Волна первая
– Ну как тебе океан, детка? – послышался из трубки голос моей, как всегда, бодрой подруги Вивьен.
– Вижу его в окно. Он прекрасен, – зажимая телефон плечом, ответила я, сосредоточившись на изучении бумаг, которые передали из нашего нового офиса. Куча накладных и отчётов, с которыми нужно разобраться, мешали полюбоваться видами, которые простирались за окнами съёмной квартиры.
– Я слышу шелест бумаги. Ну же! Перестань. Тебе надо выйти и развеяться. И захвати вместе с собой Тейлора, – голос на том конце трубки понизился до отметки «томный с придыханием». – Это будет очень романтично. Представляешь? Океан, вы вдвоём на пляже. М-м-м… – мечтательно пропела Вив.
– Угу, – не отрываясь от своего занятия, я расположилась на кровати королевских размеров, усыпая ее бумагами.
– Ай, да кому я рассказываю. Напомни мне, почему мы с тобой дружим? – раздражённо пробубнили мне на ухо. – Что говоришь? Потому что у меня ангельское терпение? Ты абсолютно права, – монолог подруги прервал голос, который позвал её по имени. – Мне пора, Санни, оторвись там за эти три месяца нашей разлуки. Люблю тебя.
– Конечно. Я тебя тоже, Вив. Пока, – я отбросила телефон, сосредоточенно читая документ.
Причина моего пребывания в Сан-Франциско – это открытие нашего нового офиса маркетинговой компании «S&T», но никак не тусовки, к великому разочарованию Вив.
– Саншайн? Я стучал – ты не ответила, – в дверном проёме комнаты показалась голова моего начальника, а по совместительству парня, который метит на место моего бойфренда. – Все в порядке?
– О, да. Заходи, – я махнула рукой Тейлору, приглашая его внутрь.
– Мы только прилетели. Не хочешь отдохнуть? – он присел рядом на кровати, убирая в сторону рыжие волосы, которые волнами рассыпались по моей спине, и начиная массировать плечи. – Расслабиться. М? – последовал поцелуй в шею, от которого захотелось сбросить его руки с плеч и отодвинуться, находясь вне зоны досягаемости его губ.
Но вместо этого я развернулась лицом к нему, глядя в карие глаза.
– Мне тут подбросили отличную идею. Как насчёт того, чтобы прогуляться? – я поправила его бордовый галстук и стряхнула невидимые пылинки с пиджака. – Помнишь, ты говорил, что тебе советовали местного художника, который сможет нам помочь с оформлением офиса?
– Ты действительно хочешь решать рабочие вопросы сегодня? – с некоторым разочарованием спросил Тейлор, но видя мой энтузиазм, который был крайне наигранным, сдался. – Ну хорошо, как скажешь. Ты же знаешь, что я не могу тебе ни в чем отказать, – он погладил меня по щеке и встал, протягивая руку. – Я вызову такси.
– Замечательно, – я схватила сумочку, влезла в свои туфли на высоком каблуке, которые дополняли мой образ, состоящий из черной юбки-карандаша и зеленой блузки. Она безупречно подчеркивала цвет глаз, при этом делая их ещё более зелёными, чем они есть. – Я готова.
Дорога заняла около часа. Пока мы ехали, дружелюбный таксист выступал в роли гида, активно рассказывая о достопримечательностях, которые мы проезжали и которые нам обязательно стоит посетить.
– Удачи вам и хорошего отдыха! – отсалютовал мужчина, уносясь прочь по узким улочкам района, который разительно отличался от той части города, из которой прибыли мы. Здесь удивляла тишина, просто оглушительная, по сравнению с бурлящим жизнью и шумом центром города.
В этом районе были преимущественно двухэтажные застройки с однотипными домами. Дом с серыми стенами, перед которым мы сейчас стояли, не выделялся абсолютно ничем из общей массы.
– Это точно тут? —Тейлор с сомнением посмотрел на экран телефона, сверяя адрес. – Ну да, все верно. Думаю, нам не стоит возлагать больших надежд на того, кто живёт в подобном месте, – он, хмурясь, огляделся по сторонам, оценивая обстановку тихого района.
– А я думаю, что зря ты так рано ставишь крест на том, кого тебе посоветовали, – напомнила я. Эта черта меня слишком раздражает в Тейлоре, его извечное недовольство и предвзятое мнение.
– Как скажешь. Ты видишь тут где-нибудь звонок? – он осматривал дверь, продолжая так же хмуриться. К такому поведению босса я уже привыкла, это объяснялось его требовательностью и желанием держать всё под контролем, чтобы по итогу получить блестящий результат.
– И не забывай закрывать двери, Лиам! Сколько раз можно повторять?! Тебя так ограбят скоро! – из дома вывалилась пухлая старушка, одетая в ядерно-розовый спортивный костюм, таща за собой на поводке большую белую собаку. – О, здравствуйте. Вы сюда? – спросила она, заметив нас, значительно убавляя свою громкость.
– Похоже, да, – кривя рот, проговорил Тейлор.
– У меня нечего красть, кроме Гэндальфа, которого ты и так уже украла, – послышался глубокий мужской голос из-за двери.
– К тебе клиенты, милый, – проговорила старушка, отступая в сторону, тем самым открывая обзор на владельца дома.
В дверном проёме показался парень, которому на вид было лет двадцать семь. У него были взлохмаченные, пшеничного цвета волосы и недельная щетина на лице, но что больше всего привлекло моё внимание, так это пронзительно голубые глаза, опушенные длинными ресницами, за которые убила бы любая девушка.
– Клиенты – это всегда хорошо, – безрадостным голосом проговорил парень. – Проходите, – он развернулся и вошёл внутрь.
Что ж, очень приветливый молодой человек.
– Плохой день, – шёпотом проговорила старушка, приставляя ладонь ко рту, будто делилась секретом.
Я лишь кивнула головой, собираясь последовать за художником, но была остановлена Тейлором.
– Предлагаю отправиться обратно в отель. Сомневаюсь, что мы найдем здесь что-то стоящее.
– Напрасно вы так, молодой человек. Лиам очень талантливый мальчик. Войдите в эту студию и сами убедитесь, – уверенно сказала старушка, которая поглаживала по голове большую белую собаку.
– Мы именно так и сделаем, – твёрдо ответила я за нас двоих, убирая захват Тейлора со своей руки и ступая за порог студии, воздух которой был насквозь пропитан сигаретным дымом.
Я остановилась, как вкопанная. Всё пространство первого этажа было буквально пронизано искусством. По периметру комнаты стояло множество картин, грубо накиданных друг на друга, кое-какие были прикрыты белыми тканями, видимо, чтобы не запылились или чтобы краска не выгорала от солнечных лучей, освещающих пространство. Так же здесь было несколько скульптур, одна из которых представляла собой женщину, на чьей руке беспардонно висела банка из-под краски, адаптированная под подставку для кистей. Несколько больших столов было завалено различными баночками с красками и полотнами.
Это было даже сложно назвать творческим беспорядком. Это был творческий хаос, не иначе.
Парень сидел рядом с мольбертом на высоком табурете, прикуривая сигарету и внимательно наблюдая за нами, пока мы оценивали обстановку.
– Так что вы хотели? – видимо, не желая ходить вокруг да около и предпочитая перейти прямо к делу, спросил он.
– Для начала, не могли бы вы перестать дымить? Здесь и так дышать уже нечем, – покашливая, ответил Тейлор. Он привык курить дорогие сигары и делал это довольно редко, так что туман, стоящий в комнате и пахнущий дешёвыми сигаретами, вывел его из себя.
– Мог бы, – парень устало выпустил очередное облако дыма и затушил сигарету.
Теперь я не удивлена, глядя на его поведение, почему он живёт в этом скромном районе, имея такой талант. Взгляд снова пробежался по комнате и остановился на великолепной картине, изображающей изящные женские руки.
– Мы бы хотели нанять вас, – быстро сказала я.
– Ты уверена? Мы же ещё ничего не увидели, – пригвоздил меня взглядом Тейлор. – И не обсудили этот вопрос.
От ответа меня спас зазвонивший телефон босса.
– Я сейчас вернусь. И ради Бога, откройте окно, – проговорил он раздражённо, спешно выходя из здания и принимая звонок.
– И сколько вы заплатите? – изучая меня взглядом, спросил художник.
– Нам нужна помощь в оформлении офиса. Вы согласны взяться за такую работу? Сколько вы обычно берете? Можно ознакомиться с прайсом? – во мне сработал переключатель, который напрочь отключил девушку, что пару секунд назад любовалась картинами, и включил бизнес-леди.
– Хм-м, если согласитесь на то, чтобы я нарисовал ваш портрет, то ничего не возьму. Сделаю бесплатно, – проговорил парень, склонив голову на бок.
От такого предложения я пришла в замешательство.
– Вы что, флиртуете?
– А похоже? – его губы изогнула лёгкая усмешка.
– Да. Похоже, – строго ответила я.
– Соглашайтесь. Это выгодное предложение. Этому мешку с деньгами можете сказать любую сумму и оставить её себе. Поверьте, сколько бы вы ни назвали, я того стою, – он пристально посмотрел мне в глаза, от чего у меня пересохло в горле. – У вас будет художник, а у меня модель. Все в плюсе.
– Он не мешок, – выдавила из себя ответ. Прекрасно, просто прекрасно.
– Саншайн, нам пора, – по этажу эхом разнесся голос Тейлора, будто он чувствовал, что речь шла о нем.
– Да, сейчас приду! – крикнула я в ответ. – Оставлю вам свою визитку на случай, если вы всерьёз задумаетесь над нашим предложением, – подойдя к парню, я вытащила из сумочки карточку с контактными данными.
– Могу дать вам свою тоже, если хотите.
Такого предложения я не ожидала, но, стараясь не показывать свое удивление, кивнула.
Парень встал и подошёл к ближайшему столу, начиная рыться в завалах художественных принадлежностей.
– Эх, какая досада. Не могу найти. Давайте сделаем немного иначе, – находясь рядом с этим парнем, я поняла одно: что совершенно не успеваю за ходом его мыслей. Так и сейчас, я не поняла, что он собирается сделать, пока не взял мою руку в свою и не начал чиркать ручкой на раскрытой ладошке цифры. – Готово.
Я уставилась на ладонь, исписанную синими чернилами, ощущая рядом дыхание парня, запускающее волну мурашек по моему телу.
– Так злишься? – усмехнулся парень, от чего на его щеках появились ямочки. – Судя по твоему пульсу, да. Или тут что-то другое? – наклоняясь ближе, проговорил он, при этом поглаживая моё запястье большим пальцем.
Находясь так близко к нему, я заметила в его голубых глазах тёмные крапинки, которые странным образом заставляли продолжать их рассматривать.
– Саншайн! – нетерпеливо крикнул Тейлор, вырывая меня из этого водоворота.
– Всего хорошего, – я спешно отстранилась от парня и практически пулей вылетела из здания, под звук цоканья своих каблуков и, непонятно из-за чего, грохочущего сердца.
– До скорого, – послышалось прежде, чем дверь в студию захлопнулась.
– Въезд в это здание планируется через месяц, поэтому нам нужно как можно быстрее привести здесь всё в порядок, – заключила я, обходя просторное помещение с белыми стенами.
– Можно нанять команду специалистов, которые управятся за неделю, – не отрывая глаз от телефона, сказал Тейлор.
Зная его подход к делу, уверенна, он найдёт команду, которая не сможет придумать ничего лучше, чем просто повесить различные картины и довольствоваться этим. А самое печальное, так это то, что Тейлор бы поддержал такую идею, не задумываясь. Хотя мы с ним уже обсуждали, каким хотим видеть этот офис: здесь, помимо уютной обстановки, должно появляться желание творить, фантазировать. В нашем деле это самое главное. Но, находясь среди голых стен, на которых будут висеть картины в стиле абстракционизма, например, не каждый сможет предложить в конечном счёте интересную идею.
– Я уже договорилась, – проговорила я как можно спокойнее, потирая ладонь, с которой так и не смогла оттереть синие чернила, оставленные художником. По правде говоря, я вчера вечером довольно долго рассматривала эти отметины, размышляя над его фразой, что он стоит любых денег, непроизвольно находя в ней другой подтекст.
– Вчера? – Тейлор удивлённо поднял брови. – Ты всё-таки решила дать ему шанс?
– Да, – и очень надеюсь, что не пожалею об этом. Но эту фразу я не стала озвучивать.
– Что ж, я доверяю тебе и твоему вкусу, – он подошёл, обнимая меня за талию. – Может поужинаем сегодня где-нибудь?
– Конечно, – я натянула радостную улыбку, в глубине души желая закрыться в квартире и расслабиться за бокальчиком вина. – Только для начала мне нужно уладить рабочие моменты, как и тебе, – продолжила, подметив то, как в руке Тейлора вибрирует телефон.
– Тогда я заеду за тобой в шесть, что скажешь? – он быстро чмокнул меня в щеку и, не дожидаясь какого-либо ответа, вышел за дверь, принимая звонок.
Пора и мне браться за дело.
Я вбила номер, написанный на моей руке, и нажала «Вызов». Через несколько долгих гудков послышался хриплый голос художника.
– Да?
– Добрый день. Это Лиам? Мы с вами вчера общались по поводу оформления офиса, – как можно деловитее поприветствовала парня.
– М-м, да, помню, – послышался выдох. – Так меня разбудило Сияние.
(Прим. автора: имя Саншайн пишется на английском как «Sunshine». Лиам использует здесь слово «Shine», что переводится как «Сияние»).
По телу пробежали мурашки от этого глубокого голоса, от чего я передернула плечами. Мне абсолютно не нравилась реакция моего тела на этого парня.
– Уже около двух часов дня. Пора бы и проснуться, – отрезала я, но затем продолжила уже более спокойно. – Я подумала над вашим предложением и хочу сообщить, что согласна, если вы готовы приступить к работе уже завтра.
– Прекрасно. Хм-м… – послышалось на том конце трубки. Ну что ещё? – Как насчёт аванса?
– Что нужно? – спросила я, теряя всякое терпение.
– Просто прийти и посидеть, – в голосе парня послышалась усмешка. – Буду ждать сегодня. Адрес, думаю, помните.
Телефонный звонок прервался. Я продолжала сверлить телефон взглядом, пока экран не погас.
Надеюсь, ты не соврал, что стоишь того.
Спустя час я стояла перед входом в уже знакомую студию. Сомневаюсь, что в этот раз повезёт, и дверь снова откроет старушка, поэтому принялась за поиски дверного звонка. Которого попросту не было.
Я постучала в дверь. Тишина. Дернув за ручку, обнаружилось, что входная дверь открыта. Прекрасно. Кем бы ни была та старушка, но, думаю, она говорила довольно пророческие вещи. С такой беспечностью, этого художника с большой вероятностью скоро ограбят.
– Здравствуйте, – я вошла в здание, которое, по его обыкновению, было погружено в сигаретный дым. – Есть кто? – взяв на себя смелость, прошла дальше.
И тут откуда ни возьмись на меня с лаем прыгнуло белое облачко, вызывая испуганный крик.
Хорошо, беру свои слова обратно. С такой охраной его никто не ограбит.
– Гэндальф! – художник в клетчатой рубашке и рваных джинсах сбежал по железной лестнице, ведущей на второй этаж студии. – Место.
Собака послушно слезла с меня, оставляя на щеке мокрую полосу от языка, и побежала к своему хозяину.
– Я смотрю, вы уже поладили, – усмехаясь и почесывая собаку за ухом, сказал парень.
Я стояла с широко распахнутыми глазами, пытаясь отойти от шока после такого неожиданного нападения.
– Несомненно, – ответ вышел более резким, чем ожидалось. Ну а как иначе, когда на твоём лице слюна, которая, вероятно, смазала весь макияж, а белая блузка в следах от собачьих лап.
Лиам подошёл ближе, держа в руках бумажное полотенце и невинно хлопая глазами.
– Позволишь?
– С каких это пор мы перешли на «ты»? – начала возмущаться я, но осеклась, когда он, внимательно разглядывая моё лицо, начал мягко касаться щеки бумажным полотенцем.
От такого простого поступка моё дыхание сбилось, заставляя приоткрыть губы, накрашенные ярко-красной помадой, чтобы хоть как-то помочь воздуху циркулировать в лёгких. Это действие привлекло внимание глаз цвета океана и теперь они внимательно изучали мой рот.
Чувствуя, что воздух вокруг становится более тяжёлым от напряжения, скользящим, между нами, я отодвинулась от парня, покидая приятный плен его рук.
– Спасибо. Я бы, и сама справилась.
– Несомненно, – усмехнулся он, возвращая мою же фразу. – Проходи. Можешь чувствовать себя, как дома, если сможешь, – он уселся за мольберт, доставая сигарету из пачки.
– Может быть, давайте начнём? – не терпелось поскорее покинуть это место, потому как здесь я чувствовала себя абсолютно не в своей стихии, не имея возможности ничего контролировать.
Он задумчиво посмотрел на меня, убирая сигарету обратно.
– Как скажешь. Вон туда, – он указал на стул, стоящий напротив него.
– Мне нужно сесть как-то определённо? – спросила, усаживаясь на свое рабочее место.
– Нет. Так идеально, – парень прикрепил к мольберту лист и практически скрылся за ним, предоставляя обзору только растрепанные волосы, которые казались довольно мягкими, и голубые глаза, взгляд которых периодически падал на меня, а затем прятался за длинными ресницами.
– Как много лишнего, – пробубнил парень себе под нос.
– Что простите?
– Я о твоём лице, – он ткнул карандашом, указывая в моем направлении. – Столько лишнего. Весь этот макияж, поддельные эмоции. Как тебя рисовать, если ты постоянно прячешься за масками?
Из меня вырвался недоумевающий выдох. Что он себе позволяет?
– Да, вот так! – его лицо озарилось, и он схватил чистый лист бумаги, что-то быстро чиркая.
– Вы, парни, хоть что-то бы понимали в моде и макияже, – проговорила я, недовольно поджимая алые губы.
– О, мы понимаем, – знающим тоном ответил Лиам. – Я бы хоть сейчас расцеловал каждую веснушку на твоём лице, которую ты спрятала под всем этим слоем тоналки. В этом плане сегодня повезло Гэндальфу. Да, дружище? – он посмотрел на пса, лежащего у его ног, получая от того в ответ одобрительный лай.
Я с сомнением посмотрела на художника, чувствуя себя ещё более уязвимой из-за того, что моя броня, будь то сдержанность или макияж, трещала по швам рядом с ним.
– Здесь так много работ. Почему вы их не продаёте? Неужели нет покупателей? – осматривая комнату, решила сменить тему, уходя от неловкости, которая волнами накатывала на мой разум.
– А зачем? – не отрываясь от своего занятия, подал голос художник.
– Серьёзно? Что за вопрос? Конечно же, чтобы хоть как-то на этом зарабатывать, – поразилась я беспечности парня.
– Хм-м. Искусство прежде всего должно быть искусством. Деньги – это второстепенное. К тому же, у меня периодически бывают толстосумы, вроде того, что вчера был с тобой. Того, что они заплатят за заказ, вполне хватает на жизнь и материалы, – было легко уловить смену его настроения, лишь глядя на холод, что появился в двух океанах его глаз, абсолютно замораживая его.
– Который час? – спохватилась я, вспомнив о том самом толстосуме, о котором говорил Лиам. О Тейлоре.
– Э-э, не знаю.
– У вас что, серьёзно нет часов? – получив в ответ лишь пожатие плечами, я подбежала к столу, на котором оставила свою сумочку, чтобы достать телефон.
Щёлкнув по экрану, я увидела время. 19:45. А ещё пять пропущенных от Тейлора. Я напрочь потеряла счёт времени и пропустила ужин, о котором предупреждал Тейлор.
– Какие-то проблемы? – проговорил Лиам, зажимая карандаш между зубов и сосредоточенно растирая бумагу, прикрепленную к мольберту.
– Мне уже пора. Аванс получен? Вы сможете приступить к работе завтра? – затараторила я, быстро набирая текстовое сообщение с извинениями, адресованное Тейлору.
– Смогу.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.