Сказки любят взрослые и дети,
Не пройдите мимо впопыхах,
Ведь никто ещё на свете
Не читал таких – в стихах.
© Алексеева Л.Н., 2011
Про любовь,
добро, и зло,
И волшебное стекло
Над землёю стаи туч
Разрывает молний луч,
Ветер воет, лес шумит,
Ведьма на метле летит,
А рогатый бес хохочет,
Он догнать ту ведьму хочет.
Злым в такую ночь веселье,
Кровь бодрит хмельное зелье.
Из укромных уголков,
Из-за гор и из-под дров
Нечисть всякая выходит:
По земле унылой бродят,
Сам сердитый дровяной,
Чёрт мохнатый злой-презлой,
Змей-злодей, змея-злодейка
И их дочка злая змейка.
Не скрывая даже зла,
Злая змейка заползла
На подоконник в частный дом
И увидела там в нём
Красавца парня молодого
И влюблённого такого.
Он с невестой наслаждался,
Веселился и смеялся,
Её ласкал и с ней шутил,
Глаз с любимой не сводил.
Злющей змейке всё завидно:
И что слышно и что видно.
Меж тем красавец говорит:
«Пока, конечно, это не горит,
Но давай помолвку мы объявим
А к осени и свадьбу справим».
Она ему: – О, Стёпа дорогой,
Я быть хочу твоей женой,
Мне так с тобою хорошо!
О свадьбе уж вопрос решен.
А вот где медовый месяц проведём
Счастливо и весело вдвоём?..
Может, не к добру я размечталась?
Смотри, природа как разбушевалась!
– Да что ты, милая Надежда,
Люблю тебя я пламенно и нежно,
От взгляда твоего я млею,
Сил никаких не пожалею,
Чтоб уберечь и защитить,
Чтоб на руках тебя носить.
Погода за окном бушует – пусть,
Но не ворвутся в дом ни зло, ни грусть.
Вместе сбережем мы счастье наше.
Нет тебя лучше и нет краше!
А за окошком змейка злится.
Чтобы ей ядом подавиться!
К утру стихла непогода,
Ожила побитая природа,
Нечисть вся угомонилась,
Только змейка затаилась.
Думу думает она,
Как погубит их сама.
«Чтобы счастье их разбить,
Нужно прежде разлучить.
Я повьюсь и поплюю
И его в себя влюблю.
А когда меня полюбит,
Про Надежду позабудет.
По нему она пусть сохнет,
Пока от горюшка не сдохнет.
С ним расправлюсь я тогда,
Ужалив в жаркие уста».
Змейка кольцами свернулась,
Сквозь них на четверть протянулась,
Будто сама себя связала,
Затряслась и девой стала,
Да такой красивой, гибкой,
С обворожительной улыбкой,
Никто с нею не сравнится,
Даже Надя яснолица.
Вот змея стала какая,
Красотка просто неземная.
То там, то сям Степана поджидает,
А он её в упор не замечает.
Для него лишь Надя «свет в окошке»
И «сладка ягодка в лукошке».
Сколько змейка та ни злилась,
Вокруг Степана ни крутилась,
Ничего не вышло тут,
Был напрасен её труд.
И подумала змея:
«Приворожу-ка его я».
Как-то был Степан в лесу,
Притомился и вздремнул,
А когда открыл глаза,
Видит: перед ним краса,
Несказанная девица.
«Неужели сон мне снится?»
А она ему в ответ:
– Да, не снюсь тебе я, нет.
Я гуляю здесь в лесу,
Вот сок берёзовый несу.
Ты меня не сторонись.
Хочешь – выпей, освежись.
Даст берёзка тебе силы.
Пригуби немного, милый…
Отказаться он не смог,
Выпил (только этот сок
Был ядом змейки напоён),
Разом забыл про Надю он,
Стал со змейкою встречаться,
Вести речи и общаться.
К нему Надя так и сяк:
«Почему со мной ты так?
Неужель не понимаешь,
Что на змею меня меняешь?
В змее лишь злоба и обман».
Но не внемлет ей Степан.
Плачет Надя день и ночь:
«Как Степанушке помочь?
Ведь она его обманет,
А потом насмерть ужалит.
Как глаза ему открыть,
Может, ведьму расспросить?
Она всё ведает и знает,
И колдует, и гадает.
Но поможет ли она?
Ведьма умная, но зла.
Только нужно торопиться,
А что случится, то случится».
Достала Надя новую корзинку,
Поставила туда большую крынку
С жирным козьим молоком,
Куль с печеньем, кренделём,
Котелок картошки с мясом,
Рыбу жареную в масле,
Кастрюлю с пирожками,
Что в рот просились сами,
Сметану, яйца, сливки
И бутыль наливки.
Аккуратно всё сложила,
Нарядной скатертью прикрыла,
С трудом корзину подняла
И к ведьме в лес она пошла.
Вот мхом покрытая избушка,
Изогнувшись, как старушка,
На неё окошком зрит,
Вход однако же закрыт.
В дверь Надежда постучала
И немного подождала.
Из-за двери: – Фу, фу, фу,
Вкусно пахнет за версту.
Сама пища в дом явилась.
Дверь со скрипом растворилась,
А там, во всей красе своей,
Стоит ведьма перед ней.
Такая неопрятная,
Одежда на ней рваная,
Дыбом волосы стоят,
Изо рта клыки торчат.
– Кто такая? Здесь зачем?
Я ж тебя, девица, съем!
– Здравствуй, мудрая мадам,
На все вопросы ответ дам,
Но сначала в дом впусти,
Баньку жарко протопи.
Вместе попаримся с тобою.
Я и тебя, душа, отмою,
Гребнем чистым причешу,
По новой моде наряжу.
У меня с собою угощенье:
И варенья и печенья.
Сядем рядом, поедим,
О том о сём поговорим.
Коль не пропадёт желанье есть,
Тогда сможешь меня съесть.
Ведьма баню затопила.
Надя достала кусок мыла,
В доме ведьмином прибрала,
Чисто и светло там стало,
Молочные продукты положила на окошко,
В печь поставила мясо и картошку,
На стол скатерть постелила,
Столовые приборы разложила…
Тем временем парная банька подоспела.
Раздевшись, ведьма на скамью присела.
Пот течёт по ней уж градом,
Села Надя с ведьмой рядом,
Ей приветливо кивнула,
В ответ ведьма подмигнула
И тихонько толк плечем:
– Может, с веничка начнём?
Они попарились, помылись,
Водой холодной окатились,
Посмеялись, повизжали
Да и прихорашиваться стали.
Ведьма очень чистой стала.
Её Надежда причесала,
Пучком ладным волосы сложила,
В одежды новые принарядила.
К зеркалу большому подвела,
На себя взглянуть дала.
Ведьма даже рот раскрыла:
– Ай да ну! Как это мило!
Мне хоть завтра под венец!
Ай да дева, молодец!
Как я рада, как я рада!
– Ты и впрямь дама, что надо.
Космы больше не торчат,
А как идёт новый наряд!
За тебя я рада тоже.
Теперь пора за стол, похоже.
Сели дамочки за стол,
Тут уж пир пошёл горой.
Как две закадычные подружки
Наливки выпили по кружке,
Поели мясо и картошку,
Ещё глотнули понемножку,
Пирожками закусили,
Ещё раз горло промочили.
Всё новые закуски Надя доставала,
Ведьма с удовольствием их поглощала.
Вот дева сладкое поставила на стол,
И как по маслу разговор пошёл.
Сначала ведьма Наде рассказала:
О том, какой давным-давно бывала,
Как в девичестве резвилась,
Беззаботно веселилась,
Но стороной любовь прошла,
В знахарстве счастья не нашла.
Вот как в жизни ей не повезло,
После чего творила козни, зло,
Кого-то обижала, вредничала, злилась
И постепенно в ведьму превратилась.
Как единым взглядом поражала…
Да и Надя ничего скрывать не стала.
Без утайки рассказала о судьбе своей,
Как обидно и как горько ей:
– Вот случилось что со мной,
Так разлюбил меня любимый мой.
Тебе признаюсь без обмана,
Нет мне жизни без Степана.
Если ты меня, подруга, уважаешь
И мою кручину понимаешь,
Подскажи мне, как Степана отрезвить,
Как глаза его прекрасные открыть?
– Отчего не подсказать,
Ему нужно правду показать.
– Но как? Если он меня не слышит,
Если змеиным ядом дышит?
– Эх, сестра, ведь он мужик,
Трезво мыслить не привык.
Я б его просто прибила…
Надя ведьму перебила:
– Разговор наш о другом,
Ты хотела рассказать о том,
Как можно правду показать,
Коль он не хочет её знать?
– Меня с мысли не сбивай,
Слушай молча и смекай.
У кого-то, где-то далеко
Имеется правдивое стекло,
Через него воистину видна
Только правда чистая одна.
За ним не спрячешь никакую ложь.
Если ты стекло это найдёшь,
Дашь посмотреть через него Степану,
Тут придёт конец обману.
Он злодейку сам погубит,
А тебя опять полюбит.
Мой наказ тебе таков…
– Как просто всё у колдунов!
– Брось, подруга, у злодеев
Так же всё, как у людей.
– А как стекло это найти
И куда за ним идти?
– Могу и в этом я помочь,
Ведь ты мне стала словно дочь.
Я привязалась к тебе что-то,
С тобою расставаться неохота,
Но, коль свидеться со мной пообещаешь,
Завтра утром всё доподлинно узнаешь.
– Почему бы не пообещать?
Ты ведь мне почти что мать.
Я свидеться с тобою обещаю
И к себе в гости приглашаю.
Только помоги вернуть Степана.
Встали они утром рано.
Ведьма говорит Надежде:
– Расскажу тебе я прежде,
Чем покинешь ты мой дом,
Что пойдёшь за правильным стеклом
К моей тётке, ведьме злой,
Но, чтоб не расправилась с тобой,
Дам тебе я чётки костяные,
А то манеры у неё дурные,
Что к чему не разберёт,
Сразу сварит и сожрёт.
Ты пред нею не робей,
Действуй быстро, посмелей.
Молча ей покажешь чётки,
А потом расскажешь тётке,
Что дала их я тебе,
Что приходишься ты мне
Почти дочкой и подругой,
Обойдёшь родную кругом,
Ей поклонишься, как мне,
Вот тогда она тебе,
Без сомнения, поможет.
У неё стекло быть может.
Ну, а коль у неё нет,
На вопрос «где» даст ответ.
Вот тебе сучок сухой,
Его бросишь пред собой
И он гоголем пойдёт,
Куда нужно приведёт.
А теперь за ним ступай,
Привет тётке передай!
Надя вышла за порог,
Поскакал пред ней сучок.
Надя день идёт и ночь,
Гонит страхи свои прочь,
Может всякое случиться,
А она за милого боится:
«Только б змея его не отравила,
Только б мне хватило силы
Стекло правдивое найти,
Степана от беды спасти».
Ночь настала, страшно и темно,
Отдохнуть пора давно,
Только шустренький сучок
Светит, словно светлячок.
Похоже он не устаёт,
Перед нею скок да скок.
Надя еле поспевает,
Страх её одолевает,
Слышит вздохи, стоны, вой,
Хрустит что-то под ногой,
Кто-то за косу хватает,
Даже ленту вырывает.
Сердце девушки стучит,
А сучок вперёд бежит,
Надя от него не отстаёт,
Всё скорей, скорей вперёд.
Вьются над ней летающие мыши,
Что во тьме видят и слышат.
Они Надежду углядели
И к старой ведьме полетели,
Чтоб о том ей доложить,
Узнать, как с девой поступить.
С шумом в дом они влетели,
И ей в уши загалдели:
– Там ходит по лесу девица,
Будто страха не боится,
Она очень молодая,
Да аппетитная какая!
Ведьма тут же всполошилась
И на мышек напустилась:
– Что ж вы медлите! Летите,
Крепко-накрепко вяжите
И доставьте её так
Поскорей мне на чердак,
Проявите свою прыть,
Я же стану печь топить.
Мыши так и поступили.
Они девушку схватили,
По рукам, ногам связали,
Даже пикнуть ей не дали,
Закрепили жгут узлом
И притащили к ведьме в дом.
У ведьмы знатный аппетит.
В котле вода уже кипит.
Лезет ведьма на чердак,
Она знает, что да как.
Прежде надобно помыть,
В котле уж чистую варить.
Ведьма Надю развязала,
Рвать одежду на ней стала,
Её за косу схватила,
Но только руки ей освободила,
Надя чётки тут достала,
Ведьме молча показала,
Молвила: – Ну, здрасте, тётя,
Эти чётки признаёте?
Их ваша племянница прислала,
Меня же она дочкой называла.
Значит вам внучкой прихожусь,
Чем, признаюсь, я горжусь.
Обошла ведьму кругом
И поклонилась ей потом.
Ведьма весточку признала
Извиняться тут же стала:
– Я манерам не училась,
Ну, слегка погорячилась.
Ты меня, дитя, прости,
Всё что хочешь попроси,
Я в лепёшку расшибусь,
Для тебя всего добьюсь.
– Тогда, сударыня хозяйка,
Познакомимся, давай-ка.
Прощенья не за что просить,
Да и не мне тебя судить.
– Спасибо, милая, на том.
Много видела я на веку своём.
Злой и старой я не сразу стала,
Молодой и доброй побывала,
Веселилась и влюблялась,
Но со злодеем вдруг связалась.
Для него была на всё готова,
Верила любому его слову,
Вершила злые для него дела,
Так злодейкой стала и сама.
Он же бросил меня. Гад!
Ненавижу всех подряд,
Зла желаю людям всем,
Их потому варю и ем.
Но тебя я не сварю,
А как родную полюблю,
Предложу хлеб, соль и ласки,
В баньке выпарю, как в сказке,
Накормлю и напою,
А потом и расспрошу,
Что на свете, как и где,
Какая надобность во мне?
Всё так и сделала старуха
И стала слушать в оба уха.
Тогда ей Надя рассказала,
Любила как и как страдала,
Как змея злодейка прицепилась,
В несравненную красотку обратилась
Да любимого её приворожила…
– На свете существует сила,
Степану очи приоткрыть,
Его чувства отрезвить —
Это правдивое стекло.
Может, у тебя оно?
– У меня такого нет,
Но я дать могу совет,
Как и где его найти,
Не погибнув по пути.
Слушай и запоминай,
Ничего не упускай.
Уже сотни лет подряд
Стекло хранит злодей, тот гад,
Которого когда-то я любила
И до сих пор не позабыла.
Готова разорвать, хочу убить,
Но его может погубить
Лишь непорочная девица,
Если ничего не убоится,
Сквозь воду и огонь пройдёт
И смерть злодееву найдёт.
Знай же, милая девица,
Что злодея смерть хранится
За водопадом, под скалой,
В шкатулке медной небольшой.
Бережёт шкатулку змей,
Что не жалует людей.
Он огромнейшего роста,
И с ним справиться не просто.
Но я дам волшебный мёд,
Его съест змей и уснёт.
Тут уж, детка, не зевай,
Бери шкатулку и ступай
За сучком-путивичком
К тому злодею прямо в дом.
Его немедля убивай,
Себе стекло то забирай.
Сейчас поздняя пора,
В путь отправишься с утра.
За порогом ждёт путивичок,
Давно знакомый уж сучок.
Надежда вдаль опять идёт,
Туда, куда сучок ведёт.
Ей днём не страшно ничего,
Но становится темно,
Тучи небо закрывают,
Ветер злобно завывает,
Страшно ей и даже очень,
Под ногами пни и кочки,
Впереди, как светлячок,
Скачет светящийся сучок.
Тут вдруг молния сверкнула,
Огонь яркий всполохнул.
Впереди, как будто знамя,
Заплясало огненное пламя,
Ввысь до неба долетает,
Справа, слева полыхает.
Так куда теперь идти,
Как огонь тот обойти?
В голове ж её звучит,
Будто ведьма говорит:
«Чтоб смерть злодееву найти,
Ты сквозь огонь должна пройти».
Впереди шустрый сучок
К огню прыг да ещё скок.
Кричит Надя: – Стой, малыш,
Ты ж в огне дотла сгоришь!
В руки тот сучок берёт,
С ним к огню сама идёт.
«Чему быть, того не миновать,
От Судьбы не убежать!»
В огонь с ужасом шагает,
Её пламя обжигает,
Невозможно боль терпеть:
«Неужто суждено сгореть?
Но этого не может быть!».
Бежит Надя во всю прыть.
И вот огонь уж позади,
Тело больше не горит,
Целы руки, ноги, кожа
И одежда её тоже.
Удивляется Надежда:
«Надо же, цела одежда!
Смерть стороною обошла.
Я через огонь прошла!»
За сучком Надежда еле поспевает.
А впереди река сверкает.
Тут из рук её сучок
Наземь прыг, к речке скок.
Вот он к воде уж подлетает,
Его Надя налету хватает:
– Эй, малыш, а ты куда?
Унесёт тебя вода.
Не скачи ты, ну, постой,
Залезай в кармашек мой,
Вода в реке бурлит и стонет:
«Кому быть повешенным, тот не утонет».
У реки остановилась,
Поклонясь, перекрестилась
И вошла, не зная броду,
В ледяную просто воду,
Не раздевшись, в чём была,
Через реку поплыла.
Холод, страх её изводит,
Судорога ноги сводит.
Вода плещет в нос и рот,
А тут ещё водоворот,
Словно щепку, подхватил,
Закружил и потащил,
Вниз по речке к водопаду.
Нет с потоком этим сладу!
Вместе с Надей в пропасть ух,
Захватило даже дух.
Так и умереть ведь можно!
Но поток довольно осторожно
На камень Надю посадил,
А сам дальше покатил.
Цела Надя, счастлива и рада.
Она внизу, у водопада,
На травке, у ручья сидит,
Снизу на поток глядит.
Вот уж пройдена вода,
А дальше путь лежит куда?
Со скалы вода течёт,
Меж ними и ведёт сучок.
Справа гладкая скала,
Слева водная стена,
Впереди огромный змей
На неё глядит, злодей.
Вынимает Надя мёд
И бросает ему в рот.
Целиком змей мёд глотает
И спокойно засыпает.
Надя рядом с ним прошла,
Шкатулку медную нашла,
Ту, в которой, по идее,
И хранилась смерть злодея.
В складках одежды примостила,
Накрепко булавкой прикрепила,
Да и отправилась потом
В путь дальнейший за сучком.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.