Глава первая.
На улице было мерзко. Дождь с ранним снегом гонялись друг за другом, играя в догонялки, подгоняемые порывами ветра. На тротуаре лежала размокшая, растоптанная листва. Грязные лужи норовили подлезть под каждый шаг. Он шёл в плохом настроении, на работе не клеилось, телефон разрядился и, если он сегодня не позвонит своей девушке, они с ней рассорятся окончательно.
Мокрые брюки липли к ногам, машина окатила из лужи, промчавшись на бешеной скорости рядом с тротуаром. Он замёрз. Захотелось выпить чего-нибудь горячего. Пройдя ещё с десяток метров, он зашёл в первое попавшееся кафе.
Колокольчик над дверью подал известие о новом посетителе. Пройдя внутрь кафе, он оказался в полумраке. Несколько бра тускло горели в единственном зале с барной стойкой, за которой никого не было. Он осмотрелся. Потолок с лепниной терялся в полутенях из-за плохого освещения. Стены, отделанные до уровня груди деревянными панелями, были выкрашены так же, как и мебель зала, в чёрный цвет. Выше панелей их покрывала тёмно-зелёная краска. Справа и слева висели большие картины, по одной с каждой стороны. Тяжёлые рамы, заключали в себе полотна с изображениями городов, и эти изображения, выполненные в тёмных тонах, придавали кафе мрачный вид. У каждого из шести столиков стояло по два стула со спинками в виде дуг. На стене за стойкой висела чёрная доска, на которой мелом было написано незатейливое меню. Сбоку от двери с надписью «Служебное помещение», стояла плетёная корзина, из-под крышки которой торчал край вложенного чёрного пакета. Убранство кафе полностью совпало с его настроением и ему это понравилось, а самое главное здесь было тепло.
Открылась служебная дверь и в зал вошла девушка. Её короткие, светлые волосы были не ухожены. Засаленная чёлка, собранная на бок, была заколота старой заколкой. Глаза подведены чёрным карандашом. Губы неестественно ярко горели красной помадой. Чёрный фартук, затянутый на талии, подчёркивал её стройную фигуру. Девушка прошла за стойку, вопросительно посмотрев на посетителя.
– Чего желаете? – спросила она спокойным голосом.
Он пробежался по меню на доске и немного поразмыслив, ответил:
– Капучино, пожалуйста.
– У нас только чёрный кофе.
– А в меню есть, – и он кивнул на меню.
– Нет, только чёрный.
– Тогда, американо. Выпечка есть?
– Да, – девушка беспристрастно достала из недр стойки лист, на котором был напечатан небольшой список.
– Чизкейк, – выбрал он.
– Присаживайтесь. Я принесу. Оплата после.
Он отошёл от стойки, посмотрел на зал. Подумал, что как бы он ни сел, всё равно, взгляд упрётся в одну из картин, выбрал место спиной к проходу. Снял промокшую куртку, и, накинув её на спинку стула, сел за столик. Провёл пальцами по волосам, приводя в голову в порядок. Девушка за стойкой запустила кофемашину и зашумела кофейной посудой. Аромат кофе мигом распространился по залу. Он достал телефон и попробовал его включить, но экран даже не зажёгся. У него родилась мысль, он поднялся и подошёл к стойке.
– Извините, у вас не найдется зарядка для телефона? – спросил он у девушки.
– Что? – она подняла голову.
– Зарядки не будет? – он показал ей разъём.
– Нет, – как-то неуверенно прозвучал ответ.
Он вернулся за стол ещё больше расстроенным. Значит, со своей девушкой ему точно придётся расстаться. Он положил телефон на стол экраном вниз и, в ожидании заказа, начал рассматривать картину. На ней был изображён город начала двадцатого века. Он был мрачным и безжизненным. Тяжёлое небо, бугристым покрывалом нависало над домами с тёмно-красными остроконечными крышами. Каждый дом, пытаясь спрятаться от его взгляда, тесно прижимался к рядом стоящему. Кирпичные строения с различной этажностью терялись в серой дымке. Провалы окон, мёртвыми глазницами, убеждали в том, что в городе нет людей. В одном из углов картины застыла в полёте ворона.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.