Иллюстратор Гюльнара Нойманн
Дизайнер обложки Гюльнара Нойманн
© Гюльнара Нойманн, 2021
© Гюльнара Нойманн, иллюстрации, 2021
© Гюльнара Нойманн, дизайн обложки, 2021
ISBN 978-5-0053-3349-0
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Благодарю Вас, что открыли эту книжку стихотворений и рисунков, написанных и нарисованных мной за последнюю пару лет и посвященную одной из самых красивых и нестандартных манекенщиц Европы середины ХХ века – Алле Ильчун.
Женщине, ставшей Музой Мэтра Высокой Моды Кристиана Диора. Женщине, вдохновлявшей своей восточной красотой на создание многих легендарных моделей костюмов и платьев стиля NEW LOOK.
Мы все свидетели возрождения памяти об Алле Ильчун, благодаря неустанному труду нашего соплеменника Берлина Кенжетаевича Иришева и его команды сподвижников из Ассоциации казахстанцев во Франции, членом которой я тоже теперь являюсь. Теперь мы многое знаем о ней, о ее непростой судьбе и карьере модели и гордимся, что в те далекие годы жила и была Музой великих французских кутюрье наша соплеменница Алла Ильчун.
Меня и саму удивила эта волна вдохновения, вызванная знакомством с личностью и непростой судьбой этой невероятной женщины, настоящим воплощением евроаизиатского типа, жившей так давно, в середине 20 века и практическои забытой новыми поколениями любителей моды.
Мои стихи и рисунки расскажут Вам о моем собственном представлении личности Аллы Ильчун. И, вполне возможно, Вам она тоже понравится, как и мне.
Полуприкрытые глаза.
Усталость от ношения короны.
И элегантность в каждой клетке тела.
Любимица Диора такова.
Хоть найдена почти что на перроне.
Не каждая похожа на нее.
Как бы отчаянно того не захотела.
Природа гениальна и проста,
Соединяя в целое такую Аллу,
Она от каждого родителя взяла
Все лучшее и круто замешала.
Так что лицо ее, раскосый взгляд,
Надменно-властный подбородок —
От гордого отца иконы моды.
Фигура же, скорее всего – в мать.
А может быть и нет.
Кто знает, как сложились ее гены?
Теперь все это – так сказать, секрет,
Волнующий так много поколений.
На белом свете много красоты,
Канон меняется на каждую декаду.
Но Аллы стиль, порода и черты
Достанется не каждой, как награда.
И волшебство лукаво-узких глаз,
Изгибы тела, что сродни гитаре,
Все так же, как и встарь, волнуют нас
Изяществом парижского накала.
Ах, эта Алла, Алла, Алла!
Раскосые казахские глаза…
Иконой стиля ты в Париже стала,
Всех подкупила твоя чудная краса!
Волшебный облик твой пленил Диора,
А вслед за ним – всю родовую знать!
Европа и Америка в дозоре —
Мечтают твоим платьем обладать!
Твой стиль и красота – вне всяких рамок,
В которых жили европейцы до тебя,
А жизнь твоя – причудливая драма,
Где правят бал и мир, и слава, и война.
Гляжу на фотографии и вижу,
Как будто твой пленительный абрис
На фоне наших гор все ближе
И вот, ты в Алматы, всем нам сюрприз!
Я знаю, ты не помнила наш город,
Ты знала лишь, что твой отец – казах,
Оставивший в наследство тебе только
Лукавые раскосые глаза.
Воспитанная улицей Парижа,
Ты не впитала его грязь и пыль,
И опера всегда была поближе,
Чем ресторанно-кухонный утиль.
Смотря на жизнь с высокой сцены моды,
Ты изучала много языков,
И среди лиц парижского бомонда
Была моделью только для верхов.
Прошли года, тебя давно нет с нами.
Но память о тебе всегда живет.
Нашелся след в анналах модной славы,
И Алла вновь на подиум взойдет…
Когда гляжу на твои фото, Алла,
Всплывает в памяти Царевна Несмеяна.
Так строг твой взгляд в оправе модной,
Как будто говоришь толпе безродной —
Я – ваша Королева! Всем молчать!
И только красоте моей внимать!
Смотрите! Повторять не буду снова!
На подиуме я всегда в обнове!
И лучшие из лучших кутюрье
Шьют эти платья на забаву мне!
Вот так я вижу тебя, Алла.
Такую царственную в мишуре показа.
Такой тебя снимали для журналов,
Поистине, Царевна Несмеяна…
Но в жизни ты была другой,
Об этом говорит молва людская.
Веселой и смешливой, и такой живой,
Что даже Мэтр, сам Диор
Был шутками твоими покорен.
И, не стесняясь, говорил
О том, как он тебя любил,
Что ты была ему подругой, Музой!
И это от великого француза
Как орден на твоей груди!
И сколько было б дел у вас с ним впереди,
Если б остался жить он… Но увы,
Покинул этот бренный мир
Твой Император Красоты.
Но эта страшная причина
Не стала для тебя фатальной.
Ив Сен Лоран стал тем мужчиной,
Что мир вернул к красотам рая.
И снова ты блистаешь в свете,
Всех красотою затмевая…
И снова лик твой чист и светел,
Незамутненность в нем такая…
И царственно неся корону моды
Ты будто говоришь толпе внизу —
Смотрите, я – другой породы,
И этим тоже очень дорожу!
Вам не увидеть мои слезы,
И драм моих вам обсуждать не дам,
Всегда на подиуме от высокой моды,
Я та, для кого создан пьедестал!
Давным-давно все это было,
После войны прошли года…
Париж во френчах и шинелях.
И это – будто навсегда.
Все женщины давно забыли
Слова о моде, красоте,
И в этом странном мире жили,
Покорные своей судьбе.
Но не такими женщин видел
Диор в прекраснейших мечтах.
И он на подиумы вывел
Чудесных девушек в шелках.
Акцент на талию и плечи —
Он вновь открыл всем красоту…
Париж, забыв шинели, френчи,
Влюбляется в его мечту.
И сам чудесный Рихард Штраус
Вливался в этот оборот,
Под музыку прекрасных опер
В Европу новый мир грядет.
Диор придумал платье Strauss
Под звуки опер и симфоний.
И диссонансом с миром скорби,
Воспел мир красоты гармоний.
О новом платье от Диора
Шептались все – друзья, враги.
В нем будто время воплотилось
Под вечной музыки шаги.
И воскресает век галантный
В дворцовых залов позолоте,
Танцуют девушки в обьятиях
Одетых по последней моде
Мужчин во фраках и цилиндрах,
Ведущих под руку всех дам,
И музыка волною модной
Вливалась в уши парижан.
Вот так взломал Диор стиль моды,
Внес пряный дух и свежий взгляд.
Восточной неге пел он оды
И Алла свой вносила вклад.
И на свою АллА глядел он,
С подводкой «стрелками» глаза,
На азиатский лик модели,
На волосы, черней угля.
И вновь идеи приходили,
Фамильный слоган Dieu et d’Or,
И платье в чудном новом стиле,
На бронзу с золотом упор.
И вновь в овациях Европа…
Да что Европа! Целый мир
От платья этого в восторге!
И вновь Диор – Земли кумир!!!
Гляжу на дАвнишнее фото,
Здесь Алла смотрит на меня.
И роскошь, бьющая наотмашь,
Сквозит сквозь долгие года.
Я представляю, в этом платье
АллА по подиуму шла.
Лица восточными чертами
Всех изумляя и маня…
Остановилась грациозно,
Взялась за талию рукой,
Обвилось платье вокруг ножек
Тяжелой шелковой волной.
Атлас струился водопадом
И бронзой отливал на свет,
Тафта, как истинное злато,
Бантом спадала ниц вослед.
Начало века золотого
Всем своим видом воплотив,
Скользила в зале Алла томно,
Глаза над миром устремив…
И, шаг за шагом поднимаясь
По этим мраморным ступеням,
Она на миг вдруг задержалась
У зеркала, шагнув сквозь время.
И в стиле Века Золотого
Смотрела пристально и томно,
Как будто знала, что дойдет
Ее привет. И кто-то вспомнит,
Увидев где-то это фото.
Ее, забытую, найдет,
И Музой самого Диора
Ее мир снова назовет!
Недолго было сказке в быль оборотиться,
Восток прислал в Париж свой самый редкий дар —
Чудесней Кохинура волшебную девицу,
Лукавых глаз хозяйку, полустепной хабар.
И сказка продолжалась на улицах Парижа,
Среди его проспектов, бульваров и мостов
Росла и развивалась под небогатой крышей
Девчонка из Харбина, наследница отцов.
Тридцатые промчались, в конце сороковые,
Война прошла, весь мир наш на части разделив,
Париж вновь стал гламурным и модой увлекаясь,
Собрал в себе таланты, кутюр и эксклюзив.
Но что же с нашей девой? Ее назвали Алла,
Она живет в Париже, посуду моет там.
Однажды, днем обычным, уйдя из ресторана,
Пошла на кастинг Алла, поверив своим снам.
И девушку увидел сам мэтр мод нежданно,
И очарован Аллой был Кристиан Диор!
В разрезе глаз восточных увидел он нирвану,
И этим подписал всем модный приговор!
И стала наша Алла моделью всем желанной,
На подиум поднялся с ней азиатский мир!
Все бегали за Аллой и повторяли справно
Все виды всех моделей, в чем шествовал кумир.
Была смешлива Алла, пока не поднималась
На подиум высокий в столицах многих стран,
И шла по залу Алла, волною поднимая
Восторженные вопли и модный ураган.
Царицей Шамаханской скользила по паркету,
Меняя шляпки, платья, но сохранив лицо,
Ей подражали в стиле актрисы, дамы света,
И многие мечтали надеть ей то кольцо.
Париж стал модным раем, всемирных мод столицей,
Здесь мир решал, что нужно и модно одевать,
И два десятилетья, как чудная Жар- птица,
На подиуме Алла, кровей восточных стать!
Но кончилось и это, как роль свою сыграла,
Исчезла снова муза, забыта миром мод,
И только лишь на фото осталась с нами Алла,
Царица Шамахана, казахский эпизод…
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.