© Сергей Смелянский, текст, 2023
© Издательство «Четыре», 2023
Нам второго дыхания близость слышна,
Жизнь крута и лиха, сколь пред нею ты ни раболепствуй!
Третья молодость – дым, ибо молодость только одна,
Остальное – плоды ностальгии по детству…
Григорий Дикштейн
– Знаешь ли ты, что такое память?
Ну-ка, попробуй-ка мне опиши.
– Это то, что пропущено нами
Через мясорубку нашей души.
Невольно глянешь на часы —
А там: семь сорок,
И снова ты и пьян, и сыт,
И снова сорок!
Вся жизнь подёрнута муаром —
Не написать ли мемуары?
Ведь жизнь моя была лиха,
Но описал я всё в стихах.
Стихами правду говорим мы,
Тому виной не только рифмы.
Мы пересказываем жизнь:
Стихи – это детектор лжи.
Поскольку все мои вирши —
Это как рупор для души!
Нас водили сюда в культпоходы —
Наш уровень повысить культуры.
Но мы были смешные уроды,
И бурлила в нас наша натура.
Вспоминаю: младая особа
В ложе-бельэтаж девятнадцать,
Ничуть не смущаясь особо,
Учила меня целоваться…
Это всё никуда не дену я
И, конечно же, не позабуду
Великое произведение:
Тихон Хренников, опера «В бурю!».
С автоматом ППШ,
Несмотря на стужу,
Мы стояли не дыша,
Трезвые к тому же.
Ни погреться у огня,
Ни попрыгать вволю,
Хоть, скажу, никто меня
Там и не неволил.
И несли мы караул
Для того, пожалуй,
Чтоб никто и не рискнул
Там сосиски жарить.
И чтобы не тормошить
И не беспокоить
Тех, кто дал спокойно жить, —
Пусть поспят спокойно.
Жаль, тот негасимый свет
Так никто не сторожил,
Ведь меня уже там нет —
Здесь давно я, старожил!
Вот ещё маяк из той поры —
Проходные старые дворы,
Об этом не писали в книжках,
Но знал о них любой мальчишка.
И обходили мы стороной,
Если двор был не проходной.
Были это наши находки,
Волшебные эти «проходки».
Здесь чувствовал себя, конечно,
Ты как проходная пешка.
И с давних пор та мечта со мной —
В жизни свой двор найти проходной.
Построим халабуду, не иначе,
Хоть и не знаем мы, что это значит.
Это любимая детская игра —
Нынче мне секрет открыть пора.
Верю, другие наш бренд не украдут,
Ведь по-украински это – «нахалбуд».
Вот сколько я себя помню,
Искали мы вход в катакомбы.
И для любого мальчишки
Это условный фетиш был.
Может быть, мы искали клад,
Чтоб поменять жизни уклад.
Но я свой клад в горах нашёл —
Сорок лет мне с ней хорошо.
Женился – прочь недоверие!
Оставлю его за дверью я!
Сорок лет я это твержу…
И закрытыми двери держу.
Я обнять
Тебя хочу,
Я опять
К тебе лечу.
Лишь одно:
На раз-два-три
Ты окно
Мне рас-тво-ри!
Пусть это случится,
Но только не завтра.
И чтоб не лечиться,
А как-то внезапно.
Чтоб не в больнице
Долго лежать, нет.
Пусть уж случится,
Коль не избежать мне.
Пусть меня торкнет —
И конец наваждению,
А завтра, во вторник,
У жены день рождения…
Моя дорогая Синьора!
Ведь может такое статься,
Что нам сыграют «Семь сорок»
И мы взбодримся в танце!
Потом зазвенят «Сиртаки» —
Едва успев отдышаться,
Мы вновь отбиваем такты
В этом волшебном танце!
Потом закружимся в вальсе,
И я прошепчу в надежде:
«Ты только со мной оставайся,
И будет у нас как прежде!»
Теперь я должен ответить:
«Ты для меня всё та же —
Прекраснее всех на свете,
С годами так лучше даже!»
Ты такой у меня непутёвый,
На других ты совсем не похож.
Ада Якушева
Я такой у тебя непутёвый,
На других я совсем не похож,
Но шагаем единым путём мы,
Хоть неясно: он плох иль хорош?
Словно в лодке, в одной мы постели
И куда-нибудь, да приплывём.
Это лучше, чем к выбранной цели
Шёл бы каждый особым путём.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.