Дизайнер обложки Екатерина Немова
© Елена Веселова, 2021
© Екатерина Немова, дизайн обложки, 2021
ISBN 978-5-0053-6732-7
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Я потеряла себя… Второпях, впопыхах
Череда серых дней, тусклых лиц и бумаг
Пронеслась, словно вихрь, между жизнью и мной.
Суждено ль обрести здесь вселенский покой?
Я потеряла себя… И никак не найду.
Может, я – мокрый лист на скамейке в саду?
Может, капля дождя, что ползет по стеклу?
Может, ветра порыв, улетевший к пруду?
Как хочу я найтись! Сбросить с глаз пелену,
Скинуть с плеч тяжкий груз, придавивший ко дну,
Всплыть, вздохнуть глубоко, прядь волос теребя,
Улыбнуться себе и сказать: «Это-я!»
Нет, не скрыть обиду за словами,
Тяжко жить с обидой на душе.
Миг – и все, что было между нами,
Вихрем унеслось во снежной мгле.
Старые, седые ветви липы,
Словно руки, тянутся ко мне
Успокоить, молвить, что обиды
Растворятся в вечной тишине.
Ей виднее, старой вековухе,
Нет, нельзя обиду пеленать,
Ведь важнее в жизни-заварухе
Светлый взгляд на мир не потерять.
Научиться как – смотреть бесстрастно,
Вековуха-липа, подскажи?
«Горечь от обиды – вот лекарство
От тоски, бездействия и лжи!»
Ах! Как хочется быть гламурной!
Томным взглядом смотреть на луну,
Пить вино, курить, балагурить,
Искушать и дразнить судьбу…
Зябко кутаюсь в мех от стужи,
И запрыгиваю в лимузин,
Тихий джаз, шорох шин по лужам,
Свет реклам, вернисаж витрин…
Еще миг – и я просыпаюсь
От тепла твоих ласковых рук…
Хорошо быть гламурной, каюсь,
Хоть во сне, наяву – недосуг!
В страстных объятиях лета
Я согреваюсь и таю,
И ощущение счастья
В гости ко мне прилетает.
Спят молчаливые сосны,
Скалы века охраняя,
Плавный полет альбатроса
Дождик грибной прерывает.
Жаром истекшее солнце
Тихо прощается с морем,
Пляшут ирландские танцы
Капли дождя на ладонях.
Запахом свежим арбуза
Пахнут прозрачные волны.
Вспышкой янтарной медуза
Светит мне ярко и долго.
Из-под крыла самолета
Облако мне улыбнулось,
Тихо шепнув, чтоб по лету
Я непременно вернулась…
Я своей болезни посмотрю в глаза,
Усмехнусь печально, предложу вина,
Пусть разговорится, пусть расскажет мне,
Что там схоронила в черной пустоте?
Но молчит подружка, злобу затаив,
Тусклыми зрачками смотрит сверху вниз.
Смотрит не мигая, не отводит взор,
Словно уж читает грозный приговор.
Я ее поглажу нежно по щеке,
Погрущу немного в тихом уголке,
А потом решительно помашу рукой:
«Скатертью-дорога! И Господь с тобой!»
Я по жизни бежала бегом
В сером сумраке дней и ночей,
А потом посмотрела – кругом
Удивительных столько вещей!
Удивительно пахнет трава
Чуть примятая после дождя.
Удивительны были слова,
Что услышала я от тебя.
Удивительно снег за окном
Тихо падает, в вальсе кружась,
Удивительны мысли о том,
Что бы делалось в мире без нас?
Был бы день, иль была б только ночь?
Проще было бы все иль сложней,
Или снова, гоня скуку прочь,
Бог создал бы театр теней?
Удивителен каждый наш миг,
Удивительно пение птиц,
Тихо гаснет отчаянья крик
В окружении милых мне лиц.
Сердце стучит в такт электричке,
Мне б подремать, как всегда, по привычке,
Но снова весна и хочется жить,
Тлеющий уголь судьбы ворошить.
Мимо проносятся рощи, просёлки,
Девки-березки и бабушки-ёлки,
Солнца лучи, пронзая листву,
Азбукой Морзе стучат по лицу.
Словно нарезка из жизни мгновений,
Кадры мелькают в воображеньи:
Этот миг помню, а этот – забыла,
В этом себя до сих пор не простила.
Знаю, что поезд домчит меня скоро
До остановки последней вагона.
Выйду, а там – снова жизни рожденье,
Фильмов, стихов и любви продолженье.
Когда б могла бы вырваться
Из тесных рамок тела
Моя душа, уставшая от суеты,
Она б, освободившись, полетела
Туда, куда не думал, и добраться ты.
Свобода, окрыляющая душу,
Несла б ее в пространстве над землей
И музыку ветров, волнующую слушая,
Она смеялась бы в нирване голубой.
Белый снег как кружевная шаль
Приобнял, согрел мою печаль.
И зашевелились в глубине тоски
Первые подснежники – любви ростки.
Хочется весну догнать и приласкать,
Как с подружкой весело о жизни поболтать,
Хочется раздвинуть тучи за окном,
В солнечные зайчики поиграть с котом.
Шелковыми нитями я на снежной шали
Из травы и неба вышью свой узор.
Рассмешу, обрадую все свои печали
И с весной-подругою продолжу разговор.
Ты меня совсем-совсем не знаешь,
Несмотря на то, что много лет,
Как никто меня ты понимаешь,
И не ищешь недостатков, нет.
Между нами тысячи галактик,
Ярких звезд, загадочных планет,
За спиною нет дорог обратных,
Лишь вперед, туда, где свет комет.
Там, на перепутье мы столкнемся,
Упадем стрелой в водоворот,
Яркой вспышкой в Млечный Путь вплетемся,
Чтоб души продолжить вечный ход.
Наверху откроются все тайны,
Скрытое от глаз уложит наповал,
Мыслью озаришься ты прощальной,
Что меня совсем-совсем не знал…
Я сиреневый люблю больше всех цветов на свете,
Я сиренью подышу, погадаю на букете,
Я в сиреневую даль полечу тебе навстречу
И в сиреневую шаль завернусь под самый вечер.
Я в сиреневый туман окунусь прохладным утром
И сиреневым обманом наслаждаться
буду с чувством…
В голове моей тесно роятся
Вновь рожденные строчки стихов.
И стремятся упорно прорваться
Сквозь обыденных мыслей поток.
Они строятся ровно в шеренгу
И, чеканно печатая шаг,
Опускаются с неба на землю,
Несмотря на избыток преград.
Я пытаюсь командовать ими,
Но мне свыше не дан этот дар.
И живут они в собственном мире,
Всех врагов отражая удар.
Тише, строчки! Уже к завершенью
Приближается ваш марш-бросок,
Ведь капризное вдохновение
«Разойдись!» протрубило в рожок.
Мои бедные, милые строки,
Вы решили меня защитить,
Все проблемы мои и заботы
Вы готовы на плечи взвалить.
В голове уже пусто и ясно,
Так же ясно, как в солнечный день,
Ведь стихи родились не напрасно,
Я под вечной защитой теперь.
Луна царицей горделиво
Восходит на небесный трон.
И, озираясь сиротливо,
Обводит взглядом небосклон.
На небосклоне только звезды
Мерцают ярко… тишина…
И лунный свет, такой холодный,
Струится нитью серебра.
Он так волнует и тревожит,
И заставляет забывать
О годах, бесполезно прожитых,
Но время не вернешь назад.
Луна-волшебница залечит
Те раны на моей душе.
Бегу, лечу я ей навстречу
В ночной прозрачной тишине.
Я не буду спорить с вами зря
И доказывать, кто виноват,
Выброшу обидные слова,
Как дешевый, мерзкий суррогат.
Быстротечна и мгновенна жизнь,
Не хочу ее я тратить зря.
Вам могу лишь мягко предложить
На заре послушать соловья.
Его трель-отличный камертон
Для циничной каменной души.
Опытный настройщик-лечит он
Спорщиков от зависти и лжи.
Я не буду спорить с вами зря,
Кто фальшивит-просто угадать:
В голове, услышав ноту «ля»,
Чувствую природы благодать.
В этой жизни я была счастливой
Очень долго-целых пять минут.
Мою душу обожгла крапивой
Ненависть, холодная как спрут.
Мои слезы никого не тронут,
Моя боль останется со мной.
В глубине сознания утонет
Образ твой, возвышенный такой.
Мое тело старо и убого,
А душа-как коврик половой,
На который норовит прохожий
Наступить испачканной ногой.
Мое сердце-штопальный клубочек,
Что утыкан иглами насквозь.
Мои мысли долгой черной ночью
Разрывают воспаленный мозг.
Я мечтаю в пепел превратиться,
Быть развеянной в небесной синеве,
В новой жизни камнем возродиться
И застыть навечно в тишине…
Мое море, как жаль, что с тобою
Разлучили нас злые года.
Я тоскую по шуму прибоя,
Вспоминая тебя иногда.
Мое море, ты помнишь, как в детстве
Мы подругами были с тобой?
Подарила тебе свое сердце,
Ты взамен обещало покой.
Мое море, как ты повзрослело,
Как сердито ругаешь меня:
«Как могла ты, как только посмела
Меня бросить, так сильно любя!»
Мое море, я снова вернулась
И сижу на твоем берегу,
Улыбаюсь, от солнышка жмурясь,
Надышаться тобой не могу…
Мечты о прекрасном приятно и нежно щекочут в носу,
Я в них погружаюсь, лишь тень промелькнет по лицу,
Нелепая, в рыжих веснушках и лентой, вплетенной в косу,
Куда и зачем я по бешеной жизни несусь?
Мне в ритме фокстрота хотелось бы потанцевать,
Навстречу бездонному небу свой взор наконец приподнять,
Увидеть мерцание звезд и луны бриллиантовый блеск
И жизненных сил ощутить оглушительный всплеск.
В мечтах о прекрасном как в лодке без вёсел плыву,
Легко и спокойно вокруг, может, все наяву?
Тихонько из мыслей верёвочный мостик сплету,
Чтоб скрыться под занавес будней у всех на виду.
Я была так смешна и нелепа
В легкой блузке, промокшей насквозь,
В то далекое славное лето
Все капризничал маленький дождь.
На пустынном морском побережье
Ни души, только я и мечты,
И бодрящую песню надежды
Мне шептали на ухо кусты.
Как хотелось бы вдруг оказаться
В тех далеких, прибрежных краях,
Духом юности вновь пропитаться
Моря соль ощутить на губах.
Вот опять в летнем зное купаюсь
И любуюсь зеленой листвой.
В тесном городе я задыхаюсь
Поперхнувшись людской суетой.
Где ты, юности дух безмятежный?
Растворился в прошедших годах.
Слышу голос твой звонкий и нежный,
Лишь в своих бесконечных мечтах.
Глубоко-глубоко спрячу я свою боль,
Высоко-высоко вознесусь над собой,
Хорошо-хорошо я исполню ту роль,
Что предложена мне режиссером-судьбой.
Вот некрасовской бабой по жизни иду,
Все невзгоды и беды рукой отведу,
Это было, и вот я – другой персонаж,
Для тургеневской барышни лучший типаж.
Бесконечно долго примеряю образ…
Как тесны и широки все амплуа!
В ожидании, когда из верхней ложи
«Браво! Занавес!» – скомандует судьба.
Редко так бывает безмятежно
На издерганной, израненной душе.
Птицы песни ей поют так нежно,
Близость осени все явственней уже.
Я люблю любое время года,
Светлый день иль ночь, ненастье иль жара,
Лишь бы слышать ветер у порога
И луны тарелку видеть из окна.
Осень дерзкая, с букетом красок,
С натюрмортами из фруктов и дождя,
Мир твой упоителен и краток,
В вихре листьев закружил он и меня.
Капли сока огненной рябины,
Пряностью восточной обжигают рот.
Запах увядающей полыни
Дополняет ароматов хоровод.
Улыбайся, осень! Ты прекрасна,
Красотой волшебной и чарующей,
Поделись со мной своею властью,
Пусть недолгой, но такой волнующей.
Из своих шальных, беспутных мыслей
Вырежу цветные лоскутки.
Простегаю их суровой ниткой,
Чтобы лучше слушались они.
Но цветные пятна врассыпную
Бросились стремглав бежать, смеясь.
Яркие картинки вновь рисую
Темной ночью, спать не торопясь.
Серый будний день раскрашу красным,
Пусть побольше солнца будет в нем.
Снова мир покажется прекрасным,
Чувства вспыхнут радужным огнем.
А свою печаль раскрашу синим,
Словно в море плавает она,
Может быть, удастся на дельфине
Покататься ей, отмыв себя.
На ковер любви моей зеленый
Буду брызгать желтым, голубым,
Мысленно орнаментом плетеным
Приукрашу, сделаю чуднЫм.
Все свои мечты развешу в рамках,
Спрячу от скучающей толпы.
Вам они покажутся так странны,
Так дерзки… поймете ли их вы?
Время, как тянучая ириска,
Стало липким, бесконечно вязким.
Утопаю в суетных делах по списку,
Трачу свои силы понапрасну.
А бывает время – как стремнина,
Пронесется горною рекою,
Выбросив на берег у обрыва
С ощущением счастья и покоя.
Счастье я в ладонях постараюсь
Донести, не расплескать, не выпить,
Сохранить, как оберег, на память,
Чтоб потом в безумном мире выжить.
Послушай же, послушай, как барабанит дождь!
Ударника такого нигде ты не найдешь,
Под этот стук ритмичный поет печальный джаз
Его приятель, ветер, как будто бы для нас.
Конечно же, ты скажешь, пуская дым кольцом:
«Испортилась погода, стихия за окном
Бушует и ненастье грозится погостить,
Земля желает жажду дождями утолить».
И все же музыканты отменно хороши,
На саксофоне ночи играют от души.
Мне так тепло и славно, рука в твоей руке,
Лишь нежное дыхание – прохлада на виске.
За окном автобуса тихо тает снег.
В мерзлой стылой лужице-мусора пакет.
По стеклу туманному, словно две слезы
Пробегают капельки-грусти борозды.
День ушел. Над городом нависает мгла.
Больно бьют наотмашь обидные слова.
В темноте их звуки резче и слышней,
Выжечь их не может пламя фонарей.
На стекле автобуса мутный силуэт-
Проступает в сумерках мой автопортрет.
Растушеван кистью грязный серый фон,
Лишь в глазах пронзительный золотой огонь.
Бесконечный вечер, бестолковый день.
Слушать незнакомке жалобы не лень.
Легкая усмешка тенью по лицу,
Что ж, моя поездка подошла к концу.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.