Клуб – это то место, где с лёгкостью можно забыть, что ждёт тебя в реальной жизни. У меня это: сын, у которого начался подростковый период, бывший муж, который эгоистично живёт одним моментом, вечная нехватка денег и угроза потери работы.
Нет ничего нерешаемого. Но я, как и любой человек, устаю.
Сегодня, когда практически силой вытаскивала лучшую подругу отдохнуть в клуб, преследовала только одну цель: чтобы Люба переключилась от дурных мыслей. Развеялась. В итоге я сама ушла в отрыв.
Оказывается, именно это мне и нужно: забыть о реальности. А ещё вот эти горячие мужские руки на моей талии и жгучий поцелуй. Мы давно уже не танцуем, а просто стоим посреди танцпола и пытаемся сожрать друг друга.
– Тут недалеко есть хорошая гостиница.
Звучит отвратительно. Будто проститутку снимает на ночь. Но я всё равно соглашаюсь. Потому что не помню, когда последний раз была с мужчиной. Потому что иногда хочется почувствовать себя желанной. А ещё я не хочу продолжения. Только одна ночь, как передышка, как глоток свежего воздуха.
– Хорошо.
Подхожу к нашему столику, чтобы забрать свою сумочку. Оглядываюсь, понимаю, что Люба уже ушла. Отлично, значит, и я со спокойной душой могу покинуть клуб. Забираю свои вещи. Ещё раз окидываю столик взглядом, проверяю, что ничего не оставлено. Беру своего незнакомца за руку, веду его на выход в сторону стоянки с такси. Краем глаза замечаю, как на парковку бежит охрана клуба, хочу повернуть голову и посмотреть, что там происходит, но мой незнакомец утягивает меня в ближайшую машину. Как только оказываемся внутри, он снова меня целует. Глубоко, откровенно. Боже, как же это умопомрачительно!
Его руки под моей блузкой, чашечка бюстгальтера сдвинута в сторону, мужские пальцы кружат по ареолу соска, задевая и сам уже ставшим твёрдый сосок. Я в ответ ласкаю мужчину через ткань джинсов, дурея от того, какой он большой и твёрдый. Ещё чуть-чуть, и я переберусь к нему на колени.
– Приехали! – чуть ли не кричит водитель, даже не пытаясь скрыть недовольство нами.
Пока я поправляю лифчик, незнакомец расплачивается с таксистом. Мы в спешке выбираемся из машины. Я осматриваюсь по сторонам. Пытаюсь понять, куда мне идти, но не успеваю сориентироваться, как на поясницу по-хозяйски ложится горячая ладонь и подталкивает в нужном направлении.
– Подожди меня здесь.
Он кивает на зону ожидания с мягкими диванами, а сам уходит на ресепшн.
Присаживаюсь на самый край отдельно стоящего кресла. Достаю из сумочки телефон и проверяю наличие пропущенных звонков от бывшего мужа. Понимаю, что если он мне звонил, то, скорей всего, чтобы попросить приехать и забрать сына. Такое уже было пару раз. Но мне везёт, кроме сообщений от подруги ничего нет.
В последнем сообщении Люба интересуется, где я. Переживает. Поэтому вру, что еду домой. У неё и так сегодня тяжёлый день, лишние волнения ни к чему. Мы немного переписываемся, но, быстро договорившись завтра созвониться, прощаемся.
Поднимаю голову и вижу своего незнакомца. Спешит ко мне. Мне нравится на него смотреть. Серьёзный. Красивый. И взгляд такой голодный, что у меня по всему телу разбегаются мурашки, а в груди разгорается пламя. Встаю и иду навстречу. Он тут же притягивает к себе и целует ненасытно, словно иначе сдохнет без моих губ. Отвечаю ему тем же.
– Ещё чуть-чуть, и я забуду, что мы в холле, а не в номере.
Мне нравится, что он неразговорчив. За всё наше «общение» это его четвёртая фраза. И опять по существу, без пустой болтовни. Он просто напоминает, что нам надо прерваться.
С сожалением отрываюсь от него и иду к лифтам. Почему до сих пор нельзя телепортироваться? Сколько драгоценных минут было бы сэкономлено. В лифте мой незнакомец снова притягивает к себе и целует. Мимолётно. Но я не позволяю ему отстраниться и углубляю поцелуй. Мы целуемся как оголодавшие.
Ладно я, у меня секса не было уже несколько лет, но то, как пытается меня сожрать этот мужчина, мне льстит. Никогда и ничего подобного я ещё не чувствовала. Да и с кем? После Костика, моего бывшего мужа, было только два свидания с двумя разными мужчинами. И оба были провальными. Хорошие мужчины, но явно не мой типаж. А этот незнакомец – плохиш. От него так и веет бунтарством.
Наверное, на это я и повелась. Всю жизнь жила под тотальным контролем родителей, даже когда мы с Костиком стали жить отдельно. Три года назад я решилась не только уйти от мужа, а ещё перестала пускать родителей в свою жизнь. Видеться с внуком – пожалуйста. Решать, как нам с Дениской жить – нет.
Вот и потянулась к этому экземпляру, потому что у меня таких никогда не было. Даже просто как знакомого. Татуировки, шрамы, самодовольная ухмылка, а ещё уверенность, граничащая с наглостью. По нему было видно, что он привык брать от жизни всё и даже больше.
Он решил взять меня, а я не вижу причин быть против.
– Наш этаж, – слова даются ему тяжело, и мне это нравится.
К счастью, наш номер расположен недалеко. Огромный, наверное, это люкс, ну или мы приехали в слишком модную гостиницу.
Меня мало это волнует, да и рассмотреть номер мне не дают – утаскивают в спальню.
– Ты предохраняешься?
Спрашивает между делом, пока расстёгивает мелкие пуговички на моей блузке.
– Только с резинкой.
Я пью таблетки, но предпочитаю дополнительную защиту. С Костиком мы предохранялись, но Дениска всё равно получился. Даже если бы была возможность что-то поменять, я не стала бы. Сына люблю, а вот брак по залёту мне не понравился. Второй раз на это не соглашусь, но и второго ребёнка воспитывать одна не потяну.
– Я чист.
– Только с резинкой, – повторяю жёстче.
Незнакомец кивает и наконец снимает с меня блузку, затем бюстгалтер. Откидывает всё куда-то в сторону, припадает к груди и начинает её жадно целовать. Офигенно. Я чувствую себя офигенно. Только мне этого мало. Стягиваю с него футболку и алчно шарю по его скульптурному торсу, готовая получить оргазм, только от того, как он сложен. Это не худущий Костик, который, порой казалось, сломается пополам от тяжёлых пакетов в руках. Здесь есть на что посмотреть.
Скольжу ладонью по торсу ниже. Сжимаю его возбуждение через плотную джинсовую ткань и стону со своим незнакомцем в унисон. Не понимаю, почему мы ещё медлим и до сих пор в одежде. Расстёгиваю его джинсы, а он целует меня. Сочно. Со вкусом, так что я забываю о его джинсах, закидываю руки ему на шею и притягиваю ближе к себе. Наши с ним поцелуи – это что-то особенное. Не хочется их прерывать. Мне кажется, за весь наш брак с Костиком я столько не целовалась, сколько сейчас с этим незнакомцем.
И пока я сгораю в нашем поцелуе, незнакомец успевает найти молнию на юбке, дёргает вниз, раздаётся треск, но меня это мало беспокоит. Кому нужна эта юбка, когда сильные руки так сжимают мои ягодицы.
Мужчина шлёпает меня по попе, прося переступить через юбку, и я покорно слушаюсь. Делаю шаг, он тут же подхватывает меня на руки и бросает на кровать, совсем как в дешёвом кино, но мне нравится.
Улыбаюсь. Призывно. Сгорая от желания и мечтая ощутить его уже на себе и в себе. Только у моего незнакомца совсем другие планы. Его горячие губы начинают исследовать моё тело. Он не пропускает ни одной моей родинки. Языком обводит шрам, оставленный от кесарева. Получается слишком нежно, мне становится не по себе. До боли прикусываю нижнюю губу, а мужчину тяну на себя. Сегодня нет места нежности.
Но незнакомец не Костик, им не покомандуешь. Он ловит в плен мои руки, закидывает их мне за голову. На минуту замирает. Любуется открывшимся ему видом. Обнажённой мною в кружевных стрингах цвета фуксии, чёрных чулках и одной туфле. Вторая потерялась где-то по пути к кровати.
– Ты охренительная, малышка.
Снова звучит пошло, безвкусно, но я завожусь ещё сильнее. Нетерпеливо ёрзаю, пытаясь избавится от дискомфорта между ног.
Мужчина будто не замечает моих страданий. Плавно очерчивает изгибы моей фигуры. И снова целует. Мне хочется освободить руки. Обхватить его за шею, но меня не отпускают. Вместо этого мужчина прокладывает дорожку из поцелуев к груди и уже её терзает своими ласками.
Я начинаю откровенно стонать, извиваться, а ещё молить, чтобы он наконец взял меня. На что мой мучитель лишь довольно хмыкает, но не прерывается. Я даже не замечаю, как вторая его рука спускается ниже и накрывает моё лоно. Хватает пары прикосновений, чтобы я сорвалась в крик. Кажется, именно этого мужчина добивался, он ловит мой крик губами, наконец освобождает мои руки, чтобы стянуть с себя джинсы и войти в меня.
Офигенно.
Я чувствую себя офигенно.
Ещё никогда не чувствовала ничего подобного. Никогда не кричала так громко. И никогда не молила продолжить. Что я делала девять лет в браке, если ни разу не испытывала чего-то близкого к тому, что чувствую сейчас?
Я не знаю, как словами объяснить то, что между нами происходит. Это дикий танец наших тел, охваченных пламенем страсти. Грубость смешивается с лаской. Нетерпение с плавностью. Мы ловим наше удовольствие, но не успокаиваемся. Нам этого мало. Заходим на новый круг в поисках ещё большего кайфа, одного на двоих.
Мне двадцать восемь лет, но некоторые вещи я пробую впервые. Удивляюсь сама себе, но не отступаю. Наоборот, двигаюсь навстречу своему незнакомцу. Раскрепощаюсь. Раскрываюсь. Дарю себя полностью и беру всё от него.
Лишь утром, когда за окном уже светло, мы обессиленно падаем на кровать. Он не начинает сразу храпеть, как делал это Костик. Мой незнакомец так же, как и я, сверлит взглядом белый потолок. Молчим. Но это молчание вовсе не тяготит. Наоборот, любые разговоры испортили бы момент.
Я даю себе полчаса, чтобы перевести дух перед тем, как возвращаться в реальную жизнь, где я – мать-одиночка, одна воспитывающая подростка, и нахожусь на грани увольнения.
Только у судьбы другие планы. Мой телефон надрывно начинает орать. Морщусь. Потому что эта мелодия стоит на Костике.
– Любимая, ты где? – елейным голосом спрашивает бывший муж.
Кривлюсь от этого обращения. Сколько раз просила его так меня не называть, но он продолжает мне назло. Знает, что я бешусь. Вот и выводит на эмоции. «Разжигает былую страсть» – так однажды он это назвал. Поэтому теперь стараюсь игнорировать. Не поддаюсь на провокацию.
– Скоро буду.
– Хорошо. Мы тебя с сыном ждём.
Не будет передышки. Реальность меня нашла. Встаю с кровати и начинаю собираться. Я уже почти одета, когда бросаю:
– Мне надо идти.
– Я слышал. – в голосе отвращение, но не придаю этому значения.
Пожимаю плечами. Слышал и слышал. Пока придумываю, как закрепить порванную юбку, чтобы она в самый неожиданный момент с меня не слетела, незнакомец встаёт с кровати и тоже начинает одеваться. В итоге, так ничего не придумав, натягиваю юбку повыше, блузку оставляю на выпуск. Буду придерживать руками – до такси и от такси до дома.
– Держи.
Оборачиваюсь на голос незнакомца и вижу, как он кидает на кровать в моём направление несколько пятитысячных купюр. Сначала не понимаю, что это, а потом начинаю истерично смеяться. Ну что, Люда, сколько раз за ночь ты представляла себя героиней дешёвого фильма? Получай. Теперь с тобой и расплачиваются, как с самой настоящей уличной девкой.
Незнакомец вопросительно приподнимает бровь, глядя на мою истерику.
– Мало?
– Очень. Но так и быть. Можешь оставить эти деньги себе. Пригодятся, чтобы найти новую девку на ночь.
Подхватываю с пола туфли, сумку и вылетаю из номера.
Прощай, ночная сказка.
Принц оказался скотиной, а Золушка всего лишь дешёвкой.
Костик с Денисом и правда меня ждали возле подъезда на скамейке. Хреново, что сын меня видит в таком виде. Но на звание «мать года» я давно перестала претендовать.
– Привет, ма, – не отрываясь от телефона, сын поднимает руку в приветственном жесте.
– Чего в квартиру не заходите?
– Ключи дома забыл, – сын беззаботно пожимает плечами. Наконец отлипает от телефона и с любопытством рассматривает меня, – прикольно выглядишь, ма.
Приподнимаю наверх несчастную юбку, что так и норовит соскользнуть вниз.
– Спасибо, сын, ты тоже. В доме отца не нашлось расчёски?
– Он куда-то спешил, – отвечает сын, встаёт со скамейки и идёт к подъезду, когда равняется со мной, забирает из моей руки ключи.
Я иду следом, а за нами зачем-то плетётся Костик.
– Ты вроде спешил, – кидаю, даже не оборачиваясь.
– Что, я не могу вас проводить, чтобы убедиться, что всё в порядке?
А вот теперь оборачиваюсь, чтобы он видел мой скептический взгляд. Потому что оба знаем – просто так провожать не станет. Значит, что-то ему нужно от меня.
Дениска уже открыл дверь и сразу убежал в свою комнату. Стрелялки ждать не будут, а точнее, друзья, с которыми он играет по сети.
Но я всё равно проверяю, что сын в наушниках, лишь после этого разворачиваюсь к Костику лицом и впиваюсь взглядом в него.
– Что тебе нужно?
– Ты сейчас выглядишь так, будто хорошо провела ночь, – с брезгливостью замечает, игнорируя мой вопрос.
– Удивлён, что кто-то справился с тем, с чем не справлялся ты?
Теперь он морщится. Его всегда бесило, что с ним я кончала редко. Именно это и послужило поводом для его измен. Ну, по крайней мере, он так себя оправдывает.
– У тебя кто-то появился?
– Тебя это не касается.
– Ты мать моего сына.
– И что? Когда ты имел каждую встречную девушку, пока мы были в браке, тебя это не останавливало. Говори, что тебе надо, и проваливай.
– Стерва.
– Считаю до трёх, и сама тебя выставлю.
Он сверлит меня гневным взглядом, но сдаётся.
– Дай денег до конца следующей недели. Десять тысяч надо.
– Ты охренел?! Устройся уже на работу нормальную.
– Я устроился, но тут есть беспроигрышная замута поднять бабло быстро.
– Вырасти уже, Костик, не бывает беспроигрышно и быстро.
– Люд, ни хрена ты не понимаешь. Тут верняк, говорю тебе. Дай денег, я же знаю, что у тебя отложено на школу Дениске.
– Нет.
– Да блин, только май, я тебе сто раз вернуть успею.
– Вся проблема, что ты никогда не возвращаешь. Ты вечно на мели.
– Ты не понимаешь, Люд. Тебе хорошо. Ты одна, а мне еще на девушку тратится надо.
– Я не одна, Костик. Я ещё нашего сына воспитываю. На которого, по идее, ты алименты должен платить. Поэтому проваливай, а то дальнейший разговор тебе не понравится.
– Стерва ты всё-таки, Людка, – со злостью выплёвывает Костя и уходит.
Закрываю дверь за ним и обессилено падаю на пуфик, прямо там в прихожей около двери. Справлюсь. Ничего нового я не узнала, что Костик как мужик и отец совсем никакой, я поняла давно. Так что и расстраиваться нечего.
– Ма, ты чего здесь в темноте сидишь?
Открываю глаза и смотрю на сына, что стоит напротив и с беспокойством рассматривает меня. Подзываю его к себе, чтобы обнять. Обычно он против, но сейчас подходит и сам прижимает мою голову к своему животу. И с любовью начинает гладить по волосам.
– Как вечер с папой провёл?
Не вижу, но чувствую, как он пожимает плечами. Улыбаюсь этой его привычке. Совсем как у моего младшего брата.
– Нормально. В плойку поиграли. Он меня со своей новой девушкой познакомил.
– И как?
– По сравнению с тобой полный отстой.
Смеюсь искренне. Потому что знаю, сын мне не врёт, он на самом деле так считает. Поднимаю голову, упираюсь подбородком ему в живот и заглядываю в лицо такого уже взрослого сына.
– А если не сравнивать со мной?
Дениска пожимает плечами.
– Всё равно отстой. Как всегда.
– Саша тебе нравилась.
– И она меньше всего продержалась.
Улыбаюсь. Хотя должна воспитать сына за то, что так говорит о людях. А Костика попросить не знакомить всех своих пассий с сыном. Но на звание «матери года» я не претендую, а сын уже большой. И так всё давно понимает.
– Дениска, пошли сегодня куда-нибудь? Можно велики напрокат взять.
Снова пожимает плечами.
– Давай. Только позавтракаем сначала?
– Да. Дай мне пять минут, в душ схожу.
– Можешь все десять, я пока ещё одну игру пройду.
Киваю и иду в ванную. Долго под струями воды не нежусь. Быстро привожу себя в порядок, потом готовлю завтрак.
После завтрака собираемся на прогулку. Решаем, что всё-таки поедем в парк, возьмём велики напрокат, а потом, может, и в кино сходим. Я даже решаю позвонить младшему брату, позвать с нами. Но он отказывается. У него уже есть планы.
– У него девушка вроде появилась. Ты только не говори никому, ладно? Он не хочет, чтобы бабушка или тетя узнали.
Вот тут я понимаю своего младшего брата, как никто другой. Мама может слишком сильно совать свой нос в нашу личную жизнь. Как и наша старшая сестра. Та мне кажется похожей на мать не только внешне, но и характер тот же унаследовала. Это мы с младшим братом не в родителей пошли.
Хотя нет. Брат во многом похож на отца. А у меня от последнего только упрямство. Зато его хватит на семерых, и ещё на сдачу останется. Сыну вот немного на свою голову передала.
В парке мы катались наперегонки, но маленькому хитрецу просто кататься неинтересно, поэтому гоняли на желания. Ага. Сын знает, как развести меня на что-нибудь.
– Ты специально поддавался, да? – спрашиваю Дениску, когда мы уже вернули велики и теперь сидели на скамейке и лакомились мороженым.
– Угу.
Сын улыбается во все зубы. Конечно, обхитрить мамку – это многого стоило. Сначала поддаться, а когда я расслабилась и уже думала, что победа у меня в кармане, он обогнал меня.
– Ну говори уже.
– В июле концерт «Ночных псов» будет, мам, давай сходим?
Вот же блин, а я уже купила билеты на их концерт, в качестве подарка на день рождения. Интересно, а теперь это прокатит в качестве подарка или надо что-то новое придумывать?
– Сходим.
Сын как-то с подозрением косится на меня.
– Ты уже купила, да?
– Угу.
Сын порывисто бросается на меня и крепко обнимает.
– Ты самая лучшая, ма.
Хрен с ним, с подарком. Ради вот такой радости сына я ещё что-нибудь придумаю.
– Ну, раз, билеты уже куплены, то они не засчитываются в желание, и у меня новое.
– Борзеешь, Денчик.
– Ну-у-у, ма, я по-справедливости рассуждаю.
– И чего же ты хочешь, справедливый мой?
– Пошли пиццу поедим?
Тут я соглашаюсь сразу. Пиццу я люблю не меньше сына.
После кафе мы с сыном ещё гуляем по городу, а потом едем домой. Расходимся по своим комнатам. Он играть в компе, а я – смотреть объявления о работе. Просто так. На всякий случай. Пара вакансий мне даже нравится, и я отправляю своё резюме, хотя ещё не уверена, что придётся увольняться.
Уже ночью, лёжа в кровати, я ловлю себя на мысли, что не всё так плохо в моей жизни. Я воспитала хорошего сына. Он ведь мог сегодня убежать гулять с друзьями, потому что в его возрасте тусоваться с родителями не интересно, но он провёл этот день со мной. Вот ради своего мальчика я и справлюсь со всем остальным.
Засыпаю я с улыбкой на губах, а вот сплю плохо. Мне всю ночь снится мой незнакомец и то, что он вытворял со мной. Просыпаюсь вся мокрая. Понимаю, что меня лихорадит. Хочу встать, но сил не нахожу. Снова проваливаюсь в сон, где меня уже ждёт мой незнакомец. Жаль, что это только сон, я бы хотела снова провести с ним время. Но мы расстались не очень хорошо, и я даже не знаю, как его зовут. Он навсегда останется моим мимолётным воспоминанием.
– Мам, – чувствую, как меня трясут, – мам, проснись, пожалуйста.
Кое-как разлепляю глаза и вижу обеспокоенное лицо сына.
– Мам, ты напугала меня. Ты громко стонала. Тебе плохо? Позвонить в скорую или бабушке?
– Не надо, – шепчу, потому что голос исчез, а горло дерёт от боли.
– Ма, я счас градусник принесу.
Киваю. Сын тут же убегает. Слышу, как он грохочет на кухне дверцами шкафчиков, пытаюсь встать с кровати, чтобы предотвратить погром, но даже от лёгкого движения голова начинает раскалываться.
– Ма, держи.
Дениска прибегает обратно с градусником. Я тут же засовываю его подмышку. Уже по писку градусника, понимаю – температура есть и она большая, но посмотреть не успеваю, – сын отбирает его у меня.
– Тридцать девять и пять. Мам, я звоню либо в скорую, либо бабушке.
Понимаю, что он прав, поэтому на пальцах показываю первый вариант. Врач приедет и уедет, а мать я хрен выпровожу. Сын кивает и снова убегает. Слышу, как он звонит, как объясняет, что маме плохо и что мы живём вдвоём. Ага. Как будто это такая дикость в современном мире. Дальше я проваливаюсь в сон. И возвращаюсь в реальность, только когда меня будит врач.
Осматривают и успокаивают, что ничего страшного. Всего лишь ангина. Назначают лечение.
Ага. Совсем ничего страшного, кроме того, что ты мать и должна заботиться о сыне, а вместо этого даже с кровати встать не можешь. За все двенадцать лет, что гордо ношу звание «мама» мои болезни можно пересчитать по пальцам. За последние три года, что мы живём отдельно, я и вовсе не болела. И сейчас я совсем не понимаю, как мне быть.
– Мам, не переживай, врач сказал, ты на поправку быстро пойдёшь, а пока я позабочусь о тебе, – сын придвигается ко мне ближе и начинает гладить по руке, – ма, не плачь только, ладно?
Плачу? Поднимаю руку, касаюсь щеки. И правда плачу. Это всё температура. Вот и сны странные снятся и слёзы текут. Следующие три дня пролетают урывками. Сын нянчится со мной: помогает дойти до ванной, разводит гадкое средство, которым надо полоскать горло и даже заставляет это делать. Он регулярно заказывает нам еду и делает это ответственно, не нашу с ним любимую пиццу, а разные супчики и пюрешки с рыбными котлетами. Знает, что рыбу не люблю, вот и отрывается на беззащитной матери.
Но всё меркнет по сравнению с тем, как он отбивается от бабушки. Я впервые ощутила, что мы с ним настоящая команда. Пусть он и врёт – это плохо, но у Дениски нет другого выхода.
– Ба, привет. Да, представляешь, мама снова ушла на работу, а телефон оставила дома. Ага. Она эту неделю вообще растерянная, говорит, работы много, устаёт. Я ей передам, что ты звонила.
Если бы не болела, расцеловала бы сына.
Звания «дочь года» я тоже не заслужила, ну и хрен с ними. Зато сын у меня точно самый лучший, так что не такая уж я и плохая мать.
На больничном провожу неделю. По мне всего ничего, и я радуюсь, что выздоровела так быстро. Вот только у моего нового руководства были другие мысли на этот счёт.
– Нам не нужны такие сотрудники.
– Какие?
– Которые часто отсутствуют на работе.
– Это мой первый больничный за несколько лет.
– Да, но вы через неделю собрались в отпуск. У вас есть сын. Потом он заболеет, и вы снова возьмёте больничный. Нет. Нам такой сотрудник не нужен.
Логике в его словах не нахожу, но прекрасно понимаю, что с таким подходом мы не сработаемся. Поэтому пишу заявление на отпуск с последующим увольнением. Начальник хочет возмутится насчёт отпуска, но натыкается на мой многообещающий взгляд и без лишних слов подписывает.
Вот и сходила на больничный.
Я быстро собираю вещи с рабочего стола. Внимательно проверяю, чтобы ничего не оставить, а затем иду в отдел кадров, где сразу оформляют моё увольнение.
Домой еду в смешанных чувствах. С одной стороны, рада, что не придётся под началом этого придурка работать, а с другой, совсем не понимаю, что мне делать. Да у меня есть кое-какие деньги, но это на то, чтобы съездить в отпуск и собрать Дениску в школу. Я откладывала их весь год и обидно будет просто спустить на продукты. Есть, конечно, кредитка, но это самый крайний вариант.
Дениса дома нет. Пакет со всеми вещами, собранными с работы, ставлю в шкаф в коридоре. Не хочу его видеть, позже разберу, но не сегодня. Сразу иду в душ, где долго стою под струями воды. Пытаюсь привести свои мысли в порядок. Получается плохо. Злость и откуда-то взявшиеся отчаяние окутывают меня. Морозят.
Дома тепло, но я всё равно после душа надеваю тёплый домашний костюм. Меня всю колотит изнутри. Хочется выпить чего-нибудь покрепче, но вместо этого делаю себе кофе и сажусь за ноут в поисках работы.
На специальном сайте я сразу замечаю, что одна из компаний, куда я отправляла резюме, мне ответила. Пригласили на собеседование, только вот это было неделю назад. Но я всё равно решаю им перезвонить.
– Здравствуйте, вы пригласили меня на собеседование, к сожалению, я болела и вот лишь сейчас увидела ответ, – вся моя уверенность куда-то испарилась, я быстро тараторю, словно боюсь, что они бросят трубку, а это мой единственный шанс.
– Добрый день. Какая вакансия вас интересует?
– Системный администратор.
– Вакансия ещё открыта, – радует меня женский голос на другом конце провода, – когда вы сможете подъехать?
– Завтра. Прямо с утра.
– Хорошо, ждём вас к десяти, адрес пришлю по смс.
Я не верю своему везению, поэтому радоваться не спешу. И весь вечер посвящаю поиску работы, но больше удачных вакансий не попадается. То зарплата не та, то находятся слишком далеко или график неудобный.
За поиском работы меня и застаёт сын.
– Привет, ма. Ты снова себя плохо чувствуешь?
Мотаю головой, пытаюсь улыбнутся, но выходит откровенно хреново.
– А чего тогда закуталась?
– Костюм этот люблю.
– Нехорошо сына учить врать.
Он садиться рядом и заглядывает в ноут.
– Работа?
– Ага. Твоя мать безработная.
– Ну и ладно.
Сын мало понимает, чем это грозит нам. И я рада. Не хочу, чтобы он взрослел раньше времени.
– Я пойду работать, – уверенно выдаёт.
Рано я успокоилась.
– Ага. Счас, – треплю его по голове. – Не раньше, чем тебе исполнится восемнадцать.
– Но, мам…
– Не мамкай, лучше помоги всё тут убрать, будем ужинать.
Сын слушается. Уносит ноут ко мне в комнату, пока я грею еду.
– Завтра утром поеду на собеседование. Может, получится сразу устроится.
– Куда?
– Какая-то фармацевтическая компания.
– О-о-о, бабушка будет рада.
– Она была бы рада, если бы я изначально пошла в медицинский, как нормальный ребёнок, а не в ай-ти специальность. – говорю с сожалением, но тут же одёргиваю себя. И так хреново, что сын периодически слышит наши с мамой ссоры из-за моей профессии, не хватало ещё ему плакаться об этом, поэтому переключаюсь с темы: – Завтра схожу на собеседование, посмотрим, сложится с ними или нет, но в отпуск придётся ехать сейчас.
– Может, без отпуска?
Мотаю головой.
– Я обещала тебе море. Да и мне самой надо развеяться.
Этот вечер сын проводит со мной, а не с компом. Отвлекает разговорами, мы даже играем в настольную игру, и я с лёгкостью забываю о проблемах. Подумаешь, уволилась, что я, новую работу не найду… Тем более завтра собеседование и, может быть, мне повезёт.
А вот утром по-новой начинаю нервничать. Стыдно признаться, но это моё второе собеседование в жизни. Я проработала в той конторе девять лет, хм, символично: брак прожил девять лет и первая работа столько же. Так вот, я туда устраивалась на подработку студенткой, там же проходила практику. И я привыкла к этой фирме. Я даже не знаю, что говорить на собеседования. Надо было вчера вместо игр хотя бы погуглить. Нет. Время, проведённое с сыном, ни на что другое я не променяю.
Пока вожусь в ванной, сын успевает сварить мне кофе и сделать бутерброды. Может, иногда он и вредный, но всё равно самый лучший парень в мире.
– Хочешь, поеду с тобой?
Мотаю головой.
– Тогда не нервничай.
– Я не нервничаю.
– Ага, а футболку надела наизнанку.
– Пф-ф-ф, так модно просто.
Сын закатывает глаза. Внимательно рассматривает меня, я ему в ответ улыбаюсь.
– Тогда я у Славы буду.
– Ok. Только вы бы не сидели весь день у компа, а погуляли. И что у тебя со списком чтения на лето?
– Ма, лето еще не началось.
– Ты даже не заметишь, как оно закончится. Так что со списком?
– Ой, ма, кажется тебе кто-то звонит.
Сын убегает за телефоном в мою комнату, а я мысленно ставлю себе галочку вечером продолжить разговор. Я даже ради этого телефон отключу.
– Это бабушка.
Дениска с опасливостью протягивает мне телефон. Будто это бомба. Я снова улыбаюсь ему, показываю, что всё в порядке.
– Людмила, – строгим тоном начинает мама, – почему Катя говорит, что ты шантажируешь Костика алиментами?
– Потому что он должен их выплачивает.
– Ты же знаешь, мальчику не везёт с работой. Он так и не смог закончить академию и получить нормальное образование, ему нужно было вас кормить. Ты ведь не хотела больше с нами жить.
Ага. Именно я виновата, что мой дорогой бывший муж не задерживается ни на одной работе. Именно я виновата, что его отчислили из академии. Да и вообще своей беременностью в шестнадцать лет сломала всю жизнь мальчику. А то. что я смогла доучится и получить диплом, ну так у меня и профессия не профессия. Сейчас любой может пройти курсы и быть ай-ти специалистом. Так что непонятно, чему я училась все четыре года.
– Мам, давай не будем начинать всё по новому кругу. Обещаю не давить на него.
Как будто я когда-то давила. Так, иногда припоминаю, что он обязан платить, а то живёт слишком хорошо. Только Костик тут же бежит к своей матери, жалуется на стерву Людочку. Тётя Катя сразу бросается звонить моей матери. Вот так и живём одной большой дружной семьёй.
– Хорошо. Я рада, что ты меня понимаешь. Если тебе нужны деньги, ты всегда можешь вернутся жить к нам. Мы с отцом поможем, – от одной мысли, что буду снова жить с родителями, кривлюсь, будто от боли, хорошо мама по телефону не видит меня. – Да кстати, почему ты не на работе? Что-то случилось.
– Нет, ничего не случилось. Вот как раз собралась выходить.
– Ладно. Не буду задерживать.
Отключаю звонок и выдыхаю. Сегодня повезло, и мы, можно даже сказать, спокойно поговорили. После разговора о переезде к ним я даже перестала бояться собеседования. Ничто так не стимулирует перед предстоящим подвигом, как страх вернуться в родительский дом.
Переодеваю футболку на нужную сторону. В зеркало тщательно рассматриваю себя и выхожу из дома. К нужному бизнес-центру приезжаю за двадцать минут – хороший знак. Мне сразу выдают временный пропуск, лифт встречает распростёртыми дверями, а на нужном этаже меня уже ждёт милая девушка.
– Здравствуйте, я Ангелина, – она улыбается мне открытой улыбкой, я отвечаю ей тем же, – мы с вами разговаривали.
– Очень приятно! Люда.
Она проводит меня в переговорную. Даёт анкету, которую я быстро заполняю. Мы с ней немного обсуждаем общие условия. И нас двоих пока всё устраивает.
– Если вы не против, то я бы предложила пообщаться с вашим непосредственным начальником уже сегодня.
Активно киваю. Чем быстрее в моей жизни появится определённость, тем лучше!
– Хорошо, но нужно будет его подождать примерно час. К сожалению, он сейчас на совещании. Либо мы можем назначить встречу на завтра.
– Я подожду, – поспешно выкрикиваю.
– Отлично, тогда, может, попросить принести вам кофе?
– Нет. Спасибо, ничего не надо.
Ангелина уходит, а я решаю убить время и посмотреть новую серию любимого сериальчика. Хорошо, что наушники всегда валяются в сумке. За просмотром время пролетает незаметно, ещё и серия оказывается очень интересной, моментально меня затягивает. Смотрю, не поднимая головы, а когда поднимаю, вздрагиваю и в голос готова закричать, прямо за мой спиной кто-то возвышается.
Bu ve 399 TRY karşılığında 2 kitap daha