© Валерий Николаевич Капленко, 2021
ISBN 978-5-0053-1273-0
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
ВМЕСТО АННОТАЦИИ
В этой книжке собраны мои скромные заслуги перед российским юмором. Михаил Жванецкий в одной телепередаче сказал: «Всё-таки наш юмор самый лучший». Это говорилось в те времена, когда канал «ТНТ» ещё не успел наш юмор испортить. Я надеюсь, что у меня получилось, чтобы читатель если смеялся, то чистым, неиспорченным смехом, а если огорчался, то не от качества юмора, а от «сердца горестных замет», которые и сюда просочились. Но и на это надо смотреть с улыбкой.
Автор
Выше на этой странице – шарж работы Петра Евладова.
НЕЗНАКОМКА
В вагоне электрички
Сидела у окошка —
Не то читала жвачку,
Не то жевала книжку.
* * *
Под небом цвета купороса
Шли по дороге два барбоса:
Один из них – на поводке,
Другой же – с поводком в руке.
* * *
В полночь – коты.
В три начинают собаки.
…Утром идёшь на работу.
* * *
– Куда вы дели благо, благодетели? —
Спросил я их. Они мне не ответили.
* * *
Истинно: как и диплом, фотография тоже бумага.
Как вместо знаний порой мы предъявляем диплом,
Так же, не видя в лицо своих близких, родных и любимых,
Мы фотографии их можем себе предъявить.
МНЕНИЕ О МНЕНИИ
Этим людям наше мнение
Интересно наименее.
ДВУСТИШИЕ, НАПИСАННОЕ
БЕЛЫМ ПЯТИСТОПНЫМ ЯМБОМ
Любое лыко можно вшить в строку,
Лишь бы строка была не лыком шита.
ПОЛЕМИКА С А. С. ПУШКИНЫМ
Поэзия должна быть умновата!
УЧИСЬ!
Матерщинник, ты бездарь, ты пшик!
Вот, учись: под пером виртуоза
Наш родной и могучий язык
Превращается… в кучу навоза.
КОЛЬЦЕВАЯ КОМПОЗИЦИЯ
Ты пьёшь за успех своего безнадежного дела,
И дело твоё безнадежно, поскольку ты пьёшь.
ЭПИТАФИЯ ЛИХАЧУ
Нёсся во всю мотоциклову прыть…
Поздно хвалить и злословить.
Что ж говорят: «Головы не сносить»?
Вот, посмотрите: снесло ведь!
ОФИЦИАЛЬНАЯ ВСТРЕЧА
Бизнесмен встречался с депутатом.
Дружески беседовали матом.
Обсуждали в ходе этой встречи,
Как поднять культуру устной речи.
МАСТЕР, ЗНАТОК И ВАЗА
Один Знаток всенепременный
Схлестнулся с Мастером отменным, —
Задумав подшутить над простотою,
Сказал: «Вот этот камень-изумруд
(Пускай непосвящённые умрут!) —
Я так, не глядя вижу – взят хитою1!»
На это слово Мастер возражал
(Он сам в другой деревне возмужал,
И разно их звучали диалекты):
– Какая там ещё хита!
Живешь почти на свете век ты,
А видно, что не знаешь ни черта.
Хит – надо молвить.
– «Будь же ты неладен!
Хит – это клёвый номер на эстраде».
– Ты прежде думай, после говори!
Как может клёвым быть один-два-три?
Какой тебе на цифру клюнет окунь?
Знаток смолчал, прищурившись жестоко,
Но догадались светские круги,
Что расстаются смертные враги.
Мораль: когда идешь в приличный дом,
Ты поработай с диалектным словарём.
Эпилог
Простите, что нарушил жанр и тему,
Но я-то думал написать поэму,
И как так получилось – не пойму…
А тот Знаток был очень именитым
И крупным социальным паразитом,
И Мастера упрятал он в тюрьму.
У той поэмы был бы смысл таков,
Что доля не проста у Мастеров
И, как на грех (или как за грехи),
Им портят жизнь нахалы Знатоки.
Один Читатель (сам – Знаток преловкий)
Спросил: «При чём тут ваза в заголовке?»
Я объясняю: он на то и Мастер,
Чтоб изготовить, публике на счастье,
Ну, вазу там или чего ещё…
Я вазу видел. Баская, ничо!
О ней-то рассказать я и старался,
Да как-то почему-то не добрался.
НЕМНОГОСТИШИЯ
/ Олег Дозморов /
1.
Как я жизнь твою сломал,
так и ты мою сломала.
Разбегаемся. Финал.
В довершение финала
Я всю мебель поломал,
Ты всю технику сломала.
Ты простила. Я простил.
Так у нас один другого
На свободу отпустил,
Припечатав добрым словом.
2.
Чужие стихи не люблю,
и собственные надоели.
…закончу – а всё же пошлю
в журнал соловьиные трели.
Пишу эти клятвы, пишу,
а сам ненавижу всё это…
Начисляют гонорар —
Мерзко. Подло. Ненавистно.
Я-то знаю свой товар —
Платят, гады! Что за свинство?
Надо меры предпринять,
Не ходить у них в холопах:
Бухгалтерию взорвать,
Главредактора ухлопать.
В ЕДИНОМ ГЛАЗУ
Словно камешек в кармане —
под ресницей городок.
Это поезд на стоп-кране
ловит воздуха глоток.
– — – — – —
Отощала в полёте земля
и вошла в ячею роговицы.
Юрий Казарин, из книги «Поле зрения»
Позвонили в десятом часу,
Через трубку внушали всё это:
Что поездка на самом носу,
Ни в едином глазу – ни билета.
Перемёрз милицейский патруль,
Но отметил моё появленье.
И, клубясь на спиральном ветру,
Пересек я его поле зренья.
Эта очередь мне не предел,
Ей мои аргументы – в печёнке,
Я гудком запредельным гудел —
И она оказалась в сторонке.
У кассира я выжал слезу…
Но заметит прищуренный критик
У меня только шпалу в глазу,
А в своём – паровоза не видит.
До перестройки, когда поэт Виктор Мясников ещё не перешёл на прозу, не сочинял ни ужасов, ни книг об оружии, он написал ряд стихотворений под общим названием «Баллады ХХ века», но почему-то не включил их в первую свою книгу – сборник стихов «Благослови мою печаль». В числе их была и замечательная по ритмике «Баллада о неведомой птице». Восхищение поэтическими находками и хорошая творческая зависть подвигли автора этих строк на сочинение следующего опуса.
БАЛЛАДА О НЕВЕДОМОМ КОЗЛЁНКЕ
Машину, сверкавшую лаком,
он бросил по злакам…
…Искали напрасно…
И птица, названия коей
никто и не ведал,
Метнулась со свистом
и скрылась
с испуганным писком.
В. Мясников
Я – птица, название коей
оставьте в покое.
Такое
слыхала от деда – никто и не ведал!
Как жили на свете Ванюша с сестрёнкой
Алёнкой.
С пелёнок
Иванушка помнил проказы сестрёнки:
Как била его по рукам,
за конфеты корила,
Дарила
ему тумака,
и на ужин грядущий
Дирала за уши, и пуще,
чем кочет,
орала.
И хочет
Иванушка скрыться,
а попросту – смыться,
Забыться,
идёт он в дубовую рощу,
под дубом попроще
Садится
и думает грустно: «Ну что я за птица!»
И видит: из рощи,
естественной шерстью обросший,
Выходит
неведомый ослик,
и к Ване подходит,
И возле
становится кротко,
и гривкой короткой
Кивает,
и по-человечески речь начинает:
«Привет тебе, братец
Иванушка! Катятся годы,
Невзгоды неся.
Я ведь бpaт твой, по имени Васька.
Не маска
на мне, но обличье
земного величья:
Не бьёт меня нынче сестрёнка,
дурёха
Алёнка.
Неплохо
тебе то же самое сделать:
нагнуться – и смело
Напиться
воды дождевой из любого копытца.
Скорее! Ты слышишь? —
зовёт тебя где-то Алёнка.
Вот, видишь следы?»
– «Но телёнком
я стать не желаю.
Не то ведь поймают,
забьют меня, Ваньку, на мясо…
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.