© shybyntay, 2023
ISBN 978-5-0059-9626-8
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Терминатор Гун (сборник №6)
В снегах тополиного пуха,
В кольчуге разорванной духа
С улыбкой от уха до уха
Щербатым клинком рыть песок
К тому, что к мольбам твоим глухо,
Губам твоим выжженным сухо,
А брюху пустыни глоток,
Но тащит костлявой старухой
С улыбкой от уха до уха
В снега тополиного пуха
Щербатым клинком рыть песок.
Женщины крадут из дома книги
– денег нет на столике ночном.
Из бюстгальтеров оборваны вериги,
Падаю кроватью в ада дно!
Женщины, верните мои книги!
И вернитесь сами затемно.
Руки просят новые вериги
– падаю кроватью в ада дно!
Когда же кончится эта война?
Я контужен.
Из оглохших ушей сочится Slipknot.
Там, в окне, кто-то делает ужин?!!
Рот обожжён в оре гари табачной.
Я контужен.
Из железных окопов заезженных тачек
Я в атаку! – но бьют светофорные ружья.
Палец стёрт на курке ржавого enter.
Я контужен.
Ржа, безногий из дота подбитой бэхи
Выползаю, войною утюжен.
Печень разорвана осколком стакана.
Я контужен.
В дыме воронки фейсбучных напалмов
Я и небу не нужен?!!
Когда же кончится эта война?
Я контужен.
Я верил в Бога,
Гляделся в оба.
Ты недотрога,
Шоссе не жизнь.
Стой у порога,
Моя зазноба.
Гладь ухо дога,
Май лайф, скажи.
Я не вернуся,
Бывай, братуся.
Сыграют гусли
Последню жизнь.
В том тёмном погребе
В патине, паутине,
Пыли и зелени стекла
Молчит оно, забытое вино,
Что помнит лик из той картины,
Где жизнь бурлила и текла!
Когда умираешь вдруг:
Ничего уже нет, и ноты…
И ломается в клавишах звук
Сокращая жизни длинноты.
Ты становишься звездным Ничто,
Своих снов определеньем.
Ты – Любовь! Процентов на сто.
Ты – весенний!
Ты лежишь или ешь апельсин,
Тебе хочется джаза и песен.
Да, ты умер, выстрелив в синь,
Но весенний и весел.
Жизнь коротка. Успей!
Окурком в тьму лети с балкона.
Испей, как солнце гуру сонный,
В себе включивший свет аллей
И вечер ждущий просветлённым.
И поднимись уже над Ней,
Пусть на локтях… Определённо,
Качнёт там шторы суховей,
Ударит дождь! Проснись влюблённым!
Крича в орнаменте корней
О маме, папе и о доме.
Моя вечность – формула времени,
А беспечность – всего один шанс
Вырвать мяса для племени,
Вызвав бога на рамс!
Когда небо было синее,
А мы смотрели на него и мечтали,
Когда девушки были красивее,
Ну а дали – ДАЛИ!
Никуда то время не делось,
Никуда не ушли мы от света:
Потемнело и вновь растемнелось,
Да все те же мы дети ветра!
Как тьма над голосом прохожим,
Она в порхающем снегу
Опять стоит в своём «быть может»
На перекрёстке «Не могу».
ты космолет
твое тело горит как обшивка
в атмосфере земли
сердце в улет
не так быстро
ты снова пересолил
энергия ноль
разрывает дюзы
сжигая все и все
мозг в перезагрузке
бога поюзай
еще и еще
Ты уплыл, Малыш,
Стоя на утлой досточке
В мировом океане Боли.
Ты уплыл, Малыш
В свои многоточечки,
Будто вернуться волен.
Но ты уплыл, Малыш…
И я снова понял:
Любовь есть Боль.
И, конечно, обратное:
Наши игры вовсе не роль.
Почему со смертью просто,
А с любовью – нет?
Светотенью брезжить на погосте
Горных склонов лет…
Да потому что смерть сильней!
А любовь – только слабость бога,
Которого нет в этом царстве теней
На пустынной, как небо, дороге
из бесчисленно численных дней…
Но опрокидывает эта слабость,
Этот котик пушистый и белый
Шизофреническую радость,
Нарисованную синим мелом!
И так хочется видеть свет,
Ну хотя бы по вторникам,
И так хочется слышать «нет»
Молодым и влюбленным дворником!
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.