© Александр Агарков-Новак, 2020
ISBN 978-5-0051-3843-9
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Стихи
В. В. Путину
Не ангел он и не Мессия
и ростом он не исполин…
Стоит один. За ним-Россия
встаёт, как Феникс… из руин.
Я помню, как всё начиналось:
насторожилась вся Страна
И как язвительно смеялась
околосветская шпана:
«Ему бы только в самолёте
иль на подлодке гарцевать,
Ему бы коком быть на флоте,
но не Страною управлять!»
А он, Россию, как святыню
поднял. И выплатил долги.
Страна окрепла и отныне
друзья притихли. И враги.
Ах, грустные думы осенние!
То дождь, то снежинки с утра.
Уходит моё поколение
И мне собираться пора.
Последнею песней негромкою
Пусть ветер наполнит мне грудь.
Я с ней и с пустою котомкою
Отправлюсь в неведомый путь.
Планета по прежнему вертится
Рассветы в сиреневой мгле.
Ах, только бы, только бы встретиться
Нам снова на этой земле!
Ах, осень, осень! Нежная прохлада
И паутинок кружевная прядь.
Полупрозрачность утреннего сада
И озера нетронутая гладь.
Сквозь облака, задумчивая просинь
Глядит на землю, цвета янтаря.
Ах, осень, осень – золотая осень!
Качает жёлтый листик сентября.
На туманном Альбионе
Всё туманно, старичок!
Путин ходит, из флакона
Распыляет «Дурачок».
Мажет двери, мажет ручки,
В чем – то вывалял ежа…
Отравились: бабка, внучка,
Репка, дед и… два бомжа.
Борис Джонсон дунул резво
До Сурреевых полей,
Только стойкая Тереза
Где – то прячет Скрипалей.
ГРУ не спит, однако —
Лезет в щели и в окно.
Знает каждая собака —
Это Путин, в кимоно…
Недоступен этот Путин —
Как сиреневый туман.
То велик, то лилипутен
Как легенда. Как обман.
На туманном Альбионе
С балалайкой, на коне
Скачет Путин. Аль Капоне —
Нервно курит в стороне.
О беде не голоси,
Лучше плачь украдкой.
Быть поэтом на Руси
Ох, совсем не сладко!
Жрите рыбу «Иваси».
Пейте водку, черти!
Стать поэтом на Руси —
Можно, после смерти.
Чья – то баба голосит
В чёрное одета.
Знать хоронят на Руси
Нового поэта.
Боже, Боже, дай мне сил
Не шагнуть с обрыва.
Быть поэтом на Руси —
Умереть красиво.
Весёлый кучер
На четверть века избитых дней,
а путь всё круче.
Стегает плетью гнедых коней
весёлый кучер.
А сколько слабых на вираже
не удержалось,
Да только боль не саднит уже,
исчезла жалость.
Не жалко больше гнедых коней,
исчезла робость
И кони мчатся сквозь серость дней…
Всё шире пропасть.
Внуку
Достало всё, до самой селезёнки,
Забыть бы всё, забыться и сгореть,
Да только внука ясные глазёнки
Жгут сердце… как тут помереть?
Он так похож на хитрого галчонка,
И пусть судьба бьёт хлеще и больней…
Я буду жить, пока его ручонка
Доверчиво лежит в руке моей.
За одиночество ночей
Молюсь отныне.
И ты ничья и я ничей
В людской пустыне.
Не будет слёз. Не будет встреч
Любовь – отрава.
Сломать мосты. А может сжечь
Имеем право.
За одиночество… Не верь!
И всё сначала.
Чтоб счастье село нам под дверь
И постучало.
Мне снятся далёкие дали
Там детство до ныне живёт,
Не зная тревог и печали
Весёлые песни поёт.
Там всё так светло и так важно,
Там песни не прерван полёт
По лужам весенним отважно,
Кораблик бумажный плывёт.
И вовсе не кажется странным,
Что в море выносит вода
Кораблик, а мы – капитаны,
Бумажные водим суда.
Там ветры шумят на просторе,
Там сердце от счастья поёт
Там в самое синее море,
Кораблик бумажный плывёт…
Павшим защитникам Донбасса
Я эту Землю
Вращал, как мог,
Стирая в труху года.
Земля бежала
Из под сапог,
Вращалась не туда.
Я жаждал неба
И тишины,
Дровишки кидал я в печь.
Но как случилось,
Что кровь войны
Стекает с моих плеч?
Скажите люди —
Куда идти?
Молиться каким богам?
Чтоб эту Землю
От бед спасти,
И не отдать врагам?
Я эту землю
Вращал. Увы —
Граната попала в дзот.
Теперь планету
Вращайте вы —
Может вам повезёт.
Не судачат уж давно
бабы на крылечке
Завалившийся плетень,
как босяк в пыли.
Над заброшенным гумном
Не слыхать словечка
Лишь зимою на ветру
стонут ковыли.
Обвалились берега.
Обмельчала речка.
Я плыву по ней во сне,
волны бью веслом.
Но всё дальше от меня
милое местечко,
Но всё дальше от меня
старое село.
Может пели не то
и не так и не с теми?
И не там и не с теми
разводили костры?
Были песни просты,
незатейливы темы,
Мы мечтали, любили,
до поры… до поры.
А теперь мы не те,
мы сегодня другие —
Ветер мачты разрушил
и порвал паруса.
И слова и напевы,
в нас сегодня чужие
И сегодня чужие в нас звучат голоса.
Нашу шлюпку качал
ветер – спутник свободы
И казалась вкуснее
там, за морем вода
И нас шлюпка несла,
через валы и броды,
А выходит, что плыли
мы совсем не туда.
Назарбаеву
В тюбетейке от «Кардена»
Очень скромен и не стар,
Две минуты у мартена
И навечно – сталевар!
Что сегодня честь и совесть?
Пережиток. Рудимент…
На купюре он по пояс,
В каждом парке – монумент!
В камне, бронзе, на скамейке
Весь в купюрах – вот, душа!
Всё он сделал для семейки…
Для народа – ни шиша.
Назарбаеву 2
А не беда, что президент двулик,
ведь путь тернист его и в чем то сложен,
и пусть порой он попросту ничтожен,
но в чем то он по своему велик.
В одном лице он ярый коммунист,
в другом же лицемер он и пройдоха,
зато семья его живёт совсем неплохо,
там каждый – бизнесмен, банкир, артист.
Он клялся коммунистам и богам,
всё продал от сарая, до завода,
а что оставил он для сирого народа?
Пусть привыкает ныне к батогам.
Занавес сиреневого цвета —
Он тяжёл как совесть, как судьба.
Здесь играл шута я и поэта,
Здесь играл презренного раба.
То – палач! То – царь и повелитель,
То старик, усталый и больной.
Умирал я и мой добрый зритель
Горевал и плакал надо мной.
Я играл священника и вора,
Всё на сцене спелось и сбылось.
Всё сбылось… под шепоток суфлёра
Жизнь свою прожить… не довелось.
Душа отлетела, а тело легло
В кровавые лапы бурьяна…
Кому на потеху? Кому то назло,
Иван убивает Ивана?!
А кто-то невидимый дёргает нить
Саднит застаревшая рана…
Кому то остаться, кому то не жить:
Иван убивает Ивана!
Нам болью навеки сердца ворошить,
Душа от безумия пьяна!
И с памятью плакать и с памятью жить:
Иван убивает Ивана!
Каблучки по мостовой
так беспечно цокают,
Жёлтый шар над головой
и сердечко ёкает.
Тёплый дождь над мостовой
пузырьки по лужицам,
Что то стало с головой —
кружится и кружится.
Под ногами шар земной
всё быстрее вертится,
Нам бы этою весной
Хоть глазами встретиться.
Счастье вдруг, на склоне дня —
Золотою рыбкою:
Одарила ты меня
Нежною улыбкою!
Тёплый дождь над мостовой
И планета кружится…
Мы идём вдвоём с тобой
Босиком по лужицам!
За тебя
За тебя – хоть с копьём, хоть с палкой,
Безоружным – попру на нож!
За тебя умереть, не жалко,
Только ты меня не зовёшь.
В кровь разбитые ноги босые
Нет ни волюшки, ни коня.
Как мне жить без тебя, Россия?
А тебе каково, без меня?
Время стужею сердце студит,
Тройкой резвой летит, звеня.
Кто с тобой, что с тобою будет
Если рядом не будет меня?
Я пройду сквозь дожди косые.
Всё стерплю – и грозу и нужду.
Позови, позови, Россия —
С того света к тебе, приду.
Над моей страной тучи черные
Колокольный звон еле слышится,
Где ж ты силушка непокорная?
Воздух есть еще – да не дышится!
Купола церквей, крытых золотом
Красит зоренька в нежно – алый цвет
И белеет храм, только в храме том
Есть прислужники… Бога больше нет!
А над селами дым стоит столбом
Прямо в небушко упирается,
Хоть ты в омут лезь, хоть о землю лбом —
Лес горит кругом! Разгорается…
И не надо слез – проще волком выть!
И церковный хор, зря старается —
То не лес горит – двери адовы
Над страной моей, раскрываются!
Не исчезай!
Твоя рука в моей руке,
глаза глядят чуть – чуть тревожно.
Плывём мы вместе по реке,
а врозь нам выплыть невозможно.
О Боже, Боже – дай нам сил —
вдвоём проснутся на рассвете.
Я ничего не попросил…
Он ничего мне не ответил.
Куда б теченье не несло
от острых скал и водопада,
хранит надёжное весло
и трепет губ и нежность взгляда.
Не уходи. Не исчезай.
Мне без тебя – сорваться в бездну.
Зачем мне мир, зачем мне рай? —
Исчезнешь ты и я исчезну.
О пенсионной реформе
Я от восторга прыгаю и плачу —
Жизнь – сказка: И во сне и наяву,
Мне старость отодвинули и значит
Я до неё уже не доживу.
Крадётся старость тихой – тихой падлой,
Беззубым ртом разбрызгивая яд,
А я её по темечку – кувалдой!
А я её лопатою – под зад!
Жизнь от забот и веселей и чище,
Все правы – президент, премьер и поп.
Но от чего так чешутся ручищи?
И от чего рыдаю я взахлёб?
Осенняя грусть
Календарные листы
Дней прошедших отпечатки,
Как горьки они и сладки
Позабытые мечты
В запотевшее окно
Не врывается движенье.
Растворилось отражение
За задернутым сукном.
Где – то там под ветра свист
Платье сбросила аллея
И, о прошлом не жалея
Умирает желтый лист.
Затуманенные сны
Все тревожней год от года,
В сердце грусть и непогода,
А так хочется весны.
Подслушанный диолог
Девочка, трёх лет:
– Я буду как мамоська стлогой – плистлогой!
Когда вот- такой подласту.
И мальсиков всех, буду гнать от полога
И всех обходить за велсту!
Мальчик того же возраста:
А я, когда выласту, стану пилатом
И много сокловищ найду!
К тебе плилечу на калвете клылатом —
У мамки тебя укладу!
Девочка:
Не надо сокловись – вот столько! – Вот столько!
Калветов не надо пока.
Ты мне пливези из -за моля котёнка,
А лутьсе бальсова сенка!
Про Тараса и фугас
Дыши читатель, ровно
и слушай сей рассказ:
Под самым, значит, Ровно
жил молодой Тарас.
Жена его, Маруся
без юбки, но в пальто,
а сам Тарас вернулся
недавно из АТО.
Подрасшатались нервы
слегка скривило рот,
в АТО одни консервы,
АТО вам не курорт!
Истёрлась балаклава
и треснуло пенсне,
и всё: Хероям слава!»
кричит Тарас во сне.
Смеётся над Тарасом
весёлый городок:
«С войны лишь два матраса
херрой наш приволок!»
А в доме том, что справа,
в окне фиговый лист,
сосед фиговый Слава —
пьянчуга – скандалист,
пока Тарас …Иисусе!
херройствовал в АТО,
ходил сосед к Марусе
и шарил под пальто…
Узнал про эти шашни
наш молодой Тарас,
пока сосед на пашне,
он заложил фугас…
Исчезло два квартала,
Маруся, без пальто…
И что с Тарасом стало,
не ведает никто…
Старая сказка на новый лад
На неведомой земле,
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.