© Роман Румянцев, 2024
ISBN 978-5-0062-5510-4
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
В истории первой:
Кейт, потеряв работу, активно искала новую возможность трудоустройства и решила попробовать свои силы в другой профессии. Внезапно ей поступил звонок с приглашением на собеседование в крупную технологическую компанию. После успешного прохождения интервью она приняла предложение и начала работу. Однако со временем Кейт заметила, что ее коллеги ведут себя необычно и не совсем естественно…
В истории второй:
Родители Кейт, переехавшие восемь лет назад из Флориды, живут в Питтсбурге. Ее отец Майкл работает механиком. Однажды в очередной рабочий день к нему приезжает весьма странный клиент, из-за которого начинается игра возмездия со стороны его старого друга из Флориды.
В истории третьей:
Сказочно золотой остров Златаславия, названный в честь девочки с волшебными способностями, где позже она становится Богиней. Однажды, когда над островом нависла тьма хаоса, Богине пришлось встать на защиту своего мира. Но к ней явилась помощница Белла, девушка из далекого королевства Беллаславия, которую она никогда прежде не встречала. Совместными усилиями им предстоит противостоять злу и вернуть свет и радость на остров.
Меня зовут Кейт, мне 38 лет, и я счастливая жительница Бруклина, что в Нью-Йорке. Мои родители проживают в прекрасном городе Питтсбурге, штат Пенсильвания. После окончания института экономики я столкнулась с некоторыми трудностями в поиске своей первой работы. Однако я очень благодарна друзьям моих родителей, которые живут в Бруклине, за их помощь в этом процессе. Именно благодаря их связям я смогла получить работу в отделе продаж в прекрасном spa-центре. Этот выбор стал еще более логичным, так как здесь я уже была знакома с некоторыми людьми. Я очень рада, что смогла начать свою карьеру благодаря рекомендации и поддержке друзей моих родителей. Им было даже интересно зайти ко мне на работу. Но все изменилось, и я потеряла свою должность из-за сокращения штата.
Родители моих родителей обитают в живописной Флориде, штате, находящемся на юго-востоке просторов США. В те дни, когда мне исполнилось 16 лет, летние каникулы окутали нас непреодолимой жарой. И мы приняли решение отправиться в путешествие и навестить их. Последний раз во Флориде я была в свои девять лет. Мои бабушка и дедушка, редко покидающие родной Питтсбург, были бесконечно счастливы нашему прибытию. Они особо удивились, увидев, насколько я выросла и преобразилась. Во время нашего пребывания во Флориде я наслаждалась моментами уединения и созерцания прибоя, погружаясь в медитацию.
Помню, как я ложилась в мягкий, уютный гамак и он напоминал мне теплый плед, которым я укрывалась в детстве перед сном. Петли гамака были привязаны к двум невысоким пальмам. Вдали, за песчаным пляжем, возвышались небоскребы, выстроенные вдоль дороги. Здесь звуки суеты города сплетались с меланхоличным шумом пляжа, а крики чаек пытались заглушить городской гул. Волны Флоридского залива и легкий ветерок, который покачивал гамак, убаюкивали меня, словно младенца. Я уже почти засыпала, но моя дремота была прервана криком купающегося туриста.
Внезапно я открыла глаза и подняла голову, чтобы осмотреться. Мирный пляжный отдых стал исчезать в одно мгновение, сменившись ужасом и тревогой, которые охватили всех отдыхающих. Мои родители с напряжением уставились вдаль, на море. Я слышала только шум и грохот, раздающиеся рядом с одним из отдыхающих. Крики все усиливались, и люди, погруженные в панику, убегали с пляжа, как муравьи, покидающие разрушенный муравейник. Но немногие остались, чтобы быть свидетелями происходящего. Крики пострадавшего были заглушены звуком сирены спасательной службы. Двое отважных мужчин решили отправиться к месту происшествия. Я едва заметила, как в волнах синего моря мелькает кровь.
Все наблюдали, как спасатели вытаскивали человека. Когда они подплывали к берегу, кровь растекалась по линии пляжа и ее смывало волнами обратно. По мнению очевидцев, на человека напала тигровая акула. В боковой части живота мужчины была зияющая рана. Спасатели моментально увезли его в больницу. От увиденного меня затошнило, затрясло от страха, мама меня прикрывала, чтобы я не смотрела на этот ужас. Вот так моя медитация обратилась в хаос, панику, которая нарушила мое спокойствие. Мне подумалось, будто акулы хотят сказать нам, кто здесь главный, и не всегда нам, людям, будет тихо и спокойно в морской синей бездне. Назавтра газеты пестрели очередными заголовками о нападении акулы на туристов и снова призывали не отплывать далеко от берега.
Мы ушли с пляжа сразу, как только мужчину отвезли в больницу. Быстрыми шагами мы направились к припаркованной машине, по дороге родители обсуждали этот несчастный случай. Я почти не слышала их, так как меня еще немного подташнивало. Их говор мне казался приглушенным, а в ушах раздавался стук сердца. Мама увидела, что я совсем бледная и немного рассеянная. Они пытались меня утешить, но я говорила, что все в порядке. Мы дошли до машины и уехали.
Из окна я внимательно наблюдала за полосой моря, на фоне которой небрежно кричали чайки, парящие над острым утесом. В этом месте царит невероятная красота, но иногда бывает и опасно. Климат здесь нежный, почти тропический, словно призывающий остаться навсегда. Свернув с Южного шоссе налево, мы оказались перед городскими небоскребами, в них отражался кусочек моря, который уже позади нас отдалялся. Присоединившись к нескончаемому потоку машин, гул пляжа постепенно затихал, словно кто-то тихо переключил канал на более шумный, где оглушительно звучала реклама, оставив позади мир спокойного моря.
Мы вернулись в уютный дом моей бабушки. Узнав о случившемся, она помрачнела, и это лишь усугубило мою подавленность. Вспоминаю, как бабушка настойчиво предостерегала нас от возможных акул в море, но никогда не думала, что столкновение с ними случится уже в первый день отпуска.
Прошла неделя, время каникул подходило к концу, и мы снова вернулись в холодный, серый Питтсбург. В школе меня окружила толпа одноклассников, жаждущих услышать мои захватывающие истории о летних приключениях. Некоторые даже были расстроены тем, что я не смогла запечатлеть снимок с этим страшным созданием моря. В Питтсбурге меня не отпускали воспоминания о благословенной Флориде. Даже при затянутом небе и наступающей холодной погоде воспоминания о жарком юге разжигали яркий огонек тепла внутри меня.
В юношеские годы моя страсть к достижению идеальных оценок в школе оставалась непреложной. Каждая неудовлетворительная отметка превращалась в непомерный поток слез, который размывал мои замыслы на достижение вершин. Одна из одноклассниц, пылая завистью к моим успехам, наслаждалась моим разочарованием. На лице у нее была высокомерная ухмылка, и веснушки собирались в кучу на светло-румяных щеках. Эти ее эмоции наполняли меня гневом, ибо вместо того, чтобы направить свои усилия на достижение собственных учебных целей, она находила удовольствие в своих попытках свести меня с пути, посеять зерна сомнений и, если удавалось, привлечь к себе внимание учителей и поставить меня в неловкое положение.
В один прекрасный день на уроке химии, когда атмосфера в классе наполнилась напряжением и тишиной, я полностью сосредоточилась на формулах. На углу моей парты сверкали колбочки, наполненные драгоценными жидкостями, словно маленькие сокровища. Моя одноклассница с украшенными веснушками лицом прервала тишину, с нескрываемым нетерпением попросившись выйти в туалет. Моя радость, с которой я старалась не обращать внимания на нее, стала только усиливать ее раздражение. Даже другие одноклассники, пытаясь защитить меня, обходились с ней словно с маленьким колючим зверьком, борьба с которым приносила только неприятности.
Как хитроумная фея, она ловко промелькнула мимо рядов парт и, искусно обходя вокруг моей парты, лишь едва коснулась колбочки, которая упала на мою тетрадку с формулами, химическая жидкость растеклась по страницам, и все мои решения оказались залиты и безвозвратно испорчены.
С неуверенной улыбкой она покинула класс, бросив на меня пылкий взор. Ее шаги были быстрыми, словно она спешила избежать чего-то неприятного. Учитель, не успев произнести ни слова, только после ее возвращения сделал ей замечание.
Мои записи в тетрадке, связанные с контрольной работой, мгновенно утратили свою целостность. Волнение, которое охватило меня в этот момент, было настолько сильным, что, казалось, пар вырывался из моих ушей. Я ощущала, как ярость бушует во мне, словно я была готова вылить все колбочки с их содержимым на эту вредную девочку. И на перемене я решила претворить свои мысли в действие. К счастью, вещества в колбочках оказались безопасными, и она лишь почувствовала раздражение на своей коже, сопровождаемое небольшими красными пятнами.
После этого случая она стала с опаской обходить меня, тем не менее напряжение между нами росло. Она всегда косо на меня оглядывалась, откидывая при этом с плеча свои кудрявые рыжие пряди волос и показывая свою деловитость. Ее ненависть особенно нарастала, когда учителя хвалили меня за хорошую успеваемость и поведение. Противостояние было неразрешимым. Надеясь как-то разрядить напряжение, которое перерастало в войну, я решила договориться с учителями, чтобы они меня чаще ругали и якобы ставили плохие оценки, а ее чаще хвалили. На некоторое время она даже забыла про меня и радовалась радушному вниманию учителей к себе.
В моей жизни вне школы основным увлечением стали танцы, в которые я погружалась, стремясь к более глубокому пониманию хореографии и искусства движения. Для меня мир танцев стал символом свободы и способом избавления от стресса. Однако, несмотря на мою страсть к этому искусству, я не решилась на серьезное обучение хореографии после получения школьного образования. Превосходные знания по школьным дисциплинам привели меня в институт менеджмента и экономики, где я отработала одиннадцать лет. Утрата работы не вызвала во мне беспокойства, поскольку я осознавала, что встреча с необходимостью поиска нового трудового места – неизбежный поворот для многих из нас. Мое время на предыдущем месте работы подошло к концу, и я была вынуждена уступить его другому амбициозному начинающему специалисту, такому же, каким я была когда-то.
***
Мои поиски работы продолжались уже третью неделю, я уже начала думать, не освоить ли новую профессию, но изучение информации в интернете прервалось звонком от неизвестного абонента.
– Алло!
– Алло, вы Кейт? – раздался мужской голос.
– Я, а что? – напряженно ответила я.
– Здравствуйте, меня зовут Дэниэл, для вас еще актуален поиск работы?
– Да.
– У нас есть для вас одна вакансия, она даже не требует каких-либо навыков, мы сами вас обучим, – поспешно говорил мужчина.
– В какой сфере эта работа?
– В сфере экономики. Это офисная работа, вам нужно будет заполнять различные отчеты, работать с клиентской базой, составлять и отправлять документы. График 5/2.
– Сколько будет составлять моя зарплата?
– За месяц будет выходить семь тысяч долларов.
– Ясно, а где находится ваш офис?
– Краун-стрит, дом 58, офис 316. Записать вас на собеседование?
– Да, запишите.
– Хорошо, завтра в 10:00 вас будет ждать администратор. Сможете прийти?
– Да, конечно.
– Отлично, тогда до связи.
Я очень удивилась и обрадовалась, когда внезапно услышала предложение о зарплате, вдвое превышающей предыдущую в аналогичной должности. Однако тревогу вызывала мысль о том, что указанный в объявлении телефонный номер не имел никакого отношения к официальной организации. Утро наступило, и Бруклин окутал густой туман, придающий окрестностям осеннюю влажную атмосферу. Я спокойно приготовила себе нежный завтрак из поленты с ягодами, ощущая прилив энергии и оптимизма. После завтрака я отправилась на собеседование, но из-за мглы видимость была крайне ограниченной, не превышающей десяти метров, и я едва могла разглядеть даже контуры автобусов, не говоря уже о номерах.
Приблизившись к пункту назначения, я ощутила, как пронзительный туман, словно предвещая грядущее открытие, окутал меня плотным покрывалом. И вот перед моим взором возник высоченный небоскреб, выделявшийся среди прочих сооружений города. Его изысканные изгибы, рвущиеся к небесам, создавали впечатление единого потока, который сливался в вершине в такой искусный конус, будто само здание стремилось достичь недосягаемых высот. Почему же ранее мой взгляд ускользал от этого великолепного архитектурного шедевра, хотя я неоднократно проезжала мимо него? Войдя внутрь, я увидела, как плавно зажигается свет. Здесь каждый элемент, каждая линия, каждый угол здания были озарены неоновыми огнями, создавая магическую игру света и тени, погружая меня в мир невиданных до сих пор впечатлений и ощущений.
Особенно поразили меня лифты, чьи двери открывались по диагонали, словно разгадывая геометрическую загадку: одна дверь плавно выдвигалась из нижнего левого угла, а другая из верхнего правого, создавая впечатление воплощения тайн и загадок этого удивительного места. Поднявшись на восемнадцатый этаж в лифте, я увидела умные зеркала, которые не только отражали мою фигуру, но и выводили информацию о состоянии моей кожи и даже о моих эмоциях, создавая атмосферу взаимодействия с самим собой. Однако этот этаж оказался всего лишь предвестником удивительного мира, который меня ожидал. За открывшимися дверями лифта меня встретила вывеска «Добро пожаловать в „Офис будущего“», сверкающая множеством светодиодов. Передо мной простирался длинный и узкий коридор, ведущий в необъятный мир технологических инноваций и современного дизайна, который словно ждал меня, чтобы погрузить в потрясающий опыт.
Я шагала медленно, выискивая на дверях номер офиса, который мне нужен, но не успела его обнаружить, как дверь справа распахнулась, и оттуда вышел солидно одетый пожилой мужчина, он поприветствовал меня и провел в кабинет для собеседования. В кабинете был весьма необычный стол, скорее даже инновационный лабораторный стол с сенсорной led-панелью, с кучей информационных голограмм, которые отражали всю специфику «Офиса будущего». Из высоких и широких окон был виден туман, создававший иллюзию, что мы находимся в небесах. Усевшись в свое кожаное кресло, походившее на трон, мужчина начал разговор.
– Полагаю, вам впервой видеть такой офис? – с улыбкой спросил Дэниэл, наблюдая за моим восхищением.
– Да… такие не встретишь на каждом шагу, – с изумлением ответила я.
– Для начала вам нужно будет заполнить анкету на этом информационном столе, – произнес Дэниэл, нажимая при этом кнопки стола.
Я испугалась, потому что раздался женский роботизированный голос: он исходил из динамиков, которые были встроены в боковой корпус стола. Голос сказал: «Пожалуйста, пройдите анкетирование для дальнейшего сотрудничества». На экране стола были пустые поля анкеты, и я должна была их заполнить.
– Как писать на этом столе? – удивленно спросила я.
– Нажмите на значок клавиатуры в верхнем правом углу, – ответил Дэниэл.
– А, теперь понятно.
После того как я заполнила анкету, мне открылся пустой квадрат с плюсиком внутри, напоминающий форму для загрузки фотографии. Дэниэл объяснил, что нужно просто наклонить лицо ближе к инфракрасному лазерному датчику, он отсканирует и отобразит трехмерную голограмму в этот квадрат. Просто невероятно. Дальше система передала электронную анкету Дэниэлу. Он быстро пробежался глазами, задавая сопутствующие вопросы. После окончания собеседования присвоил мне идентификационный номер на электронном бейдже и приклеил на руку, словно пластырь на рану. Хотя сам бейдж и был неким подобием пластыря с микродиодами. Я была немного напугана таким способом трудоустройства. Это было странно, а в его глазах читалось, что я под его полным контролем.
Утро. Мой первый рабочий день уже начинается сегодня, и, дабы не опоздать, я даже пропустила завтрак. Как объяснял Дэниэл на собеседовании, в мои обязанности входит ведение переговоров из клиентской базы, консультирование их по продукции, которую компания производит, заполнение документации и перевод ее в электронный вид. Когда я приехала и поднялась на восемнадцатый этаж, женский объемный голос снова озвучил: «Добро пожаловать в „Офис будущего“». Я шла по коридору по направлению к кабинету №316, в котором буду работать. Когда я его нашла, дверь была закрыта, и в этот момент опять женский электронный голос меня напугал: «Чтобы приступить к работе в этом кабинете, назовите свой идентификационный номер или приложите бейдж к сканеру у двери».
Я приложила тыльную сторону ладони с наклеенным электронным бейджем к сканеру, и цифры на пластыре засветились. Последовал краткий сигнал, и дверь открылась. Войдя в кабинет, я увидела много людей, сидящих за прозрачными тонкими мониторами. Только и было слышно монотонное щелканье клавиатуры. Я села за свободный стол. Не успела я его включить, как в кабинет вошла куратор, которая должна меня обучать и следить за процессом.
– Здравствуйте, Кейт, меня зовут Джейн, я буду вас обучать обязанностям, которые вы должны выполнять.
– Спасибо, но я сама справлюсь, я много лет проработала по данной специализации, – перебила я, подняв взгляд на Джейн.
– Не сомневаюсь в вашем профессионализме, но в «Офисе будущего» свои правила, и здесь все иначе устроено…
– Хорошо, как скажете.
– Можете обращаться на «ты». Вам Дэниэл не показывал, что находится на других этажах нашего здания?
– Нет, а что, это имеет отношение к моей занятости?
– Более чем! Следуйте за мной, к основным принципам работы вернемся позже, – восторженно произнесла Джейн.
– Неужели так важно? – бормотала я, направляясь с Джейн к лифту.
– В нашем здании расположены не только душные офисы, но и то, что нужно для нашей жизнедеятельности в целом, – сказала Джейн, нажав в лифте кнопку 15.
– Да у вас здесь свой фитнес-центр! – восхитилась я.
– Да, спустившись на этаж ниже, вы можете здесь подтянуть свою фигуру, подразмяться, потренироваться или просто побегать на дорожке, – рассказывала Джейн, проходя мимо тренажеров, на которых занимались сотрудники.
– Это платно? – спросила я.
– Бесплатно. Пойдем дальше. Здесь есть практически все, что нужно для современной жизни. Вам даже не придется покидать наш офис и ехать домой, – жестикулируя, рассказывала Джейн, войдя в лифт.
Она показывала мне каждый этаж и рассказывала о них, как о достопримечательностях. Да, отсюда и вправду не захочешь уходить. Я поражалась все больше и больше. Когда я увидела огромный бассейн, находившийся на четырнадцатом этаже, плюс к этому сауну, то в этот момент я не только восхищалась, но и даже немного растерялась и задалась вопросом: а точно ли я устроилась на работу? Еще меня удивил музей на втором этаже, там были всякие футуристические штучки. Первый этаж я видела, ничего особенного – фойе, регистратура. Остальные семь этажей, начиная с шестнадцатого, занимали офисы.
После осмотра здания мы с Джейн вернулись в офис и приступили к обучению. Она познакомила меня с коллективом, все поприветствовали улыбкой. Я следила взглядом за курсором на мониторе и каждый раз знала, на что нажмет Джейн, копаясь в электронных документах. Каждый раз перед включением компьютера я должна вводить свой идентификационный номер, обычно в повседневной работе мы называли это паролем, и он не был настолько привязан к сотруднику, как id-номер, носимый на электронном бейдже.
– Привет, я Оливер. Я вижу, ты знакома с софтом электронной коммерции, – спросил Оливер, повернувшись ко мне в кожаном кресле.
– Да, я уже работала в этой отрасли, – я улыбнулась, плавно отводя взгляд от монитора.
– Тем не менее, если возникнут трудности, можешь обратиться ко мне.
– Спасибо, Оливер.
– Скоро обед, пойдешь с нами или одна? – спросила Рэйчел, тоже повернувшись в кресле.
– Пожалуй, вместе пойдем, – с улыбкой отозвалась я.
– Хорошо, я покажу наше коронное блюдо, – так же с улыбкой сказала Рэйчел.
Осталось всего сорок минут до начала обеденного перерыва, но я так погрузилась в работу, что напоминание от Рэйчел о необходимости отдохнуть застало меня врасплох. Вместе со всеми сотрудниками мы спустились на двенадцатый этаж, где нас ждал великолепный шведский стол, уставленный металлическими мармитами и чанами, полными разнообразных гарниров, супов и салатов. Один коллега оставался в офисе, в то время как мы с нетерпением смотрели, как открываются прямоугольные крышки мармитов, из-под которых выплывал пар и распространялся аромат свежеприготовленной лазаньи с соусом «Болоньезе».
Изучив их излюбленное блюдо, я оперативно приняла решение в пользу крем-супа, сопровождаемого хрустящими сухариками и пастой, приготовленной из измельченного базилика, который был щедро смешан с оливковым маслом. Среди напитков мой выбор остановился на ароматном чае с жасмином. Мы заняли уютный столик, на фоне которого едва слышно раздавалась мелодия саксофона: музыкант был скрыт где-то в уголке. Погружаясь в изысканный вкус крем-супа, я случайно взглянула в сторону и заметила, что в проходе между раздаточной и кухней что-то мелькало. В воздухе витали таинственные звуки, словно в кулинарные произведения добавляли что-то металлическими шприцами.
Окаменев в полном изумлении, я, прищурившись, вглядывалась вглубь кухни. Рэйчел окликнула меня, но я не проявила ни малейшего признака реакции, так была поглощена удивлением. Затем я мгновенно встала и быстрым шагом направилась к проходу, испытывая неописуемое недоумение. Подойдя к дверному косяку и вглядевшись внутрь, я обнаружила, что на кухне не присутствовало ни единой живой души, зато двигались роботизированные руки, приготавливающие пищу, что вызвало у меня настоящий шок. Весь процесс готовки был полностью автоматизирован, и это лишь добавило вопросов и усилило удивление.
– Что все это значит?! Почему здесь еду готовят машины?! – испуганным громким тоном спросила я, повернувшись к сотрудникам.
– Но тебе же очень понравился крем-суп, – ответила Рэйчел, допивая американо.
Я грозно посмотрела в их сторону и немедля покинула ресторан, затем поднялась в офис.
– Похоже, она не в восторге от увиденного процесса, – сказал Оливер.
– Кто вообще додумался оставлять кухню открытой для чужих глаз?! – возмутилась Рэйчел.
– Официанты. Они же все время следят за наполнением мармитов, – ответил Алекс, вытирая губы салфеткой.
Завершив обед, они вышли из ресторана. Рэйчел направилась к официантам и указала на недостатки. Поднявшись в офис, они увидели, что я очень расстроена и сердита.
– Послушай, Кейт, я понимаю, что тебе это дико, когда бездушные машины готовят еду, но пойми, эволюция всего на свете, включая простую кухню, где когда-то работали люди, не заканчивается. Это все ради будущего, – утешала Рэйчел.
– Ради будущего?! Чтобы люди теряли работу из-за этих машин?! – испуганно и удивленно произнесла я.
– Все не совсем так, как ты думаешь, Кейт. Тебе ведь понравился крем-суп, ты бы даже не поняла, что он приготовлен машиной. Скоро ты сама увидишь… что наш мир будет прекрасней прежнего… – продолжала Рэйчел.
Меня напугала ее последняя фраза: она так властно сказала, будто хочет править миром. Я пыталась отвлечься от этой темы, погрузившись в работу. Вернувшись домой после рабочего дня, я была в подавленном настроении. Внезапно позвонила сестра, она живет в Нью-Джерси и редко общается с родственниками. Я попросила ее приехать ко мне в Бруклин. Мне стало немного страшно одной. Я готовила ужин, а в голове будто глитчем мелькали картинки, как огромные роботизированные клешни агрессивно месили тесто. Я настолько погрузилась в эти представления, что говяжьи стейки подгорели. В своей маленькой квартире, которая была больше похожа на студию, я чувствовала себя как в клетке. Хотя дом с виду – типичный Манхэттен. С двадцать третьего этажа я любовалась панорамным видом из окна на близстоящие небоскребы. Даже мысли о высокой зарплате меня не затрагивали больше, чем то, что я увидела сегодня в ресторане офиса. Уже было около десяти вечера, и я собиралась спать, но внезапно загудел домофон. На его экране я увидела сестру, она помахала, чтобы я открыла.
– Привет, Сара! – радостно сказала я, открыв ей дверь.
– Привет! Еще не спишь, извини, что так поздно, – с улыбкой сказала она.
– Я не думала, что ты сегодня приедешь, это не так срочно.
– Просто я соскучилась по любимой сестре. Тем более что у меня отпуск.
– Ты все еще работаешь журналистом? – спросила я, наливая чаю.
– Да, каждый день что-нибудь новое.
– Ясно, твой парень еще не зовет тебя замуж?
– Нет, даже я пока еще не собираюсь, – легкомысленно ответила Сара.
– Но тебе уже тридцать лет, – я настаивала.
– Знаю, знаю. Это не повод подталкивать меня к семейной жизни.
– Я просто…
– Без просто, все! Лучше расскажи, в чем причина твоего беспокойства?
– C чего ты так подумала?
– Я же слышала, какой у тебя был голос по телефону, что случилось, Кейт?
– После того как меня уволили, я нашла работу на аналогичной должности, что удивительно, зарплату обещают в два раза больше, чем на прошлой работе, – я уселась на диван рядом с Сарой.
– Поздравляю, Кейт, наконец-то сможешь купить себе квартиру! – радостно сказала она.
– Есть еще кое-что удивительнее…
– Что же? – прислушалась Сара.
– Когда мы с коллегами пошли есть, краем глаза я видела, что на кухне нет поваров, вместо них – роботизированные машины… – я говорила с ужасом.
– И всего-то? Не нужно бояться, Кейт, это всего лишь автоматизация. Сейчас много подобного, и столовые не исключение.
– Много роботов на заводах, фабриках, других промышленных предприятиях, но это никак не должно быть распространено в малых сферах! – возмущенно сказала я, резко вставая с дивана.
– Откуда тебе знать, технологии везде, без них никуда!..
– Да, и еще: Рэйчел сказала, что «наш мир будет прекраснее прежнего».
– Кто такая Рэйчел?
– Коллега, – сказала я, снова присев на диван.
– Хм. С какой интонацией она произнесла эту фразу? – задумчиво спросила Сара.
– Властной, если не сказать угрожающей.
– Надеюсь, это не так, но я зафиксирую эту фразу в своем блокноте, – ответила Сара, доставая из сумки записную книжку в твердой кожаной обложке.
– Я даже не знаю, стоит ли дальше работать…
– Как называется организация, в которой ты теперь числишься?
– «Офис будущего»…
– «Офис будущего»?! Это что-то новое и экспериментальное… – задумчиво сказала Сара, снова записав что-то в блокноте.
– Там вообще все по-другому, будто попадаешь на космический корабль, и у них там есть все, что нужно для жизни, – пересказывала я.
– Да… это странно в плане карьеры для бухгалтеров, – откинувшись на спинку дивана, сказала Сара, грызя край шариковой ручки.
– Вот и я о том же…
– Хорошо, я попытаюсь разобраться с этим местом, пробью по своим каналам связи…
– Спасибо, Сара. Вот как я без тебя? – я улыбнулась.
***
На следующее утро я с опаской ехала на работу, сестра осталась дома. Сару как журналиста заинтересовала новость о моем трудоустройстве в подозрительную компанию, и, чтобы помочь мне, интригующие заголовки в прессе она отодвинула на второй план. Приехав на работу, я зашла в офис и уже была немного удивлена. Я увидела только одного из коллег, это был тот мужчина, который не пошел вчера с нами на обед. Я проигнорировала его присутствие и села за компьютер.
– Могу я чем-нибудь помочь? – с улыбкой спросил коллега, повернувшись ко мне.
– Нет, спасибо, в своем деле я специалист, – с улыбкой отозвалась я.
– Мое имя Патрик, обращайтесь, если возникнут трудности.
– А где все, почему не на рабочем месте? – непринужденно спросила я.
– Опаздывают, – с улыбкой ответил Патрик.
– Все разом?! Почему ты здесь всегда сидишь и даже не пошел с нами вчера на обед? – я изумилась.
– Я очень занят работой, даже отдыха себе не позволяю, – ответил Патрик, отвернувшись к монитору.
– Неужели? – с улыбкой спросила я, повернувшись к нему лицом.
Улыбка с моих губ пропала, когда я заметила, как лицо Патрика, а вернее его губы, неестественно дергаются при улыбке. Его мимику будто заклинило на одной эмоции. Я с недоумением приблизилась к его лицу и всматривалась в глаза. Он медленно моргал, уставившись в одну точку на мониторе. Я хлопнула в ладоши перед его застывшим взглядом, но он никак не отреагировал. Я пристально изучала его подвижные губы, изображающие улыбку. Нижняя челюсть немного дергалась вправо. Дрожащими руками я медленно потянулась к губам Патрика. Сердце билось все чаще и чаще, напряжение испуга казалось вечным. Дрожащими пальцами я прикоснулась к его нижней губе и чуть потянула вниз. За губами скрывалась металлическая челюсть. Я с содроганием еще потянула вниз – вслед за губой тянулся слой подбородка, после чего лицо Патрика полностью снялось, словно маска. Я содрала его лицо, словно кожу с рыбы. С ужасом я смотрела на металлический каркас лица и все еще дергающуюся нижнюю челюсть. Его большие глазные яблоки устрашающе выпирали из глазниц. Испугавшись, я закричала и выбежала из офиса.
– Какого черта?! – ругалась я, увидев Рэйчел в холле.
– Что случилось, Кейт, почему ты так напугана? – пыталась усмирить меня Рэйчел.
– Вы проклятые роботы!
– Мы не роботы! – возмущенно ответила Рэйчел.
– Открой рот! – приказала я, потянувшись руками к ее губам.
– Да что с тобой происходит?! Почему я должна открывать рот, отстань от меня! – агрессивно и обиженно проворчала Рэйчел, резко отодвинув мои руки от своего лица.
– Тогда что ты на это скажешь?! – яростно спросила я, открыв дверь офиса, где сидел Патрик без лица.
– Ты совсем спятила! Зачем ты это сделала?! – ругалась Рэйчел.
– Я заметила что-то неладное в его поведении, и мне пришлось это узнать! – я была агрессивна.
– Хорошо, только успокойся. Да, в нашем коллективе есть робот, но только Патрик, больше никого, – объясняла Рэйчел тихим тоном.
– Я не верю тебе! – я была неумолима.
– Ну, хочешь – проверь, – сказала Рэйчел, оттянув двумя пальцами нижнюю губу челюсти.
Удостоверившись, что Рэйчел не робот, я все равно ее боялась. И уже собиралась покинуть это здание, направившись к лифту. Дэниэл увидел скандал через камеру наблюдения и выбежал из своего кабинета в холл.
– Что случилось? – спросил Дэниэл у Рэйчел.
– Кейт узнала, что Патрик робот.
– Как вы могли допустить такое?! – возмутился Дэниэл.
– Она заметила неполадки в его поведении и, по-видимому, сняла его лицо, – объясняла Рэйчел.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.