Книга написала простым и интересным языком. Много примеров и аналогий между работой юриста в суде и древним искусством самураев. Увлекательное чтение, можно освоить ряд судебных приемов и получить новый пояс)
Книга написала простым и интересным языком. Много примеров и аналогий между работой юриста в суде и древним искусством самураев. Увлекательное чтение, можно освоить ряд судебных приемов и получить новый пояс)
Когда я впервые читала этот том, то он был поделен на две отдельные книги, первая из которых продвигалась очень тяжело, так как в ней основное внимание было уделено складывающейся в тридцатых годах прошлого века внутриполитической ситуации в СССР и нарастанию террора, приобретающего все больший размах, затрагивающий всех и каждого, от простого рабочего до члена Политбюро, от крестьянина до работника НКВД, вчера еще вершившего суд над чужими жизнями.
Тем интереснее было сравнить впечатления и подтвердить своё мысленное предположение о том, что спустя время, уже зная сюжетную линию основных героев, другую, не менее важную и значительную часть будет читать интереснее.
На деле так и оказалось. И даже имея уже больше в своем читательском багаже на тему репрессий и тоталитаризма по сравнению с прошлым, чтение от этого не становится легче. Страшно читать о том времени, страшно представлять всю ту атмосферу невероятного страха, пронизывающего все сферы жизни отдельного человека и все слои населения сверху донизу.
От обвинений в шпионаже, подстрекательстве, вредительстве не был застрахован никто. Любая оплошность, простая оговорка, опущенная рука на общем собрании, родственные и личные связи, честность и открытость, да мало ли еще поводов для ареста (нет невиновных, есть наша недоработка), могли потянуть за тобой такие ниточки и веревочки, из которых образовывался всё ширящийся круг подозреваемых и виновных.
Именно отличной передачей гнетущей атмосферы тех лет и попыткой проникнуть в сокровенные мысли вождя и постараться максимально полно отобразить их, примечателен роман-трилогия
Понятно, что любое мнение субъективно, но за всем написанным чувствуется личный горький опыт, огромная проделанная работа и боль за свое поколение, свою страну.Судьбы героев, которые складываются по разному, но общим знаменателем коих является ежедневный страх за свое настоящее и будущее, отлично иллюстрируют атмосферу тех лет, усиливая невыносимо тягостное ощущение от погружения в эпоху, в очередной раз повергая в ужас от человеческой жестокости и низости, напоминая, что человек человеку - волк...
Даже уже имея некоторое представление о том времени, зная основные сюжетные линии, чтение романа от этого не становится легче и проще. Каждый раз словно заново проживаешь с героями каждый миг их судьбы, и хотя история не имеет сослагательного наклонения, но вопреки всякой логике надеешься, что все еще обойдется. НЕ ОБОШЛОСЬ....
С этой серией не хочется останавливаться, читаешь книгу за книгой в погоне за счастливой судьбой героев, но все совсем не так. Все больше растет культ Сталина, в стране устанавливаются новые порядки. И как правильно названа книга - Страх. Повсюду страх, боятся всего и всех, каждого шороха, люди перестали общаться друг с другом.
В этой книге нам автор проолжает рассказывать историю Саши и Вари. Отбыв срок в лагере, Саша возвращается, но понимает, что в Москву он не может вернуться (да, да, такие были правила) и он ищет свое место, там где он будет нужен, там где он сможет работать.
На фоне мирной жизни Саши Панкратова, автор нам повествует о жизни Сталина, о судьбе его соратников, работе ЦК, Наркоматов и очень подробно описыавет всю политическую мощь вождя, ведь в этой книге у Сталина уже достоточно механизмов воздействия на аппарат, его слова не обсуждаются, приказы исполняются беспрекословно. И тут понимаешь, что человеческая жизнь ничего не стоила, главное расстрелять лидеров, чтобы остальные боялись и не вздумали мыслить иначе. Что же ждет Сашу? Встретятся ли они с Варей? Будет ли у них счастливая семейная жизнь? Пока они об этом даже не думают, главное выжить всеми силами и способами. И вот вторая часть книги прочитана, и впереди ждет третья часть, ну что же, начнем ее.
– Послухай, сынок. Никто тебе не подмогнет. Нынче, сынок, кругом все боимся.
Очень точное название выбрал автор для второй книги своего цикла. Именно Страх – определяющая тема романа. Страх перед настоящим, перед будущим. Страх за свою жизнь и свободу. Страх за родных и близких. Страх неизвестности. Страх сказать не то слово не в том месте. Страх помочь не тому человеку.
Страх съел в людях доброту, милосердие, совестливость, все съел.
Кое-кто просто принимает все как должное, делает то же, что и другие. Кто-то свято верит, что так и должно быть. А кто-то испытывает отвращение к самому себе: почему подчиняюсь, почему промолчал, почему поднял руку, как все? Но в душе уже сидит червячок безысходности: к чему сопротивляться, зачем пытаться кого-то защитить? Этим не поможешь, навредишь только, а сам ни за что вслед за ними отправишься. Еще и других за собой потянешь, а они-то чем виноваты? Лучше уж молчать, избегать, не вступать в разговоры и конфликты. Никому не доверять. А кто молчать и глаза закрывать не хочет – тому одна дорога… И некоторые выбирают пойти по ней добровольно, прежде чем их туда проводят насильно.
Очень по-разному складывается жизнь у знакомых нам еще с первой книги героев. Каждый поступает в соответствии со своей натурой, но обстоятельства меняются, и кто-то может раскрыться и с новой стороны. И чувствуешь, как отношение к некоторым из них постепенно изменяется. Одних начинаешь невольно уважать, несмотря на первоначальную неприязнь, другие вызывают еще большее отвращение, чем раньше, но есть и такие, зародившаяся симпатия к которым только возрастает и тем сильнее продолжаешь за них переживать.
Почти каждый из героев романа чего-то боится. За три прошедших года многое изменилось. По всей стране идут громкие процессы разоблачения «врагов народа». Каждый день арестовывают все новых людей. Во всех сферах идут масштабные чистки. Любое слово, любое неверное движение может стать роковым, может стать предлогом для вынесения приговора целой семье. Никто не застрахован. И каждый боится. Редко кто решается прямо сказать, что думает. Разве что намеком. Система ломает людей, заставляя близких и друзей становиться чужими людьми, подозревать каждого и от каждого ждать толчка в спину. И молчать, любые мысли держать при себе. «С кем вы вели антисоветские разговоры?..»
Очень немного остается таких, кто этому страху не поддается. Кто так же, как и раньше, готов помогать другим. Не бездумно, не напоказ, но дельно и вовремя. Готов стать опорой, поддержать в трудную минуту, не отвернуться, не дать сломаться и опустить руки. И такие люди вызывают безмерное уважение и восхищение.
Кто-то становится предателем и доносчиком – по собственной слабости. Его даже терзают иногда сомнения, имел ли он право на свой поступок. Казалось бы – мелочь, ничего такого, а кому-то стоило жизни и свободы…
Ужасно... Когда же он стал таким дерьмом? Ведь он искренне верил во все это.
Но не чувствуется настоящего раскаяния. Скорее, желание оправдать себя в собственных глазах, заглушить голос совести уверенностью, что по-другому нельзя было. Ведь представься возможность все вернуть – разве не так же поступил бы он и во второй раз?
Другой пытается строить жизнь заново, как умеет. Ему нередко везет, если это слово здесь уместно. Мир все же не без добрых людей. Вот только долго ли будет это везение продолжаться? Очень уж ненадежной стала жизнь в 1937 году…
А кто-то просто живет в вечном ожидании. Звонка. Письма. Телеграммы. Короткой встречи перед новым расставанием на неизвестно какое время. И в этом ожидании сосредоточена вся жизнь и надежда.
Автор глазами своих героев показывает нам жизнь самых разных людей того времени. Жизнью и судьбой каждого человека проникаешься, ни к кому не остаешься равнодушным и безучастным. Все герои, даже те, что мелькнули буквально в паре строчек, получились настоящими, живыми, чувствуется, что такие или похожие на них люди действительно существовали. Ощущаешь в каждой странице жизнь целой страны.
Оставьте людям хотя бы право на их собственные страдания.
«Политическая» часть в этой книге дается намного тяжелее, чем в первой. После второй части понимаешь, что первая была еще очень даже светлой и оптимистичной. Бесконечные описания подготовки судебных процессов, кадровых перестановок, затягивания гаек, арестов, допросов, пыток, расстрелов… «Страх» - то самое слово, которое наилучшим образом отражает все происходящее. Это действительно страшно. Жутко. Вот вроде все знаешь, о многом читала и раньше, но оттого впечатление еще более сильное. Тяжелейшее. Так хотелось бы, читая некоторые моменты, подумать, что это выдумка автора, художественное преувеличение. Хочется покачать головой и сказать: «Нет, такого не могло быть. Это немыслимо». Но, к сожалению, слишком хорошо известно, что не только могло, но и было. В каждой строчке книги Анатолия Рыбакова чувствуется боль за свою страну и свой народ.
А как просто эта книга написана, какой обманчиво легкий язык! И каким тяжелым катком проходится она по читателю, оставляя его под конец раздавленным от осознания того, что он только что прочитал. Но читать такие вещи нужно. Причем не ждать какого-то специального «настроя», а просто взять и прочитать. И вникнуть. И оглянуться. И задуматься…
Один чеченский поэт опубликовал стихи на смерть товарища Орджоникидзе. На собрании чеченских писателей их похвалили. Растроганный поэт ответил: «Когда умрет товарищ Сталин, я напишу еще лучше». Пришлось болвана расстрелять.
С некоторых пор я никак не могу понять, что значат слова, что в СССР жилось лучше, а при Сталине, мол, «зато порядок был». Да какой же это порядок! И что это за беспредельная ненависть к собственному народу?! И что за жизнь такая, если оговорка «умер Сталин» вместо «умер Ленин» - верная смерть!? А бюст Товарища Сталина, привязанный в машине веревками в целях сохранности – это прямо-таки Политическая Акция!!!!! Несознательность! Незрелость! Опасность для общества!!! Что за жизнь такая, если выводить ребенка перед школьной линейкой, скандирующей «Папа Оли – враг народа!» - нормально!!! А фотография любимого мужчины над кроватью вместо фотографии Сталина - измена Родине!!! И страх, предательства, доносы, шитые дела, расстрелы, этапы, смерти…
Бывшие друзья-товарищи разошлись в разные стороны: Юра Шарок – в НКВД, Вика Марасевич – за границу во Францию, Саша отбывает срок. А какие все разные!
Работать в НКВД и работать на НКВД – писать доносы и доносики – одна система, но уровень мерзости, которую при этом ощущаешь - разный. Система перемелет и выплюнет каждого, кого захочет, но кто-то останется человеком до конца, кто-то хотя бы попробует остаться человеком, а кто-то оправдает себя и с благодарностью примет недолговечную протекцию и защиту.
Надя и Варя – две сестры, родная кровь, но какие же они разные: ослепленная мыслями о партийной честности и безгрешности Надя, всерьез размышляющая, не придется ли ей донести на собственную сестру, и прямолинейная юная, но так верно все оценивающая Варя, готовая пожертвовать собой. Но не ради партии, а ради близких людей.
Что будет с ними?! С благородными и с подонками? С чистосердечными и с лицемерами? Наверное одно и то же – кто их пощадит, кому они нужны!
Просто удивительно… Прочитав первую книгу трилогии «Дети Арбата», я была уверена, что ничего по-настоящему шокирующего во второй книге меня не ждет… во всяком случае, мне казалось, что я готова ко всему… оказывается, я ошиблась… Первая книга «Детей Арбата», по сравнению со второй,- это очень оптимистичное произведение; в первой книге акцент делается на отношения между главными героями и на мысли главного параноика страны – товарища Сталина. Во второй книге на первый план вышли многочисленные аресты, пытки, расстрелы ни за что, процессы над людьми, которых обвинили в фашистской деятельности… в общем, бардак, который царил в стране во время «ежовщины». Вместо того, чтобы думать о приближающейся войне – а товарищ Сталин был уверен до самого конца, что нацистам не за чем нападать на СССР,- главный параноик всех советских коммунистов стал воевать со своим собственным народом, что и наталкивает на мысль о том, что мозги у него были явно не на месте. Товарищ Сталин, видимо, решив перестрелять всех поголовно, предъявляя всем подряд какие-то невероятные обвинения, устроил такую «чистку» в армии и партии, что, извините, «Ночь длинных ножей» в Германии с ней и рядом не стояла! Невольно приходит в голову мысль: кто же был более ненормальным – Гитлер или Сталин?.. Завидев под своими окнами «черный воронок», люди приходят в неописуемый ужас, понимая, что чекисты опять пришли кого-то арестовывать… и этому нет конца, так как, боясь за свою жизнь, люди тянут руки на собраниях, поддерживая расстрелы ни в чем не повинных людей. Теперь под подозрением каждый, за одно неосторожно брошенное слово можно получить пулю в затылок… один донос – и ты уже в камере тюрьмы… Читая эту книгу, я испытывала целый спектр эмоций: от ненависти и отвращения до банальной жалости. Большинство героев второго тома вызывают у меня сильную неприязнь… например, Шарок и Вадим… но есть и такие герои, которым нельзя не посочувствовать: Саша Панкратов и его мать, Варя, которую я все больше уважаю, несчастный парикмахер, арестованный по доносу Вадима, сосед Саши и его матери, Михаил Юрьевич, который, желая остаться честным человеком, покончил с собой… И за что же этим людям такое несчастье? Может быть, Тухачевский и многие другие маршалы и генералы, во время гражданской войны сжигавшие целые деревни и убивавшие «кулаков», и заслужили такое наказание, но только не обычные граждане, которым просто некуда бежать из своей родной страны… Кажется, я начинаю понимать Вику… на ее месте я, может быть, поступила бы точно так же… Книга очень сильная, заставляющая задуматься о нашей жизни, и исторические факты, подтвержденные документами, делают ее по-настоящему страшной…
Эту книгу невозможно было назвать иначе. Самое точное её название - страх, и страшно на каждой странице, практически за каждого персонажа, вымышленного или исторического. Не за всех - отдельные вызывают только омерзение.
Страх - не только потому, что страшно написано о страшном, но и потому что слово "страх" - пусть не самое часто встречающееся в романе, зато всегда наиболее метко и к месту употреблённое. Каждый раз вздрагиваешь:
Ложь стала моралью общества, врут на каждом слове. И никто не восстает, все оболванены, околпачены, во всех вбит, вколочен страх. И в него вколочен страх, и он уже начал вязнуть в этом болоте. Господи, дай силы выстоять, не по горло вываляться в грязи.
На самом деле террор – это не только средство подавления инакомыслия, а прежде всего средство установления единомыслия, вытекающего из единого для всех страха. Только так можно управлять народом в его же, народа, интересах. Никакого народовластия никогда не было, нет и не будет. Не может быть власти народа, может быть власть только над народом. Самый большой страх внушают массовые тайные репрессии, и они должны быть и являются главным методом террора.
В этой стране ей делать нечего. Обрыдли хамство, зависть, пугающая неизвестность, лозунги и марши, вечный страх.
Его высокопоставленных пациентов сажают, высылают, и все его коллеги, все эти профессора и знаменитости дрожат от страха.
Сталин говорит одно, а делает совсем другое, на словах он за народ, на деле же он его запугал, страх и насилие – единственное орудие его власти. И если он, Саша, не может воспрепятствовать насилию, то он может не поддаваться страху.
Страх съел в людях доброту, милосердие, совестливость, все съел.
Никто ни во что не хотел вмешиваться. Люди тряслись от страха.
Ниночка, дорогая, я прошу тебя, образумься, успокойся, перестань бояться этого несчастного райкома, ведь там тоже каждый день сажают, они сами дрожат от страха. И оттого, что сами боятся, они тебя обязательно исключат и посадят.
Что делать, как жить? И надо ли жить? В страхе, лжи, притворстве. Повторять заученные, бессмысленные слова, покорно вставать, покорно опускаться на место.
Итак, роман про 1936-1937 год, про вершину страха во время сталинских репрессий. Как и в первой части цикла "Дети Арбата" - те же герои, несколько сюжетных линий, пересекающихся между собой. Однако в этой, второй книге, главный герой не Саша Панкратов. Главных теперь - двое. Второй - Сталин.
Сталин появляется часто. Во-первых, он лично планирует и управляет следственными процессами - первым и вторым Московскими процессами и делом Тухаческого, которое, конечно, правильнее назвать делом военных, так как после расстрела маршала было арестовано (а впоследствие расстреляны) тысячи офицеров и генералов. Попала в роман и подготовка к третьему московскому процессу, который завершился уже в 1938 году. Расстрелом Бухарина и ряда партийных деятелей, если кто не в курсе. Во-вторых, Анатолий Рыбаков, автор романа, пытается представить своё видение сталинской логики, сталинского поведения, сталинского вождистской миссии в его, Сталина же, понимании. Очень много много цитат набирается в романе именно из монологов Сталина с самим собой, когда он обдумывает дела грядущие.
Говорят, у него трудный характер. А у кого из великих легкий характер? С легким характером великих не бывает.
Но если партия – абсолют, то ее вождь – тоже абсолют. Вождь партии и есть высшее воплощение ее морали и нравственности. И то, что делает ОН, морально и нравственно. Другой морали и нравственности нет и быть не может.
Человек сильным становится только перед слабой властью.
Ленин угадал час, который предоставляет история истинному вождю для взятия власти. Но угадал этот час как великий революционер западного толка, которому история дала возможность проявиться на востоке. Он увидел слабость тогдашней власти, воспользовался этой слабостью, но причин ее не знал. Причина же слабости тогдашней власти заключалась в том, что русский народ, хотя и способен на редкий необузданный бунт, привык, однако, чтобы им управляли. Власть Керенского была слабой властью, она питалась иллюзиями о парламентской республике и должна была пасть. Парламентская республика немыслима в России, мужик со своим здравым смыслом сам хочет, чтобы власть держала его в узде.
Когда власть в одних руках, когда эта власть несокрушима, когда народ ее поддерживает, годится любая Конституция.
Для диктатуры пролетариата есть только один закон – интересы этой диктатуры. И для истинного чекиста не должно существовать других законов. А если существуют, значит, он не настоящий чекист.
Идея, основанная на ненависти к врагу, самая могучая идея, ибо создает атмосферу всеобщего страха.
Милосердие – это не политическая категория, милосердие – это из лексикона дамочек из благотворительного общества.
В романе Сталин настолько убедителен, что поневоле думаешь - будь Анатолий Рыбаков сталинистом, он бы, безусловно, сумел написать блестящий просталинский роман. Но автор всё-таки антисталинист, и он сумел передать нечто больше. Передать атмосферу всеобщего страха, о чём я уже написал, и обосновать идею т.н. "кадровой революции", которую и реализовал Сталин, проводя свои великие чистки прикрываясь сначала убийством Кирова, а потом борьбой с троцкистами.
Чтобы уничтожить врагов нынешних и будущих, надо прежде всего уничтожить врагов прошлых.
На смену старым большевикам, по мнению Сталина, должны прийти новые, его, сталинский, лишённые всякого сомнения в правильности своего дела.
И потому есть в романе ещё один персонаж, неодушевлённый, но ещё какой живой. Это Партия, в которой состоят миллионы, которую ОН (заметим, все личные местоимения, относящиеся к НЕМУ, Сталину, Рыбаков пишет только так, полностью прописными буквами) чистит во имя её же, прикрываясь её же интересами, как это делают все партийцы и чекисты. В интересах Партии Нина готова порвать отношения со своей сестрой Варей, но именно Варя спасает её, когда железные руки Партии тянутся к Нине, чтобы раздавить. В интересах Партии Тухачевский согласен ехать в Куйбышев, прекрасно понимая, что он уже в Партийных жерновах. Кровавыми пытками во имя Партии вырываются признательные показания у обвиняемых и во имя Партии на митингах люди единогласно требуют их расстрела. Ключевое слово единогласно, потому что "если он поднимет руку «против», тут же примут вторую резолюцию: «Осудить пособника врагов... и уведут в НКВД"
Рыбакову очень важен ещё один момент. Он никак не может примириться с тем, что всё происходящее дружно поддерживает творческая интеллигенция. И тут же ссылается: "Толстой, Леонов и Зощенко требовали расстрела Тухачевского. К ним следует прибавить и Пастернака, да, и Пастернак не устоял"; "Все подписали: и Всеволод Вишневский, и Василий Гроссман, и Тынянов, и Паустовский, и Константин Симонов, Антокольский, Федин, Шолохов, Фадеев, Тихонов, все, все… "; и много ещё фамилий писателей, которые кричали с газет «Никакой пощады врагам народа!». Понятно, что и у них выбора не было. Все прекрасно понимали, что рано или поздно, но карательная машина доберётся до каждого, и важно либо оттянуть этот момент как можно дальше, либо успеть вовремя умереть, как Горький. А какие ещё варианты, если ты известен, и все на тебя смотрят? Ну, или ещё способ - как это Михаил Юрьевич. Но самоубийство - тоже не вариант, конечно же, а, скорее, форма протеста, который всё равно никто не услышит.
Как и почему люди становятся стукачами, как сдают невиновных ради спасения собственной шкуры - Рыбаков показал на примере Вадима Марасевича. Тут не то чтобы собирательный образ, тут скорее всего собирательный сюжет. Стать сексотом можно по-разному, Марасевич дошёл до жизни такой добровольно-принудительно, и пусть больше принудительно и из страха (вечного и всепроникающего страха!), но ни жалости, ни оправдания такому человеку не может быть. Тем более что он и сам себе признаётся: И все же те попытаются как-то обелить себя перед детьми и внуками, скажут: «Такие были времена», скажут: «Заблуждались, свято во все верили», и, возможно, их поймут и простят. А вот клеймо «сексота» не смоешь никогда".
Система ломает всех. Даже Сашу Панкратова, главного героя (пусть он центральная фигура, но напишу я о нём гораздо меньше чем про Сталина). Кажется, что его не сломили тюрьма и ссылка (и вообще парню повезло, загремел в 35-м; случись такое парой лет позже, вывернули бы ему суставы на Лубянке и заставили потянуть за собой десяток-других, как например, заставил следователь Альтман Марасевича сдать ни в чём не повинного старого парикмахера Сергея Алексеевича за присказку про Троцкого). Так уж не сломили ли? Он до конца пытается быть честным, хотя бы сам с собой. Не принимая правил игры, пробует выкручиваться, обрести номинальную свободу после освобождения из ссылки (заметим - свобода и освобождение вещи очень разные), не делать подлости. Он сохранил в себе честность и порядочность, что вообще очень трудно для того времени. Но единственный эпизод - с голосованием за расстрел Тухачевского - всё расставил на свои места. Проголосовал как миленький. Нельзя его за это осуждать - его голос против ничего бы не решил, только себе хуже сделал.
Страх опять победил.
Именно поэтому влюблённая в него Варя видится гораздо сильнее. Ей удаётся быть сильнее и независимее. Правда, только по стечению обстоятельств: учась на вечернем, она может не участвовать в собраниях на работе, а прикрываясь работой, уворачиваться от подобных мероприятий в институте. Сюжет, конечно, искусственный: смелая Варя не боится говорить что думает. В 37-м на неё бы быстро стуканули.
Следователь Шарок, Варя Иванова и её партийная сестра Нина, Саша Панкратов, Вадим Марасевич и все прочие - они дети Арбата, а как сложилась судьба у каждого... Страх и раскол общества, подавление свободомыслия и многочисленные митинги. Одному ли мне кажется после прочтения этой книги, что история пошла на второй виток?
P.S. Я слушал аудиоверсию в озвучке Александра Бордукова. Прекрасный чтец, умеющий настолько незаметно менять тембр голоса, что по первым словам понимаешь - эта глава про Варю; эта глава - про Сашу. А вот еле уловимый акцент и чуууть медленное произношение - ну, значит, ОН.
Ну вот и прочитан мной второй том трилогии Анатолия Рыбакова.
Если в первой книге рассказывалось больше о главных героях, то вторая книга целиком и полностью сведена к политике и личности товарища Сталина.
Я совершенно искренне не могу понять КАК этого тирана могли сделать символом эпохи. Как этого зверя могли идеализировать настолько что на него чуть ли не молились. Почему зверь? Все просто.
Ради власти он был готов на все, даже идти по головам. Примем, этому человеку было все равно кто перед ним - если товарищу Сталину был неугоден человек, на него сначала давили, шантажировали, заставляя признаться в том, чего человек на самом деле не делал. Если обвиняемый стоял на своем - действовали самым жестоким -забирали и убивали его семью, ну а когда человек был внутренне сломлен - он признавал все, ибо терять ему было уже нечего.
Что уж говорить о других, если он сгноил в тюрьмах и расстрелял самых близких. Тех, кто его по-настоящему любил.
Брата первой жены Сталина Екатерины Семеновны Сванидзе, старого большевика Александра Семеновича (Алешу) Сванидзе арестовали в 1937 году и через пять лет - в 1942 году - расстреляли. Тогда же – в 1942 году – в лагере в Казахстане погибла его жена Мария Анисимовна. Их сын Джоник (Иван Александрович) сидел в тюрьме вместе с уголовниками и был освобожден только в 1956 году. Сестра первой жены Сталина Екатерины, Марико, была арестована в 1937 году и очень быстро погибла в тюрьме. Анну Сергеевну Аллилуеву, сестру второй жены Сталина Надежды, арестовали в 1948 году, приговорили к десяти годам тюремного заключения. Она сидела в одиночной камере Владимирской тюрьмы и была освобождена после смерти Сталина. Ее мужа Станислава Францевича Реденса расстреляли в 1938 году. Павел Аллилуев, брат жены Сталина Надежды, служил в бронетанковом управлении, пытался защищать невинно репрессированных сотрудников, после чего Сталин перестал его принимать. В 1938 году Павел неожиданно скончался в возрасте сорока четырех лет. Его жену Евгению Александровну Аллилуеву арестовали 10 декабря 1947 года и приговорили к десяти годам тюремного заключения. Когда. Евгению Александровну 2 апреля 1954 года освободили, она уже в Москве, придя домой, сказала сыну: «А все-таки наш родственник нас освободил». Она не знала, что Сталин уже год как умер. Киру Павловну Аллилуеву, дочь Павла и Евгении, арестовали в 1948 году и освободили после смерти Сталина. Сын Сталина от первой жены Яков летом 1941 года попал в немецко-фашистский плен, вел себя мужественно и погиб при невыясненных обстоятельствах в 1943 году. Его жену Юлию арестовали в Москве осенью 1941 года и освободили вскоре после гибели Якова
Этим все сказано. После этих строк, признаюсь честно, мне стало до того любопытно, что я нашла информацию в интернете. И мягко говоря, я была просто в ужасе не столько от того, что это были не только реальные люди. сколько от того, что это действительно происходило. И что Сталин был способен на такое.
Что касается главных героев, то о них во втором томе сказано очень мало. Хотелось бы больше информации, но и из того, что сказано, можно сделать вывод о том, что ничего хорошего Варю, Сашу, Лену и Ниночку не ждет. А стукачей - тем более.
Этот том понравился меньше, чем первый. Признаться честно, все эти звания, съезды, пленумы, все эти перечисленные люди, чины и звания меня усыпляли. Их слишком много в одной книге и в одном месте. Настолько много, что я даже не пыталась запомнить их всех.
Но тем не менее, это очень хорошая книга, которая открывает настоящего Сталина и показывает его сущность. Именно того безжалостного тирана и диктатора, каким он был. А не святого, на которого чуть ли не молились.
Возможно, многие будут со мной не согласны. Это мое мнение, а любить Сталина или не любить - каждый выбирает сам.
Страх. Липкий, мерзкий, холодный страх смотрит со страниц этой книги. Страшно было за всех, за каждого героя, даже за тех, кто вызывал негатив. Потому что, жить в то время и не боятся, мне кажется, было невозможно. Саша три года жил надеждой на освобождение. И что же? Он на свободе, но не свободен от страха. Каждый день, даже каждый час может стать последним днём и часом свободы или жизни. Нужно жить так, как живут все. Нужно думать так, как думают все. Нужно говорить так, как говорят все. Не высовываться, не иметь своего мнения, и предавать тех, кому раньше был верен. Это страшная книга, но прочитать её нужно.
Дети Арбата - 2 Маразм крепчал. И пока вся Европа хватается за голову от Гитлера, товарищ Сталин борется с внутренним врагом, то бишь с народом. Головы летят одна за другой, имена громкие и самые неизвестные. Не было двора в Москве, куда не приезжали бы ночью и не забирали бы людей. Страх стал частью существования, ни одна живая душа не могла чувствовать себя вольготно в это время. А партийные чиновники, которые старались больше всех пересажать и угодить, сами попадали под раздачу. Ну не нужны товарищу Сталину свидетели.
Конечно, никто уже не скажет, о чем думал этот вождь в действительности. Попытка проникнуть в мысли Сталина – это очень смелый сюжетный ход Рыбакова. С точки зрения истории может и не оправданный, но с точки зрения литературы – более чем. Мысли литературного Сталина приводят в замешательство, заставляют сомневаться в его психологическом здоровье. Это человек, который хотел взять на себя ВСЁ, даже то, что ему не принадлежит. Подделка документов о революции, расстрел ленинского окружения, показные суды, массовый террор собственного народа – ни перед чем не остановится ради достижения единоличного могущества без всякой даже бессловесной оппозиции. Этот литературный Сталин не вызывает ничего, кроме омерзения. Если реального Сталина обуревала хотя бы половина тех мыслей, что описал Рыбаков, то ему уже не место среди высшего эшелона власти. Не поддаться Рыбакову невозможно. В конце некоторых глав он приводит сведения – расстреляно столько-то, в лагерях столько-то, а после громких процессов даже пофамильно. Бери википедию и проверяй, недоверчивый читатель! А мне пора отправляться дальше, на горизонте виднеется Великая Отечественная Война, как там к ней готовится товарищ Сталин?
Yorum gönderin
«Путь литигатора. Чему самурайский кодекс может научить судебного юриста» kitabının incelemeleri