В дорогу отправились не через час, а много позже. И хотя Иолана твердила, что ничего лишнего брать не надо, ибо лучше купить все новое в столице, вещей они прихватили не мало. Процессия состояла из кареты, в которой находились баронессы со своими служанками, и повозки, нагруженной вещами так плотно, что горничные не смогли в ней поместиться, оттого и ехали с госпожами. Сопровождали этот мини-обоз два вооруженных всадника. Двое для охраны мало, но в поместье не было больше подходящих лошадей. Кроме охраны, этим мужичкам вменялось работать и грузчиками, и помощниками. Больше сопровождающих взять не получилось – не было места.
Ну и конечно Манфред, недовольный медленным движением обоза. Ему приходилось сдерживать свою лошадь, то пропуская кавалькаду, то догоняя и обгоняя ее.
В карете было тесно и жарко, но Ванесса не обращала на неудобства внимания – она находилась в предвкушении новой интересной жизни. Конечно, девушка немного погрустила из—за расставания с родным домой, с милыми сердцу живописными уголками поместья, и с друзьями. Но, ей не терпелось поскорее оказаться в столице, во дворце, где жизнь кипела и неслась стремительным потоком – Ванессе нравилась спокойная гавань Танбери, но хотелось и нырнуть в бурный столичный водоворот…
Еще, она с нетерпением ожидала, когда Лео, в очередной раз, проедет мимо экипажа, что бы полюбоваться рыцарем из окна кареты.
…Тогда, у кромки леса, Вей почти сразу узнала короля. Во-первых, в поместье все знали, что Густав возвращается из похода по дороге, пролегающей недалеко от земель Танбери; во-вторых, девушка не раз видела его портреты, в третьих – как бы не был одет король, его величественную осанку, и царственный взгляд не скрыть… Смотря на Густава, и слушая его речи, Вей решила, что Венсанский не хочет быть узнанным, и не стала его приветствовать. Однако, очень обрадовалась – встретить короля, и поговорить с ним, не каждому удается…
А потом девушка обратила внимание на спутника монарха, и потеряла дар речи. Ей никогда не доводилось видеть столь красивого мужчину! Второй всадник имел бледную кожу, черные длинные волосы, прямой нос с горбинкой, твердый, но чувственный рот, и необычайно прекрасные карие глаза, в которых, пробиваясь сквозь лед равнодушия, сиял загадочный свет, словно отблески затаенного огня, полного страстей…
Когда король предложил Вей отправиться с ним к мосту, оставив Манфреда сторожить стадо, она отрицательно качала головой, потому, что хотела ехать туда со вторым господином, сидя на его лошади, и прижавшись к его груди. Но, девушка понимала, что высказать такое желание невозможно, неприлично…
Потом Лео Манфред прибыл в поместье, что бы сопроводить Ванессу и Иолану ко двору… Когда Вей разговаривала с рыцарем, ее сердечко билось так сильно, словно собиралось вырваться из груди, и упасть в руки этого красавца… Ванесса смогла рассмотреть его еще лучше, и нашла еще больше достоинств. Лео оказался высок, строен, узок в бедрах, и широкоплеч – прямо, идеал…
…"Идеал" в очередной раз проехал мимо окна кареты, и Вей, в очередной раз, едва не свернула шею, любуясь его благородным профилем, а затем, прямой спиной с широкими плечами, обтянутой темной кожей доспехов, и прикрытой волной густых черных волос…
Ванесса постучала кулаком по стенке кареты, и экипаж остановился, от чего дремавшая Иолана открыла глаза, и пробормотала:
– Что случилось?
– Прогуляюсь! – ответила Вей, вышла из повозки, и попросила остановившегося рядом , в ожидании распоряжений, охранника-всаднику:
– Дай мне, пожалуйста, лошадь! А сам садись к кучеру!
Стражник слез, забрался на облучок, а Ванесса легко, без проблем и помощи, уселась в седло – не боком, а по мужски, обхватив ногами бока лошади – и отправилась вперед, где нетерпеливо перебирал ногами конь Манфреда. Догнав его, девушка придержала свою кобылку, и неспешно поехала рядом с Лео, который, если и удивился, никак этого не выдал, оставшись невозмутим.
Так и ехали молча. Похоже, ни девушку, ни мужчину молчание не смущало. Ванесса без всякого стеснения разглядывала Манфреда, он же смотрел прямо перед собой, казалось, не обращая на спутницу внимания. Девушка перевела взгляд на коня рыцаря, и отметила, что он тоже прекрасен – огромный, черный, лоснящийся.
– Красивый у Вас конь! – наконец, сказала она – Как его зовут?
– Его имя знаю только я! Потому что, это не просто конь! – произнес Лео, и объяснил – Наша семья не обладает такой сильной магией, как у аристократов, но что-то мы, все же, можем. Наши способности связаны с лошадьми. Этот конь выбрал меня, будучи жеребенком, когда мне было шестнадцать. С тех пор мы неразлучны. Мы – одно целое! А у Вас какая магия, если не секрет?
– Никакой! – грустно ответила девушка – Похоже, эта ветвь Дома Танбери утратила способности…
– Сколько Вам лет? – поинтересовался Манфред.
– Восемнадцать!– ответила Вей.
– Я думал, Вы моложе!
– Ой, нет! Старая дева! – вздохнув, махнула рукой девушка.
Лео на мгновенье потерял невозмутимость, и рассмеялся. А затем произнес:
– Проявится еще магия! Так бывает!
– Возможно! – согласилась девушка, хотя понимала, что это маловероятно – способности обычно обнаруживаются в детстве.
В свою очередь, девушка спросила:
– Милорд, а Вам сколько лет?
– Двадцать семь!
– Вы женаты?
Лео и на это остался невозмутим…
– Я вдовец! – спокойно ответил он.
– Ой! Простите! Соболезную!
Девушка огорчилась, и даже глаза ее затуманились слезами.
– Не нужно сочувствия! – все также, меланхолично, произнес рыцарь – Мы были вместе несколько дней, а потом не виделись восемь лет. Я даже ее внешность не помню.
– Вот как? – удивилась Вей – Почему так случилось? Вы поссорились?
Слезы исчезли, и Вей забыла, из-за чего огорчалась – ее охватило любопытство.Девушке стало очень интересно, что произошло между Манфредом и его женой. Так интересно, что она принялась нетерпеливо ерзать в седле. Лео покосился на Ванессу, взглянул на ее распахнутые, вперенные в его лицо глаза, на приоткрытый от нетерпения рот, и не стал напускать таинственность.
– Я родом из Анфии, – начал рассказ Манфред – из семьи конезаводчиков. Бедным наш Дом не назовешь, бизнес приносит неплохие деньги, но – мы не аристократы.
Лео прервался и опять взглянул на девушку. Но она никак не отреагировала на то, что ее спутник выходец из простолюдинов. Ванесса продолжала смотреть нетерпеливыми глаза, изнывала от любопытства, и жаждала услышать, что дальше.
– Я получил неплохое образование, – продолжил Манфред – и научился сражаться разным оружием, в том числе, мечом, которым, обычно, простолюдины не владеют. И участвовал в турнирах. Вы ведь знаете, миледи, о турнирах, проводимых в Анфии?
Ванесса покивала:
– Да, да, знаю!
– Я был смел, силен, и умел сражаться. И побеждал. Я был смел… Но молод, и глуп. И победил императора – в те времена Джайлс участвовал в турнирах. Император не простил мне поражения, и отомстил. Но отомстил красиво, изящно, и очень унизительно. Джайлс даровал мне титул рыцаря, специально для этого случая придуманный. Рыцарь ниже всех других дворянских званий, но выше простолюдина. То есть, я, как бы, недоаристократ… Но, это не все. Император повелел мне жениться на одной даме… Своей любовнице, что не афишировалось, но было известно всем. И не придерешься – женитьба вчерашнего простолюдина на девушке знатного аристократического дома – благо! Более чем щедрая награда!
Эти повеления я узнал из указа, который мне доставили на дом. И, опять же, по молодости и глупости, хотел отказаться от милостей монарха, чем, конечно же, навлек бы на себя еще больший гнев Джайлса, и еще большие неприятности. Но, моя невеста явилась ко мне, и чуть ли не на коленях умоляла не отказываться от брака.
– "Спасите меня от позора! – говорила она – У меня не хватило смелости отказать императору, и вот результат… Теперь я падшая женщина! У нас с Джайлсом все кончено, иначе он не отдал бы меня другому. Я не прошу Вашей любви, или семейной жизни – мне нужно только Ваше имя! Законный брак! На Вас вся надежда! А иначе – петля! Никто из аристократов на мне не жениться"
Еще и рыдала, при этом. Я ее пожалел,решил дать шанс, и согласился. После свадьбы мы прожили в любви и согласии неделю. А потом отправились во дворец, на очередной бал… И я увидел, как моя жена предается страсти с Джайлсом, в одном из укромных уголков дворца… Ничего у них не было кончено, они любили, а я был просто ширмой… Меня они не заметили…
У меня хватило ума не устраивать сцен, и не вызвать императора на дуэль. Я покинул дворец, дом, в котором мы жили с женушкой, и даже страну. Уехал в Венсан, и поступил в армию. И преуспел на военном поприще до такой степени, что стал приближенным короля.
Лео замолчал, а Вей воскликнула:
– А что с ней? Что стало с Вашей женой?
– Примерно через год Джайлс ее бросил, что не помешало этой даме вести весьма легкий образ жизни. Она меняла любовников, как перчатки, и даже родила несколько детей, которые считаются моими. Незадолго до смерти – она болела, и знала,что конец близок – жена написала мне, попросила позаботится о детях, и сообщила, что старший сын мой. Наверняка, очередная ложь.
И Манфред опять замолчал.
– А что Вы?
– И не собираюсь. У этой дамы много родственников, есть кому принять участие.
Ванессе от этого заявления стало грустно.
– Она же просила Вас! Значит, на родственников не надеялась! Быть сиротой очень… печально. Бедным детям, может, кушать нечего!
Манфред только хмыкнул.
Они снова ехали молча. Затем, девушка спросила:
– Если Ваша супруга умерла, значит Вы можете снова жениться?
Лео опять покосился на девушку, и меланхолично кивнул.
– Могу! Но кто за меня пойдет?
– Почему Вы так говорите? – удивилась Ванесса.
– У меня ничего нет. Ни денег, ни достойного титула, ни дома! Даже некуда жену привести!
– Дома нет? А где же Вы живете?
Девушке показалось, что, прежде чем ответить, Лео замялся.
– Я живу, если не в походе, на постоялых дворах и в кабаках! – произнес он – И жене придется жить там, если она у меня будет!
Ванесса задумалась. Какое-то время, они опять ехали молча, затем девушка сказала:
– Мне было бы все равно, где жить, если жить с любимым!
И посмотрела на Лео, словно ожидая его ответа. Но он промолчал, девушка вздохнула, улыбнулась, произнесла:
– Вернусь в карету! Тетушка беспокоится, куда я делась!
– Мое почтение! – произнес, наклонив голову Манфред.
Ванесса повернула лошадь, и умчалась к экипажу.
– Где ты была? – спросила Иолана, едва девушка втиснулась в карету.
– Проехалась рядом с милордом Манфредом, и побеседовала с ним! – ответила Ванесса.
– О чем можно беседовать с этим грубияном? – поморщилась баронесса.
– Тетушка! – произнесла Вей – Мне кажется, рыцарь Лео хочет на мне жениться!
– Почему ты так думаешь? – мгновенно забыв о хамстве рыцаря, встрепенулась Иолана.
– Он сказал, что не против жениться!
– На тебе? Ты что, спросила об этом? – нахмурившись, поинтересовалась баронесса.
– Нет! Я спросила, может ли он жениться снова, раз овдовел. Лео ответил, что не против новой супруги! Но, при этом, смотрел на меня.
Иолана вздохнула, и спросила:
– Как твое имя подходит тебе!* Кто тебе его дал, интересно?
*Ванесса означает "бабочка".
– Мама так назвала! – тихо ответила девушка, и баронесса, испугавшись, что Вей станет плакать, вспомнив о матери, поспешила сказать:
– Ну, может милорд Манфред и правда попросит твоей руки! Только ты ему не надоедай! Не спрашивай о женитьбе! Это неприлично. К тому же, мужчинам не нравятся надоедливые женщины! Как бы не передумал!
На самом деле, Иолана не надеялась на сватовство рыцаря Лео. Так то, было бы хорошо… Хоть и грубиян, но партия достойная. И сможет освободить баронессу от обязанностей опекунши. Но, нет! Кто возьмет в жены девушку с мозгом, как у бабочки? Разве только тот, кто этого пока не заметил. А Манфред, похоже, уже узнал об уме Вей достаточно…
Ванесса же не обратила на указания тети особого внимания – как может рассуждать о мужчинах, и их предпочтениях та, которая не бывала замужем? Может потому и не была, что ничего в них не понимает?
На постоялый двор процессия Танбери прибыла ночью. Дамы наскоро поужинали, и отправились в свои комнаты, расположенные на втором этаже. Манфред остался внизу, что бы в совершенно пустом полутемном зале, в одиночестве, наливаться вином, и размышлять о сложившейся ситуации.
Днем, отправляясь из Танбери, он злился на Ванессу. Понимал,что девушка не виновата, и вообще не знает, что происходит, и все равно злился. Или миледи Танбери все понимает? Ясно же – не спроста король затребовал привезти во дворец пастушку!
А потом Вей сама присоединилась к нему, что бы ехать рядышком, и глазеть, без всякого стеснения. Странная она, не похожая на других аристократок. Нет ни притворства, ни стеснительности, ни жеманства.
Лео давно не бывал деликатен с женщинами, особенно с теми, на которых злился… Что взять с бывшего простолюдина! Поэтому и рассказал свою историю – без прикрас, романтики, и почти без вранья – не предназначенную для ушей молодой девушки. Однако, Ванессу и повествование, и пикантные подробности не шокировала нисколько. "Дурочка, или циничная особа?" – задался тогда Лео вопросом. Что ему ждать от будущей жены?
Что же касается вранья… Была в его рассказе одна неточность… В то давнее времена он женился не из жалости, а потому, что ему понравилась невеста. Да что там понравилась… Манфред влюбился так, что крышу снесло. Тем больнее было познать предательство. Да, он уже не помнил лица жены, и старался не вспоминать ее имя, но… Все эти годы он старался забыть, и наконец, это удалось.
Был в разговоре с Ванессой и еще момент лжи. Манфред даже немного замялся, прежде чем ответить на вопрос девушки о доме. Что ему негде жить – это рыцарь, конечно, приврал. У Лео имелось поместье – в Анфии. Но там обитали дети жены. А в Венсане… Своего не было, да – за ненадобностью. Но, король всяко подарил бы ему земли, с усадьбой, если бы Манфред попросил. А пока Лео занимал покои во дворце, рядом с королевской спальней. Однако, объяснять все это своей будущей супруге Манфред не пожелал.
Но, на все это Лео было плевать. Главное, что беспокоило и грызло Манфреда, словно голодная крыса, было его неравнодушие к Ванессе. Да, черт побери, девушка нравилась Лео все больше и больше! Днем, во время путешествия, рыцарь, то и дело, проезжал мимо кареты баронесс, что бы увидеть в окошке милое личико Вей, обрамленное белокурыми локонами. И он знал, замечал, видел,что тоже нравиться девушке. Да она и не скрывала – любовалась мужчиной без стеснения, еще и намекнула,что не против стать его женой. Знает же, зачем король зовет ее ко двору! И поехала, не передумала! Значит, не против! И замуж за Манфреда тоже не против… Или, не знает, не понимает, не догадывается? Дурочка, или циничная стерва?
Хуже всего было то, что ситуация восьмилетней давности повторялось во всем – Лео опять был готов поверить, дать шанс.
По приезде во дворец рыцарю нужно уточнить, не передумал ли король, в силе ли его приказ, и если все по прежнему – идти свататься… Манфред даже подумал, что стоит поговорить с Густавом, и объяснить ситуацию – что Вей ему, Лео, нравиться, и что он жениться по любви… Однако… Венсанский, конечно, не такой самодур, как Джайлс, но Лео знал Густава достаточно хорошо, что бы понимать – король может дать своему верному другу Манфреду многое, но не женщину, которая нужна самому… И от идеи выдать замуж свою любовницу не откажется – ей нужно прикрытие в виде брака.
А отказаться жениться самому, не выполнить приказ сюзерена было для Лео недопустимо – Манфред давал королю клятву верности… Откажется он – Густав найдет другого, более преданного слугу, который заключит брак с Вей, но не притронется к своей супруге… А Манфред будет чувствовать себя клятвопреступником.
К тому же, Лео так и не мог понять, что из себя представляет Ванесса. Может быть, ей хочется стать женой рыцаря, и любовницей короля? И как бы не поступил Густав, решать, все же ей. Даст свадебное обещание, а сама будет бегать к королю…
…Скрипнула лестница, и метнулся отблеск свечи – кто—то спускался со второго этажа.
"Она? – подумал Лео – Она!"
Ванесса появилась в зале со свечой в руке, кутаясь в плащ своей служанки. Но меж его расходящихся пол мелькала бледно-голубая ночная рубашка.
– " Любит это цвет! И пастушкой была одета в таком!"– отметил Манфред. Ванесса явилась перед ним в ночнушке и с распущенными волосами, что для дам ее круга неприемлемо, но Лео не удивился – он привык к странностям миледи.
Вей подошла к его столу, поставила свечу, взяла в руки бутылку, огляделась в поисках второй кружки, и не нашла – Лео пил один, и гостей принимать не планировал. Девушка так и стояла, пока Манфред не отобрал у нее бутыль.
– Это вино слишком крепкое! – произнес он – Если мучает жажда, я могу сходить в кухню за водой. А если желаете составить мне компанию, то можете просто сесть за стол. Пить не обязательно.
– Желаю! – произнесла девушка, и опустилась на табурет, напротив Лео.
Манфред был слишком пьян, и может быть поэтому, Ванесса казалась ему необычайно красивой. Свет лампы, тускло выхватывающий кусками убогую обстановку таверны, и колеблющийся отблеск свечи, странным образом обволакивали девушку, окружая ее аурой волшебства. Длинные светлые волосы Вей, рассыпавшиеся по плечам, и струящиеся потоком по спине, были пронизаны этим магическим светом, от чего казалось, что ее милое личико, да и все фигура окружена трепетной нежной туманной аурой. Глаза Ванессы, которые, как Лео помнил, были небесно-голубыми, сейчас казались темными, словно плоды дикой сливы, и загадочно мерцали. Вей уже не куталась в плащ, он просто лежал на ее плечах, и Манфред мог видеть изгибы тела девушки, едва срываемые тонкой рубашкой. И длинную шею, переходящую в по—юношески пухлую белизну груди, с темной манящей ложбинкой между едва скрытых кружевами сорочки холмиков…
Ванесса сидела тихо, безмолвно, и смотрела на свои тонкие руки, лежащие на столе. Лео слегка двинулся вперед, накрыл ладонью хрупкие кисти, такие маленькие, что обе помещались в одну его пригорошню… И нежным легким движением погладил большим пальцами нежные девичьи запястья.
– Ванесса! – сказал он, впервые назвав девушку по имени. Произнес так, словно пробовал на вкус…
– Что, Лео? – тихонько спросила Вей, тоже в первый раз произнеся имя рыцаря.
– У меня есть просьба! – произнес Манфред – Пообещайте, что выполните ее!
– Обещаю! – не медля, не подумав ни секунды, ответила девушка – Исполню все, что Вы попросите! Все, что пожелаете!
– Если я предложу стать моей женой… – сказал Лео, и почувствовав, как ладошки Вей вздрогнули, а в глазах возник мягкий радостный свет, твердо продолжил – Не соглашайтесь! Откажите!
Повисла тишина. Лео и Вей молча смотрели друг на друга.
– Вы… – наконец, произнесла девушка – Не хотите на мне жениться, но все равно предложите? Зачем?
Ее голос дрогнул.
– Пообещайте! – хрипло выдохнул Манфред, и сжал ладони Вей, но тут же расслабил пальцы, испугавшись, что сделал больно.
Видимо да, ей было больно – девушка вытащила кисти из его рук.
– Обещаю! – повторила она, встала, сообщила – Пойду к себе!
Взяла свечу, и направилась к лестнице. За все это время девушка не поднимала глаз, и на Лео даже не взглянула.
– Я Вас провожу!– произнес Манфред, и добавил – Сам тоже отправлюсь спать. Завтра нам нужно отправиться в дорогу пораньше, что бы добраться до столицы засветло!
Сказав это, Лео встал, но пошатнулся, и едва не плюхнулся обратно на стул. Однако, удержался, ухватившись за край столешницы, и смущенно хохотнул.
– Или Вы меня проводите! – пробормотал он.
Ванесса остановилась у лестницы, и подождала Манфреда. Однако, она так ни разу и не обернулась, и Лео пришлось подниматься на второй этаж, смотря на спину Ванессы, вернее, на ее золотистые волосы, покрывающие темную ткань накидки. И ему мучительно хотелось обнять девушку, и прижать к себе…
Манфред и Вей остановились у двери в ее комнату, и Ванесса, наконец—то, оказалась к мужчине лицом, так и оставшимся безмятежным – если девушка и расстроилась из—за его просьбы, то по ней этого было не понять.
– Никогда не обещайте сделать все, что попросят! – произнес Лео, лишь бы что сказать, нарушить тишину, висевшую между ними невидимой стеной – Чужие желания могут быть опасны!
Вей вдруг подалась вперед, обхватила руками шею Манфреда, и поцеловала его – сильно и жарко. Это было так неожиданно, что Лео даже не ответил – так и стоял, руки по швам, как деревянный болван.
– На прощанье! – произнесла девушка, отступив, и взялась за ручку двери, собираясь удалиться в комнату.
Лео рванулся вперед, схватил Вей в объятия,прижал к себе, и накрыл своими губами ее рот. Поцелуй был долгим, но Манфреду показалось, что прошла всего секунда. Затуманенным алкоголем и страстью разумом он вдруг понял, что девушка задыхается от его губ, от напора и мощи объятий. Отстранившись, Лео произнес хриплым голосом:
– Тоже на прощанье! Спокойной ночи!
И пошел прочь, дальше по полутемному коридору.
Вей заскочила в свою комнату, держа в руках упавшую с плеч накидку, прислонилась к двери, и замерла, снова провалившись в омут только что пережитого – теперь, в воспоминаниях. Вызвать эти ощущения было не сложно – казалась, она еще там, в его объятьях. Настоящий поцелуй с МУЖЧИНОЙ не шел ни в какое сравнение с лобызанием сына кузнеца! Рот Манфреда терзал ее губы, страстно и сильно, но не больно или неприятно – поцелуи Лео наполняли тело девушки сладостной жаркой истомой. А его руки, скользящие по ее телу, сминали его, словно цветок, касались нежно и бесстыже, что только усиливало негу и желание Ванессы.
Сколько так простояла девушка, она не знала, ибо не замечала ничего – ни времени, ни храпов тетушки; только ощущения, только этот мужчина, только его руки, и его губы…
Однако, эйфория прошла, Ванесса поняла, что замерзла, и вспомнила, что сказал ей Манфред внизу… Она прошла вперед, остановилась у кровати Иоланы, и тихо, с отчаянием произнесла:
– Тетушка! Лео не хочет на мне жениться!
Иолана громко всхрапнула, и отвернулась к стене, так и не проснувшись. Ванесса легла в свою постель, и тихонько заплакала.
Там, внизу, Вей не очень расстроилась, ибо не собиралась выполнять обещание. Но тогда, смысл сказанного Манфредом до девушки,находящейся в эйфории от близости Лео, и собирающейся выбрать момент, что бы его поцеловать, если он не сделает это сам, не дошел в полной мере. Теперь же Вей все поняла – Манфред так изящно намекнул, что бы не питала напрасных надежд – просить ее руки Лео не станет.
– "Ну и ладно!– всхлипывая, думала девушка – Подумаешь, красавец! Наверное, при дворе все мужчины такие. Или еще красивее! И я красотка! Даже самому королю нравлюсь!"
Конечно, Вей понимала, зачем Густав велел взять во дворец пастушку, и помнила, как бесстыдно он себя вел по отношению к ней. Но, Ванесса не переживала по этому поводу – королю она откажет, а силой он ничего не сделает – слово дал!
Девушка решила, что при дворе все будет хорошо, она обязательно влюбится еше раз, в кого—нибудь получше Манфреда, а об этом надменном рыцаре и думать не станет!
Ванесса улыбнулась, и уснула.
На следующий день кавалькада продолжила путь, и до самой столицы, которая называлась также, как и страна – Венсан – Ванесса и Манфред друг на друга не взглянули, и не обмолвились ни словом. Впрочем, этого не произошло и в столице, не случилось и во дворце, куда путешественники добрались к вечеру.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.