Иллюстратор Вероника Маханова
© Ирина Маханова, 2020
© Вероника Маханова, иллюстрации, 2020
ISBN 978-5-4498-7056-8
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
На магазинной полке стояла резиновая лягушка. Кроме неё, тут много всяких игрушек, но маленькие ручки коснулись именно её. Лягушка замерла.
– Мама, – услышала она, – я хочу вот эту игрушку. Лягушка замечательная! У неё глаза крутятся! Правда, она хорошая?
– Да, – ответила мама. – Хорошо, давай возьмём её. Только обещай, что ты будешь играть с ней.
– Конечно, мамочка, ведь она самая лучшая! – воскликнула маленькая девочка и с нежностью прижала игрушку к груди. – А как же мы назовём её?! Ей обязательно нужно придумать имя!
– Пимпочка! По-моему, очень хорошее имя для такой милой лягушечки, как наша, – предложила мама.
– Замечательное имя! – восторженно воскликнула девочка и запрыгала.
Всю дорогу она радовалась, а лягушка ликовала и думала: «Теперь мы будем неразлучны».
Действительно, наступили удивительные дни, наполненные весёлыми играми; Пимпочке казалось, что так будет всегда.
Но вот однажды девочке подарили новую игрушку, и она перестала играть с лягушечкой – и теперь та одиноко стояла на полке и грустила. Один день сменялся другим, но хозяйка, похоже, совсем забыла о любимице.
Но вот однажды ночью лягушку испугал незнакомый звук, который раздался где-то рядом – и она пристально вгляделась в темноту.
– Кто здесь? – прошептала Пимпочка.
– Я злой дракон. Р-р-р! – послышался приглушенный рык. – А ты, резиновая, кто такая?
– Я? Я очень храбрая лягушка Пимпочка. А вы, правда, злой? И где вы вообще? Я вас не вижу. Может, вы можете становиться невидимым?
– Да. И вот я появляюсь! – раздался радостный голос, и в светлой части комнаты показался странный зверь. Он походил и на дракона, и на собаку одновременно – некое двухголовое существо.
– Я тебе говорил, не пугай ее! А ты! Р-р-р! Я страшный зверь! – заворчала одна голова. – Привет, Пимпочка! Ты очень милая!
– Как же милая! – заявила вторая голова. – Резиновая гадость!
– Так, прекрати немедленно! Пимпочка, не обращай внимания, на вторую голову, она не умеет себя вести. Позволь представиться: нас зовут Бантик.
– О боже! Ну, я же просил тебя тысячу раз! Не произноси это имя вслух! Ужас! Надо было нашей хозяйке назвать нас Ботинком! Или вот… Трусами! Чем не имя?! Трусы, пожалуйста, поиграйте со мной! – плаксивым голосом завыла голова.
– Да ладно тебе! Как назвала, так назвала. А у тебя, Пимпочка, знаешь ли, вполне приличное имя. Звучное!
Застывшая от изумления лягушка оживилась и сказала:
– Меня мама девочки так назвала.
– Все ясно! А ты чем тут занимаешься? – спросила добрая голова.
– Я? Я тут… – пролепетала лягушка, – …ничем…
– А-а-а, понятно! Тебя тоже бросили, – злорадно заметила вредная голова.
– Не смей её расстраивать! Что, дорогая, тебя тоже бросили? – ласково задала вопрос добрая голова.
– Да нет же! Моя хозяйка очень меня любит, просто… Она сейчас немного занята…
– Все ясно! – вздохнул Бантик и двинулся куда-то вниз, перепрыгивая с полки на полку.
– Эй, подождите! Вы куда? – забеспокоилась Пимпочка.
– Пойдём с нами, дорогая, нас, брошенных, в коробке на полу очень и очень много, – послышался ответ.
Лягушка подумав, двинулась за Бантиком.
– Так всегда бывает: сначала ребёнку дарят игрушку, и тот пищит от восторга. «Ах, мама, – говорит он, – она мне так нравиться! Я всегда теперь буду играть с ней!» – рассуждала вредная голова.
– Не обращай внимания, просто она до сих пор переживает, что с нами уже не играют… А ведь как все начиналось! Игры, поцелуйчики. Но однажды девочка поставила нас на полку – и все… – прошептала другая голова.
– Конец всему! – завопила вредная голова.
Первая закрыла ей рот и зашипела:
– Не кричи, все спят уже! – и спокойно продолжила: – Да… Вот раньше время было! Эх! Подарили ребёночку 2—3 игрушки, он с ними и не расставался никогда. Играли, берегли, любили и даже детям своим передавали. По наследству, так сказать. А сейчас! У современных детей игрушек этих… вагон и маленькая тележка…
– Знаете, – задумалась Пимпочка, – а я слышала, есть места такие, где деток много, а игрушек у них мало… Папа говорил маме… Как же это место называется? Вспомнила… детский сад, вот! Он еще сказал, что там игрушки любят и играют с ними.
– Да?! Ты уверена, что это хорошее место и нам там будут рады? – с надеждой спросил Бантик.
– Конечно!
– Точно? Завтра нас собрались куда-то везти. А мы ехать не хотели и думали сбежать.
– Что вы, детский сад – это лучшее место для игрушек! – воскликнула лягушечка и, расхрабрившись, спросила: – А хотите я завтра с вами поеду?
– Очень, очень хотим! – радостно завопили головы. – Вместе не так страшно.
Утром мама действительно взяла коробку с игрушками и поехала в детский сад. О, сколько там было детских визгов и восторгов, а потом маленькие ребятишки брали игрушки, обнимали их, целовали, даже пробовали на зубок. Правда, иногда бросали на пол, но после поднимали и играли с ними снова. Пимпочка подружилась с тихой девочкой, которая нежно обнимала и целовала новую игрушку. Бантик был тоже очень доволен, ведь он достался рыжему мальчугану, который наконец-то дал ему настоящее драконье имя – Зверь!
В одном славном подземном государстве жил себе поживал веселый червяк. И звали его Бориской. Он был обычным дождевым червем, одним из тех, что помогают деревьям и цветам, – рыл свои норы, тем самым рыхлил землю.
У Бориски всегда было хорошее настроение, и он любил напевать себе под нос…
Хотя нет, носа у него как раз не было. Короче, червячок любил тихонько напевать или даже насвистывать разные мотивчики, которые, кстати сказать, никогда не повторялись.
И куда бы Бориска ни пошел, работа у всех ладилась, шла веселее – и настроение становилось просто замечательным. За это червячка все любили. Ему же казалось, что он готов сделать для других все, что угодно. Очень уж нравилось, когда все счастливы и довольны. И, конечно же, Бориска мечтал о подвиге, правда, тайно, ни с кем не делясь своими мыслями: «Эх, вот бы только дождаться подходящего случая!»
Рядом с норкой червячка был замечательный старый пруд. Бориска очень любил там бывать, особенно днем. Смотреть, как на солнце сверкают капельки росы и как мальки и головастики играют в догонялки. Но в этом году на пруд прилетело очень много цапель. Они были очень прожорливы – и подниматься наверх стало небезопасно. Это Бориску очень огорчало.
Только с наступлением ночи, когда хищницы засыпали, червячок потихоньку выскальзывал из норки и отправлялся к старому пруду – он очень любил смотреть лунную дорожку в воде. Бориска представлял, что это не просто гладь пруда, а другой сказочный мир, где все иначе и интереснее. В голове рождались прекрасные картины и чудесные стихи, а чаще всего, песни о прекрасных и храбрых рыцарях, верных и добрых принцессах и врагах, которых рыцарь, конечно же, побеждал. Кстати сказать, враги были какие-то забавные и совсем не злые. Например, сиреневый двухголовый дракон, который умел выдувать мыльные пузыри через нос, другой противник – старый беззубый великан, который почему-то любил цветы, а третьим врагом была банда мелких и забавных троллей, размером с орех. Истории Бориски всегда заканчивались хорошо – и добро неизменно побеждало зло.
Но это была не единственная причина, по которой Бориска каждую ночь отправлялся на пруд. Там жила тайная любовь червячка. Все свои песни он посвящал юной, но, к сожалению, слепой от рождения жабе Луизе. Червячку она казалась самой прекрасной, к тому же умела слушать, а для певца это очень важно.
Ночами он пел для нее, а она внимала – и в ее открытых глазах, как в воде, отражались две маленькие луны и россыпь далеких звезд.
Бориска скрывал от возлюбленной, что он всего лишь обычный червяк, ведь они, черви, для жаб, даже милых и очаровательных, – всего лишь еда.
Но вот однажды днем он случайно выбрался на поверхность и уже собирался нырнуть назад в норку, как вдруг услышал какой-то шум со стороны пруда. Червячку стало любопытно, и он пополз туда, как всегда напевая очередную песенку. Подобравшись поближе, Бориска увидел, как три жабенка-подростка смеются над Луизой, а она отступала от них в камыши и просила:
– Ребята, ну не надо, идите уже домой.
Но те не слушали ее и смеялись еще громче.
Стерпеть такое Бориска не мог. Он пополз к обидчикам любимой и строго сказал:
– А ну-ка, отошли он нее. Живо!
– Чего? – удивились хулиганы. – Что ты такое сказал? Мелочь!
– Что я вам сказал?! – надвигаясь на них, возмущался Бориска.
И вдруг лица у злодеев, на этот раз настоящих, а не придуманных, вытянулись – и хулиганы начали пятиться от червячка:
– А мы что? А мы ничего. Мы просто так… мимо прыгали… хотели помочь бедняжке Луизе.
– А ну брысь! – закричал на них Бориска.
И те мигом прыгнули в воду – только круги пошли.
Бориска, напевая, как всегда подошел к Луизе и ласково спросил:
– Ты как? В порядке?
– Да, все хорошо, – прошептала жаба.
– А ты чего шепчешь? – тоже прошептал червячок.
– Мне кажется, что тут кто-то есть… – неуверенно ответила она. – Кто-то очень большой.
– Да ну что ты?! – сказал Бориска, поворачиваясь. – Кто же тут может…
И тут он увидел… свое отражение в огромных глазах цапли.
– А-а-а! – закричал червячок и начал сталкивать Луизу в воду. – Давай быстрее прыгай! Скорее!
Луиза послушно прыгнула в пруд, а червячок быстро шмыгнул под большой лист лопуха и там затаился. Цапля же почему-то не спешила съесть Бориску, а внимательно разглядывала, потом вдруг сказала:
– А почему ты молчишь?
– А что говорить-то? – дрожа, прошептал Бориска.
– Зачем говорить? Ты почему молчишь, не поешь? Ты же все время поешь. Я давно за тобой наблюдаю. Мне очень, ну просто очень нравятся твои замечательные мелодии! Я твоя давняя поклонница! Но знаешь, мне как-то неловко было к тебе приставать. А сегодня такой случай! Дай, думаю, и девочке помогу, и заодно познакомлюсь. Я подружку твою тоже знаю давно. Так мне ее жалко бедняжку!
– Правда? Я и не знал, что кто-то за нами наблюдает.
– О нет! Нет! Что ты! Я приличная цапля и ни за кем не шпионю, просто так, как-то мимоходом, тебя послушаю и полечу дальше по своим делам. Ты себе не представляешь, как у меня много дел! И то нужно, и это, ну просто иногда к вечеру крылья отваливаются. И вечером хочется сесть, вытянуты ноги и послушать какую-нибудь удивительную историю или музыку. Впрочем, я думаю, что ты знаешь, как это бывает.
– О да, конечно, – только и успел сказать червячок, потому что цапля добавила нетерпеливо:
– Ну так что? Ты споешь мне или нет?
– Да я как-то… не знаю… – от такого напора Бориска немного смутился.
– Ну давай же, друг мой! А я за это обещаю, что цапли все лето не будут есть никого из этого болота. Я, знаешь ли, тут самая главная, вот. Веришь?
– Спой, спой, – раздались вдруг из всех кустов радостные возгласы. – Давай, давай, чего ты ломаешься? Вот заживем-то, братцы!
Ну что было делать червячку?! Он залез на лист и запел самую свою любимую песню, что посвящал Луизе. Она же вылезла из воды и встала рядом с ним. Улыбаясь, слушала эту песню – и теперь в ее глазах отражались два маленьких солнышка. Кстати сказать, жаба давно знала, кто поет ей песни. И это ничуть не смущало ее, потому что Луиза решила: какая разница, кто твой избранник, если это настоящая любовь.
Когда песня закончилась, раздались крики и аплодисменты.
Все были довольны. А у цапли даже на глазах блеснули слезы.
– Ой, – сказала она. – Это так мило! И так красиво! Бориска, ведь ты мне будешь петь еще, правда? Я вернусь вечером, хорошо?
– Конечно! – ответил он и улыбнулся.
Когда цапля улетела, все обступили Бориску.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.