Иллюстратор Ирина Парамошкова
Иллюстратор Kandinsky generative art
© Дмитрий Копьёв, 2024
© Ирина Парамошкова, иллюстрации, 2024
© Kandinsky generative art, иллюстрации, 2024
ISBN 978-5-0062-6135-8
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
На краю Шишкина леса, в маленькой избушке жили старички, дед Кузьма и бабка Анисья. Пенсия у них была хоть и небольшая, но им хватало, потому что были они людьми непривередливыми, а, кроме того, имелся у них небольшой огород, в котором произрастало всё, что нужно для жизни – и картошка, и морковка, и редиска, и свёкла с капустой. Жили они дружно, почти не ссорились. Дед Кузьма ходил изредка на охоту, ездил в райцентр за продуктами – мукой, сахаром и всем прочим, что не росло в огороде.
Наша история начинается под самый праздник Новый год. Дед Кузьма с утра пораньше ушёл в лес поохотиться, а бабка решила к его возвращению приготовить что-нибудь вкусненького для праздничного стола. Пошла она в клеть, только смотрит, а продукты-то закончились – горстка муки осталась, да пачка крупы гречневой. Нечего делать, придётся довольствоваться тем, что есть.
Замесила бабка остатки муки, а как подошло тесто, слепила колобок и в печь поставила.
Только она заслонку закрыла, как дед возвратился.
– Ого-го! – кричит с порога. – Гляди, бабка, что из лесу принёс тебе!
– Чего там?
– Гляди!
Оказалось, дед принёс из лесу ёлочку. Небольшую, но зелёную и очень пушистую.
– Ёлка? – удивилась бабка. – Вот учудил! Да на что она тебе?
– Как это – на что? Украсим, в угол поставим. Праздник, как-никак, радость большая!
Только бабка, вместо того, чтобы радоваться, вдруг в слёзы ударилась.
– Радость? – рыдает. – Ты что, дитё малое, радоваться? Это детям ёлка в радость, а нам на что? Собственные дети в дом к родителям и носу не кажут, не порадуют, внуков погостить не привезут, одни мы остались! Будем, как два сыча, под ёлкой твоей сидеть, вот тебе и вся радость!..
Бросился дед успокаивать бабку.
– Ничего, – говорит, – ничего! Всё образумется, и дети приедут, и внуков увидим. Я напишу, я телеграмму им отправлю, я им такую телеграмму отправлю, что… Я им всыплю перца!..
Дед Кузьма разошёлся и хотел было ещё прибавить что-нибудь, позабористей, однако со стороны печки что-то вдруг зашуршало, потом затрещало, а потом как ухнет, как загрохочет!
Трах-тарарах! Трах-бабах!
Бабка встрепенулась.
– Что это? – спрашивает.
– Не знаю, – отвечает дед.
А из печки снова:
Трах- бабах! Трах-тарарах!
И тут заслонка отлетела в сторону, а следом выскочил кто-то неизвестный, круглый, и с криком: «Ааааааа! Горю! Жарко!» выскочил на улицу и с разбега в сугроб нырнул.
2
Бабка с дедом к окну кинулись посмотреть, что это за чудо, и увидели, как весь в дыму, в снежном сугробе барахтается какой-то круглый гражданин,
– Ну ты даёшь, бабка, – удивился дед Кузьма. – Кого это ты в печь засадила?
Однако бабка от удивления потеряла дар речи и только икала.
– Ик! Ик!..
– Ладно, разберёмся, – решил Кузьма. – Вон он, возвращается. Спросим…
– Ик!..
А неизвестный гражданин, вдоволь выкупавшись в снегу, в избу вошёл, и с порога прямо закричал:
– Здорово, Бабка, здорово, Дедка! Встречайте сыночка своего новоиспечённого!
У деда Кузьмы глаза на лоб полезли.
– Чего-чего? Как сказал? Кто ты такой?
Незнакомец засмеялся и всё объяснил.
– Да Колобок я, дедка, Колобок, бабка! По сусекам метён, в печи испечён. Потому и получаюсь, сынок ваш, только вот испечённый. Ну, встречайте!..
– Ах, я ворона! Недоглядела, – ахнула бабка Аксинья. – Прости меня! Сыночек! Родненький!
– Родненький! Сковородненький! – тут же отреагировал Колобок, однако, увидев, что бабка расстроилась, прибавил: – Ладно, бабка, шучу я, шучу, не обижайся!
– Хе-хе! Больно ты шустрый, сынок, – заметил Кузьма. – Испёкся, значит?
– Испёкся, дедка, испёкся. Но жарко ещё!
– Попей молочка холодненького, – посоветовала бабка. – Остудись.
– Не, – отвечал Колобок. – Мне молоко вредно. Я лучше сосульку погрызу. И вообще, прощаться пора. Я в Лес иду! Бывайте!..
– Как это в лес? – ахнула бабка. – Какой такой лес? Сыночек!.. Зачем?
– Спешить надо! Хочу я с Дедом Морозом встретиться.
– Да ты откуда Мороза знаешь, герой! – удивился Кузьма.
– Я, дедка, всё знаю!
– Ну, а зачем тебе Дед Мороз понадобился?
– Силой с ним померяться хочу. Кто кого одолеет!
– Гм. Ты, как погляжу, парень хват. А ведь хвастать – не косить – спина не заболит!
– И не отговаривайте меня, – отмахнулся Колобок. – Я молодой, шустрый, кровь горячая! Не на печи же мне в вашем обществе сидеть! Я подвиги совершать хочу!
Как ни пытались дед и бабка отговорить сыночка остыть, ни в какую. Подавай ему подвиги, и всё тут!
Ладно. Снарядили они Колобка, тулупчик надели, шапку-ушанку, рукавицы тёплые дали.
– Шапку не забудь, – позаботилась бабка Аксинья. – Голову не застуди.
– И уши чтоб не торчали, – прибавил Кузьма.
Попрощался с ними Колобок и в Лес побежал.
А деду Кузьме и бабке Анисье взгрустнулось. Только обрели сыночка, живую душу, и вот тебе! Да и беспокойно, что там в Лесу с ним может случиться… Пригорюнились, одиноко им сделалось снова.
Однако дед Кузьма был не из той породы, чтоб легко сдаваться.
– Вот что, бабка, – объявил он. – За сыночком нашим явно пригляд нужен. Как бы дров не наломал, да сам в беду не попал!
– Ну!
– Есть у меня план! Хитрый!
– Говори!
– Так слушай…
3
Лес встретил Колобка заснеженными пушистыми елями и глубокими сугробами. Стояла полная тишина, не было слышно ни пения птиц, ни каких-либо иных звуков.
Неожиданно навстречу одинокому путнику из-за ближайшей ёлки выскочил Волк. Волк имел явно нехорошие намерения и в подтверждение этому грозно рявкнул:
– Стой! Ни с места!
Колобок замер на месте.
– Кто таков! Отвечай!
После краткого замешательства Колобок, однако, пришёл в себя и воскликнул:
– Буэнас диас, амиго! (Добрый день, друг!)
– А?.. – удивился Волк. – Что?..
Совершенно неизвестно, каким образом Колобок обрёл знание испанского языка, тем не менее, он заговорил именно на чистейшем испанском.
– Дичосос лос охос! – выкрикнул он. – Э бэнидо комо туриста! Пэрмитамэ кэ мэ прэсэнтэ! (Кого я вижу! Я прибыл в качестве туриста. Позвольте мне представиться!)
Волк страшно растерялся и даже сделал на всякий случай шажок назад.
– Бромас апартэ! – самым нахальным образом продолжал наседать Колобок. – Кэ тьемпо ара маньяна? (Шутки в сторону! Какая погода будет завтра?)
Волк, попавшийся Колобку, был по характеру своему натурой довольно нервической. Он легко впадал в панику по любому пустяку, без особенных сомнений отступал перед трудностями. И в целом к жизни он относился с большой долей пессимизма. Вот и теперь, увидев перед собой нечто непонятное, решил не рисковать и поскорее ретироваться.
– Да ну тебя, – пробормотал он, отступая. – Вот не повезло… Нарвался.
И он повернулся, чтобы дать дёру, но Колобок тут сменил тактику.
– Стой – воскликнул он и засмеялся. – Не бойся, амиго!
Волк остановился.
– Чего?
– Не хочешь узнать, кто я такой?
– Ну, и кто ты?
– Я? Я – Коломбино Коломбинес, испанский путешественник! Понял?
– Коломбино? Испанский путешественник? Ничего себе!
– Нада тэррибле! Кэ паса! Сэ эспэра кэ маньяна абра соль! (Ничего страшного! В чем дело! Завтра ожидается солнечная погода!)
Волк немного успокоился.
– Вот это да! Маньяна!
– А хочешь, тебя так же научу? – доверительным тоном предложил Колобок-Коломбино.
– Зачем?
– А затем! Выучишься говорить, да к Кузьме мужику – в гости!
– К Кузьме? – испугался Волк. – Не, не хочу!
– Дурья голова! Дело надёжное! Ты только послушай! Переоденешься испанцем, он тебе обрадуется, в гости пригласит, спать уложит, а ночью ты – в хлев, к овечкам… Понял?
До Волка быстро дошёл смысл сказанного
– Хе! В гости к овечкам? Это дело! – обрадовался он.
– Я и говорю!
– По-испански – с овечками говорить! Здорово! Ха-ха-ха!
– Так что, будем учиться?
– Будем, амиго!
– Ну и отлично.
И отправились они испанскому учиться.
4
Дед Мороз шагал по зимнему лесу, волшебной палочкой дотрагиваясь до заснеженных деревьев, которые тотчас начинали сверкать разноцветными искрами. Лес становился весёлым и нарядным, таким, каким и должен быть в праздник Новый год.
– Дедушка Мороз! Дедушка Мороз! – раздался чей-то крик.
– Что такое? – удивился Дед Мороз. – Кто меня зовёт?
Тут на дорогу и выскочил Колобок.
– Дедушка Мороз! Это я, Колобок!
– Ну, здравствуй, здравствуй, Колобок, – приветливо отозвался Дед Мороз. – Рад тебя видеть, дружок!
– Дедушка Мороз! Спасите! Помогите! Скорее!
– Погоди, погоди, – проговорил Дед Мороз. – Не всё сразу. Ты поспокойнее давай, по порядку. Что случилось?
Колобок взял себя в руки и начал.
– В нашем лесу, – поведал он, – разбойники объявились!
– Да ну! Быть того не может! – удивился Дед Мороз.
– Может, ещё как может! Самые настоящие, взаправдашние! Они что-то ужасное замышляют! Хотят кого-то обхитрить, обмануть!
– И что же они задумали?
– А то! Хотят они из берлоги у медведя весь мёд украсть!
И Колобок в красках описал, как именно разбойники собираются осуществить свой замысел.
Дед Мороз расстроился.
– У медведя! Из берлоги! Ишь, какие смелые! Надо их немедленно остановить!
– Я знаю, где они прячутся! – сообщил Колобок.
– Отлично! – обрадовался Дед Мороз. – Показывай, где прячутся проказники!
– Тут, недалеко. Вон, за теми ёлками. Идёмте, я покажу.
Колобок с заговорщицким видом приложил палец к губам, затем сделал знак Деду Морозу следовать за ним. Оба начали красться через заснеженную полянку к близлежащим ёлкам.
Затем Колобок остановился.
– Вон там, видите, за этими ёлочками. Идите туда, а я зайду с левого фланга.
Дед Мороз согласно кивнул и двинулся в указанном направлении.
Однако не успел он сделать и десяти шагов, как снежный покров под ним провалился, и он начал падать в пустоту!
– Ааа! – закричал Дед Мороз. – Падаю!
На этом падение его закончилось, ибо он приземлился прямо на спину спящему в берлоге Медведю. Для Медведя приземление это оказалось совершенно неожиданным, если не сказать шокирующим. Бедолага вскочил со своего уютного ложа и, увидев перед собой какого-то незнакомого старика в красном тулупе и посохом в руке, понял, что его существованию угрожает смертельная опасность. Не пытаясь проникнуть в смысл происходящего, Медведь рванул к выходу и с громким рёвом пустился наутёк, подальше от страшного старика с палкой в руке.
А Колобок-Коломбино рассмеялся, захлопал в ладоши и воскликнул:
– Отлично сработало! Дед Мороз сидит в берлоге, Мишка по лесу гуляет! Здорово!
Увидев, что получился стишок, Колобок тут же на ходу придумал нехитрый мотив и запел:
ПЕСЕНКА КОЛОБКА
Дед Мороз сидит в берлоге,
Мишка по лесу гуляет,
Коломбино – бравый парень
Всюду нынче заправляет.
Бравый Коломбино,
Жару поддавай,
И лесным зверушкам
Спуску не давай!
Круглый, прыткий, быстрый, хитрый,
Бравый Коломбино
Всех зверей зовет на бой,
Берегись, бамбино!
Волки, лисы, кто ещё?
Все меня узнают!
Расступись, лесной народ,
Видишь, я шагаю!
Бравый Коломбино,
Жару поддавай,
И лесным зверушкам
Спуску не давай!
– Ай, да Колобок, ай, да молодец!
И так, распевая свою боевую песенку, побежал наш герой дальше, новые каверзы устраивать.
5
У Лисы выдался удачный денёк. Бежала она по лесу и увидела, как мужичок в санях едет, лошадёнку подгоняет. Сам весёлый, песни поёт. И до того ему весело, что ничего вокруг не видит. Ну, а что ему не веселиться! Едет он с ярмарки, накупил там всякого добра, вот и радуется. Ну, Лиса, не будь дура, запрыгнула к нему в сани, и стянула первое, что в лапы попалось. И убежала. А мужичок дальше поехал. Смотрит Лиса – а добыча её – целая корзинка яиц. Дюжина, если не больше.
Не успела, однако, Лиса решить, что с этаким богатством делать, смотрит, навстречу ей какой-то незнакомец идёт. Сам круглый, сдобный, потому не идёт, а скорее катит.
Представился незнакомец Лисе иностранным путешественником, Коломбино-Коломбинесом, и такой лапши ей по-испански на уши навешал, что Лиса вся растаяла, разомлела и бдительность потеряла.
Испанский путешественник похвалил Лису за находчивость и ловкость, а затем посоветовал добычу использовать с максимальной выгодой. А именно, не в пищу, как примитивную яичницу, или омлет, а поместить яйца в инкубатор, и через 21 день получить живых цыплят.
Снял Коломбино со своей головы шапку-ушанку, пересыпал туда яйца и говорит.
– Вот смотри. Будешь держать в тёплом месте, на печке, ровно 21 день. Тепло чтобы постоянно было, и не забывай каждый день поворачивать каждое яйцо. В положенный срок цыплята выведутся. А из цыплят – куры. А там, глядишь, цыплячью ферму заведёшь.
У Лисы от такой перспективы дух захватило. Поблагодарила советчика, и скорей домой поспешила, цыплячью ферму устраивать.
А Коломбино-Коломбинес помахал ей вслед, посмеялся, и дальше покатил.
6
По дороге Лисе, однако, захотелось отдохнуть. Ничего, решила она, успеется, а заодно уточнить можно, сколько у неё цыпляток ожидает народиться. Лиса присела на пенёк и принялась пересчитывать яйца. Увлёкшись этим занятием, она не сразу расслышала хруст снега под чьими-то лапами. А когда услыхала и обернулась, то увидела перед собой Волка собственной персоной.
– Фу ты, Серый, – в сердцах выговорила Лиса. – Чего подкрадываешься? Напугал!
Однако в ответ Волк лишь горестно махнул лапой. Он находился в явно расстроенных чувствах.
Тут только Лиса обратила внимание на внешний облик старого знакомого. Волк закутался в длинный чёрный плащ, на голове красовалось широкополое мексиканское сомбреро, за спиной гитара, а под глазом сиял фиолетовым светом огромный фингал.
– Ого! – оценила прикид приятеля Лиса. – Да на тебе обновки, дружище! Дай-ка, дай-ка рассмотреть!.. Ну, красавец! Ай, да молодец!
– Врагу не пожелаю таких обновок, кума! – махнул лапой Волк.
– А что так?
– Во! – указал тот на синяк. – Вот где твои обновки сидят!
– Ай-ай-ай! – пожалела страдальца Лиса. – Это как же тебя угораздило?
– Долго рассказывать.
– Ничего. Нам спешить некуда.
– Ладно.
И Волк рассказал всё с самого начала. Как познакомился с испанским путешественником Коломбино Коломбинесом, как выучился говорить по-испански, и как наведался в гости к деревенскому мужику, как песню ему на испанском спел.
ПЕСНЯ ВОЛКА НА ИСПАНСКОМ ЯЗЫКЕ
Сой артисто мусико,
Кэ суэртэ картэ!
Каса бланка эскимос,
Эль амиго партэ!
Мучо густо, тэнго амбрэ,
Открывай пуэртэ
Пожелай нам в Новый год,
Капельку суэртэ!
Расскажи мне друг, амиго
Как живут овечки?
Скоротаем вечерок,
Посидим у печки.
Жизнь артиста тяжела,
Волка кормят ноги.
Эх, гитара, спой про нас,
Что нас ждёт в итоге?
Соледад, да сьенто маль,
Да пустой желудок.
Пардонэ мэ, я не ел
Скоро трое суток.
Завтра, рано поутру
Растворюсь в тумане я…
Кэ де байя, пор фавор,
Ты прости заранее!
– Ну, а дальше, сам видишь, что было! – вздохнул мнимый испанец.
– Ясно, – отреагировала Лиса на печальное повествование. – Не поверил. Плохим актёром ты оказался, братец.
– Согласен…
– А совет-то был хорош…
– Хорош…
И тут Волк обратил внимание на шапку.
– Ого! – говорит. – Кума. Вижу, повезло тебе. Знатная добыча!
– Повезло, повезло, – согласилась Лиса. – Дальше повезёт ещё больше.
– Это как?
– А так. Видела я твоего Коломбино. Он мне тоже совет дал. Не зря добычу потратить, а с умом. Я эти яйца в оборот пущу, и из них цыпляток выведу.
– Чтооо? – изумился Волк. – Каких ещё цыпляток? Бредишь, кума?
– Ничего подобного. Это называется Никубатор. Надо держать в тепле, на печке, ровно двадцать один день, да хорошенько следить и поворачивать с боку набок, а потом цыпляточки выведутся, вот. Ко-ко-ко, ки-ки-ки! Идите к мамочке своей… Целую цыплячью ферму можно будет организовать.
ПЕСЕНКА ЛИСЫ О ЦЫПЛЯЧЬЕЙ ФЕРМЕ
Я жила, забот не зная
И не думая о прошлом.
То есть, нет – о том, что будет!
Ну, о завтрашнем о дне.
Но теперь я стала мудрой,
Знаю, как мне ухитриться,
Чтобы старость обеспечить
И в достатке скромно жить.
В теплом месте
Три недели,
Не дыша и не чихая,
Не спуская глаз с кастрюли,
Буду я сидеть и ждать.
Целых десять,
Нет, тринадцать,
Дружных маленьких цыпляток
Будут прыгать и резвиться
Возле мамочки своей!
Заживём семьёй мы дружной
И, друг друга уважая,
Никогда не разбежимся
Будем вместе навсегда!
Выслушав рассказ приятельницы, Волк спросил:
– А если не получится?
– Я тебе дам, не получится! Накаркай мне ещё!
– Хорошо, хорошо. Только это… Может, лучше, того… Яичницу? Надёжнее. Живот, знаешь, как с голоду подвело…
– Чтооо!? – взъярилась Лиса. – Яичницу?! Я тебе дам, яичницу! Ишь, прыткий какой! …Ты вдаль гляди, яичница! Через двадцать один день цыплятки будут, а ему – яичница!!!
– Так-то оно так, да только, может, и не так…
– Молчи, Серый, не зли меня!
– Да я не злю… – вздохнул Волк. – Только голова кружится… И в животе урчит. Слышишь?.. Не пойму, урчит, или кричит будто кто… Или уж мерещится с голоду…
– Что значит мерещится?
– Кричит, говорю, кто-то. Слышишь?
Лисе не пришлось прислушиваться, поскольку нарастающий звук был уже совсем рядом, а спустя несколько мгновений появился и его источник. Им оказался Медведь, безостановочно вопящий на бегу «Аааааа!». Не замечая присутствующих Волка и Лису, Медведь ворвался на поляну, но тут же споткнулся о пенёк, на котором находилась шапка с яйцами, и упал, увлекая за собой ценную добычу.
– Ох!!! – вскрикнул он, приземляясь.
– Ах!!! – воскликнула Лиса. – Мои цыплятки!
– Уууу! – горестно завыл Волк.
После этого нависла зловещая пауза…
– Серый, – спросила после паузы Лиса. – Ты яичницу заказывал?
Волк лишь горестно махнул лапой.
Медведь поднялся, озираясь по сторонам.
– Где я, братцы? – спросил он.
– На приёме у Английской королевы, дядюшка, – захныкала Лиса. – Не видишь, что ли?
– О! – удивился Медведь. – Не вижу. Что-то я, братцы, худо соображаю… Не проснулся, видать, ещё…
– Не проснулся, а так спешил!
– Спешил, да… Удирал… В голове все перепуталось…
– От кого удирал?
– Ооо! Не знаю! Спросонья не разобрал…
– Охотники?!
– Не! Не охотники! Свалился какой-то сверху…
– Круглый?
– Не! Не круглый. Какой-то красный, с бородой! И с палкой! Как навернётся!.. Бух!!!… И – палкой – по ребрам! Ох!..
РАССКАЗ МЕДВЕДЯ О ВСТРЕЧЕ С ДЕДОМ МОРОЗОМ
Я мирно дремал, отвернувшись к стене
И скромной своей предавался мечте,
Как в жарких я странах гуляю,
Забот о насущном не зная.
Цветут здесь цветочки и пальмы растут,
И птички беспечные звонко поют,
И плещется море игриво,
И воздух приятный на диво.
Как вдруг сон мой грубо нарушен был вмиг,
Мне сверху на голову прыгнул старик!
Большой, бородатый, здоровый,
И с виду ужасно суровый!
Не стал дожидаться речей я его,
И дунул скорей я не в дверь, а в окно.
Бежал я стремглав, без оглядки,
Сверкали лишь лапы, да пятки.
Теперь, одинокий, брожу я в снегах,
В душе поселился отчаянный страх.
Мне холодно здесь, я чихаю,
Что делать, увы, я не знаю!..
– Вот так они и было! – развёл лапами Медведь.
Лиса задумалась.
– Так-так-так, – произнесла она затем. – Кажется, я начинаю понимать…
– Что? – хором спросили Волк и Медведь.
– Кто является источником наших бед!
– Кто?
Лиса, медленно закипала:
– Ну, я ему покажу!.. Я ему… Я его… В порошок сотру, в муку превращу!..
– Кого?! – испугался Волк.
– Коломбино вашего! – в ярости выкрикнула Лиса. – Испанского путешественника, а по-русски – Колобка, понятно?!!
– Нет.
– Никакого Коломбино нет! А есть Колобок, круглый, понятно?!..
– Вот это номер!.. – удивился Медведь.
– Так обмануть, так провести! – продолжала бушевать Лиса. – Ну, даром ему это не пройдет! Я его в лепёшку превращу, он у меня из круглого плоским станет!
Друзьям насилу удалось утихомирить приятельницу, после чего они принялись вырабатывать план действий против заезжего хулигана.
Колобок-Коломбино между тем явился свидетелем этой сцены. Сидя в укрытии за ёлкой он мотал на ус то, видел и слышал…
7
Не успели, однако, друзья по несчастью выработать план действий, как совсем неподалёку, в лесу, послышался разбойничий посвист, а вслед за этим на поляне появилось новое действующее лицо – молодая эффектная женщина в коротком полушубке, сапогах-ботфортах, с чёрной банданой на голове.
При виде зверей она остановилась, затем неожиданно подпрыгнула на месте и захлопала в ладоши.
– Ой! – взвизгнула она. – Зверятки! Самые настоящие! Как здорово!..
– Ба! – удивился Медведь.
– Это ещё что за явление? – недовольно проворчала Лиса.
– Нет, вы только посмотрите! – продолжала между тем незнакомка. – Все собрались! И Лисичка-сестричка, и Волчок-серый бочок, и Мишка-кочерыжка!
– Но-но-но! – возмутилась Лиса. – Что за фамильярности! Какая я тебе сестричка!
– Да ладно! Не обижайтесь! – защебетала красотка. – Я же любя! Вы все такие милые, настоящие, мохнатые-мохнатые! Хи-хи-хи! Любо-дорого посмотреть!
Тут, на правах старшего и самого большого и мудрого зверя слово решил взять Медведь.
– Эээ… Здравствуй, красавица! – выступая вперёд, важно проговорил он, – Откуда пожаловала? Куда путь-дорожку держишь?
– Откуда пожаловала, туда дорогу снегом замело! – отвечала красавица.
– О! Издалека, видать! – покачал головой Медведь.
– Издалека, ой, издалека …не знаю, как по имени-отчеству…
– Семен Потапыч… А саму как величают?
– Саму? Настасьей Иванной величают.
– Хорошо! Ну, а с чем пожаловала, милая, чего в лесу ищешь?
– Я? – отозвалась Настасья Ивановна. – А я вас ищу! Я только вас и ищу-рыщу, ночей не сплю, совсем с ног сбилась, по лесу бегая.
– Ну?! – удивился Медведь.
– Баранки гну!.. То есть нет… Я к вам не так просто, не думайте, а с подарочком, с деловым предложением!
– Вон как?
– Да, да! С самым что ни на есть деловым, деловым-пределовым предложением, с таким деловым предложением, что просто ахнете!
– Мы уже ахнули! – не выдержала Лиса. – Ты, дамочка, давай, ближе к делу, не тяни! Не разобрать тебя!
– Всё, всё, не тяну, уже не тяну! – затараторила Настасья Ивановна. – Я, милые мои зверятки, хожу-брожу по лесам, мерзну-замерзаю, не доедаю-голодаю, в сугробах ночую, все ищу и собираю таких вот зверяток к себе …куда б вы думали, а? … В Цирк!!! Да, да, в Цирк! …Ха-ха-ха!! Потому что я – директор Цирка и всех зверяток собираю, чтобы они в моем Цирке артистами стали, стали знаменитыми артистами, чтобы они стали известны на весь лес, на весь мир! Научу я вас на задних лапах ходить, через обруч прыгать, по воздуху летать, по верёвке ходить и… и много-много чему ещё научу! Вот зачем я вас ищу, вот чего хочу я для вас сделать!
– Уууу! – горестно схватился за голову Волк. – Я же говорил, добром это не кончится!
– Ну как, рады?! – не обращая внимания на реплику Волка, спросила Настасья Ивановна.
– Как же, рады! – воскликнула Лиса. – Щас в обморок все упадем от счастья!… Нет уж, дамочка, не на тех напала. Ищи артистов в другом месте! Сама на задних лапах ходи и через обруч прыгай, а мы в родном лесу останемся… У нас тут и без тебя, – тут Лиса оглянулась на своих друзей, – свой Цирк имеется.
– Ай! – с обидой воскликнула Настасья Ивановна. – И как же это не смешно!
– Да ты, касатка, и правда, погоди частить-то, не спеши, – пытаясь сгладить грубость Лисы, проговорил Медведь. – Дай нам подумать, да высказаться, а не то поспешишь, так весь Лес насмешишь!
– Да что тут думать, дяденька, гнать надо эту циркачку в шею, а самим утекать скорее! – воскликнула Лиса.
– Это мы всегда успеем, – успокоил Медведь и обратился к Волку. – А ты как, сосед? Что думаешь?
– Не! – активно замотал головой Волк. – С меня хватит испанского. Баста. Бромас, так сказать, апартэ, шутки в сторону!
– Ну, вот видишь, ласточка, какое оно дело. – со вздохом обернулся Медведь к хозяйке цирка. – Не хочет никто в твой Цирк, нда! Так что не обессудь, ничего не попишешь! Ты, сладкая, заходи к нам так, запросто, в гости, мы звери простые…
– Да уж, сильвупле вам, гражданка, – поддакнула Лиса. – Счастливого пути!
Настасья Ивановна, выслушав пожелание доброго пути, мгновение раздумывала, а затем, недобро усмехнувшись, внезапно сменила тон и грубо выкрикнула:
– Ах, вот как?!!… Счастливого пути? Не обессудь?! А?!!… Да вашего мнения и спрашивать никто не станет! Ишь, развели дискуссию!.. Эй, Бим, эй, Бом! Ребята!
При этих словах Настасья Ивановна приложила пальцы к уголкам губ и засвистела самым настоящим разбойничьим посвистом.
– Хватай их!
И в следующее мгновение из леса на поляну выскочили разбойники в клоунских нарядах – один – рыжий, другой – белый, с носами из пробки, у одного красный, у другого синий. Оба были вооружены старинными кривыми пистолетами.
– Руки вверх!!! – закричал рыжий клоун, Бим.
– Лапы вверх!! – поправил товарища белый, Бим.
– Хватай их! Вяжи!! – приказала Настасья Ивановна. – Попались, которые кусались!!
Растерянные звери не успели опомниться, как разбойники живо связали их веревкой.
– Помогите! – закричала в отчаянии Лиса.
– Ууууу! – завыл Волк.
– Вот тебе, бабушка, и Юрьев день, – резюмировал происшедшее Медведь.
– Молчать! – приказала Настасья Ивановна. – Разговорчивые какие! Цирк им, видишь, не по вкусу! Ха-ха-ха! Так завтра на ярмарке будем вас показывать, понятно?! Ах-ха-ха! Вот уж посмеемся! Вот деньжищ-то заработаем! Знаете, как люди любят зверей в клетке смотреть!! Все сбегутся! Рекой денежки потекут!!! Эй, Бим, эй, Бом! Ведите их на стоянку, в клетку, под замок!
И Настасья Ивановна, довольная столь богатой добычей, спела свою разбойничью песню.
ПЕСНЯ РАЗБОЙНИЦЫ
Пищите и рычите,
Кусайтесь и ревите,
Но в клетку полезайте
Живее, под замок!
Отныне на свободе
Вам больше не придется
Резвиться, выть и прыгать,
И дурака валять!
Привыкли вы без дела
Туда-сюда шататься;
Пора за ум вам браться
И пользу приносить!
Как только вас увидят,
Сбегутся к клетке люди
На вас смотреть и дразнить,
Мне денежки платить.
А в цирке вас научат
Ходить на задних лапах,
Считать и прыгать в обруч,
Смешить простой народ.
А я, как только денег
Скоплю большую кучу,
Уеду за границу,
Чтоб сладко пить и есть.
И там я буду часто
Во снах, на жарком пляже
О вас, беднягах, думать,
И – ха-ха-ха! – жалеть!
И разбойники под предводительством Настасьи Ивановны, повели пленников в свой лагерь.
8
Колобок, находившийся всё это время в засаде за ёлками, видел в подробностях разыгравшуюся драму.
Когда разбойники удалились, он схватился за голову. Он понял, что явился прямым и косвенным виновником того, что произошло. Если бы не его легкомысленные, безрассудные, можно сказать хулиганские поступки, ничего этого бы не было.
– Беда! Ой, беда! – запричитал Колобок. – Что я натворил! Это я виноват, это всё я виноват! Если бы не я… ай-ай-ай! Что делать, что делать! Надо спасать зверей! Спасать зверей! Но как?! Эх, Коломбино-Колобок! Бедный Колобок, до чего ты докатился! Что теперь дела… А…
В это самое мгновение он остановился и прислушался. Кто-то приближался к поляне. Колобок притаился за ёлочками.
В следующее мгновение на поляне появился Дед Мороз. Это был явно не тот Дед Мороз, которого Колобок заманил в медвежью берлогу. На этом был вывернутый мехом наружу и заботливо украшенный снежинками из блестящей фольги тулупчик, белая, пышная борода, и посох со звездой на наконечнике.
– Дедушка Мороз! – вне себя от радости закричал Колобок и выскочил навстречу деду. – Ура! Дедушка Мороз!
И он бросился на шею Деду Морозу.
В следующее мгновение, однако, приключился досадный казус.
Борода у Деда Мороза на поверку оказалась сделанной из мочалки, к тому же весьма ненадёжно прикреплённой к подбородку её хозяина. Короче говоря, борода отвалилась, а за ней обнаружилось лицо деда Кузьмы.
– Де… дедушка?! – пробормотал Колобок. – А… А ты как здесь… Почему?…
– Фу ты! – с досадой выкрикнул Кузьма и шмякнул шапкой о снег. – Ну, что ты скажешь!.. Сорвалось!
– Дедушка?
– Да, да! – отвечал Кузьма. – Я это я, сынок!..
– А почему? А как? – растерянно повторял, держа в руках бороду-мочалку, Колобок.
– А так! – отвечал Кузьма. – На всякий случай, для порядку за тобой пошёл, чтобы не произошло чего… Понял?
– Понял…
– Ну, и хорошо, что понял. Не успел, надеюсь, особо натворить делов, а?
– У… успел, – сознался Колобок. – Даже слишком…
– Ишь ты! – покачал головой Кузьма. – Шустрый какой…
– Дедушка, – попросил Колобок. – Надо помочь нам.
– Помочь? Нам? Кому это – нам?
– Я расскажу, расскажу… Только помоги.
– Помогу, ясно дело, – уверил Кузьма. – Для чего ж я здесь ещё!
– Для начала только это – надень обратно.
И Колобок протянул деду бороду.
– Зачем?
– Расскажу. По дороге расскажу, – заторопился Колобок. – Идём скорее…
– Ладно, – согласился Кузьма. – Скорее, так скорее…
И они удалились в лес.
9
В разбойничьем лагере пленников заперли в ветхом сарайчике.
Настасья Ивановна объявила тихий час и отправилась в избушку подремать часок-другой.
Бим и Бом, сидя у костра, развлекались игрой в скороговорки. Поочерёдно выкрикивая «На дворе трава, на траве дрова» они соревновались, кто скорее запутается.
Звери томились в своей темнице.
Лиса нервно ходила из угла в угол.
– Говорила я, говорила, сразу драпать нужно! – повторяла она.
– Ну-ну, не унывайте, братцы! – успокаивал товарищей Медведь. – Даст Бог, всё наладится…
– Как же! Наладится! – проворчала Лиса. – Да уж, с тобой, дяденька, точно наладится! Сегодня ты уже наладил нам яичницу, а вместо того, чтоб от разбойников защищать, беседы с ними заводишь… Касатка! Конфетка!..
– Дак откуда ж, милая, мне было знать? – смущённо возразил Медведь. – Дама ведь!
– Дама! – съязвила Лиса. – Из Вьетнама!!… Да у нее на лбу написано, что она за дама!.. – и, переключив внимание на Волка, прибавила: – И Испанец наш, тоже хорош! Глаза выпучил, да первый лапы кверху и поднял!
Волк, сидя в углу, лишь уныло отмахнулся лапой
– Тихо, братцы, тихо, не ссорьтесь!.. – миролюбиво проговорил Медведь, выглядывая в маленькое окошко. – Слышите? Идет кто-то!
– Кто-то!! Да сегодня весь день «кто-то» идет, один одного чище!!
– Тсссссс!..
И в этот самый момент на поляне внезапно, будто из-под земли, выросли два новых персонажа. Первым из них оказался уже знакомый нам дед Кузьма, по-прежнему переодетый Дедом Морозом, а вторым, точнее, второй, Снегурочка, невысокая, но очень пухленькая девочка в халате с блёстками и звёздочками, в шапочке, из-под которой задорно торчали косички. Щёки у Снегурочки были густо намазаны румянами. С большим трудом в этой внучке Деда Мороза можно было узнать Колобка.
– Здорово, служивые! – обратился мнимый Дед Мороз к разбойникам Биму и Бому.
Те вскочили на ноги и схватились за свои пистолеты.
– Стой! – закричал Бим.
– Руки вверх! – потребовал Бом.
– Э-э-э! – запротестовал Дед Мороз. – Вы что братцы, спятили? Какой ещё руки вверх? Грибов объелись? Не видите, кто перед вами?
– Кто?! – хором спросили Бим и Бом.
– Дед Пыхто! – съязвил Кузьма.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.