© Анастасия Полянина, 2021
ISBN 978-5-0055-5612-7
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
– Ну что, готовы стать отцом во второй раз, Роман Евгеньевич? – спросила я мужа.
Мы буквально несколько минут назад заняли свой столик в ресторане, куда пришли отметить годовщину нашей свадьбы.
Муж удивленно на меня взглянул.
– Разве у меня еще есть выбор, Алиса Александровна?
– В данной ситуации, определенно нет. Потому что я рожаю, – ответила я спокойно, насколько это было в моих силах.
Мой муж уставился на меня во все глаза.
– Как рожаешь?! Еще ведь две недели до родов! – сказал он, имея обескураженное и вместе с тем напуганное выражение лица.
– Ну извините. Я не смогла договориться с нашей дочерью насчет точных сроков ее «вылупления».
Рома приблизился ко мне через столик и спросил все с тем же озадаченным лицом:
– Как ты поняла, что рожаешь? У тебя что-то болит?
Я глубоко вздохнула.
– Пока нет. Но посмотри под стол… – ответила я и в смущении отвела глаза.
Муж устремил свой взгляд в указанном мной направлении. Там была лужа, и мои околоплодные воды продолжали стекать со стула, на котором я восседала.
Я услышала сдавленный звук, вырвавшийся изо рта Ромки. А потом он сказал:
– Ну как не стыдно, Алиса Александровна! Такая большая девочка, а до горшка не добежала!
Я уже хотела засмеяться, но тут мой живот пронзила боль – острая и резкая.
Я вскрикнула и схватилась за пузо. Рома подскочил со своего места и подлетел ко мне. Он смотрел на меня с нескрываемым испугом в глазах. А еще минуту назад бесстыдно шутил надо мной, засранец!
– Поупражняетесь в юморе позже, Роман Евгеньевич. А сейчас везите меня туда, где я смогу родить вам ребенка, – скомандовала я, как только боль отпустила меня.
– О Господи, похоже эта девчонка будет такой же нетерпеливой, как и ее мать… – пробубнил муж и поднял меня со стула.
Фух! Каких-то пять часов адских страданий, и я мама!
Когда мне положили на грудь мою крошку, память моментально избавилась от воспоминаний всех мук, которые мне пришлось только что пережить. Это было состояние полноценного, безусловного счастья! Она была такой маленькой и теплой. Я прямо физически ощутила, как мое сердце словно стало в два раза больше, наполнившись новым непостижимым чувством любви. Я смотрела на дочь и не могла поверить своему счастью!
Взглянув на Ромку, который стоял рядом, я увидела в его глазах слезы. Я улыбнулась ему и протянула свою руку. Он взял ее и поднес к своим губам.
– Ты большая умница, Лисичка, – в его голосе слышался надрыв, – Спасибо тебе, родная…
Я стояла, упершись руками в столешницу кухонного гарнитура и опустив голову. Мои вески пульсировали. Я просто устала, неимоверно устала.
От моего сиюминутного транса меня отвлек звук захлопнувшейся входной двери и последовавший за этим раздраженный голос мужа, донесшийся из прихожей:
– Черт! Маруся!
Я достала из детского стульчика захныкавшую Катюшу и прошла в прихожую, чтобы выяснить, что случилось.
– Ты чего ругаешься? – спросила я Ромку, отделяя цепкие ручонки малышки от своих волос.
– Игрушки. Повсюду игрушки… Маруся! – снова окликнул он дочь.
Она наконец показалась из своей комнаты и раздраженно посмотрела на отца.
– Я сколько раз просил тебя не разбрасывать свои игрушки по всей квартире? – тон его голоса был чересчур агрессивным, что было вообще не похоже на моего мужа.
Я решила незамедлительно вмешаться.
– Рома, не кричи на Марусю, пожалуйста. Мы с ней сейчас все соберем… Да ведь, милая? – обратилась я к старшей дочери, которая так и стояла в дверном проеме своей комнаты. Вместо ответа она просто изобразила детскую злобу на лице и хлопнула дверью.
Рома закатил глаза. Я глубоко вздохнула.
– У меня сегодня плохой день, – прорычал муж.
Я посмотрела на его нахмуренное лицо. И тут меня прорвало.
– У тебя плохой день?! А у меня что ни день – то сказка! – высказала я так громко, что Катюшка на моих руках вздрогнула и закуксилась.
Муж бросил на нее опасливый взгляд, потом на меня – удивленный.
– Алиса… – заикнулся он.
Но меня было уже не остановить:
– У одной зубы режутся, у другой – уже выпадают!… Всех накорми, уложи, развесели! А обо мне кто-нибудь подумал?! Я как белка в колесе! А у него, видите ли, плохой день!
– Алиса, это называется семья! – сказал резко муж.
– Рома, это называется рутина!
Я вручила ему малышку и гордо прошествовала в спальню – жалеть себя.
Едва я присела на кровать и закрыла лицо руками, готовая расплакаться, как дверь тихонько приоткрылась, и я услышала, что по полу шлепают босые ножки. Это была Маруська.
– Мама, вы с папой поругались, да? – спросила она своим тоненьким голоском.
– Что? Нет, детка. С чего ты взяла? Мы просто немного поспорили… – ответила я и протянула к ней руки, призывая ее к себе. Она послушно подошла.
– Папа кричал на тебя, – сказала Маруся, глядя на меня исподлобья.
– Не-ет, зайчик. Ты же знаешь, папа никогда на нас не кричит. Он просто громко говорил.
– Не обижайся на папу, ладно? Он тебя очень любит. И я люблю.
Маруся подняла голову и посмотрела на меня, слегка наморщив лобик.
– Я тоже тебя люблю, моя девочка! – сказала я и обняла ее.
– Может, у него просто есть какой-то секрет? – вдруг предположила она.
– Ты думаешь? – спросила я, прищурившись.
Я усадила ее себе на колени и приготовилась внимательно выслушать.
– У нас в садике есть такой мальчик – Лёвка. Он всегда на всех ругается и дерется. Я сначала думала, что он просто злой. А потом услышала, как воспитательницы говорили про него, что он до сих пор пИсается в кровать. Это и был его секрет.
Я рассмеялась сквозь подступающие слезы и крепко прижала к себе Марусю.
– Как же я тебя обожаю, солнце мое!
Весь вечер мы с мужем почти не разговаривали. Мы могли перекинуться парой слов только, если это касалось детей, но не более. Я ловила на себе его обеспокоенные взгляды, но продолжала держать оборону в виде крепкой обиды.
Когда девочки были уложены в свои кровати и уже мирно спали, я отправилась в ванну, чтобы полежать и расслабиться. Это было именно то, что мне необходимо.
Я легла в горячую воду. С ее поверхности поднимался пар. Пена скрыла мое обнаженное утомленное тело. Я откинулась на бортик головой и закрыла глаза. Минут десять я пролежала так, наслаждаясь тем, как горячая вода приятно покалывает мою кожу. И вдруг…
– Незнакомая мне сварливая женщина… Немедленно верните мне мою трепетную жену… Я готов заплатить любые деньги… – услышала я приторный голос Ромки.
Я приоткрыла глаза и не смогла не улыбнуться. Он сидел на корточках рядом с ванной.
– Лисичка, прости меня. Вероятно, я перегнул… – сказал он и ласково погладил костяшками пальцев мою щеку, – Смотри, что у меня есть для тебя!
Муж раскрыл передо мной ладонь. Я увидела свою любимую шоколадную конфету. У меня моментально выработалась слюна во рту и вылезла блаженная улыбка на лице. Я сглотнула и переместила взгляд от конфеты на Ромку.
– Мне нельзя, – сказала я печально.
Муж удивился:
– Почему?
– Я и так толстая…
После этих слов я стесненно отвела глаза в сторону. Ромка засмеялся.
– Прости, в каком это месте ты толстая? – спросил он сквозь смех.
Я не посчитала нужным отвечать и просто продолжала сканировать кафель на стене ванной комнаты. Тогда муж окунул свою руку в воду.
– Может, вот здесь? – спросил он и провел рукой по внутренней стороне моего бедра под слоем пышной пены. Я моментально почувствовала прилив возбуждения, когда он как будто случайно коснулся моих половых губ.
– Или вот тут? – муж переместил руку на низ моего живота и нежно погладил его подушками пальцев. И эта часть моего тела мгновенно ответила на его прикосновение приятным волнением.
– А что насчет этого? – спросил Рома, когда его любопытная рука добралась до моей груди и вырисовывала «восьмерку» вокруг сосков.
Я со стоном выдохнула и закрыла глаза.
– Алиса Александровна, вы самая красивая женщина на свете. И я не устану это повторять. Так что прекратите набивать себе цену, – услышала я шепот мужа рядом со своим ухом. А потом его требовательный язык проник в мой слегка приоткрытый рот.
Я оторвалась от поцелуя и поднялась на ноги. Моя кожа была распарена и блестела от воды. Местами на моем теле оставались хлопья пены. Ромка так и сидел на корточках и смотрел на меня снизу вверх, шаловливо улыбаясь. Потом он тоже встал, взял большое махровое полотенце и обернул меня им.
– Пойдем «затрахаем» сложившееся недоразумение? – сказала я, чем вызвала искренний и добрый смех у мужа. Он взял меня на руки и понес в спальню.
По пути до нашей комнаты я скинула полотенце прямо на пол в прихожей, так что осталась совершенно обнаженная в руках своего мужа.
Он медленно положил меня на кровать и навис надо мной, смотря в мои глаза и обдавая мое лицо своим жарким дыханием.
– Я так люблю тебя, Лиса…
Я взяла его за шею и потянула на себя.
– Будь со мной ласков сегодня… Я хочу твоей нежности…
Муж коснулся губами моего рта. Затем его мягкие поцелуи переместились на линию моего подбородка и шею. Я затрепетала всем телом. Когда я почувствовала, что его губы по очереди обхватили мои соски и слегка потянули их, у меня на коже высыпали мурашки. Рома спускался ниже, медленно, оттягивая мои сладострастные мучения. Он осыпал поцелуями мой живот, заставляя бабочек в нем расправить крылья и воспарить, и наконец добрался до заветной цели. Встретившись с его языком, мой клитор моментально отправил благодарный импульс, и я неслышно застонала. Язык мужа словно танцевал вокруг центра моего удовольствия и по моим влажным складочкам. Своими умелыми оральными манипуляциями Рома уверенно приближал меня к оргазму. Я зарылась пальцами в его густые волосы и ощутила, как внутри меня словно извергся вулкан наслаждения, и его теплая лава растеклась по всему телу.
– Я достаточно нежен с вами, Алиса Александровна? – спросил муж, приподнявшись и оказавшись со мной лицом к лицу.
– Да… Продолжайте в том же духе, Роман Евгеньевич… – ответила я, сохраняя глубокое и частое дыхание.
Он улыбнулся мне.
Я с нетерпением ждала, когда он разденется и я смогу дотронуться до его сильного и крепкого тела. Наконец, когда мой муж снова был на мне, обнаженный, я с удовольствием исполнила желаемое. Я гладила его плечи, спину, ягодицы. Он тоже распространял свои прикосновения по моей горячей коже.
– Тук-тук, – сказал он игриво и вошел в меня.
Я разом испытала приток сильнейшего желания. Но муж был нетороплив в своих движениях. Он чередовал короткие проникновения с глубокими толчками. Это сводило с ума и лишало всякого рассудка.
Муж впился губами в мою шею и начал страстно ее посасывать и покусывать – потрясающее сочетание боли и наслаждения. Я чувствовала себя одержимой этим процессом, и мне нужно было больше.
В какой-то момент мы оба потеряли терпение. Рома увеличил скорость и частоту движений и тем самым снова отправил меня в сексуальную негу. А спустя несколько мгновений сам присоединился ко мне.
Мессенджер
Она: Ромка!
Он: Что???
Она: Зуб!
Он: Болит? Или выпал?!
Она: Вылез! У Катюшки!
Он: О боже! Счастье-то какое!
Она: Знаешь, как я это заметила?
Он: Как?
Она: Она вонзила его в мою грудь во время кормления. Это было больно! Хнык-хнык!
Он: Бедненький мой Лисёнок… Я поцелую тебя там нежно-нежно!
Она: Жду с нетерпением тебя, мой целитель! Не забудь забрать Марусю из садика!
Он: Конечно, дорогая! Люблю-обожаю!
Моя подруга Юлька была в своем репертуаре – болтала без умолку, не давая вставить слова.
– Подожди, Юль, – прервала я ее пламенную тираду про очередного «папика». Она, на удивление, затихла.
Я отняла смартфон от уха и положила его на стол. На одной руке у меня была устроена Катюшка, и она увлеченно запихивала мои волосы себе в рот.
Я опустила дочь на пол и сняла с запястья резинку для волос, чтобы собрать их в хвост. Малышка сидела на полу и обиженно смотрела на меня, поджимая губки, готовая заплакать.
– Иди ко мне, моя сладость, – сказала я ей и снова взяла ее на руки.
– Ну ты где там, Лиска? – донесся из телефонного динамика громкий нетерпеливый голос подруги.
Я вернулась к телефонному разговору.
– Прости. Катюха проголодалась и решила перекусить моими волосами.
Я посмотрела на малышку и потерлась своим носом об ее носик. Она хихикнула.
– Слушай, Лиска, я вообще не представляю, как ты это терпишь! – заявила Юлька.
– Что терплю?
– Ну это… Дети… Бытовуха… Скукота же!
– Мне это нравится. Я люблю этих детей, и мне в радость заботиться о своей семье. Но тебе этого, наверно, не понять.
– Ты сама себя слышишь?! – возмутилась Юлька.
Я усмехнулась. Дочь заерзала у меня в руках, и я посадила ее в манеж. Она тут же увлеклась игрушками, давая тем самым мне небольшую передышку.
– Что ты хочешь этим сказать? – уточнила я у подруги.
– Я хочу сказать, что нам нужно тусануть! Как в старые добрые…
Я не могла не улыбнуться при напоминании о тех старых и добрых. Это бывало весьма весело в компании моих подруг – Юльки и Аньки… Но тут же мой взгляд устремился на Катерину, которая усердно грызла погремушку.
«Все меняется, и это закономерно» – подумала я.
– Я не могу так просто оставить малышку. Я же кормящая мать, – сказала я и тяжело вздохнула.
– Ну так сцедись! Или что вы там делаете, кормящие матери?
– Ну что-то типа того… – ответила я и снова усмехнулась.
– Вот и решено! В эти выходные идем в клуб! – сказала безапелляционно Юля.
– Я подумаю над твоим предложением. Но ничего не обещаю!
– Не беси, Лиска…
– Ладно-ладно. Не бесись… Все, мне пора! Пока!
Плач дочери вынудил меня скоропостижно завершить разговор. Я подошла к манежу и посмотрела на дочь сверху вниз. Она лежала на пузе, дрыгала ножками и безуспешно пыталась дотянуться до игрушки. Следом послышался звук открывающейся двери и шумные веселые голоса Ромки и Маруськи. Я взяла на руки Катюшку и пошла их встречать.
– Привет, – сказал муж и поцеловал меня в висок.
Катюша обрадовалась отцу, моментально просияв в трогательной улыбке и потянулась к нему. Я беспрекословно передала дочь Роме.
– Привет, моя зубастенькая принцесса! – сказал он, устраивая младшую дочь в своих руках. Когда он чмокнул ее в крошечный носик, Катюшка мило поморщилась.
Маруська подошла к ним и пощекотала ступню малышки.
– Привет, сестренка! – сказала она радостно.
Я не могла не улыбнуться этой картине.
– Как прошел переезд в новый офис? – спросила я у мужа за ужином.
Я проявляла чудеса синхронизации действий, одновременно кормя с ложки Катерину и урывками закидывая еду к себе в рот со своей тарелки.
– Очень суматошно, – ответил Рома и тяжело вздохнул.
– Ну ты доволен помещением?
– Угу, – пробубнил муж с набитым ртом.
Я отправила очередную ложку с пюре в ротик Катюшки. Она подержала немного еду там и выплюнула, так что ошметки разлетелись в стороны и приземлились на стол. Маруся захохотала.
Я опустила веки и сделала глубокий вдох, затем такой же выдох, успокаивая саму себя. Когда я открыла глаза, то поймала на себе встревоженный взгляд Ромки. Он поднялся со своего стула и подошел ко мне. Положив свою руку мне на плечо, муж сказал ласково:
– Я все уберу…
Как только моя голова коснулась мягкой подушки, я испытала эйфорию. Мне не хотелось ничего в тот момент – лишь бы провалиться в сон и проспать так долго, чтобы аж заломило спину.
– Может поскрипим кроваткой, жена? – услышала я игривый голос мужа.
Он залез ко мне под одеяло и прижался ко мне своим телом. Его теплые ловкие руки забрались ко мне под пижаму и гладили меня, еще больше расслабляя.
– Ром… Я так устала… Прости… – прошептала я.
– Понятно.
Он нервно выдохнул, высвободил свои руки и откинулся на подушку рядом со мной.
Я развернулась к нему.
– Ну не обижайся, – пропищала я и провела тыльной стороной ладони по его гладковыбритой щеке.
– Все нормально, детка, – ответил он и посмотрел на меня с нежностью. Я натянуто улыбнулась.
Рома перелег на бок, так что мы оказались лицом к лицу.
– Может хватит упрямиться, Лисёнок? – спросил муж и нащупал под одеялом мою руку.
– Не начинай, пожалуйста…
– Я и не начинаю. Я продолжаю… И в тысячный раз предлагаю тебе…
Я не дала ему договорить и накрыла ладонью его губы. Он запечатлел на ней свой поцелуй.
– Мы это уже обсуждали. Ты знаешь мое мнение, – сказала я серьезно.
– Твое мнение не аргументировано. А у меня миллион аргументов в пользу того, что нам нужна няня!
– Не шуми – разбудишь Катю.
Я машинально метнула взгляд на ее кроватку – там было все спокойно.
– Нам не нужна няня, Ром, – снова обратилась я к мужу.
– В корне не согласен, – он нахмурился.
– Я прекрасно справляюсь сама.
– Я не говорю, что ты не справляешься, милая. Но ты устаешь. И мне больно на это смотреть.
Я улыбнулась мужу и сложила губы в ожидании поцелуя. Он безропотно исполнил мою немую волю.
– Это только первый год. Считай, больше половины уже прошло… – сказала я и ободряюще подмигнула Ромке.
– Вот именно! Катюхе уже семь месяцев, и ее можно оставлять с няней! – муж снова превысил громкость голоса, и я прислонила палец к своему рту.
– Ром, давай закроем эту тему. Пожалуйста.
Он придвинулся ко мне ближе – моя молочная грудь через пижаму касалась его грудной клетки.
– Почему ты не даешь мне возможности позаботиться о тебе, родная? – спросил он, проникая своим глубоким взглядом в мою душу.
– Ты и так делаешь достаточно, любимый.
– Если бы у нас была няня… Ну хоть на пару дней в неделю… У тебя было бы больше времени на себя… И на меня… – на его лице появилось плутовское выражение. Я не могла скрыть улыбки.
– Мы могли бы выбираться куда-то… – продолжал фантазировать Рома, – У нас была бы возможность проводить время только вдвоем… Как раньше…
Я закрыла глаза и моментально вспомнила те времена, когда на мне не висели дети и мои ноги не спотыкались об игрушки… Это было так заманчиво, черт возьми! Может, это и не такая уж плохая идея?
– Ну так что? Каков будет твой положительный ответ? – муж вернул меня из воспоминаний своим вопросом.
Я глубоко вздохнула.
– Ладно. Давай попробуем, – ответила я.
Ромка мигом притянул меня к себе под одеялом.
– Но у меня будет два условия! – заявила я негромко.
Ромка слегка ослабил хватку и приподнял брови в ожидании продолжения.
– Во-первых, я согласна только на Валентину Сергеевну! – сказала я.
Муж улыбнулся.
– Ну считай, что это я уже решил. А во-вторых?
– А во-вторых, как только мы сможем оставить детей с няней, ты возьмешь меня с собой в зал.
После этих слов я построила ему глазки, а он тихонько посмеялся.
– Ты пойдешь со мной в зал?! – уточнил Ромка.
– Да, именно так.
– Ты все не угомонишься, да?
– Мне нужно привести свое тело в порядок, Ром, – сказала я и для пущей убедительности немного похныкала.
– Твое тело в полном порядке, Лисичка.
Муж начал гладить меня под одеялом, и от его мягких теплых прикосновений у меня сбилось дыхание. Я нежно поцеловала его.
– И кстати. В субботу я иду в клуб!
Ромка остановил движения своих рук по моей коже и посмотрел на меня хитро.
– А как насчет того, чтобы отпроситься у мужа?
– Ты все не угомонишься, да? – передразнила я Рому.
Вдруг наш слух уловил нервное кряхтение Катюшки.
– Готов? – спросила я у мужа.
Он кивнул и начал наш ритуал:
– Камень, ножницы, бумага… Да черт, третью ночь подряд! – пробубнил Ромка и нехотя стал выбираться из-под теплого одеяла и моих объятий, чтобы убаюкать дочь.
– Спокойной ночи, Роман Евгеньевич, – проговорила я, демонстративно зевнула и перевернулась на другой бок.
– Спокойной ночи… Алиса Александровна…
Я осматривала себя в большое напольное зеркало в спальне, когда услышала, как муж присвистнул на моей спиной. Я обернулась и застенчиво взглянула на него.
– Думаю, не стоит… – сказал он и как-то оценивающе на меня посмотрел.
Я нахмурилась.
– Не нравится? – спросила я и снова повернулась к зеркалу.
– Думаю, не стоит мне отпускать тебя в таком виде в клуб, детка, – сказал Ромка и подошел ко мне. Он приобнял меня одной рукой за талию, а другой откинул мои волосы и поцеловал за ухом, чем вызвал мурашки по всему телу.
– Да ну тебя! Я ведь серьезно! Что думаешь?
Я отстранилась от него и покрутилась перед ним, демонстрируя себя и свой образ. На мне были черные укороченные джинсы-скинни и объемная ассиметричная блузка с драпировкой цвета индиго.
Он улыбнулся и снова привлек меня к себе.
– Может, не пойдешь никуда? Останешься здесь, со мной… И я зубами стяну с тебя эту красивую одежду? – спросил он с жаждой в голосе. Он водил носом по моей шее, тем временем как большой палец его правой руки двигался туда-сюда между моим животом и поясом джинсов.
Я издала тихий стон и закатила глаза. А потом резко выбралась из его плена.
– Я не могу. Я обещала девчонкам!
Муж нервно выдохнул и стрельнул в меня расстроенным взглядом. И тут я почувствовала ЭТО.
– Черт! – выругалась я и прижала ладони к своей груди.
Ромка удивленно посмотрел на меня.
– Что случилось? – спросил он.
– У меня молоко прибыло, – проговорила я обреченно и рухнула спиной на кровать.
Муж лег рядом со мной. Несколько секунд мы так и пролежали, таращась в потолок.
– Я могу покормить ее из бутылочки, – наконец сказал Рома.
– Я лопну тогда.
Он повернул голову и посмотрел на меня. Я сделала то же самое.
– Ладно. Неси ее сюда… И мой телефон, пожалуйста. Напишу, что немного задержусь, – сказала я.
Ромка чмокнул меня в накрашенные губы и молча отправился из спальни.
– Вот если бы кое-кто не тормозил, мы бы успели занять столик на балконе! А теперь придется ютиться за баром! – возмутилась Юлька, когда мы наконец оказались внутри клуба. Мне сразу показалось, что здесь всё чересчур: чересчур оглушительная музыка, чересчур мало кислорода, чересчур много людей. Я испытала головокружение и приступ клаустрофобии и приостановилась.
– Лис, все нормально? – спросила Аня и взяла меня за руку, заметив мой ступор.
Я встрепенулась и улыбнулась ей. В этом вся Анька – чувствительная к чужим эмоциям и состояниям.
– Да, все отлично. Пойдем.
Мы с трудом выбили себе соседние места за барной стойкой. Юлька уселась в центре нашей немногочисленной компании.
– Итак! Я буду текилу! – уверенно провозгласила она, выразительно уставившись на симпатичного бармена. Он улыбнулся ей и кивнул, а потом бросил вопросительные взгляды по очереди на нас с Анькой.
– Джин с тоником! – сказала Аня, приблизившись к нему, чтобы он мог расслышать ее заказ сквозь шум.
Настала моя очередь. Девчонки, а вместе с ними и бармен, вылупились на меня в ожидании моего решения. Я затупила, потом посмотрела на свою наливную грудь и глубоко вздохнула.
– Ладно, – наконец сказала я, – «Молоко любимой женщины». Один бокал, пожалуйста.
Юлька тут же заржала.
– Боже, как это символично, Лиска! – проорала она. Я пихнула ее пальцем в плечо и тоже засмеялась.
Вино сделало свое дело – я расслабилась. Подружки тоже захмелели и потащили меня на танцпол.
Едва я оказалась в толпе двигающихся людей, меня подхватила танцевальная волна. Я двигалась легко и непринужденно, покачивая бедрами и вытягивая руки. В какой-то момент мне вообще показалось, что я нахожусь одна, дома, перед зеркалом. И дала волю своему телу. Без всякого стеснения я изгибалась в такт музыке…
Мессенджер
Он: Лисёна, как ты там у меня отдыхаешь?
Он: Эй, ответь мужу!
Он: Так-так-так… Кто-то будет отшлёпан!
Она: Ромка! Здесь так весело! Приезжай к нам!
Он: Я мигом! Детей соберу, и с ними сразу к вам! Идёт?
Она: Бери всех! Детей, беременных женщин, стариков…
Он: Ты пьяна, радость моя?
Она: Я опьянена своей любовью к тебе!
Он: Понятно… Ладно, отдыхай. Целую.
– Могу я тебя угостить чем-нибудь? – услышала я приятный мужской голос рядом со своим ухом, когда убирала телефон в сумочку. Мои веселые подружки продолжали дрыгаться на танцполе.
Я посмотрела на того, кто обращался ко мне. Им оказался привлекательный молодой человек, ориентировочно мой ровесник или чуть старше, шатен с восточным разрезом глаз карего цвета.
– Спасибо, не нужно! – громко сказала я и продемонстрировала ему руку с обручальным кольцом, – Я замужем.
Он приподнял брови, а затем обворожительно улыбнулся.
– Ничего страшного. Я тоже женат, – он приблизился к моему уху и также поднял правую руку в доказательство своих слов.
Я усмехнулась.
– Я же не зову тебя в отель. Просто хочу угостить и пообщаться, – на его лице продолжала сиять улыбка.
– Давай спросим у твоей жены, не против ли она? – предложила я и подмигнула ему.
Он засмеялся, оголив свои идеально ровные и белые зубы. Я скромно улыбнулась в ответ.
– Артём, – сказал он и протянул мне ту самую правую руку.
Я взглянула на нее, потом на него. Он выжидающе смотрел на меня.
– Алиса, – и наши руки сплелись в мягком рукопожатии.
Мой новый знакомый ловко забрался на барный стул.
– Теперь все понятно!
– Что тебе понятно?
– Почему ты так сказочно красива… Ты же из сказки!
Я смутилась вмиг. А Артём улыбался во весь рот.
– Оставь свои комплименты для жены!
– Она не обделена, поверь!
Нам приходилось разговаривать очень громко, чтобы перекрыть своими голосами шум музыки.
– Что ты пьешь? – спросил Артём у меня, облокотившись на бар.
– С этого момента только воду, – невозмутимо ответила я.
На его лице тут же отобразилось недоумение.
– Воду? Почему?
– Мне утром кормить своим молоком дочь.
– О… Понятно, – теперь пришла очередь смущаться Артёму. Но то, как он бросил взгляд на мою грудь, не осталось не замеченным мной. Я рефлекторно поправила драпировку на блузке.
– Что, уже не так интересно продолжать знакомство? – язвительно спросила я.
Артём усмехнулся.
– Наоборот. Теперь у нас есть еще кое-что, что нас объединяет…. Моему сыну полтора года.
– Еще? Прости, я упустила этот момент. А что нас объединило до этого?
– Я тоже классно танцую. Как и ты, – ответил Артём и посмотрел на меня взглядом победителя.
Я рассмеялась.
– Не знаю – не видела тебя в деле, – сказала я и театрально погрозила ему пальцем.
– Давай я докажу тебе!
Он встал со своего барного стула и протянул мне руку, приглашая меня сделать то же самое. Я застенчиво улыбнулась и последовала за ним в толпу танцующих людей.
Артём не обманул – танцевал он действительно потрясающе. Я не могла отвести глаз. Его тело словно было создано для этого: движения пластичные, не резкие, точь-в-точь попадающие в ритм музыки… Он тоже смотрел на меня практически неотрывно, чем вызывал у меня немалое смущение.
Постепенно диджей перевел зажигательный трек в медленную композицию. Артём приблизился ко мне и улыбнулся.
– Потанцуешь со мной? – спросил он. Его голос прозвучал неприлично близко от моего уха. Я почувствовала учащенное сердцебиение…
Господи, где мои чертовы подруги, которые остановят меня?!
Я кивнула ему.
Артём положил мне одну руку на талию, а другую сцепил с моей кистью. Мы начали двигаться. Он вел в танце. Я послушно велась.
– Очень вкусно пахнешь, – сказал он.
– Прекрати. Давай просто потанцуем.
– Танец – это почти как секс. Иногда танец даже лучше секса…
После этих слов я резко оторвалась от него. Он нахмурился. Я смотрела на него с возмущением. Мы стояли посреди плавающих тел и не шевелились.
– Прости. Это уже слишком, – сказала я и бросилась с танцпола.
Но Артём последовал за мной и догнал меня у бара. Он схватил мою руку. Я уверенно одернула ее.
– Что случилось, Алиса? – спросил он обеспокоенно.
– Мне пора домой. К мужу и детям, – отчеканила я и достала свой телефон, чтобы вызвать себе такси.
– Я обидел тебя?
– Нет. Сама виновата.
Я уперлась взглядом в светящийся дисплей смартфона.
Он подошел ко мне ближе. Я отступила, восстанавливая дистанцию между нами. Он снова сделал шаг ко мне навстречу, вытянул из моих рук телефон, потыкал в экран и вернул мне его. Я удивленно на него посмотрела.
– Я оставил тебе свой номер. Захочешь потанцевать – звони, – сказал он, развернулся и скрылся в толпе.
Что-то мне подсказывало, что он вовсе не танец имел в виду…
Вернувшись домой глубокой ночью, я старалась не шуметь. Но проходя на носочках мимо темной гостиной в спальню, я услышала оттуда голос Ромки:
– Не крадись. Я не сплю, – сказал он.
Я встала на полные ступни и распрямилась.
– Почему не спишь? – спросила я, плюхнувшись рядом с ним на диван. Муж осваивал какую-то затейливую игру на телефоне.
– Тебя ждал, – ответил он и оторвался от своего занятия, бросив телефон на журнальный столик.
Я опрокинула голову ему на плечо. Муж просунул руку между моей поясницей и спинкой дивана и прижал меня к себе.
– Как девочки? – спросила я.
– В порядке. Повозился немного с Катериной, чтоб уложить ее спать. Но, как видишь, справился.
Я улыбнулась и поцеловала Рому в висок.
– Ты как отдохнула? Натанцевалась?
При упоминании о танцах меня невольно пронзил укол совести. Я отбросила эту мысль. В конце концов, я не сделала ничего предосудительного!
– Отлично. Спасибо, что дал такую возможность, дорогой.
– Как твоя молочная ферма? Не взорвалась? – спросил муж и положил свободную руку мне на грудь.
– Э-эй! – прикрикнула я и тут же запрыгнула на него.
Он улыбался, хоть и весьма устало.
– Что там насчет стянуть зубами?… – напомнила я Ромке о его предложении и поцеловала.
– Девушка! Вы выпили – ведите себя прилично! – шутливо сказал муж.
Я опустила руку на пояс его домашних штанов. Наши взгляды были сосредоточены друг на друге. В условиях полной тишины квартиры я слышала как глубоко дышит Ромка. Его грудная клетка вздымалась на каждом вдохе.
Я встала с него и опустилась перед ним на колени.
– Ты не против? – спросила я, не отводя от его лица своих глаз, когда взялась за штаны с целью снять их с него.
Он улыбнулся и помотал головой.
Я стянула с него штаны вместе с боксерами и уверенным движением раздвинула ему ноги. Его эрекция была очевидна. Я взяла в руку его возбужденный пенис и поводила вверх-вниз. Муж задышал чаще и откинул голову на спинку дивана. Я коснулась кончиком языка головки его члена и поводила им, вырисовывая круги, а затем медленно впустила в свой рот весь его орган. Ромка простонал. Я начала посасывать, помогая рукой у основания. С каждым новым погружением его пениса в мой рот, бедра мужа все больше напрягались. Как только я почувствовала, что муж слишком близок к финалу, я оторвалась от своего увлекательного занятия. Он поднял голову и посмотрел на меня растерянно.
– Нет уж, давай сделаем это вместе, – сказала я, уже сдирая с себя узкие джинсы. За ними последовали микроскопические стринги.
Я снова залезла на него. Муж аккуратно насадил меня. Я начала двигаться на нем и чувствовала, как мое тело благодарно принимает его, открывается ему. Я дышала часто и громко. На выдохах из меня вырывались блаженные стоны. Оргазм накрыл меня стихийной волной и увлек в свою пучину наслаждения. Ромка финишировал спустя несколько секунд, ознаменовав это событие чуть ли не животным рыком.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.