Ничего не пропагандирую, ни к чему не призываю, никого не хочу оскорбить. Люблю этот мир и жизнь до дрожи.
На столе со вчера
Недожёванный кусочек картона
Твоя кислота
Доживает в желудке червя
Оголтелого джаза
Последний заряд
Подъездной тусовки
Закрывай глаза
Завтра я делаю сборник
На потухшей свече не станцуем мы польку
На выжженной земле не сыграем в бейсбол
Зачем нам играть в мировую
Если в этом сне не нами занят танцпол
Не всегда забываем игру
Распрощавшихся дней в отреченьи
Клоком волос плесневеющих в ванне
Слезами рук отгоняя пургу
Вырезаем лица людей с фотографий
Эстетикой формы милосской венеры
С видом милых детей играющих
На цветочной поляне
Каким образом тлеть
Если в детском саду
Воспитатели запретили тоску
И как должны птицы петь
Если обрезаны крылья
Теми кто никогда не взлетит
Солнце закатом и пылью
Вдыхает в нас лужами песни
Свитков мертвого моря
Наша зарплата – дожить до пенсии
Премия наша – ставить цели на стены
Носами рыть рвы
Когда уже невозможно
Дальше идти
Когда больше некуда плыть
Моя любовь косатка
Спряталась в апреле
Я не думаю о снах
В них я более не верю
Полем поле не сдаётся
Кровью кровь зовёт к обедне
Бедный ганс писал нам сказки
Бедных
Столько бед не знал и гёссе
В душе заказчиков энтропии
Молодых утёсов снег
Силы нет
А есть игра
Вот по счётчикам пора
Принять утопию в речах
Заметной
Сникнет время за тропинкой
Пусть детишки откинутся на спинки
Сказка будет быстрой
Вот страница
И уж столько лет
Не видно лиц тут
Зато блистают рынки
Зато все знают этот блеф
Зато попеременно краски
На твоём лице вспоминают
Знойных стен вечный снег
Каин был тоже виноват
Встречным поездом кажется смерть
В вагоне не досчитались доброты и брака
Но у кукол всё так же нет
Глазниц и фраков
В спектакле живущих трупов
И тускнеющих антрактов
Пустоты для острых фактов
Не рассказывай никому в этом мире
Что происходило за дверьми
Нижегородских деревьев
Берёзы в россии шумят
Порослью овса
И вёслами тополиных платков
Размывает дождь путь в пятьсот
Километров-мазков
На виниле записано самое счастливое
В жизни лето
Vhs кассеты
Преемником ещё показывают алладина и покемонов
Предупрежден значит вооружен
Резиной от позавчерашних
Постаревших детей
Эякуляция
Оравой чертей
Штурмует босфорский залив
Трёхгранником – ныне мотивом
В столице печали средь нас
Бедствуют кружки с чаем на
Плацкарте и булочки
Отчужден самощитом
Отказ от реальности шпагой
Затевает итог
Чувство ритма и слога
Контрибуция смерти поэзии
Эвтаназия смысла – прекрасный залог
Взять за верёвку шнурок отцовских
Сапог и на ней же повеселиться
Все заботы принять и забыть
Разогнать памятники постиндустриализма
И о себе заявить
Конечно же
Во славу лунной призмы
Аллергия закончится
Хоть и словарный запас не станет
Шире периода лактации
Это просто как дважды два
Суток в магазине всё-таки
Не двадцать четыре
И не пятнадцать
И не мультики миядзаки
Ты сам снимаешь остатки волос
Больше не куришь больше не плачешь
Больше не оброс
Как джедай молодой
Овладеваешь силой
Прости
Мой герой
Конструкция не изменилась
Как всегда всё просто
А я
Похоже
Подрос
Однажды я стану океаном приходи на пляж побухать и проблеваться от этой жизни я опередил мёртвое море во мне даже нет намёка на существование это океан одного мёртвого купаться не надо сейчас холодно хотя я никогда не замерзал тела людей не давали но сейчас у меня только ты так что располагайся и смотри как я постепенно покрываюсь льдом
Я не буду спрашивать у тебя имена этих людей на фотографиях которые ты покажешь это будет безмолвный диалог живого и мёртвого который тоже был человеком даже при всём при этом я не смогу понять тебя ведь разговор с человеком напоминает разговор со стеной или мотыльком а то и сразу с ними обоими
Обои на стене слегка заплесневели в местах скрещений наших рук ведь мужчины живут в среднем меньше немужчин
Представь человека застрявшего посреди океана я не вижу перемен и их не жду не предвкушаю ведь стал им наверное тебе больно это знать ведь ты по ту сторону песка
Здесь даже нет камней и чаек как символ того каким ничтожеством я был при жизни именно ты из всех живых существ можешь наблюдать моё обледенение просто потому что я чаще остальных вспоминал тебя
Океану не будет стыдно за брошенных детей за детей убитых изнасилованных на камеру распятых ради мнимого достатка взрослых не будет стыдно за человечество в целом но обязательно я сохраню связь с людьми ведь в меня годами будут сливать тонны дерьма отходов оружия мусора трупов видеокассет бас-гитар советских машин и пожалуй побольше алкоголя и наркотиков в меня пусть в твоём мире их будет поменьше брось мне мяч и я его поймаю
Но никуда не унесу
Сейчас штиль
Рот полоскать до конца лета
А твои дети
Не родятся в этой стране
И впредь
После потопа в ванне
Ты будешь умирать незаметно
Добавляя пару ложек сахара к чаю
И драгонфлай между зубов
Для затравки соавторства снов
С бесталанным иждивением
Пасуя перед чужим космосом
Декламируя стенам
Дешёвые заявления
Зато пафосно
Повествование от третьего лица
Этим трупом за решёткой был я
Знаете такие сетки над проводами
Чтобы падая их не задевали
Люди и птицы
Это не повторится
То что смотрит на тебя в ночи
То что ты чувствовал спиной в утробе
То что я завещаю потомкам
Когда оно говорит
Языком пирамид
Реальность молчит
На пару с пространством
Что хорошо понимал потёмкин
И распознавал берия
Актом высшей наглости
Является сущностью большего
От чего не спасает
Крестное знамение
И тощие старушки
С топорами в спинах
Линии телепередач
Скрипят шумом берёз
На каналах лица пусты
Либо вообще отсутствуют
И даже известный скрипач
Поворот ключа в замке
Пожизненных лебедей
Не страшнее истины потусторонней
Звон или образ
Смех или плач
Над обозом европы
Заносит руку палач
Пришествие не понадобится
Дитя тихо спит
В глазницах беззвучный крик
Наподобие сиротского туалетного краника
Минуты и миг и без паники
Головы поднимает
Давно знакомая
Седовласая странница
За каждым стоит и у каждого стонет
И если раз узреть ты готов
Пусть азраил поднимет люцифера
Из озера льдов
Разбудит аида химеру
И кельтских богов
Над туманом войны за слабую
Волю и райский орех ваджраяны
На закате времён
Оно знает что из пепла и праха
Восстал новым в небе пожаром
Ото сна сих пелён
Человек
Хвост уробороса порос знаком
Макрокосма на ляжке
Доктора наук философии
Не страшна кали-юга
Я представитель формации
Высшей расы живущей в утопии
В примерах птичек и пугала
На земле прадедов
И единственно правильной веры
Биомусор перемалывается
Только яростней заранее снова
И слабость изгоняется
Аутентично
Оставляя за собой
Дорогу света по ширине и яркости
Неприличной
Личный уборщик божий
Потирает руки
Перед операцией над грустной рожей
Народа первично
В дождь-погоду весеннюю
Открываю лишь конверты или харуки
Замалчивая проделки кришны
Над этой вечерней
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.