© Андрей Драгунов, 2018
ISBN 978-5-4490-3034-4
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
1
Оставайся на месте, не двигайся, ибо шаг
может закончиться там же, откуда начал —
так как с рождения – глуп – к сожаленью… и наг,
то есть – червяк, живущий всю жизнь на даче…
под абрикосиной. Не двигайся – просто стой…
Не говори – простая смешная шутка —
станет последней, сказанною тобой…
только в окне – опять – улетают утки.
2
Далеко от яблони падает яблочко…
по песку… на камушки – не молодильное —
«Антоновка» или «Синап» – с червячками, с язвочками…
потом доживает свой век в холодильнике —
на свежем воздухе… или под лампочкой,
чтобы созреть и выглядеть поприличнее…
чтобы ходить по комнате в тёплых тапочках…
или по блюдцу кататься в ином обличие.
ноябрь 1—2. 2017 год
1
О, выжженное сердце октября —
пожарами из облетевших листьев…
только ленивые о них не говорят,
за цветом пряча собственные мысли
о виденном… О, как сгорает жизнь!.. —
погода в это только помогает…
и под листву заложенная мысль —
горит быстрей… и с пеплом улетает…
и где-то там, уже – на облаках,
рассыпавшись – потом – дождём – на землю…
короткими словами на губах…
признанием, которому не верят…
Но всё пройдёт, как сон, как сладкий дым
с роскошных яблонь… время – увы – лечит…
а тот солдат, убитый молодым,
сидит себе, как ангелок на печке.
2
Осень начинается весной —
грязью, ветром, долгими дождями…
перебранкой – между ты – и мной —
с глупыми красивыми словами
про любовь… и что-то там ещё…
Ветер осыпается листвою,
как словами – кто – потом прочтёт —
что меж нами было той весною.
3
Свет, выпадающий из окна
на пустую скатерть – всегда – некстати…
будто бы просит, чтобы она
всё принимала… и плюс объятья —
доброго утра.. и крепкий чай…
Всё, что могло бы – уже случилось…
и, даже, чайки в окне кричат —
однообразно… почти уныло —
медленно… и с водой во рту —
то ли с похмелья… то ли от жажды…
то ли нашли единственную правоту,
что видели в детстве – птенчиками – однажды.
4
День начинался, как всегда, дождём,
несветлым утром, мусором в подъезде,
соседским криком, как бы ни очём…
и клинописью капель на железе —
того дождя, что лил уже вю ночь…
до самого утра… до строчки в песне…
и никого, кто мог бы мне помочь…
и никого, кто был бы рядом – вместе.
5
Я сплю, как маятник в разрушенных часах,
остановившихся ещё весной, во вторник…
и взвешиваю душу на весах,
как перед смертью – старый уголовник,
всю жизнь боявшийся – не срока, но суда!.. —
кто – не придёт… и что о нём не скажет…
Вода, вода… кругом – одна вода…
и чайки наслаждаются пейзажем.
6
Из двух, оставшихся на берегу реки,
опавших листьев – соберу рисунок…
в чернилах закреплю… О, как легки —
ещё чуть-чуть – до снега и до сумок —
с едой на Новый год и Рождество,
до мандаринов, водки и сосулек,
что вырастают дворникам назло…
В них – точно – чьи-то слёзы утонули.
7
Когда устанет день мне говорить,
что я не прав – пусть будет понедельник…
и можно воскресенье обвинить —
почти во всём… и даже звёзд движенье —
ошибка неба, а не Божий знак!.. —
на то, что жизнь кончается – внезапно…
или, что ты – дурак… Дурак, дурак…
уставший в понедельник – вероятно.
8
Станиславу
Когда воротишься обратно – не скучай —
иных – не буде… а других далече
уже свезли… Предложат, может чай…
с запиской от разносчика – До встречи!
ноябрь 2—8. 2017 год
1
…чиркнешь спичкой – да будет свет!.. —
сумрак – не лучшее время суток —
для разговора – дневной привет,
не защищающий от повтора —
косноязычного… мёртвый звук —
так безразличный собаке и волку…
так бесполезный в сплетении рук,.
а в полумраке – без смысла и толку —
только дыхание – хрип или стон…
и без надежды на пониманье…
пальцы похрустывают в унисон —
при написании воспоминания
про то, что… спичка… и ярок свет —
чиркнешь и всё… завершается тенью…
и пропадает твой силуэт,
и наступает хандра и забвенье.
2
С видом на воду комната у реки —
между деревьями – выпавшее пространство…
только – опять – увы – коротки деньки,
чтобы увидеть – как выглядит это царство,
ибо садится солнце и меркнет свет…
и, даже, спичка вечером – не помогает
в определении, в общем, знакомых мест —
быстро сгорает… лишь дым ещё долго тает.
3
У зимы есть запах замёрзшей речки,
то есть – мёрзлой воды, как из преисподней,
где уже сдохшие человечки
промышляют смертью – в одном исподнем…
с головною болью… опричь – с мигренью —
тронешь голову – пол дня – в таблетках…
это, как начинаешь вечером стихотворенье —
утром читаешь, стоя на табуретке.
4
Я буду печалиться – только потом… Потом!.. —
почему ты уехала последним тогда паромом
без багажа, оставив мне всё за бортом…
всем говоря, что я – лишь – увы – знакомый…
или попутчик… откуда – теперь – куда!.. —
перебираю вещи, открытки, письма —
с места на место – естественная ерунда!.. —
так – вариант уже невозможной жизни.
5
…потому что ноябрь… и всё, что могло бы сказать
о будущем – умерло вместе с сожжённой листвою…
с крахмальным бельём, что – опять – на кровать… под кровать…
или – сквозь ветки – подальше – за бледной луною…
чтобы уже не встречаться и вместе не пить,
не провожать бесконечные длинные ночи —
в новое завтра… а просто – забыться… Забыть!
Знать, что никто ни о чём тебя больше не спросит.
6
Мне в подарок – небо и посёлок —
чтобы жить – не меньше – до ста лет!.. —
вот, тебе, отчаянный ребёнок —
проездной – до вечности – билет.
ноябрь 9—12. 2017 год
1
В парке, на алее воздушный змей —
кем-то забытый, брошенный – замерзает —
от безысходности… и хвост его всё длинней…
только, как раньше, больше уже не летает,
не бороздит бесцветный – теперь – пейзаж…
в облако больше не тычется, улыбаясь,
не устремляет в небо весь свой кураж —
просто валяется в листьях, почти сливаясь
с их разноцветием… длинным своим хвостом —
вот тебе радость, осень – бесплатной краски…
вроде бы просто – бумага с красивым бантом…
то ли – ещё одна весть, но без громкой огласки.
2
…но начинает заканчиваться воздух слов —
с примесью дыма, гари, сырой страницы,
что так горчит – на запах, как Твой улов —
в серо-зелёных… скомканных утром лицах…
и никакой возможности повторить,
или запомнить – кто там, с тобой в трамвае
переезжает вечность… Кого винить!.. —
чей отражается профиль в оконной раме.
3
В двух-трёх словах рассказанная суть —
от одиночества – конечно – ранним утром —
после чего – конечно – не заснуть…
и все слова – из жалости – как будто.
ноябрь 13—14. 2017 год
1
Вот проснусь и буду смотреть в окно —
как там осень… как там мои деревья,
как последние листья летят на дно
жёлтого парка – предмет забвенья…
то есть – беспамятства – до весны.
Мокрый туман заползает в карманы,
не продлевая холодные сны,
а добавляя – что были – не правы —
в перечислении – времени… мест,
длинных имён и коротких фамилий,
и полустанков, где всё это есть,
даже – смотрители, в общем-то – милые
и говорливые, как – никогда —
мало ли кто, там, заедет на станцию…
чаще – пустышка – так – ерунда —
к происходящему – лишь – иллюстрация.
2
Запечатаю сон свой в страницы своей тетради —
без лишних подробностей, чтобы – потом – не стыдно…
и никому не рассказывать – чего ради!.. —
в клеточках всё и останется строчкой длинной
и многоточием. Всё сохранит страница —
кто-то прочтёт и… выбросит на дорогу…
после склюют – скворцы, воробьи, синицы…
и хорошо, наверное… Слава Богу!
3
В субботу началась зима.
Снег выпал сразу и надолго —
почти пожизненно – сполна
решив проблему с чувством долга —
перед пейзажем за окном…
перед водой в холодной луже…
Кто там в товарищах – потом?..
Кому – потом – ты будешь нужен —
как грязный прошлогодний снег —
не тот, что нынче – под балконом
красуется в ногах у всех,
кто выглядит почти знакомым —
приятелем – из тех времён,
когда бумага всё терпела…
когда – любовь – со всех сторон
без подозрения смотрела…
и вечность, завершая взгляд,
так не казалась – бесконечной!.. —
до фонарей, что там горят —
на берегу – над чёрной речкой,
где время, замедляя ход,
перебирает лист с листвою…
где чей-то старый огород
зарос – не былью… а травою.
ноябрь 15—16. 2017 год
Отколется строка и пропадёт
весь смысл текста… звук прольётся мимо…
никто – потом – в остатках не найдёт,
что там – в начале – было и не было…
как тоненькая ниточка из слов
витийствует – не рвётся, не хлопочет
по пустякам – о, Времени улов!..
Издатель злится, а поэт – хохочет —
над вымыслом, свой завершая суд,
коря себя – что до сих пор не умер…
и, что других на кладбище несут
и в воздухе многоголосный зуммер —
Шопена. Духо-медный перезвон
с влиянием вороны – на бемоли —
после вступления… подстриженный газон
и пара слов – знакомых – на заборе.
ноябрь 17. 2017 год
1
Отправляют же родители своих детей
умирать на чужбину!.. – за чьи-то планы —
в статистический список немых смертей,
а потом восклицают, что были – не правы
в выборе цели… но гаснет свет
при причитаниях… не тронешь уже руками
чьё-то лицо, которого рядом – нет…
и Назон склоняет голову на холодный камень —
в перечислении странностей… Метаморфоз!.. —
длинного списка – сосланных и убитых —
с просьбой ответить всего на один вопрос —
где тот предел, за которым они забыты,
или растоптаны, как прошлогодний снег —
в грязную кашу, в вылепленную дорогу,
чтобы понять – как выглядит этот век —
чтобы к границам двигаться понемногу.
2
Только бы раз ещё – по Радищевской выйти на площадь —
медленным шагом, утром, мимо больницы и почты,
мимо рассказов, что – раньше – гуляли здесь лошади…
а в ресторане еду подавали – хорошую!
Только бы раз… мне по огненному переулку —
в парк на скамейку, вымеренную – до стука…
до последнего гвоздика – вколоченная разлука.
когда вечер вползает, точно руками в сумку —
тебе запазуху… и ты говоришь – Послушай!.. —
эти шаги – не по твою ли душу…
и даже птицы слетаются – прямо в лужу,
ибо больше на этом свете – ты – никому не нужен.
3
…и кто-то там с тобою говорит.
Сны прекращаются – на самом интересном…
и в зеркале твой сокращённый вид
и усечённый взгляд – так неуместны,
когда уже бессмысленны глаза…
и речь – лишь – похоронное посланье —
Создателю – куда-то в небеса,
где – тоже – остаётся без вниманья,
и без участия… Кто это говорит!?. —
туман с реки, с той стороны дороги,
что над деревьями, как облако висит,
чей вид – теперь – совсем без листьев – строгий.
4
Когда проходит головная боль
и страх проходит – остаётся память
о пережитом, что всегда с тобой…
хотя, порою кажется, что с нами.
ноябрь 18—19. 2017 год
1
Всё то, что я хотел бы видеть поутру —
в моём окне – пожизненно – до ветки —
бесстыдно-голой, в парке, не углу —
опять кончается, увы, балконной клеткой…
и чем-то проезжающим под ним —
толи машина в чёрной оболочке…
толи автобус, крашеный, как мим,
что в вымысле своём дошёл до точки
и стал самим собой – уже – в стекле,
то есть – замёрзшей веткой или тенью,
что так бесстыдно тянется ко мне,
отодвигая странные виденья —
автобусов… Туман через стекло
вползает в комнату и ничего не видно…
балконная решётка – всё одно —
стоит на месте в позе пантомима,
не двигаясь, не убыстряя шаг,
чтобы не портить общую картину —
пейзаж и так – бесстыдно – слишком наг,
хотя трава – ещё наполовину
истёрлась только медленным дождём
и первым снегом, выпавшим досрочно…
но глаз – опять – о чём-то о своём
моргает в даль… и ставит многоточья.
2
Где же та птица, которая мне прокаркает
в восемь утра понедельника, что на работу —
больше не надо… а после на шляпу накакает,
как бы – на счастье, которого очень охота,
чтобы во вторник – не вспомнить и в среду – не вымолвить —
как это будет в четверг… или, может быть – в пятницу…
или в субботу, наверное, взбалмошно выглядеть…
Вот ведь – опять – воскресенье – пинает под задницу.
3
Девица, проходя, кивает мне —
здоровается, будто – издеваясь…
всем видом говоря, что на войне —
убитые – не так преображались,
как я в свои неполных шестьдесят…
О, знала бы девица в чём тут смысл —
когда глаза восторженно глядят,
а яйца до земли, увы, повисли
и возбуждают только перегной
из прошлогодних листьев и суглинка…
глаза же видит то, что предо мной,
а жизнь идёт под каблуком ботинка.
4
…чтобы мне было утром кому позвонить —
вот и вся радость… Дожить до скончания света,
чтобы слова говорящего – вслух – повторить,
не дожидаясь в конце – ни кивки, ни ответа…
только бы слышать кого-нибудь – с той стороны,
где отпускают грехи и не требуют плату,
где все – Прости – как одно – сочтены. Сочтены!
Все до копеечки, как алименты в зарплату.
5
Каблук ударился об пол и было звонко…
полоска – свет от фонаря, как тень ребёнка,
которого и ты, и я всегда хотели —
тогда в начале января… в конце недели.
ноябрь 20. 2017 год
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.