© Славяна Бушнева, 2024
ISBN 978-5-0060-5915-3
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
«Мы все по Пушкину родня!» —
Мы толковали – с африканцем…
…Ах да! Под вечностью небесной
Мы все родня и по Адаму…»
Геннадий Васильевич Бедняев
Знакомясь с книгой «Мы все по Пушкину родня», читатель проследит, как великий поэт видел себя (внешне и внутренне) и как видим его мы, современники; прочитает и об образах, которые нашли воплощение в памятниках и его бюстах; рассмотрит и самые необычные из них.
В данное издание также вошли и фотографии участников марафона «От Пушкина до меня» из разных населённых пунктов…
Я и не думала… писать вторую книгу из серии об Александре Сергеевиче Пушкине.
Именно так решила начать своё повествование на страницах этого издания.
Первая книга «От Пушкина до меня» оказалась успешной. Принята и одобрена жителями Большого Болдина. Приятной неожиданностью стало и Благодарственное письмо от «Управления культуры, туризма и спорта администрации Большеболдинского района Нижегородской области» «За написание книги „От Пушкина до меня“, за вклад и сохранение традиций и культурных ценностей Большеболдинского района…»
Книга «От Пушкина до меня» издана в 2021 году и презентована в селе Большое Болдино, где располагается музей-заповедник А. С. Пушкина «Болдино». Она была представлена на выставке «Родной школе от выпуска – 1971»1 в Большеболдинской картинной галерее. Также книга отмечена особым вниманием на Международном творческом конкурсе «Всемирный Пушкин» и издание стало финалистом национальной литературной премии «Писатель года» в номинации «Реальные истории».
Это и побудило меня продолжить данную тему. Ведь зачастую, не предполагая, мы запускаем некую волну памяти, а разве не в этом смысл нашего бытия – помнить и стараться сохранить?
Все началось с невинного марафона или, как называют в молодежной среде, челленджа…
Почему бы, подумала я, не предложить читателям поучаствовать в нём? Условия довольно-таки простые были озвучены в объявлении:
«Благодаря читателям из разных мест, имеющим книгу «От Пушкина до меня», запускается челлендж, в котором книга появляется на фоне памятников А. С. Пушкину, установленных в разных городах нашей необъятной страны.
Участвуйте в марафоне! Выкладывайте фото с книгой «От Пушкина до меня» или свои фото в пушкинских местах (в городах и сёлах – это улицы, библиотеки, учебные заведения, бюсты, плакаты с его именем) с хэштэгом #отпушкинадоменя. И даже если нет книги «на руках», можно сфотографироваться без неё».
И читатель отозвался… Изображения моей книги на фоне памятников и различных вариаций облика поэта посыпались из разных «местечек» нашей Родины. Представлю вам некоторые из них на страницах этой книги.
Уже прислали фотографии участники марафона (челленджа) из Краснодара, Майкопа, Нижнего Новгорода, Великого Новгорода, Калининграда, города Шёлково, села Большое Болдино, Анапы, Темрюка, Керчи, Москвы, Санкт-Петербурга, Туапсе, Лукоянова, Гурзуфа, с полуострова Камчатка (г. Петропавловск-Камчатский). На одной из фотографий – дочь первого директора музея-заповедника А. С. Пушкина «Болдино» Татьяна Филипповна Краско, которая тоже приняла участие в марафоне «От Пушкина до меня». Очень приятно было получить фотографию-участницу марафона «От Пушкина до меня» от действующего директора Государственного литературно-мемориального и природного музея-заповедника А. С. Пушкина «Болдино» Жирковой Нины Анатольевны и от организатора выставки «Родной школе от выпуска – 1971» Благовой Ольги Ивановны (в музее-заповеднике и ЦБС Б.-Болдинского района есть эта книга)…
6 июля 2022 года в Пушкинский день (День русского языка и литературы) меня, как «потомка крепостных Пушкина», пригласили на популярную радиостанцию Кубани – «Казак FM», где я поздравила слушателей. Поступали и приглашения для участия в передаче «Интервью» от телеканала «Россия 1 – ГТРК Адыгея» и в передаче «Детали» от телеканала «Кубань 24».
А главное, получила много восторженных отзывов от читателей со всей России…
Марафон можно назвать Всероссийским, потому как из разных уголков России приходят фотографии, и он ещё не закончен.
Эпиграфом же к этой книге послужила цитата из стихотворения нижегородского писателя Геннадия Бедняева,2 и оно как никогда сегодня актуально во всех его многогранных смыслах!
Благодарю в ответ Управление культуры, туризма и спорта администрации Большеболдинского района Нижегородской области! Это было волшебное возвращение на родину моих предков – Болдинское имение Пушкиных!
Выражаю благодарность главному редактору газеты «Болдинский вестник» Марине Игоревне Мухиной за публикацию поздравления и аннотации книги «От Пушкина до меня» в легендарном периодическом издании!
Выражаю благодарность всем участникам марафона «От Пушкина до меня», а также огромное спасибо всем читателям за отзывы об одноимённой книге.
Очень признательна Василию Коноплеву – создателю ценнейшего для пушкинистов и простых обывателей сайта «Памятники Пушкину». Он стал моим путеводителям по городам, где я первым делом нахожу памятники поэту, указанные на сайте. Обращение Василия к зрителю и читателю находит отклик у всех, кто заглянул туда: «…Удивительным образом прикосновение к имени Александра Сергеевича Пушкина объединяет и сближает людей, отдалённых друг от друга возрастом, расстоянием и вероисповеданием. Испытал это на собственном опыте. Занявшись несколько лет назад разысканием памятников поэту, я неожиданно познакомился и сдружился с очень многими интересными людьми…»
Благодарю и тех, кто только собирается присоединится к марафону, ведь за первой главой обязательно должна последовать вторая – это и есть жизнь!
Мне «попалась в руки» заметка под названием «Исповедь» в старом журнале 80-х годов. В ней автор Александр Басманов рассматривает, анализируя автопортреты Пушкина… Очень захотелось процитировать строки заметки в этой книге.
«Ни у одного писателя (из тех, кто пытался рисовать) нет такой огромной галереи автопортретов, как у Пушкина. И только один живописец в этом смысле догоняет его – Рембрандт. Видимо, их отношение к миру и к себе в мире имеют одну природу – тут «осколки большой исповеди».
Графика Пушкина менее всего случайна – по чудесному определению известнейшего его исследователя А. М. Эфроса, она «дитя пауз», спутница рождения его поэтических звёзд, его чувств и мыслей, в том числе и о самом себе, и кто хоть раз видел эти запрессованные в текст изображения, сразу и безоговорочно понимает: ни один профессиональный портрет Пушкина не даёт нам так полно и точно представление о живом Пушкине, как даёт он сам. Впрочем, вряд ли с этой точностью и жизненностью могла бы соперничать и фотография, появись она на полвека раньше.
По-видимому, он очень любил зеркало, ибо надо было очень пристально следить за собой, своим жестом или горечью взгляда, чтобы за столь короткую жизнь больше шестидесяти раз переменять приметы: изображать себя таким, каким был когда-то в садах Лицея, заглядывать в дряхлую старость, в обрюзглость и плешивость, перекраиваться на французский лад эпохи падения Бастилии, вылепливаться придворным арапом, лакеем или в тюрбане с пером. Не внешняя, видимая теперь из каждого учебника биография, но биография души – вот что разворачивается в цепи пушкинских автопортретов.
И тут замечательно само развитие его рисовального творчества – оно оттиск различных напряжений, оно группируется во времени различными массами. Их, автопортретов, например, совсем нет в безмятежную лицейскую пору, и нужны были встряска, изгнание, ссылка, чтобы автор обратился как бы вовнутрь себя: пушкинские лица возникают и скапливаются в конце 1823 года – Одесса, потом 1824 году – Михайловское, они маячат в 1829-м – Москва: крупная игра в любовь.
Любовь всегда сопутствовала самозарисовыванию: пики её кривой и графические взлёты одновременны. Если Одесса, то это Ризнич и Воронцова, если Михайловское – то Вульфы и Керн, если Москва 1829-го – то Гончарова. Дата же «1830» рубежная: за ней уже больше профилей Н. Н., чем своих, за ней не беспечность, а настороженность линий, за ней в конце концов начинает клубиться тень Чёрной речки.
В 1831 году пушкинское перо совсем не баловалось, не чертило вовсе его арапского профиля, в 1832 году их всего два, в 1833-м и 1834-м – ни одного, в 1835-м снова два, в 1836-м один: столбец цифр умопомрачительного долга в семьдесят пять тысяч и под ним Пушкин, словно мученик, придавленный тяжестью жизни, но всё же не лишённый дара иронии, этого обязательного свойства любого великого ума. Но, несмотря на ту легкую улыбку, нет в пушкинской иконографии сравнения с печалью, переданной в этих последних портретах: «Давно, усталый раб, замыслил я побег…»; символы страдальчества здесь повсюду: страдальчески поднятые брови, страдальческие глаза, ввалившиеся щёки и только единожды он как бы воскресает, рисует себя просветлённым, в лавровой короне, рисует себя так, как, наверное, писал свой «Памятник».
Рисунки Пушкина, давно признано, не менее совершенны, чем его слова, они образцы высочайшей искренности и вместе артистизма; их можно положить рядом с рисунками Дега или Врубеля, и они не проиграют. Прямой ход и огонь божественного гения видится здесь – Пушкин с легкой и стремительной уверенностью чертит светящийся, вечно движущийся пунктир своей жизни, столь наполненной и прекрасной».
Ещё первый биограф Пушкина, П. В. Анненков, отметил, что рисунки поэта – это как бы «разговор с самим собой». Автопортретов около 90. Ознакомиться с ними можно в «Пушкинском доме».
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.