Дорогой друг и дорогие мамы и папы, бабушки и дедушки, тети и дяди! В своих руках Вы держите действительно невероятную
сказку, над которой трудилась огромная команда энтузиастов! Пусть захватывающая история Кындыкан откроет для Вас удивительный мир настоящих Хранителей Севера, которые и по сей день бережно и трепетно берегут для нас с Вами свои знания.
Кындыкан — моя прабабушка в 5-м поколении, и знакомы мы с ней через мир наших предков, который есть у каждого из нас. Все наши бабушки и дедушки, родные и близкие стоят за нами, защищают, оберегают и подсказывают верный путь в мире людей. Изучая традиции, культуру и с уважением относясь к заветам старейшин, мы получаем силу родов, которая всегда будет с нами, откликается в наших сердцах благими делами и намерениями.
Эту сказку посвящаю всем бабушкам планеты, а также моим родителям, самой замечательной мамочке Мире Васильевне Ивановой, моему отцу Василию Афанасьевичу Попову и уже ушедшей от нас горячо любимой бабушке Янковой (Буслаевой) Полине Михайловне!
Автор проекта и потомок Кындыкан
Маргарита ПОПОВА
Предисловие
Весной этого года вышла в свет удивительная сказка о маленькой эвенской девочке по имени Кындыкан. Элементы сюжета сказки о девочке Кындыкан были уже представлены в пространстве инстаграма летом этого же года благодаря активным усилиям коллектива проекта.
«Кындыкан», руководимого его инициатором и идейным вдохновителем Маргаритой Поповой. Я ознакомилась с сигнальным вариантом сказки в августе после нашего знакомства и разговора с Маргаритой. Сразу же скажу, что сказка мне очень понравилась своим сюжетом, яркими иллюстрациями и особенно тем, как представлен самобытный мир девочки родом из одного из малочисленных коренных народов российского Крайнего Севера – эвенов. Художественное творчество и эстетика эвенов всегда были связаны с такими традиционными видами деятельности, как оленеводство, охота и рыболовство. Все это отображено и в сказке о Кындыкан. Связь девочки с животным миром и миром духов предков ясно проходит сквозной линией через весь сюжет. История девочки учит, что жизнь в экстремальных условиях Севера требует особенного характера, мудрости, личностных качеств и навыка выживания. Кындыкан не страшат трудности, она выживает наперекор судьбе и в дальнейшем становится прародительницей семейной династии. В сложных периодах её приключений мы встречаемся с животными, которые становятся для неё друзьями, она верит им, как своим родным людям, они становятся для нее родственниками. В сказке особое место занимают шаманские духи и животные–помощники. Например, в разделе сказки “Души-искорки” звенит песня бубна: “Приходите, духи-помощники! Хворь гоните туда, откуда взялась, смерть чужую от наших земель да подальше”. Вышел первым кьяга-медведь, традиционно считавшийся у эвенов прародителем и сородичем. Олень для эвенов – главный источник жизни, он даёт пищу и одежду, без него не обходится ни одна кочевка. Сказка ярко иллюстрирует глубину знаний эвенов о животных, их образе жизни и повадках, их местах обитания. Встречи Кындыкан с горностаем, волком и волчицей, вороном и снежным человеком Чучуной доходчиво передают читателям связь эвенов с родной природой. Сказка мне напомнила моё далекое детство, когда я маленькой девочкой кочевала с родителями, братишками и сестрами по тайге, где каждый день я слышала певучую мелодию родной эвенской речи. Я вспомнила, как каждое утро просыпалась от запаха вареного оленьего мяса, запаха свежего настила в палатке, гомона приближающегося оленьего стада. На мой взгляд, сказка воспроизвела хрупкий и уникальный мир эвенского детства удачно, а самое главное – с художественным чутьем и особенной теплотой. Я думаю, что внимание читателей должны привлечь крылатые изречения или поучения из таёжной жизни. Например: «На Севере никто не охотится ради забавы, зверя в тайге добывали по надобности. Никогда не брали больше, чем нужно: пожадничаешь, сам в силки попадешь. Мал зверёк, а хитростью силен» и так далее. И мне, как бабушке и прабабушке, очень оказались близки по духу нравоучения бабушки Кындыкан. Главной ценностью сказки о Кындыкан я считаю её воспитательное содержание: она несет свет добра, справедливости и уважения к богатому культурному наследию эвенов, их духовным ценностям и уникальным знаниям о животном и растительном мире родного края. Мне бы хотелось пожелать этой прекрасной сказке и всему проекту «Кындыкан» большой удачи и новых творческих побед!
Кейметинова Александра Давыдовна, заслуженный учитель Республики Саха (Якутия), почетный работник образования Российской Федерации, почетный гражданин села Тополиное
Томпонского района Республики Саха (Якутия)
В уютной кухоньке резвились озорные солнечные зайцы: вприпрыжку по цветочным обоям, галопом к дверце брюзги-холодильника да прямиком на макушку старинных настенных часов.
«Так-так-так…», – ворчали часы, но больше для важности – прежде и им доводилось спешить.
За этим танцем солнечных зайцев, следила, сидя за круглым кухонным столиком, маленькая девочка лет шести. Он занимал ее куда больше, чем урок вышивания, который зачем-то затеяла бабушка.
– Прошлое и будущее – два конца одной нити, – тихий бабушкин голос разлился по кухне, словно кисель, загоняя всех зайцев обратно за занавеску.
– Вот возьмет мастерица нить и, ловко бусину за бусиной нанизывая, складывает узор. Стежок за стежком прошлое и будущее друг за другом гонятся, след в след бегут упряжками, однажды переплетаясь, да так никогда и не встретившись, – и, словно по книге, она водила пальцем по расшитому фартуку, а после снова брала иголку, и под ее умелой рукой вырастали сочные ягодки-бусины, где по одной, где целыми горстями.
– А у меня не получается! – пожаловалась внучка, отбросив в сторону свой едва начатый фартук.
Бабушка тепло улыбнулась, разгладила руками брошенное рукоделье: кособокие стежки глядели обиженно.
– Это ничего: приноровишься, внучка. Когда-то и я иголку держать не умела, да упэ1 помогла.
– Упэ? – удивилась девочка незнакомому слову.
– Упэ – моя бабушка, – пояснила старушка. – А мою упэ ее упэ учила, как теперь я тебя.
– И тебе тоже было скучно?
– Немного, – гусиные лапки морщинок рябью побежали по лицу: бабушка рассмеялась. – Но моя упэ говорила, что вышивка – это как книга, где все происходящее с нами описано, а узоры иногда и ожить могут.
– Гляди, – она взяла свой расшитый разноцветным бисером передник. – Вот люди, взявшись за локти, в круг идут солнцу подражая. Тут олени ветвисторогие навстречу небу мчатся. Здесь птица взлетает, зверек бежит, следы оставляя, а паук паутиной судьбы накрепко свяжет, что не расплести.
Но девочка сколько ни всматривалась, никаких людей с оленями не видела, только круги и квадраты. Слушала и не понимала. Хоть у самой в глазах душа Севера так и пела, но пока на незнакомом ей языке.
– Хаайя-найя, найя-нга-нга, хайя-найя, найя-нга-нга, – запела бабушка колыбельную из своего далекого детства.
И, будто подхватив мотив, солнечные зайцы опять заплясали по кухне, выскакивая то тут, то там. А самый маленький и шустрый запрыгнул в бабушкин туесок2, что на столе стоял, да как засверкает радугой!
Залюбовалась девочка.
– Что это так в туеске блестит, бабушка?
– А ты посмотри и узнаешь, – только и услыхала в ответ.
Заглянула в туесок девочка – среди пакетиков с костяным бисером лежит обмотанный шнурком серебристых оленьих волос маленький розовый камень, а вкруг него радужные зайцы точь-в-точь люди в танце солнца кружатся.
Обернулась к бабушке: и на фартуке бисерные человечки тоже затанцевали, а с ними олени, птицы, звери. Полилась песня рекой и история, что случилась давным-давно, но по сей день отголоски ее слышны. Послушай и ты, друг.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.