Редактор Елена Чижикова
Корректор Алексей Леснянский
© Давид Маркосян, 2022
ISBN 978-5-0056-6117-3
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Молодая девушка 22-х лет вышла замуж за своего сверстника. Они встречались год и девушка решила, что изучила и узнала своего избранника. Поначалу все было хорошо – ей нравилась семейная жизнь и она чувствовала себя счастливой. Ощущение железных тисков возникло совершенно неожиданно. Муж настолько виртуозно жонглировал ценностями, что виноватой и обязанной каждый раз оказывалась она. Постоянные манипуляции, ложь и подмена понятий лишили ее критического мышления и возможности здраво рассуждать
Первыми звоночками стали поздние возвращения мужа. В ответ на недовольство жены он обвинил ее в неспособности любить – ведь любимого нужно принимать всяким. Если же у нее есть требования – значит, она готова любить его только за что-то. Затем им стало не хватать денег, так как муж все деньги тратил на свои развлечения. Когда жена сказала ему об этом – он обвинил ее… в меркантильности. Он считал, что если от него требуют денег, то и нужен он только ради денег. Когда же ночные гуляния перешли в неоднократные измены и жена возмутилась этому, последовало беззаботное и циничное:
«Я красивый мужчина и мне нужно внимание. А верность должна сохранять только женщина. Если она изменяет – значит она гулящая и недостойна быть матерью».
Казалось, человек вобрал в себя все пороки – мало того, что он вел себя настолько аморально, так еще и беззастенчиво обвинял жену. Дошло до того, что он стал обвинять ее в том, что она совсем не экономит и именно поэтому им не хватает денег.
Оказавшись в подобной ситуации, принято почему-то рассматривать только два варианта действий – уходить или оставаться, продолжая при этом терпеть. Уходить бывает страшно – «что скажут люди и что обо мне подумают», «а не останусь ли я одна», «а найду ли я кого-то лучше», «а может мне стоит больше постараться и тогда все наладится», Нередко мешают установки – «разводиться нельзя», «нужно сохранять брак любой ценой», «уйти – значит предать», «сдаются только слабаки». Но оставаться и терпеть тоже нелегко – ведь в этом случае нужно смириться, что в отношениях никогда не будет уважения, понимания, настоящей близости и, конечно, любви. Кроме того, перспектива прожить всю жизнь с человеком, который давно стал чужим, страшит не меньше. Выбор из двух крайностей редко позволяет найти лучшее решение. Человек мечется, выбирая из двух вариантов, которые одинаково его не устраивают. После долгих и мучительных попыток решение принимается, но удовлетворения оно не приносит. Причина в том, что выбирая из двух крайностей, невозможно понять – в чем мы нуждаемся, что хотим на самом деле, и что является для нас самым важным.
Большинство людей не знают о третьем варианте и не подозревают о его существовании. Именно поиску и нахождению третьего варианта посвящена эта книга.
Развестись или сохранить брак, продолжать терпеть или завершить отношения, которые давно не устраивают и ничего, кроме боли и разочарования, не приносят? Перед такой дилеммой, которая подразумевает сложный, мучительный выбор, оказывалась хотя бы раз в жизни каждая женщина.
Оба возможных решения вызывают массу отрицательных эмоций и одинаково воспринимаются как собственное фиаско и поражение. Женщина чувствует себя загнанной в ловушку и, вынужденная выбирать из двух крайних вариантов, ощущает себя в тупике.
Такая ситуация не позволяет принять наилучшее для себя решение и получить желаемое. Об этом мы не раз поговорим в последующих главах книги. А пока попробуем разобраться, почему выбор между «развестись или остаться» столь мучителен для женщины, не устраивает ее и заставляет чувствовать себя несчастной.
Ответ прост и может даже показаться банальным. Женщине хочется быть счастливой и делать счастливой свою семью. Именно этого ей хочется больше всего. Но ни первый, ни второй вариант не позволяют добиться этого. Более того, они одинаково отдаляют женщину от желаемого.
Может возникнуть вполне резонный и логичный вопрос: почему же вообще возникает этот непростой выбор – уйти из отношений или остаться в них? А самое главное, из-за чего женщина оказывается в ситуации выбора из двух вариантов, которые одинаково ее не устраивают?
В первом варианте, когда женщина хочет уйти, – ее не устраивают отношения с партнером, сам партнер, его отношение к ней и к детям, а также «климат», который присутствует в их отношениях. Женщине хочется уйти из того места и от того человека, которые не только не позволяют ей «создавать» счастье, но и максимально отдаляют от него. Однако различные социальные табу, осуждение со стороны общества, родных и близких, отсутствие поддержки и понимания внушают женщине мысль, что она поступает эгоистично, думает только о себе и разрушает семью. Это заставляет женщину чувствовать себя еще более несчастливой. Ведь у нее не только отнимают мечту и отказывают в ее естественном желании быть счастливой, но еще и обрезают крылья.
Именно под воздействием перечисленных факторов женщина начинает рассматривать второй вариант – «остаться и/или терпеть». Как несложно догадаться, он не является выбором желанным и осознанным. Этот вариант является, скорее, навязанным и часто вынужденным. Большинство людей рассуждают так: «Если то, чего я хочу, принесет боль, обиду и лишения моим родным и близким, то единственный вариант, который мне остается, – не делать этого, то есть отказаться от того, что я хочу». Когда же в качестве аргумента (а на самом деле в качестве инструмента для выкручивания рук и эмоционального шантажа) используются дети, женщине становится очень сложно противостоять коллективному прессингу осуждения.
Очевидно, что во втором варианте женщине приходится особенно тяжело. На нее оказывают негативное влияние сразу несколько факторов:
1. Ее вынуждают отказаться от своих желаний.
2. Ее вынуждают отказаться от своих потребностей.
3. Ее чувства и эмоции игнорируются и воспринимаются как неважные.
4. На ее плечи перекладывается тройная ответственность – собственная, за детей и за партнера.
5. Ее никто не хочет понять.
6. Ей предлагают, по сути, отказаться от себя, ведь наши мечты, желания и потребности – это и есть мы сами и наша личность.
Если в первом варианте женщине приходится мириться с тем, что она не может быть счастлива, то есть с отсутствием счастья, то во втором варианте ей приходится смириться с собственной несчастливостью. Может показаться, что речь идет об одном и том же и разницы нет никакой, однако разница есть, и она огромная.
В первом варианте отсутствует счастье, но есть надежда достичь счастья – что-то поменяв в своей жизни, найдя понимание и поддержку у других людей, встретив своего человека. Кроме надежды появляется также возможность жить своей жизнью, иметь свободу и право выбора.
Во втором варианте не только отсутствует счастье, но и присутствует несчастье. Женщина не только лишена возможности получить то, что она хочет и в чем нуждается, но и вынуждена жить с тем, что не является ее выбором, не доставляет радости и с каждым днем делает ее все более несчастной. Кроме того, в этом варианте приходится отказываться также от мечты, надежды и перспективы когда-нибудь стать счастливой. Стоит ли говорить, что без надежды и мечты человек лишается возможности любить – и себя, и других. Женщина, которую лишили возможности любить, лишается не только счастья и любви. Она лишается самого главного – возможности чувствовать себя женщиной.
Я родился и вырос во времена Советского Союза. С самого детства мне постоянно приходилось сталкиваться с тем, что отсутствовал выбор, или же выбор был, но, как и в рассматриваемых выше примерах, из двух неустраивающих меня вариантов. Началось это еще в детском саду, затем продолжилось в школе, а потом и в институте. Присутствовало это также в общении с родными, близкими и просто с незнакомыми людьми.
Не знаю почему, но уже в 7—8 лет меня это стало жутко раздражать. Я ощущал себя будто в тисках, когда вынужден был выбирать из вариантов, которые я… не выбирал и которые меня совершенно не устраивали. Я постоянно злился, возмущался, спорил, плакал и никак не мог понять – почему все устроено именно так? Вынужденный выбор из двух откровенно неустраивающих вариантов делал меня несчастным – это впечатление отчаяния и загнанности я помню до сих пор. И, конечно, мне очень хотелось понять, почему же нет третьего варианта, в котором можно делать то, что хотя бы в минимальной степени отвечает твоим собственным принципам и желаниям.
Несколько раз я обращался за помощью к родителям, неоднократно спрашивал об этом других взрослых людей. В лучшем случае мне объясняли, что так живут все, таковы законы жизни, так принято и так… правильно. Иногда добавляли, что нельзя нарушать правила, которые установлены давно. В худшем же случае взрослые просто не понимали, о чем вообще идет речь и что я хочу услышать. Конечно, для людей, которые прожили всю свою жизнь в такой действительности и не представляли, как может быть иначе, мои вопросы и рассуждения выглядели просто как желание нарушить правила и не подчиняться тому, что общепринято.
Мой первый опыт «нахождения» третьего и оптимального для себя варианта случился в шестом классе.
Директором школы у нас был абсолютно помешанный на дисциплине и «правильности» человек. В школе нельзя было носить ничего, кроме школьной формы. Все ближайшие парки и скверы – а школа находилась в центре города, и вокруг было много зон для отдыха – постоянно «патрулировались» учителями и лично директором. Когда темнело, он не ленился ходить с фонариком по паркам и скверам, выискивая учеников своей школы.
Тем, кто попадался или нарушал установленные им правила, доставалось по полной. Директор не отличался ни тактом, ни уважительностью, ни желанием войти в положение ученика. Он устраивал публичные порки и не сдерживал себя ни в выражениях, ни в издевательствах. Не гнушался он также физических наказаний, или, проще говоря, рукоприкладства. Не было ни одного ученика, которому удалось бы окончить школу, не будучи ни разу избитым директором.
Но особым пунктом его требований являлась… длина волос у учеников, особенно у мальчиков. О каких-либо модных прическах не могло быть и речи, но он требовал, чтобы они были максимально короткими! Как только у кого-то волос на голове оказывалось больше положенного, директор лично отводил «провинившегося» к парикмахеру, где добивался нужной ему длины. Процедура была одновременно унизительная и неприятная. Никому не хотелось иметь прическу под «ноль», но при этом все знали характер директора и очень боялись его.
Короткие прически не нравились мне с самого детства. Но родители были «начеку», и длинные волосы я мог позволить себе только во время летних каникул.
Как-то перед началом учебного года мне удалось уговорить родителей, и они позволили мне не стричься слишком коротко. Довольный и в хорошем настроении, я пошел в школу, не веря, как говорится, своему счастью. Но счастье продлилось недолго…
В один из дней директор увидел мою чересчур роскошную шевелюру. С трудом сдерживая свое раздражение, он спросил у меня, почему я не пострижен нормально. Не дожидаясь моего ответа, директор достал кошелек, дал мне рубль (стрижка в те времена стоила копеек 30—40) и строго велел прямо сейчас же идти к парикмахеру и постричься.
В школе как раз начиналось какое-то совещание, и, на мое счастье, у него не было возможности идти со мной к парикмахеру. Однако тон голоса и выражение его лица ясно давали понять, что с прической придется распрощаться. Я взял деньги и в полном отчаянии пошел стричься. По дороге я прикидывал, сколько мне придется ждать, чтобы у меня снова нормально отросли волосы. Получалось не менее двух-трех недель.
Дойдя до парикмахерской, я вдруг почувствовал, как у меня внутри рождаются новые чувства. Я остановился и с удивлением понял, что эти новые чувства – злость на директора, нежелание делать то, что он заставляет делать, и… смелость, чтобы противостоять ему. Я поймал себя на мысли, что идти к парикмахеру мне совершенно не хочется! Ноги будто сами повернули в обратном направлении, и я пошел в школу. По дороге я отчаянно пытался понять – что же мне сказать и как объяснить директору свое «неповиновение»? Я очень хорошо понимал, что директор не имеет права заставлять меня стричься. Но мне нужны были правильные слова и некая позиция, чтобы объяснить свое решение. И в этот момент я почувствовал, как третий вариант буквально рождается в моей голове.
«Новые» мысли напоминали самолеты, которые один за другим садились в аэропорту (в данном случае в моей голове). Сначала мне пришла мысль, что прическа – это мои волосы и принадлежат они только мне. Следующей мыслью было – какое имеет право совершенно чужой человек заставлять меня делать то, что не имеет никакого отношения к учебе? Затем я понял, что врученный мне рубль являлся манипуляцией с целью внушить вину и страх, которые должны были заставить меня беспрекословно подчиниться требованию директора. Когда я все это понял, мне пришла в голову простая (и поразительная для меня!) мысль:
«Я имею право не делать то, что мне не нравится и не хочется делать».
С этими мыслями я дошел до школы, поднялся на второй этаж и направился в сторону кабинета директора (в те годы существовал порядок – отчитываться, если взрослый тебе лично что-то поручил). Заходя в кабинет, я был уже абсолютно спокоен. Я чувствовал свою правоту, знал, как обосновать свою позицию, и совершенно не боялся директора. Эта привычка осталась у меня на всю жизнь – я не боялся никого, если понимал свою правоту и мог ее обосновать. И не имело никакого значения, сколько у меня оппонентов и какими способами они добиваются своего.
Директор взглянул на меня, затем на мою не изменившуюся прическу и начал меняться в лице. В этот момент я спокойно достал рубль и протянул ему купюру. Надо ли говорить, что хладнокровный возврат денег, которые изначально вручались мне с целью вызвать страх и повиновение, вызвали у директора состояние ступора?! По тем временам это было неслыханной дерзостью – мало того что ученик не выполнил приказ директора, так еще и спокойно возвращает деньги, явно демонстрируя свое неповиновение. Такого не позволял себе никто, и было ощущение, что он впал в транс. Все же он взял себя в руки и спросил, почему я не постригся. Ответ на этот вопрос был уже подготовлен, поэтому я совершенно спокойно ответил:
– Потому что не захотел.
Не было никакого страха. Не было и ощущения, что я позволяю себе что-то неуважительное и ужасное. Я считал, что имею право отстаивать то, что для меня важно и ценно. И в этот момент у меня возникло явное ощущение, что директор все эти годы знал про существование этого ответа и… очень боялся, что когда-нибудь ему именно так и ответят.
Больше директор не тревожил меня с этой проблемой. Более того, мне удалось окончить школу, не будучи ни разу им избитым. Конечно, я был на хорошем счету: был отличником, выступал за сборную школы на республиканских и всесоюзных соревнованиях по шахматам, не позволял себе неуважительного отношения к учителям и не состоял ни в каких сомнительных компаниях. Тем не менее другим отличникам и спортсменам крепко доставалось за такие вольности. Думаю, одна из причин была в том, что они не догадывались о наличии третьего варианта. А если и догадывались, – им просто не хватало смелости и уверенности.
Я чувствовал себя абсолютно счастливым – и оттого, что сохранил свою прическу, и оттого, что директор не поступил со мной жестоко. Но особую радость я испытывал оттого, что сам додумался до третьего варианта и самостоятельно смог его отстоять!
С этого момента «третий вариант» прочно вошел в мою жизнь. Мне больше не приходилось идти на неприятные компромиссы, и у меня почти всегда находился выход из сложных ситуаций. Если же какая-то проблема начинала меня душить, я уже знал: причина в том, что я не смог обнаружить тот самый третий, оптимальный для себя вариант.
Для того чтобы находить и видеть третий вариант в различных ситуациях, необходимы следующие условия:
• ясное понимание, чего мы хотим добиться. Очень важно четко сформулировать свои цели и желания. Это позволяет осознать, что нас не устраивает и чего мы хотим избежать;
• благодаря осознанию своих истинных желаний появляется уверенность, которая рождает энергию для достижения целей;
• благодаря тому, что мы четко осознаем свои цели, окружающие не смогут манипулировать нами, навязывать свои оценки, обвинять нас и выставлять в невыгодном свете;
• важно уметь противостоять близкому окружению и его давлению. Большинство людей предпочитает жить в жестких и ограниченных рамках и принимать решения, исходя из принципа наименьшего зла. По этой причине они не хотят понимать и принимать наше стремление найти лучший для себя вариант. Вариант, который устраивает нас, соответствует нашим принципам и делает нас счастливыми;
• важно видеть пути и способы для достижения своих целей. Они должны быть экологичными, корректными и не унижающими чувство собственного достоинства других людей. Именно этот момент представляет наибольшую сложность, ведь уловить правильный баланс между мягкостью и твердостью непросто. Это достигается постоянным анализом различных ситуаций и работой над собой.
В рассматриваемой выше ситуации правильным ответом и наилучшим решением между «развестись или остаться» является «стать счастливой!». Счастливой можно быть, оставаясь в отношениях с конкретным человеком, но точно так же можно быть счастливой и без него. Все зависит от особенностей именно вашей ситуации и тех причин, которые делают невозможным дальнейшие отношения с этим человеком. Самое главное – понимать, чего мы хотим, что является для нас абсолютно неприемлемым и к чему мы в конечном счете стремимся. Если мы знаем ответы на эти вопросы, значит, у нас есть и карта, и компас, которые приведут туда, где мы сможем быть счастливыми и будем иметь то, о чем всегда мечтали.
Важно помнить, что выбор между двумя крайними вариантами – это всегда выбор между двумя неудачными вариантами. Выбирая наименьшее из зол, мы выбираем из двух вариантов зла. Поэтому нужно научиться находить третий вариант, в котором зла нет совсем.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.