Мише-кузнецу не было отбоя.
Что касаемо Алеши, по другой он части спец:
Брал заказы на одёжу – знатный был портной и швец.
Каждый был в труде прилежен, состоял при деле
Окромя младшòго, лодыря, погрязшего в безделье.
К работе у Фрола, правду сказать, не лежала душа,
Как была она ни увлекательна и хороша.
Но искусно, мастерски владел он красноречьем
От высоких гор, зеленых холмов и до междуречья.
Знатный был он пустомеля, балабол и краснобай,
За ответом долго он в карман не лез – ты так и знай.
А еще с хитринкой и смекалкой был парнишка —
Вот какие в это время сложилися делишки!
Время шло, глава семейства, уважаемый отец,
Голову седую да от дум и мыслей поломал вконец:
– Что же Фролушке освоить, что же за профессию,
Чтобы не скатиться окончательно в регрессию?
Ежели не принять своевременно шагов,
Наживешь себе множество великое врагов,
Пожинать плоды придется, станет шибко горько,
Поздно будет горевать да слезы лить уж только.
Вспомнил тут почтенного семейства голова
Старца седовласого мудрейшие слова
Про методику, процесс мужского воспитанья,
Пробу сил своих, характера закалку в испытаньях.
И порывшись в памяти, вспомнил батя заодно,
Что в лесной глуши, на самой, на окраине давно
Жил да поживал, искусно колдовал один кудесник.
По своим годкам, похоже, доводился он ровесник.
А еще по линии дедòвской приходился он родня.
Это вам не пустяковина и ни какая-то фигня.
Только отделилась эта ветка в незапамятное время.
С той поры несла семья уединенной жизни бремя.
…Отзывает батя сына в сторону тихонько как-то раз
И, серьезно с ним потолковав, дает ему наказ:
Собирайся, Фролушка, готовься в дальнюю дорогу!
Будя дым пускать да шуточки травить, сидя на пороге!
В леса глубине, на самой, на окраине один
Дни свои затворником проводит Никодим.
Спозаранку понесешь ему послание с поклоном.
Послужи ему, сколь просит, как предписано законом!
За семейством нашим перед ним числится должок.
Времечко, видать, пришло вертать его, дружок!
Давеча под утро мне приснился сон – стало все понятно:
Срок уплаты долга подошел и срок исполнить клятву.
Так и быть, двинусь я в поход – дел покамест срочных нет.
Чую я нутром: придется зá семь бед держать один ответ.
Не извольте сумлеваться, сослужу ему я верну службу,
Добрыми поступками я заслужу расположение и дружбу!
Утром ранним следующего дня Фрол подался в путь.
Неизвестно – что там дальше будет, может, просто жуть?
Долго ли, коротко ли он бродил по лесу в одиночку,
Только не нашел, чего искал, а день клонился к ночке.
Фрол хотел на радостях уж повернуть домой,
Вдруг откуда ни возьмись явился мужичок с клюкой.
С виду был он неказист, на голову надета шляпа,
Рваная рубаха торчала из штанов – ну полный недотепа!
Не меня ли ищешь, добрый путник Фрол?
Ходют слухи, что ты балагур и балабол.
Только россказням и сплетням я не верю,
А вот в деле ты каков – время есть – проверю.
Как ты понял, звать меня волшебник Никодим.
Злые языки клевещут, будто я угрюм и нелюдим.
А еще в округе треп идет, что я колдун и злыдень —
Только это утвержденье зыбкое, как студень.
Знаю: послан ты ко мне, чтоб отработать долг.
Значит, ты добыча для меня, а я выходит волк.
Коли выручишь меня и верную сослужишь службу,
Щедро награжу тебя, водить мы будем дружбу.
Ну, а коли сдрейфишь, оробеешь, дашь ты деру наутек —
Что с того, что добрый малый, славный паренек —
Превращу тебя в неведому зверушку иль лягушку —
Не пивать тебе чаи, не трескать калачи, ватрушки.
Слушай, Фрол, запоминай первое мое задание!
Выполнишь – заслужишь от меня признание!
На поросшем тиной заброшенном болоте
Живет себе, как может, кикимора, не ведая заботы.
Все бы ничего, вот только есть там кое-что ценное мое —
Спрятано поглубже в топи, чтобы часом не нашло зверье.
То, что ты добудешь, выглядит как крупный перстень —
Обронил его случайно в прошлый раз, как дурень.
Делать нечего – почесал в затылке весь в раздумьях Фрол
И побрел, куда глаза глядят и озадаченный, и немного зол.
Сам подумал про себя: «И где же ту перстню добуду?
Были бы какие-нибудь зарубки, указатели к маршруту!»
Не успел герой наш досконально проработать план,
Тот, что предусматривал болотоход, аэроплан,
Как ни весть откуда припорхнула птичка-невеличка —
Вроде с виду обыкновенная синичка, а на маковке косичка.
Здравствуй, добрый молодец, а по заданью следопыт!
Путь, куда ты держишь, не пройти лишь по следам копыт.
Требуется зоркий глаз и с воздуха обзор плюс ценный опыт.
На дороге пыльной он не завалялся – практикою дòбыт.
Не расстраивайся шибко, не печалься, не горюй!
Вместе мы достанем, что велел принесть старый обалдуй!
Я прошу: «Возьми меня с собою в дальнюю дорогу —
В трудный час, в лихой момент буду я подмогой!»
Я, признаться честно, так обескуражен, поражен —
Крепко покумекать, все обмозговать должон.
Отродясь не видывал такого в мире дива —
Особь чтоб пернатая по-человечьи говорила.
Как же звать тебя, о птичка дивная, как величать?
Знает ли о том, как далеко от дома, ваша мать?
И не угожу ли милостью твоей я в хитрую ловушку?
И не будут ли держать разбойники на мушке?
Опасения, сомненья нет нужды за пазухой держать —
Обо мне не проронит слезинки горькой моя мать.
В птицу я превращена без одобрения, без доброй воли.
Злой колдун тут руку приложил – такая, видно, доля.
Знай, что не такой простой, как кажется, кудесник Никодим.
Он тебя послал на гибель верную – сам-то будет невредим.
Звать меня не сложно – с рождения наречена я Милой.
Жизнь мне кажется, однако, и унылой, и постылой.
Раз такое дело – будем вместе перстень добывать.
Нам ли по такому случаю печалиться да горевать?!
Мы отыщем все волшебные предметы Никодиму,
Но по-хитрому поступим: все оставим мы себе в награду,
А волшебник – так получается – достанется всё мимо.
Только где искать то злополучное болото и кикимору?
Карты местности у нас-то нету – где сыскать нам ту дыру?
Вот бы где полетные способности твои сгодились!
Враз бы мы с тобой на месте гиблом очутились!
Мне знакомо мерзкое болотце – не это ли везение!
Как тебе делишек поворот? Поднялось настроение?
Шея бы имелась, а хомут, как водится, найдется.
Мигом мы туда домчимся – вот же чудо-юдо удивится!
Сказано – сделано. Не успели прилететь на эту гать —
Перелет был утомительным, не стану врать, —
А там уж на коряге восседает мерзка образина —
Сжечь бы по-хорошему ту тварь, да жалко нет бензина.
С чем ко мне пожаловали, ситные мои друзья?
Что-то мне сдается: дальний путь проделан зря.
Разворачивайтесь до дому подобру да поздорову,
А не то все потеряете – жисть свою, а не корову!
Прежде, здравствуй, водное, диковинное существо!
Дико извиняемся, что потревожили такое божество!
Не спешим тебя лишать покоя, благодати аль конфорту.
Надобность к тебе – дозволь причалить к тутошнему борту?
Не по доброй воле прибыли – послал нас Никодим.
Нам вещицу надо взять в уплату долга перед ним.
Ежели ее добыть со рвением поможешь,
Бремя тяжкой ноши скинуть с себя сможешь.
Я бы с превеликой радостью перстнягу энту отдала —
Надоело мне ее стеречь – только не простые тут дела.
Проиграл колдун вещицу в карты нá спор водяному,
А вернуть ее никак не получается – задумал по-дурному.
Ежели вручу вам сей магический предмет,
Мне несдобровать – нафаршируют из меня котлет.
Не хочу себе я незавидную такую долю —
Дорога покамест, драгоценна жизнь моя и воля.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.