Посвящается моим детям Дамели и Кариму
Корректор-редактор Шолпан Алтайбаева
Иллюстратор Назика Сабирова
© Назика Сабирова, 2021
© Назика Сабирова, иллюстрации, 2021
ISBN 978-5-0053-1115-3
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Хочу выразить огромную благодарность за помощь в создании этой книги моей дорогой подруге Аляке Закария, которая помогла этой книге выйти в свет и которая всегда рядом, моей любимой мамочке Шолпан Алтайбаевой как редактору, корректору и главному критику и за то, что верила в меня, талантливой художнице Александре Али @alexandraaliart, которая ставила мне руку в написании иллюстраций, моей любимой сестре Рокси за технические моменты и поддержку. Моим самым чудесным подругам, которые всегда меня поддерживают, верят и принимают меня, а именно Лауре, Назире, Пике. И, конечно, моим детям Дамели Абулхатаевой и Кариму Абулхатаеву, появление которых сподвигло меня создать это творение. И всем, кто был, есть и будет рядом.
Идея этой книги произошла из ниоткуда, а может быть, сыграли роль гены, доставшиеся мне от моего аташки Жусупа Алтайбаева – он был известным журналистом и писателем. Также в детстве я зачитывалась любимыми сказками, повестями и рассказами, наверное, как и большинство детей тогда. Нас манил таинственный мир книги, когда персонажи оживали на страницах книг и мы ощущали все чувства и образы. К сожалению, сейчас к книге утрачивается интерес из-за прихода гаджетов.
При написании этой книги я входила в поток, когда слова и чувства просто лились, находя нужные обороты и сцены. С рисунками оказалось сложнее, но желание нарисовать их самой одержало верх. В книге есть элементы сказкотерапии, хотя это не было целью, а родилось уже в процессе. Как и во многих произведениях, я постаралась донести, что добро всегда побеждает зло и что надо всегда верить в хорошее.
Я верю, что прочтение этого произведения повлияет положительно и надолго останется в памяти ребенка. Цель этой книги – никогда не сдаваться, верить в высшие силы, в добро и любовь.
Ветер нагрянул неожиданно, подлетев к кустам пушистой сирени, он впитал в себя фиолетовый аромат, поднялся к верхушке ели, закрутился, зашелестел страницами книги, лежавшей на подоконнике, словно прочитал ее, зазвенел колокольчиками на двери и распахнул окно, желая напомнить всем, что пришел новый день. Ника только проснулась и лежала, наблюдая за солнечными зайчиками от кристалла, висевшего на окне. Ветер качнул его, и цветная радуга залила комнату. Нике было десять лет, она была очень хорошенькая, с золотыми кудряшками, носиком-курносиком и веселыми карими глазами. Она жила в цветочном доме вместе с мамой. В цветочном? Да-да, в цветочном доме, так называли все в округе их дом, который построил ее папа. Папа Ники уехал в далекую экспедицию, и она не видела его несколько лет. А потом они получили письмо, после которого мама плакала, там было написано, что он и несколько его друзей пропали. Ника очень скучала по отцу, но он остался лишь в ее воспоминаниях, иногда он приходил к ней во снах, и тогда Ника не хотела просыпаться, она все еще верила, что он вернется. Никина мама очень любила цветы и сажала их повсюду: на балкончиках, на крыше, на стенах – повсюду росли дивные ароматные цветы, мама Ники была известной травницей и кулинаркой. Цветов было великое множество, все они были разные, разноцветные, большие и маленькие, и все это смешивалось в одну картину, нарисованную художником яркой палитрой красок, все это великолепие благоухало, да так, что этот дивный аромат разносился по всей округе. Ника тоже очень любила цветы и часто помогала маме сажать их, мама отвела ей специальное местечко в саду, где Ника сама сажала цветы, которые она любила больше всего.
Дом был небольшой, но очень уютный, стены дома обвивал дикий виноград вперемешку с хмелем и голубой вьющейся гортензией, на балкончиках яркими огнями вспыхивали ноготки и алела герань. Дом с садом обрамляла высокая живая изгородь из вечнозеленых туй. При входе гостей встречал чубушник, которого часто путают с жасмином, с его белыми душистыми цветами, возле него россыпью гнездились голубые незабудки, кивали головками синие колокольчики. Дальше каменистая тропинка огибала дом справа и выходила в сад, где взору открывалась изумрудная полянка с возвышающейся на ней красавицей голубой елью в обрамлении бело-розовых чайных роз. Зимой эту ель наряжали новогодними игрушками и гирляндами, Ника звала своих друзей, и они устраивали веселые игры со снежками, водили хоровод и лепили смешных снеговиков. Дальше за поляной росли кусты бульденежа, или калины, что в переводе с французского означает «снежок», такие круглые шарики из белых цветков. Если пройти дальше, обогнув все это великолепие, взору открывалась еще одна полянка, соседствующая с прудом, где жили малахитовые лягушки, плавали золотые рыбки, весело виляя хвостиками между розовых и белых кувшинок. Справа от пруда Ника разбила свой садик, где росли майские ландыши, склоняя нежно свои головки и источая при этом невообразимый тонкий аромат. Чуть поодаль пышнели великолепные пионы. Ника лежала на валуне, возвышавшемся посередине цветков. Она всегда загорала здесь после купания в пруду. Под широкими полями ее панамки виднелись золотые кудряшки, Ника лежала и напевала какую-то песенку. Рядом с ней сидел ее любимый кот Пуссик. Он щурил свои изумрудные глаза, но было видно, что ему тоже очень нравится нежиться на солнышке. Иногда он пытался поймать рыбок, плавающих в пруду, но ему никогда не удавалось это сделать, он боялся воды и всегда, намочив лапки, отступал назад. Сегодняшнее утро было такое же, как и все, но оно стало особенным, а почему, вы узнаете дальше.
Пока Ника и Пуссик грелись на солнышке, где-то через черепицы домов, леса с зелеными кронами и петляющие дороги жил мальчик, которого звали Кай. Ему было одиннадцать лет, он был очень послушным мальчиком, всегда помогал по хозяйству родителям и успевал присматривать за младшими братьями и сестрой. У них была ферма с барашками, курочками, гусями и большим огородом, где папа Кая выращивал различные овощи и фрукты. Мама Кая была рукодельницей, она пряла из шерсти барашков теплую одежду на зиму, делала мягкие подушки из гусиного пуха. Все, что они выращивали и производили, они продавали в своем магазинчике, который примыкал к стене их дома. У Кая, как и у каждого мальчишки его возраста, было секретное место – большой дуб, который рос в поле, на самой границе с лесом, он любил туда залезать и смотреть на закаты солнца, причудливые облака, звездное небо и бескрайние просторы. В то утро Кай проснулся в хорошем настроении, он, как обычно, проснулся, потянулся, сел на кровати, просунул ноги в тапочки, как вдруг он почувствовал острую боль.
– А-ай!!! – вскрикнул мальчик, задрав правую ногу так, что тапок, слетев с его ноги и пролетев через всю комнату, минуя кроватку сестренки, упал прямо на лоб младшего братика.
– А-а-а!! – завопил братишка, ничего не понимая спросонок, и, захныкав, начал звать маму. Каю стало смешно, но в то же время он почувствовал жгучую боль от укуса.
Спящая младшая сестренка, услышав вопли братьев, продолжала спокойно спать, уткнувшись носиком в большущего медведя, с которым она засыпала.
Услыхав, что что-то происходит наверху, мама, готовившая в этот момент вкусные ванильные блинчики, поспешила наверх.
– Что случилось, солнышко? – спросила мама, прижимая к себе младшего братика. Кай в это время, держа ногу и ощущая острую жгучую боль, увидел, что его большой палец начал распухать.
– Меня кто-то укусил, мама. И я нечаянно попал братику тапком в лоб, – сказал Кай.
Мама улыбнулась, успокоив братишку.
– Ну-ка, дай посмотрю, мой дорогой.
Она подошла к Каю:
– Похоже на осиный укус, ты видел осу?
– Нет, – ответил Кай. – Что-то было в тапочке.
Мама осторожно взяла тапок Кая, встряхнула его, и оттуда выпала мертвая оса.
– Вот она, видимо, ты ее раздавил, когда надевал тапочки, потерпи, сейчас я принесу мазь, – сказала мама, нежно поглаживая Кая по больной ноге. Кай улыбнулся сквозь боль, мамины слова окутали его теплом, и казалось, что боль начала стихать. Мама подошла к дочке, понюхала ее щечку и прошептала:
– Тая, вставай, доброе утро, цветочек.
Дочка спала и улыбалась. Вдруг все почувствовали какой-то странный запах, и в лучах солнца, просвечивающего через шторы, стало заметно, что воздух в комнате становится голубоватым.
– Мои блины!!! – воскликнула мама. – Я совсем про них забыла!!!
Спустившись вниз, мама увидела сковородку, на которой лежала черная лепешка, дым устремлялся вверх в трубу.
– Ну ничего страшного, – успокаивала саму себя мама. Она распахнула окна, смотревшие в сад, оттуда повеяло свежей скошенной травой. – Это всего один блин.
Она положила сковородку под струю воды, взяла в шкафчике мазь от укусов и других неприятностей и поднялась снова наверх. Кай так же сидел со своей ногой и тщательно изучал ее. Мама открыла баночку с мазью, она сама готовила ее из лечебных трав, росших на поле, она намазала палец Кая.
– Вот и все, скоро все пройдет, – сказала мама. – А теперь все умываться и завтракать, нас ждет папа.
Она подошла к дочке, Тая уже просыпалась, она, потягиваясь, снова свернулась в калачик.
– Тая, вставай. – Мама обняла дочку и подняла ее.
Когда мама и дети, уплетавшие за обе щеки ванильные блинчики, сидели и завтракали, зашел папа, он был очень добрым, всегда шутил, у него были золотые руки, он мог все починить, подарить вторую жизнь практически всем вещам, все в округе знали и уважали его. Он починил старой соседке-бабушке печку, другой семье он построил детский городок, третьим он заменил прохудившуюся крышу. Он очень рано вставал, проверял свою ферму, всю живность, кормил барашков, приводил сад в порядок.
– Доброе утро, мои родные! – улыбнулся папа.
– Папа, папа, папочка! – Дети облепили его со всех сторон, только Кай оставался сидеть на своем месте.
– Доброе утро, папа! – сказал Кай. Вы не подумайте, что Кай… Нет, он не был обижен и рассержен на отца, просто он был уже довольно взрослым мальчиком и не любил телячьи нежности. Папа потрепал Кая по волосам.
– Садитесь за стол, ешьте хорошо, сегодня у нас важный день, – сказал папа.
Дети уселись на свои места.
– Завтра к нам приедет мамина подруга детства, нам надо подготовиться к этой встрече, она, наверное, останется у нас на несколько дней погостить. И, возможно, сегодня или завтра приедет человек, который хочет взять в аренду половину нашей фермы, – начал отец. – У нас сейчас не очень хорошее положение, из-за прошлогоднего урагана у нас пропала большая часть нашей шерсти, и поэтому, если мы не продадим часть фермы или не сдадим ее в аренду, нам придется полностью расстаться с ней.
Кай не мог поверить. Он молча выслушал отца. Он и представить себе не мог, что может потерять свою любимую ферму.
Мама заварила душистый травяной чай, и по всему дому разлился теплый аромат, она наливала чай отцу, в свете падающих лучей чай искрился на солнце и дарил свое тепло белоснежной чашке. Дети ели блинчики и рисовали вареньем узоры на тарелках. Кай почувствовал, что внутри него появился неведомо откуда взявшийся холодок, который пробежал от его живота вверх и подступил к его горлу, его глаза стали блестящими.
– Папа, мама, я не хочу делить ферму с кем-то, может, можно что-нибудь сделать?
– Кай, – ровным голосом сказал отец, – мы уже все решили, потом, когда дела пойдут на лад, мы обязательно выкупим ее у этого человека. Он будет уже скоро у нас, – посмотрев на часы, продолжал он. – Надо поторопиться, Кай, мне нужна твоя помощь, допивай чай и выходи, я буду тебя ждать во дворе.
Папа выпил залпом чашку вкусного чая. В это время на карниз села сорока, она как бы прислушивалась, о чем говорят на кухне, ее белая головка поворачивалась, она переступала с одной лапки на другую. Вдруг мимо сороки пролетела муха, и сорока раскрыла клюв, из которого выпало что-то блестящее и со звоном покатилось внутрь комнаты. Все мигом обернулись, Кай подбежал к окну, сорока взмыла вверх и скрылась за елью, Кай наклонился и взял шарик, это был золотой шарик.
– Что это? – в один голос спросили папа и мама. Кай раскрыл ладонь, на ладони лежал шарик, на нем была изображена голова кошки.
– Интересный шарик, как будто старинный, – сказал папа, повертев его. – Ну все, я жду тебя, Кай, – сказал папа, отдавая шарик сыну.
– Спасибо, дорогая, – сказал папа, ставя чашку на стол.
– На здоровье, – ответила мама, улыбнувшись.
Папа вышел. Кай почувствовал, как тревога нарастает в районе его груди, он перестал есть блинчик, отодвинул тарелку.
– Спасибо, мам!
Кай явно был очень расстроен. Мамины руки обняли сына.
– Не расстраивайся, мы обязательно выкупим потом нашу ферму, – сказала мама.
Кай опустил глаза, он не хотел, чтобы мама видела, что они стали блестеть. Кай вышел во двор, он окинул взором двор, сад. Как теперь они будут жить с кем-то тут? По натуре он был добрым мальчиком, но делить его родную ферму ему не хотелось. Надо что-то придумать, думал Кай, надо найти выход.
«Я найду деньги, обязательно найду!» – думал Кай.
Когда Ника ложилась спать, мама поднялась к ней в комнату почитать сказку, она задернула желтые шторы, на которых были изображены фигурки животных, и выключила свет. Мягкий свет ночника окутывал теплом детскую, Пуссик, устроившись поудобней в ногах Ники, замурлыкал от удовольствия, где-то вдалеке слышно было только сову-сплюшку.
– Сплю, сплю, – начинала свой ночной монолог маленькая сова.
В саду стало тихо, лишь ветерок пробегал по верхушкам деревьев. Около пруда росли ночные красавицы, которые распускались ночью. Своими желтыми цветами они тянулись к Луне, как к матери, источая неповторимый тонкий аромат, шлейф которого нежно стелился по саду. В темноте они слегка светились, и мотыльки, принимая их за огоньки, порхали вокруг них. С восходом солнца они закрывали свои лепестки, как будто боялись обжечься. В эту ночь было полнолуние, и они распустились во всей своей красе.
– Они жили долго и счастливо! – сказала мама, закрывая книгу, и повернулась к Нике, но она уже сладко спала.
Мама подоткнула одеяло, нежно поцеловала дочку в лоб. Она тихонько выключила ночник и вышла из комнаты. Когда в доме погас свет, Пуссик проснулся оттого, что почувствовал что-то странное, он поднял голову, раскрыл свои изумрудные глаза, что-то, что волновало его, исходило из шкафа, он тихонько спрыгнул с кровати и начал подходить к шкафу, было тихо, он принюхался – знакомый запах, да, он где-то встречал его, перед его глазами пронеслось множество картинок: мясо, мышка, ландыш, мыло, нет, не то, что же это? Он не мог понять, запах был знакомым, но вселял в Пуссика тревогу, но тут его прервал еле уловимый звон, доносящийся из сада. Он попятился назад от шкафа и, не сводя с него глаз, прыгнул на подоконник. Он должен был понять, что это звенело в их саду. Его взору открылся сад, освещенный лунным серебряным светом. Звук исходил справа, где светились ночные красавицы. Как вы знаете, у кошек еще и отличное зрение, а особенно в темноте. Пуссик вгляделся в летающих мотыльков, но это были совсем не мотыльки. Глаза кота широко раскрылись: это были маленькие человечки с крылышками, совсем как нарисованные, они порхали, как ночные бабочки, то и дело касаясь нежных желтых лепестков, от них исходило голубое сияние. Пуссик спрыгнул с подоконника и прыгнул к Нике, девочка сладко спала, ее лицо было спокойным и безмятежным, золотые кудряшки лежали на подушке. Ей снился сон, что она летит во Вселенной, среди сияющих звезд, выше облаков, тут она миновала грозовые облака с молниями, холодным пронизывающим дождем, капли падали на нее, она чувствовала, как они щекотали ее лицо, она летела еще выше, но дождь не прекращался. Тут Ника открыла глаза – ее облизывал Пуссик.
– Пуссик, зачем ты меня разбудил? – спросила Ника.
– Мур-р, мяу, – ответил ей кот, прыгнув на подоконник. Переминаясь с одной лапы на другую, Пуссик поднял правую лапку и провел ею по стеклу, глядя в сад.
– Сейчас поздно гулять, Пуссик, – сказала Ника, переворачиваясь на другой бок. Но кот не унимался.
– Мя-яу, мя-я-яу, – еще громче замяукал кот. Встав на задние лапы, он принялся скрести коготками по стеклу.
Ника поняла, он не даст ей спать. Она встала и подошла к окну. Луна нежно окутала ее своим серебром. Она открыла окно, и первым, что она заметила, были ночные красавицы и странные бабочки, летавшие около них. Они летали не как бабочки, они останавливались, как пчелки, и некоторые из них летели вместе, от этого они и казались необычными. Ника внимательно пригляделась к ним и поняла: это были не бабочки – это были маленькие человечки с крылышками! От удивления ее глаза широко распахнулись. Это сон, ей это снится! Эльфы! Да, конечно, эльфы, ожившие со страниц ее любимых сказок. Тут она услышала едва уловимый звон, будто тысячи маленьких колокольчиков звенели, и эта чарующая мелодия проникала в каждый уголок сада. Она так захотела увидеть эльфов поближе, но как выйти? Мама уже спит, а одной выходить в сад без спроса ей было нельзя.
Кай совсем погрузился в свои мысли, как вдруг услышал, как к дому подъехала машина. Он нагнулся и начал пробираться к ней, чтобы никто его не заметил. Еще немного, и он оказался лежа под ней. Он увидел, как ноги, обутые в ботинки, прошли мимо него и зашли в дом.
Не теряя времени Кай вылез из-под грузовика, обогнул его, поднял плотную ткань сзади и запрыгнул внутрь. В грузовике было темно и прохладно. Он сел на циновку, прислушиваясь к звукам. Отец и человек в желтой рубашке еще разговаривали. Кай не мог и подумать, что он может делить свою родную ферму с каким-то незнакомым человеком, и решил сам встретиться с ним и как-нибудь помешать ему, поговорить с ним или просто узнать про него. Четкого плана у него не было, но просто сидеть и ждать он не хотел.
Когда они поговорили, человек сел за руль, завел машину, и они поехали. Кай открыл ткань и смотрел на дорогу, на знакомые дома, которые проносились по сторонам, леса, поля. Он не думал, что они будут ехать так долго, его немного укачивало, и он уснул.
Его разбудил резкий толчок. Машина остановилась, хлопнула дверь. Он осторожно отодвинул ткань. Вечерело. Мальчик выпрыгнул из грузовика. Он стоял на улице с множеством домов. Он прислонился к стене. Вокруг была тишина. Не слышно было ни единого звука. Куда же запропастился водитель? Кай постучал в дверь рядом стоящего дома, но никто не ответил ему. Тишина давила и нависала, словно огромная масса. Ничего не понимая, Кай решил пройтись вдоль улицы. В окнах горел свет, но было тихо. Пройдя до конца улицы, он свернул на другую улицу и вышел на небольшую площадь, где посередине располагался фонтан. Он очень хотел пить, поэтому подбежал и начал жадно пить из одной из множества струй, которые лились изо рта каменной кошки. Тут ему показалось, что глаза кошки блеснули зеленоватым светом. Он сделал еще пару больших глотков, умылся и сел на край фонтана. Теперь он думал, где же ему добыть что-нибудь поесть. Вокруг было так же пустынно, но в окнах домов горел свет, и он решил пойти и постучаться – может, кто-нибудь поверит ему и поможет.
Только он подумал про это, как за спиной услышал какой-то звук, похожий на скрежет железа. Он повернулся и вдалеке на освещенной улице увидел силуэты каких-то людей небольшого роста, одетых в черные плащи. Они заглядывали в окна, смотрели по сторонам, как будто что-то искали. Мальчик встал. Он смотрел на них сквозь струи фонтана. Странные существа приближались, и мальчиком овладело какое-то неприятное чувство, его интуиция подсказывала ему, что эти люди совсем не добрые. Он засунул руки в карманы. Иногда он носил с собой маленький ножик, который подарил ему папа, им он срезал кленовые ветки и делал из них чудные дудочки и фигурки животных. Но ножика не было, он вспомнил, что оставил его на столе, когда завтракал. И тут он нащупал шарик, который выронила сорока.
Тут один из человечков поднял голову, и мальчик увидел белое лицо с длинным носом и узкие маленькие глаза, которые посмотрели на него так, что мальчику стало не по себе. Тут человечек издал пронзительный писк, все остальные подняли головы и начали бежать к мальчику. От страха мальчик очень сильно сжал в ладони шарик, он зазвенел, послышался нарастающий шум воды, он повернулся и увидел, как каменная кошка сверкнула зелеными глазами, потом он увидел, как вода обступила его со всех сторон и черные руки в перчатках захотели схватить его, он закрыл глаза и почувствовал, что какая-то неведомая сила потянула его в фонтан. Мальчика накрыло с головой, в это время человечки увидели только пузыри, поднимавшиеся из глубины. Статуя кошки улыбалась. Человечки еще долго топтались на том месте.
В душе у Ники все трепетало. Это не сон, не сон, проговаривала она про себя.
– Пуссик, что мы будем делать? – шепотом сказала Ника. – Я так хочу посмотреть на них поближе, – сказала девочка. Тут кот прыгнул на карниз – он часто прыгал с карниза вниз на крышу веранды, а потом по лесенке, специально сделанной для него, он спускался в сад.
– Точно, Пуссик, какой ты молодец!
Вообще-то, Ника никогда не лазала по Пусськиной лесенке, но сейчас ее страх перед высотой исчез. Она не сводила глаз с эльфов, она так боялась спугнуть их. Ника залезла на карниз вслед за Пуссиком. Он был достаточно широким. Нужно было сделать всего два шага, чтобы взяться за край стены, где располагалась лесенка. Той ночью луна так щедро одаривала своим сиянием сад, что были видны кромки деревьев, колышущиеся под легким ветерком моря цветов и трав. Ника встала на карниз. Прижимаясь спиной к стене, она начала медленно продвигаться. Стена была увита плющом, и листочки щекотали ее. Девочка понимала, что если она сделает резкое движение, то может упасть. Она затаила дыхание и схватилась за край стены. А вот и лесенка! Пуссик уже спустился и ждал свою хозяйку.
– Мур-р, – промурлыкал Пуссик, как бы торопя девочку. Ника поспешила за котом, который ловко оказался около ели, за которой росли ночные красавицы.
Вблизи эльфы были еще красивее. У них были красивые точеные лица. Ника любовалась ими. Неужели она видит настоящих эльфов? Вдруг у Ники защекотало в носу, и, не удержавшись от щекотки, она чихнула.
Эльфы сразу исчезли. Не успела Ника расстроиться, как вдруг перед ее лицом появился самый настоящий эльф! Девочка от неожиданности вскрикнула. Эльф улыбнулся и насыпал Нике на голову какую-то блестящую пудру. Она почувствовала, что она стала выше цветов. Пуссик спрыгнул с коленей Ники и испуганными глазами смотрел, как Ника висит в воздухе над кустом гортензии.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.