Дизайнер обложки Рим Валиахметов
© Айдар Хусаинов, 2021
© Рим Валиахметов, дизайн обложки, 2021
ISBN 978-5-4498-5210-6
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
***
Как-то встретил знакомого драматурга, рассказал, что пишу пьесу на такую-то тему, что идея такая-то. Через полгода он зовёт меня на премьеру своей пьесы. Угадайте, о чем в ней рассказывалось?
С тех пор он всем жалуется, что Айдар скрытный, никогда не скажет, над чем работает.
***
Брал интервью у милицейского начальника. Спрашиваю:
– А какие места в Уфе вам нравятся?
– У нас много красивых мест, – отвечает он. – Но куда бы я не пришёл, я все время вспоминаю преступления, которые там были совершены!
***
Поэт Ринат Юнусов говорил:
– Если тебе в 99 местах дали по жопе, иди в сотое, там тебя ждут!
***
Спрашиваю одного башкирского писателя:
– А ты почему с таким-то нашим коллегой не общаешься?
– А, он пиздарный! – отвечает писатель.
***
На птичьем рынке возле Авдона встретил чудесного кролика. Его в руках держит мальчик.
– Ого, – говорю, – какой кролик!
– Он очень вкусный! – с энтузиазмом восклицает мальчик.
***
Лет тридцать назад пришёл на выставку неизвестного мне молодого художника по имени Ринат Миннибаев. Смотрю – интересные работы, сделаны на особой фактурной бумаге.
Народу много, любопытствуют. Тут одна девушка спрашивает:
– А как эту бумагу делают?
– Берут обычный ватман и тщательно жуют, – говорю. – Потом сушат – художник сутки сидит на прессе.
– Не верю! – говорит девушка.
– А вот я могу подтвердить, – встрял какой – то молодой человек, который стоял рядом.
– А вы откуда знаете? – вскинулась девушка.
– Я автор, Ринат Миннибаев, – сказал молодой человек.
***
Один уфимец переехал на ПМЖ в Германию, работы не было и он устроился на мясокомбинат. Там он делал сосиски. Это не просто – надо было набить мясом кишку, а потом размять ее пальцами.
– Слушай, – говорит ему мастер. – Да ты талант! Обычному человеку надо полтора года, чтобы делать такие сосиски!
– Ну я же не зря кончал консерваторию по классу фортепиано, а потом пятнадцать лет работал в театре оперы и балета в Уфе, – ответил наш земляк.
***
Камиль Бузыкаев рассказывает:
– Я женился, как я тогда наивно думал, на самой молчаливой девушке в мире. Поскольку не мог вставить ни слова в разговор, пришлось научиться рисовать.
***
Приходил молодой человек устраиваться на работу. Говорит:
– А если я не справлюсь?
– Захочешь – справишься! – отвечаю.
– Ну это же от меня не зависит! – уверенно сказал он.
***
– Эх, Айдар! – вздохнул поэт Ринат Юнусов. – Как же тебе повезло, что твой организм водку не любит!
***
Музыкант Евгений Напалков из группы «Аннигиляторная пушка» мечтал познакомиться с легендарным композитором Римом Махмутовичем Хасановым. Часто дежурил возле дома, но вот Как-тоне везло.
Однажды он от полноты чувств заснул в подъезде, где жил композитор. Среди ночи его кто-то разбудил.
– Ты кто? – спрашивает.
– Музыкант, – отвечает Евгений.
– Я тоже, – говорит незнакомец.
– Выпить хочешь?
– Хочу! – говорит Евгений.
Выпили они, закусили, познакомились, поболтали и разошлись.
С тех пор Евгений Напалков рассказывает:
– В этом подъезде живут два прекрасных человека – композитор Рим Хасанов и музыкант Селиваныч!
***
Пишу знакомой девушке в Москву:
– С поэтом Залесовым побывали на турбазе ««Айгир». Я снял с себя двух клещей, а он – целых пять.
Знакомая пишет в ответ:
– А что вы сделали потом с клещами? Надеюсь, выпустили их обратно?
***
В 2010 году я побывал в Казани на «Державинских чтениях». Нас – большую группу писателей – повезли на родину Тукая, в Арский район.
В автобусе один татарский писатель стал с воодушевлением рассказывать:
– Друзья! Мы въезжаем в город Арск! Это название происходит от татарского слова Арча! Это значит можжевельник! Здесь издревле жили татары!
– Позвольте! – встрепенулся сидевший рядом со мной писатель. – Это название происходит от слова Ар, что означает удмурт. Вот меня, к примеру, зовут Вячеслав Ар – Серги, и здесь издревле жили удмурты.
Татарский писатель встрепенулся, но промолчал, и мы поехали дальше. Побывали в музее Тукая, встречались с читателями, выступали на вечере. Когда ехали обратно, тот же самый татарский писатель с воодушевлением сказал:
– Друзья! Мы покидаем город Арск! Это название происходит от татарского слова Арча, что значит можжевельник! Здесь издревле жили татары!
Вячеслав Ар – Серги встрепенулся, но промолчал.
***
Едем со Светланой Гафуровой в машине.
– Света, откуда ты так хорошо знаешь дорожные знаки? – спрашиваю я.
– Ну как не знать, если я за каждый из них отдала пятьсот рублей! – отвечает Света.
***
Поэт Ркаиль Зайдулла даёт интервью. На все вопросы он отвечает:
– Потому что я татарин!
– Вы известны тем, что всегда говорите то, что думаете. А это почему? – спрашивает наконец корреспондент.
– Это потому что я мишар, сам уже готов высунуть язык и бить по нему! – отвечает Ркаиль.
***
Галарина сказала: «Это только хулиганы собираются в стаю. Вы когда – нибудь видели банду отличников?»
***
– А почему Зухра на тебя обиделась? – спрашивает Галарина. – Ты что ей сказал такого?
– То же, что и тебе – солнышко светит, ветер дует, дождь собирается, – говорю в ответ. – Только ты на это улыбаешься, а Зухра на стенку лезет!
***
Однажды я познакомился с пожилым башкирским журналистом. Агай многие годы жил в Средней Азии. Он рассказал, что работал в казахской, узбекской, киргизской, уйгурской и еще разных других национальных газетах.
– Вы что, знаете все эти языки? – удивился я.
– Достаточно знать сто слов! – засмеялся агай.
***
Мила, дочь художника Камиля Бузыкаева, проводит с отцом разъяснительную работу:
– Папа, если ты меня не нарисуешь, я до вечера буду выносить тебе мозг, пока ты не сделаешь, как я хочу!
***
– Ты, Айдар, не башкирский журналист, – сказал мне как-то Мустай Карим.
– Почему? – удивленно и несколько настороженно спросил я.
– Ты всегда приходишь вовремя! – засмеялся Мустафа Сафич.
***
Бабушка мне в детстве говорила:
– Зачем ты слушаешь эту иностранщину? А что, если они поют «инаннен куте»? (Это башкирское ругательство).
Самое смешное, что когда я узнал, о чем поют рокеры на английском своём языке, я понял, что бабушка была права.
***
Поэт Айрат Еникеев устроился на работу в «Башнефть», в пресс – службу. Пришлось нелегко – заботы и хлопоты с утра до вечера, да ещё начальство постоянно кричит. Наконец Айрат Марсович не выдержал и спросил:
– А почему вы постоянно оскорбляете мое человеческое достоинство? Начальник, москвич средних лет, весьма удивился такой наглости и ответил вопросом на вопрос:
– А как вы думаете, за что мы Вам платим 150 тысяч рублей ежемесячно?
***
Когда меня назначили главным редактором газеты «Истоки», нашлись люди, которые стали говорить:
– Покойный Филиппов хотел Дениса Лапицкого, он должен был стать его преемником.
– Лапицкий все равно не стал бы работать, – отвечал я оппонентам в интернете.
И тут откликнулся сам Денис.
Он написал мне:
– Вы всех обманываете, когда говорите, что я не стал бы работать главным редактором!
– Помилуйте, – пишу ему в ответ. – Вы же сами на второй день после моего назначения пришли ко мне с заявлением об уходе в «Баштрансгаз»!
– Ну вы же понимаете, что от такого предложения не отказываются? – возмущённо ответил мне Лапицкий.
***
Фотограф Николай Критский выкладывал в фейсбуке фотографии уфимцев.
– Каки они у вас мрачные, – написал я ему.
– Вы ошибаетесь, уфимцы очень милые люди! – отвечал мне Николай.
Наконец он сделал выставку и продал первую фотографию, о чем написал в блоге.
– А вот вы продаёте фотографии людей, а если они не согласны с этим? – тут же ему написали в ответ.
– Не согласны – уберу, – написал Николай. – А вообще от этих уфимских правозащитников уже тошнит!
***
Я пришёл на работу в «Молодежную газету» и провёл там интернет. На следующее утро редактор Виктор Савельев собрал коллектив.
– Товарищи, Айдар Хусаинов распространяет порнографию через интернет! Что будем делать? – сурово спросил он.
– С чего вы взяли, что это он? Интернетом все пользовались! – удивился коллектив. Савельев не нашёл, что сказать и закрыл собрание.
Через две недели он опять собрал коллектив.
– Давайте разберёмся, как пишет Айдар Хусаинов, – сказал он.
Коллектив молчал, только кто-то сказал:
– Он же писатель, чего с ним разбираться?
И тут встала корреспондент Светлана Нургалеева.
– В своём репортаже из театра Айдар Хусаинов написал: «Это был практически лукуллов пир духа!» Так говорить нельзя, это аморально и неправильно! Или лукуллов пир, или пир духа, одно из двух, практически! Так она бушевала минут двадцать. Савельев сиял, а кто-то из коллектива сказал про Свету:
– Далеко пойдёт!
Так и вышло – она сменила имя и фамилию, теперь ее зовут Екатерина Некрасова.
***
Жил в Уфе в семидесятые годы журналист Марган Мерзабеков.
Чем – то его обидел первый секретарь Башкирского обкома партии Мидхат Закирович Шакиров. И вот Мерзабеков решил о нем писать повсюду, в том числе в вышестоящие органы.
Прошли годы. Уже сняли с работы Шакирова, уже не стало КПСС, а потом Советского Союза, уже Шакиров умер, а Мерзабеков все писал и писал о том, какой же это негодяй.
Вот так журналист нашёл себе тему на всю жизнь. До последнего дня стоял он на защите правды.
***
В Уфе и Казани порой попадаются люди, которые говорят о том, что между нами нет различий, мол, два крыла одной птицы, и все тут!
Я изучал биографию Сергея Довлатова и вдруг обратил внимание на его приятеля, питерского писателя Валерия Попова. Так вот, Попов всю жизнь жил с начальством очень хорошо, а Довлатов конфликтовал. И что вы думаете? Попов родился в Казани, а Довлатов в Уфе!
***
Когда Раиль Сарбаев стал премьер – министром Башкирии, все мои друзья и знакомые стали меня поздравлять:
– Ну ты же тоже зианчуринец, ты же зианчуринский, как он, а??
Слушал я их, слушал, а когда они устали возбужденно радоваться, сказал:
– Ну да, я зианчуринский! А толку-то?!
***
В магазин вошли три ребёнка лет пяти – девочка и два мальчика. Спросили мороженое, выбрали из витрины. Мальчик и девочка взяли по маленькому мороженому, а второй мальчик взял просто огромный пломбир.
– Почему ты берёшь такое большое мороженое? У тебя лишний вес, тебе же вредно! – сказал я.
Мальчик задумался, тяжкое недоумение отразилось на его лице.
– Потому! – наконец выпалил он и обрадованно пошёл к выходу.
– Уфимец растёт! – подумал я вослед.
***
– Иосиф Давидович, а как вы общаетесь с болгарами? – спросил я поэта Гальперина. – Вы же языка не знаете!
– А я дружески киваю! – отвечает Гальперин.
Кто не знает – мотать головой из стороны в сторону по болгарски значит «да», а кивать значит «нет».
***
Галарина приехала из Питера.
– Ну как, ты встретилась с Тарасом Бурмистровым? – спрашиваю.
– Да-а! – махнула рукой Галарина.
– А что так? – удивился я.
– Да он все время говорит: «Айдар гений, Айдар гений»! – сказала Галарина и махнула рукой, дескать, что с вами поделаешь.
***
Еду как-то в троллейбусе по Садовому кольцу в Москве. Только приближается остановка, пассажир передо мной вытаскивает сотовый и Что-то говорит. Я заинтересовался, прислушался.
– Зиночка, проехали Садово – Триумфальную, – сказал пассажир. Жене, оказывается, докладывает свою дислокацию.
***
В советское время в Уфе проходили учения гражданской обороны. Местные товарищи увлеченно эвакуировали предприятия, осваивали бомбоубежища на территории республики. Все прошло на отлично.
Состоялся банкет. Слово представили старенькому генералу из Москвы. Он откашлялся и негромко сказал:
– В реальных боевых действиях достаточно одной бомбы и все мосты упадут. Вы никуда не выберетесь. Уфа – это большое кладбище.
***
– Почему тебя все любят? – спрашиваю знакомого поэта.
– А я в Уфе башкир, в Казани татарин, а пока еду – то тептяр, то мишар, то чуваш! – отвечает он.
***
Мой брат после армии проездом заглянул в ДАС, дом аспиранта и студента МГУ, к друзьям с психфака МГУ. Сидят, на гитарке играют, умные речи ведут. Мой брат после армии отдыхает душой.
Тут взваливаются в комнату два гопника. Начинают вести себя по хамски, девушек тянут за руку, в общем, очень неприятно стало.
Тут мой брат попросил вежливо прекратить безобразия. Одет он был в гражданку, и два гопника тут же стали на него быковать.
Ну брат и заехал обоим промеж глаз.
Нужно было видеть их недоумение!
***
Вдруг случайно на улице встретил Шамиля Валеева. Поздоровался, чувствую, меня не слушают.
– Извини, – говорю, – я и забыл, что прохожу у тебя по разряду городских сумасшедших.
– Я тебя услышал, – блеснул глазами Шамиль.
***
Идем как-то с Володей Глинским. Навстречу один башкирский писатель.
– Вот, Айдар, ты башкир, а похож на русского. А вот Володя русский, а похож на башкира. – говорит он. – Почему же так получается, а?
– Это потому что он не пьет, – сказал Володя.
***
Захожу в мечеть, а там на входе два ящика для сбора пожертвований. Вытаскиваю купюру, слышу голос из – за спины:
– Молодой человек, подождите!
Подбегают два бородатых товарища в халате.
– Не надо туда бросать, нам отдайте!
– Эге, ребята, – отвечаю. – Это все-таки не вам!
И бросил деньги в ящик.
***
Знакомая девушка жаловалась на судьбу, спрашивала, как быть.
– Напиши двадцать рассказов, станешь писателем, – отвечал я.
Прошло двадцать лет. Столько рассказов она так и не написала, писателем не стала, но и вопросом, что делать, больше не задается. Ясно же – сделать ничего нельзя!
***
Лет пятнадцать назад я пришел на какую – то пресс – конференцию. Девушка за столом регистрации подняла сердитое уфимское лицо и спросила:
– Вы кто?
– Своих поэтов надо знать! – вдруг раздался голос за ее спиной и к столу подошел уфимский журналист Сергей Фуфаев.
Я смущенно поздоровался. Было очень приятно, что меня знают.
Ну и какая судьба ждала в Уфе человека, который знал своих поэтов?
Разумеется, его побили какие-то негодяи, потом на него много раз подавали в суд, выгнали с работы и он был вынужден уехать в Москву.
***
Когда я перевёл на русский язык эпос «Урал – батыр», я его раздал всем своим друзьям и знакомым – чтобы они высказались, вдруг Что-то не так.
Один башкирский писатель мне тогда сказал:
– Наконец – то я прочитал его.
Другой обрадовался:
– Наконец – то я понял, о чем он написан!
Писатель и переводчик Газим Шафиков огорчился:
– Теперь мой перевод все забудут! – сказал он.
***
Прошло десять лет. Однажды на большом собрании писателей наша известная литератор и общественный деятель Марьям Буракаева долго меня ругала за перевод. Она нашла в нем ошибку.
Я эту ошибку поправил за две минуты. Просто проглядел. Такое бывает.
Прошло ещё пять лет, и другой известный литератор Салимьян Бадретдинов мне написал:
– Айдар, в твоём переводе есть досадные ошибки!
Правда, в чем конкретно эти ошибки выражаются, он так и не сказал.
Так что я жду, когда пройдёт ещё десять лет и кто-то из моих коллег снова меня покритикует.
***
На УФЛИ я процитировал слова Иосифа Гальперина о том, что границу надо пересекать в толпе.
Александр Залесов тут же ехидно заметил:
– Однако границу с Болгарией он пересёк один!
***
Когда я только-только поступил в сельхозинститут и переехал в Уфу, гулял по улице Ленина с одним знакомым, который тоже недавно стал уфимцем. Мы разговаривали о том, о сём, и вдруг он заторопился.
– Куда это ты? – удивился я. Он замялся. Наконец, после долгих расспросов он сказал, что ему надо на автовокзал.
– А что ты там собираешься делать? – ещё сильнее удивился я. Он опять замялся, покраснел, на лице его заиграла целая рок – группа чувств.
– Да я… в туалет… туда езжу… – нехотя, с трудом себя заставляя, сказал он.
– Ну ладно, – сказал я. – Пойдем, провожу тебя. Только давай пойдём через вот этот переулок, так ближе. Хорошо?
Мы свернули с улицы Ленина, прошли десять шагов под арку, и я показал ему… общественный туалет (это было возле МВД, кому интересно). Как же он был счастлив!
***
Как-то все встречные и поперечные мои знакомые стали меня спрашивать:
– Как ты думаешь, кому дадут премию имени Салавата Юлаева?
Одному я улыбнулся, с другим пошутил, третьему пожал плечами. Когда ко мне подошёл пятнадцатый человек, я сказал:
– После Рината Камала можно давать кому угодно!
***
Мы с Наной Эристави учились вместе в Литературном институте на одном курсе. Однажды на перемене вдруг решили поиграть в города.
– Ли, – сказала она.
– Это что за город такой? – удивился я.
– В Ирландии, – ответила она.
– Исянгулово! – сказал я тогда.
– А это что за город? – удивилась она.
– В Башкирии! – сказал я.
Но в Ирландии городов оказалось больше, так что я все равно проиграл эту игру.
***
Как-то меня пригласили в Сербию, погостить в писательской резиденции. Оказалось, что никто из моих коллег не говорит по русски, ну и я ни слова не знал по сербски. Три дня я сидел и слушал застольные разговоры, а на четвёртый день вдруг понял, что они сказали буквально вот что:
– У нас говорят – пьёт, как русский. А этот русский совсем не пьёт!
И я автоматически сказал:
– Это потому, что я пью как серб!
***
Приехал я в одну деревню, а там один бабай мне говорит:
– Что-то ты не похож на башкира!
– Это потому, что вы впервые в жизни видите умного, талантливого и образованного башкира! – ответил я.
***
Разговариваем с моим другом Володей Глинским. Володя говорит:
– Ты меня все время упрекаешь!
– Я тебя ни в чем не упрекаю!
– Нет, ты меня упрекаешь!
– Ну хорошо, как я тебя упрекаю?
– Ты говоришь – не пей!
***
Светлана Гафурова написала рецензию на мою книгу «Соло на айпаде». Получилось так: «Сергей Довлатов писал смешнее, чем Айдар Хусаинов, потому что боролся против коммунизма».
***
Янина Свице пишет Светлане Гафуровой:
– Света, я не могу долго читать вашу ФБ ленту. Она мне напоминает жизнерадостную истерику.
***
Поэтесса Тамара Ганеева написала воспоминания о поэте Рамиле Янбекове:
– Когда мы с ним работали в журнале «Агидель», он часто приходил ко мне, рыдал от отчаяния, жалуясь на свою несчастную судьбу. Я боялась, что от моего сочувствия он совсем расклеится, поэтому ни разу его не пожалела.
Я ему говорила:
– Я вот баба, и то терплю, а ты, гнилой лапоть, чуть что, сразу реветь начинаешь!
***
В школе мне часто говорили:
– Айдар, тебе не кажется, что ты слишком много думаешь о себе?
Этот вопрос ставил меня в тупик, я не знал, что ответить.
Прошли годы. Я закончил два института, издал с десяток книг и приехал в родное село. Мне казалось, что я нашёл ответ.
Однако оказалось, что люди, которые задавали мне этот вопрос, или умерли, или спились, или все ещё сидят в тюрьме.
Так мне и не удалось поделиться с ними своими мыслями.
***
Муж одной знакомой пришёл домой счастливый.
– Представляешь, – говорит, – мне выдали паспорт, а там написано, что я по национальности NN. Но ведь я ZZ! Как я на них кричал! И вот мне поменяли паспорт! – с гордостью показал он краснокожую книжицу.
– И тогда я поняла, что мой муж дурак, – с горечью рассказывала потом знакомая. – И что вся родня с его стороны – тоже дураки! Среди них не было никого с высшим образованием! Как же я раньше этого не видела?
***
Пришёл на выставку художника Адиса Агалетдинова. Спрашиваю у него:
– Адис, а вот у тебя в каждой картине есть масонские знаки. Это означает, что ты масон?
– Да нет, – махнул рукой Адис. – Просто я заметил, что когда есть такие знаки, работа лучше продаётся!
***
Я сажаю картошку с пяти лет. Сперва просто бросал в лунку (не просто так, а отрезанной частью вниз), потом боролся с сорняками, потом собирал. Таскал неподъемные ведра и мешки, жарился на солнце и мерз холодной осенью. Бывало, убирал под снегом, засыпающим землю мелкой крупой. Летал даже за тысячи километров чтобы только убрать ее, родимую. Не считаю уже ежегодных поездок за полтысячи км.
И никакого прогресса в этой области не наблюдается. Как прежде, лопата, мозоли на руках и дикая усталость.
К чему я об этом?
На днях беседовал с одной дамой, преподавателем института. Она рассказывала, как в общежитии, где живут студенты, их обворовывают, бьют и насилуют.
– И ничего сделать нельзя! – заключила она.
***
Мы ехали по Сербии в машине с коллегами – писателями. Вдруг я увидел какие-то развалины.
– А что что такое? – спрашиваю.
– А это американцы шахту разбомбили в 1999 году, – говорит один писатель.
– Нет, это русские в 1945! – начал возражать другой. Видимо, решил пошутить.
– Если бы это были наши, тут на сто вёрст в округе были бы развалины! – сказал я.
***
Ходил купаться. На берегу Караидели сидит мужик, поёт песню:
– Умом Россию не понять,
Надо благодарно принимать.
***
– Мустафа Сафич, каково это – быть знаменитым? – спрашиваю Мустая Карима.
– Понимаешь, Айдар, – отвечает он, – не успеешь выбить человеку квартиру, он за орденом приходит. И ещё обижается, что все так медленно движется.
***
Тележурналист Шаура Гильманова училась в Казани. Пошла подрабатывать на Татарское радио. Заведующий промышленной редакцией Леонид Букштейн сказал ей:
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.