Легкий пролог.
Вы когда-нибудь видели, как Троянский конь жонглирует данайцами? Или как яблоко в райском саду откусывает кусочек от Адама?
Бьюсь об заклад, что вы тоже видели что то подобное, когда бейсбольная бита, приземлялась вам аккуратно между шеей и ключицей. И скорее всего эта бита, в вашем случае, так же была в руках сто тридцати килограммового преподобного Сейнт Джен Уокера младшего, бывшего спецназовца Королевской гильдии нумизматов Якутии, а ныне наемника на службе у самогО Пабло Эскобара, четырежды судимого за ввоз в Индию калифорнийской Чачи.
СТОП! По моему, меня еще не отпустил тот сочный нокаут, и в голове вместо серого вещества, которым я чрезвычайно горжусь – просроченный пломбир производства Козельского Хладокомбината.
Скорее всего, пока я в отключке, больше бить не будут. Вероятно свяжут, кинут в темную ванную комнату с резким запахом «позолоченных» ржавчиной труб. И будут дожидаться, пока я не подам какой-нибудь звук, аля – «папа застукал маму с дядей Жорой». А это значит, что у меня есть достаточно времени, что бы прокрутить все события, которые привели меня к столь неудачному партеру.
Что ж, пока мое сознание, не спешит возвращаться в мое бренное тело, которое, к слову, до сих пор пользовалось успехом у опытных любительниц мясных блюд средней прожарки, – выношу на ваш суд историю, которая произошла со мной этим майским днем. Да да. Весь этот пердимонокль случился в один, мать его, день. Заранее прошу меня простить за некоторые яркие вставки, несоответствующие реальности. Вы должны понимать, что я без сознания и ждать от меня связной истории, подчиненной законам химии и всемирного тяготения я бы не стал. Хотя суть, думаю, уловить сможете. Ну а после того, как приду в сознание, внесем поправки.
Поехали, Джон. Угол «Май мэморис стрит» и «Стюпидэсхол авеню», пожалуйста.
Глава 1
– Детектив? Детектив, Санчес? – этот вопрос вырвал меня из полудремы, в своем уютном офисе, который в то же время служил мне домом. Голос, который задавал это вопрос, лился медовым ручейком из настолько красивого рта, что его можно было смело размещать на Гербе Урюпинска, что увеличило бы турпоток туда в 32 раза. 32, именно столько белоснежных зубов обрамленных в алые от дорогущего татуажа губы, и аккуратный язычок, слегка касающихся сияющих зубов. Я определенно больше не хотел спать и стал изучать всю конструкцию, обладательницы премии «Рот Вселенной 2019».
Нужно отметить, что вопреки ожиданию, остальные детали значительно уступали устройству, производящему звук, но все-таки были неплохо подобраны разработчиком. Все пропорции и цветовые гаммы соответствовали ГОСТу. Средней длины шелковистые волосы цвета Латте, грудь смотрящая вверх и провоцирующая на спор «второй или третий», ноги в которые можно было влюбиться отдельно и посвятить им литературный триптих «Бедро, лодыжка, мизинец». Наконец руки, ухоженные настолько, что ими можно было бы делать операции по пересадке органов без перчаток.
Все вместе это складывалось в приятный, неотталкивающий ансамбль, под названием «Мой папа с Кубы, мама украинка».
А какие глаза. Глаза цвета неба над Рейкьявиком. Большие и добрые, как мой школьный друг Чавез.
– Детектив, Санчес? – повторила муза моих последних пятнадцати секунд.
– То, что Санчес, это вы совершенно верно угадали, мадам…– я немного подался вперед.
– Биатрис, если угодно – Бэт.– лила она свой нектар в мои уши.
Боже, если и бывает человеческий пазл, то тут как раз этот случай. Старик на небе наконец то нашел закатившийся под барную стойку фрагмент с надписью Биатрис и практически нанес удар по моему беспросветному атеизму.
Я несколько секунд ждал, когда ее медовый голос раствориться в моем потрепанном тельце и придав себе наиболее очаровательный, как мне казалось, вид, продолжал, параллельно меняя тембр голоса с отметки «Студент первокурсник» на «Я старый солдат»
– Биатрис,… простите Бэт. Вы скорее всего ищете детективное агентство, которого уже нет, и которое когда то принадлежало мне. Но если вы позволите, я порекомендую вам самые надежные конторы, за которые я ручаюсь. Для меня честь…
– Простите мистер Санчес, – прервала она так мягко, что сразу захотелось укутаться в каждое её слово и молчать, молчать, молчать…, – мне вас порекомендовали очень серьезные люди, которые вам когда то очень сильно помогли, и мне бы не хотелось после поисков самого лучшего специалиста в своем деле, уходить ни с чем.
Святые Жидомассоны! Я что сплю? «Лучший специалист»???. 90 кг при росте в 170 см, отдышка, как у сумоиста после подъёма на 18 этаж, дрожащие от алкоголя пальцы, уставший взгляд и вся тяжесть мира на седых висках, в свои 40 с небольшим. Хотя после этих слов, порох в моих несвежих пороховницах, начал подсыхать. И что бы досушить его окончательно, она продолжала:
– Мистер Мейсон порекомендовал не агентство, а именно вас. И просил при первом же отказе звонить ему лично и жаловаться на ваш скверный характер. – она улыбнулась, и я капитулировал, и не потому что старина Мейсон, ныне окружной прокурор Доусона, когда то спас мою жалкую душу и жизнь, а потому что никто и никогда не производил такое впечатление на меня, со времен выхода фильма в «Джазе только девушки».
– Ник Мейсон, что ж. Это меняет дело, Бэт. – я так легко и быстро перешел на «ты», что казалось, будто знакомы мы тысячу лет, но тут же взял себя в руки, крутанул барабан и снова выпал сектор «Вы». – Я готов вас выслушать, но обещайте мне, что произойдет это в каком-нибудь заведении, где подают бургеры с говядиной и халапеньо.
– «Мудрый бык» подойдет? – тут же спросила она и с первого раза попала в мой самый любимый бургер-бар. – Мне нравится это заведение, могу вас угостить и как раз рассказать вам о моей проблеме, которую, только вам по силам решить.
– Вы запатентовали недавно считыватель мыслей? – пытался пошутить я. И поняв, что эта не самая лучшая шутка, от создателя таких нетленок, как «ваш пышный зад напомнил мне Гренаду» или « во сне вы были на 5 лет страшнее», решил пока оставить попытки, что бы не стать лауреатом премии «А вашей маме зять не нужен?». Хотя мегатактичная Беатрис, расцвела в, убивающей все вокруг живое и красивое, улыбке и прищурив глаз, тем самым лишив меня наполовину лицезрения синевы неба над столицей Исландии, звонко засмеялась.!!! Смех! Ее смех! Сейчас все арфисты Олимпа, наверняка приподняли свои древнегреческие ягодицы, и тихо перешептывались о чем то. Вероятно, испугались потерять работу и смотрели на Зевса с надеждой, что он не слышал этого. Но как можно было не слышать то, как лесной ручей бежит через залитую солнцем полянку, и играясь спускается с опушки, врывается в спокойное лесное озеро из которого дружно пьют и счастливо щебечут все лесные птахи.
– Все как и говорил Ник. У вас отменное чувство юмора. – она наклонила голову немного набок и прищурилась. – Наверняка вы так же хорошо распутываете истории.
О да. По части распутывания историй, я мастер. Чего только стоит, возвращение дочери мэра города Доусон, после того, как ее похитили с целью политического шантажа. Все помнят это трюк на мотоцикле, который мне теперь снится в кошмарных снах. Я тогда въехал в гостиную квартиры на пятом этаже дома на углу Сент Клер, разогнавшись с крыши соседнего. Чем прервал сухую серию для штанов тех отморозков, которые не мочились в них с трехлетнего возраста. А то дело, об измене окружного прокурора с артисткой кордебалета «Изогнутая спинка». Мне понадобилось пару дней, что бы эту подставу с использованием фотошопа раскрыть. И для этого нужно было погрузится в противоречивый и порочный мир кабаре. Что я с удовольствием и сделал. Совместил приятное с полезным и очистил имя нашего служителя закона, хотя и рисковал стал ненадолго лауреатом премии «Кто к венерологу последний?».
– Все так Бэт. Ник не обманул. А теперь, прошу в мой скромный автомобиль и проследуем уже в мир отбивных и халапеньо. Я обязательно вас выслушаю, но только когда мой желудок пустой, мыслительный процесс стоит на месте. Я уже начинаю забывать таблицу Менделеева и ряды Фурье редеют на глазах. – она снова наградила меня райским смехом и мы двинулись к моему скромному старине Форду, который уже доживал второй десяток и был чем то похож на меня, – та же седина и отдышка.
Все было просто замечательно. Бэт моему авто совершенно не подходила, но то что она его украшала это факт. Пока она находилась в нем, стоимость его подскочила вчетверо.
День начался отлично и я надеялся, что все так и продолжится
Глава 2
Друзья, полагаю, настало время познакомится. Наверняка уже по первым событиям возникла масса вопросов. Кто я, откуда, зачем? Кто-то конечно равнодушен к деталям, но для внимательного читателя важно ничего не упустить.
Итак, зовут меня Карлито Санчез, и это единственное красивое что во мне есть – Имя. Дал мне его мой отец, Бенедикт Санчез Младший, в далеком 1975. Моя мама умерла при моих родах. Но узнал я об этом только тогда, когда мне исполнилось тридцать.
Помню, отец рассказал мне это в мой день рождения. Я пил две недели. Не просыхая. Я так переживал о том, что виновен в смерти самого дорогого мне человека, что попал в больницу с диагнозом «к парню пришла белка, налейте и ей тоже».
Так как мамы не стало сразу, а новой женой отец так и не обзавелся, моим воспитанием занимался только он. А какое воспитание может быть у сына самого крутого копа городка Доусон? Да я впахивал с 11 лет так, как не тренируют на базе морских котиков. Отец наверное готовил меня к захвату Венгрии, потому что к 16 годам я уже чувствовал, что могу устроить немало хлопот руководителю, не в чем неповинного государства, Арпаду Гёнцу, который в тот момент уже пошел на второй срок.
В 20 лет я ушел в армию, и успел поучаствовать в военных конфликтах в Сомали и Чечне на стороне Добра, разумеется, как я тогда его себе представлял. Этот опыт оказался решающим в выборе моего жизненного пути и побудил меня защищать, а не нападать с целью наживы. В 2000 ном, я уволился из армии и устроился на службу в полицию в родном городишке.
А два слова о Доусоне не помешают. Это мой любимый сердцем и душой городок на границе с Аляской, с населением чуть больше, чем 40 человек на квадратный километр. Здесь лихорадка в свое время, оставил массу достопримечательностей. Klondike Kate's Restaurant, домик Джека Лондона. Луи Буссенара и Жюль Верн упоминали этот волшебный городишко в своих произведениях, собственно как и сам старина Джек Лондон. Лето, которое здесь длится всего полтора месяца, дарит такое буйство красок, что сюда съезжаются художники не только с Канады но и с Аляски. Именно в это время возрастает рост преступности, потому как сюда стекаются и любители легкой наживы тоже. Самый любимый промысел – ощип туристов, которые летом не закрывая рта впитывают всю атмосферу Клондайка и теряю Ролексы, Луи Витоны, Булгари и Сваровски.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.