Книга действительно хорошая . Я уверен каждый найдёт что то новое для себя . Также очень сильно рекомендую прочитать книгу Афоризмы житейской мудрости также от Шопенгауэра.
Cilt 664 sayfalar
1819 yıl
«Мир как воля и представление» – главный труд А. Шопенгауэра. В нем автор стремился создать принципиально новое и всеобъемлющее учение, противоположное рационализму Нового времени.
В философии Шопенгауэра движущая сила всех явлений во Вселенной – бессознательная мировая воля, которая проявляет себя во всем и всему остается чуждой.
В формате a4.pdf сохранен издательский макет.
Книга действительно хорошая . Я уверен каждый найдёт что то новое для себя . Также очень сильно рекомендую прочитать книгу Афоризмы житейской мудрости также от Шопенгауэра.
Книга действительно хорошая . Я уверен каждый найдёт что то новое для себя . Также очень сильно рекомендую прочитать книгу Афоризмы житейской мудрости также от Шопенгауэра.
Когда я начала читать эту книгу, поймала себя на мысли, что в голове у меня разворачивается примерно следующий диалог:
Я: Наконец-то я прочту главный философский труд Артура Шопенгауэра! Ш: "...нет иного пути, как прочесть эту книгу два раза..." Я: Прочту два раза. Ш: "Второе требование состоит в том, чтобы до этой книги было прочитано введение к ней, хотя оно и не находится в ней самой, а появилось пятью годами раньше, под заглавием «О четверояком корне закона достаточного основания. Философский трактат»". Я (углубляясь в трактат): Ну что ж, начну с него. А что дальше? Ш: "...я опустил все то, что сказано в первой главе моего трактата «О зрении и цвете» и что иначе дословно было бы приведено здесь. Следовательно, здесь предполагается также знакомство и с этим прежним небольшим сочинением". Я (читаю): Так, "О зрении и цвете". Что? Гёте с Ньютоном спорят о физике?! Гёте, ты же писатель, куда тебя понесло... Ш: "...философия Канта — единственная, основательное знакомство с которой предполагается в настоящем изложении". Я: Понятно, сейчас почита... Ш (перебивает): "Но если, кроме того, читатель провел еще некоторое время в школе божественного Платона, то он тем лучше будет подготовлен и восприимчив к моей речи. А если он испытал еще благодетельное воздействие Вед, ... если, говорю я, читатель сподобился еще посвящения в древнюю индийскую мудрость и чутко воспринял ее, то он наилучшим образом подготовлен слушать все то, что я поведаю ему". Я: У Платона я "Пир" читала. И ещё... если я индийскую кухню люблю, это считается? Ш: "...первое — правильно, второе — нет". Я (открывая и тут же закрывая "Критику чистого разума"): Шопенгауэр, а, может, вы мне вкратце расскажете суть философии Канта? Ш (грозно): "...в неисправимом заблуждении находится тот, кто воображает, будто можно изучить философию Канта по чужому изложению". Я: Намёк понят. Но всё же, вы ведь говорили, что в его трудах вы обнаружили, если можно так выразиться, ошибки! Ш: "...напрасно бы мы стали искать кантовское учение где-нибудь в другом месте, кроме собственных произведений Канта; они же сплошь поучительны, даже там, где он заблуждается, даже там, где он не прав". Я (молча ушла читать Канта).
Справедливости ради, замечу, что в данном случае знакомство с его философией оказалось нелишним.
У Шопенгауэра можно встретить и рассуждения о свободе воли, и мысли о жизни, смерти, в частности, самоубийстве, которое автор осуждает. Впрочем, другого выбора у Шопенгауэра тогда всё равно не было, потому что все наши поступки детерминированы обстоятельствами не любили в то время таких идей. И сейчас не любят. Страдания страданиями, а работать кому-то же надо?
Словом, Шопенгауэр говорит о том, что из нашего мира получился отменный ад. И это не пессимизм, это реализм. Нет, это даже оптимизм: ведь не просто "ад", а ещё и "отменный"!
Впрочем, даже в "худшем из возможных миров" есть нечто прекрасное. Речь, безусловно, пойдёт о поэзии, изобразительном искусстве и музыке. Шопенгауэр ощущает, что "...ее воспроизведение мира должно быть очень интимным, бесконечно истинным и верным, ибо всякий мгновенно понимает ее". И, конечно, нельзя забывать о красоте вообще (да разве о ней можно забыть?). Хотя на Шопенгауэра оказывали влияние идеи буддизма, в том числе и об отказе от желаний, поэтому, упоминая о человеческой, в частности, женской красоте, он говорит, что любоваться ею надо только с чисто эстетической точки зрения. И это грустно.
Являются ли наши желания причиной страдания? Скорее, невозможность их исполнения. Мне всё время почему-то вспоминается бородатый анекдот: от головной боли лучше всего помогает гильотина. Да, если отрубить голову, головная боль тоже пропадёт. Если перестать желать, человек перестанет страдать из-за несбывшихся мечтаний. Но это, кажется, слишком радикальный метод. Человеческая жизнь состоит из множества страданий по сути своей. Если бы боли, зла, мучений не существовало вообще, если бы они не были созданы, тогда человек был бы свободен от страданий.
Иногда стремление к исполнению своих желаний и удовольствие от них сравнивают, например, с наркоманией. И мне в связи с этим вспоминаются истории про "завязавших" наркоманов, которые считали, что уже освободились от зависимости. Но, допустим, в больнице они случайно увидели шприц, что-то перемкнуло в голове - бросились искать себе дозу. Если нечто вызывает такую сильную зависимость, то свободным может быть только тот, кто не пробовал. Тот, кто не испытывал желаний с рождения. Иначе это не свобода - просто побег, к сожалению. Мир несовершенен, а мы вынуждены выдумывать себе способы и методы стать счастливыми, хотя при других условиях могли бы просто ими быть...
стоит,советую. от малого до старого обязан такое знать и таким руководиться.
найдете для себя многое в дополнению к накопленому,или же начнете путь с верного.
Это достаточно трудное для восприятия произведение, особенно на первых двух книгах! Затем втягиваешься и остальное проглатываешь мгновенно! Эти трудности стоят результата! Я стала иначе смотреть на жизнь)))
Yorum gönderin
Расстанься с детством, друг, пробудись! Жан-Жак Руссо
То, чего человек подлинно и вообще хочет, затаенное стремление его существа и соответственная цель, преследуемая им, никогда не поддается изменению путем внешнего воздействия на него, поучения: иначе мы были бы в состоянии его пересоздать. Сенека прекрасно говорит: velle non discitur1,
Система мыслей должна постоянно иметь связь архитектоническую, т. е. такую, где одна часть всегда поддерживает другую, но не поддерживается ею, где краеугольный камень поддерживает, наконец, все части, сам не поддерживаемый ими, и где вершина поддерживается сама, не поддерживая ничего. Наоборот, одна-единственная мысль, как бы ни был значителен ее объем, должна сохра
Недостаток сочувствия к моей работе за это мной ее достоинства, ибо я беспрестанно видел, как лживое, дурное и, наконец, нелепое и бессмысленное 3 пользовалось всеобщим уважением и почетом
Yorumlar
8