В оформлении обложки использована фотография фрагмента мозаики М. С. Козлова. Автор сборника искренне благодарит художника за возможность использовать этот снимок.
© Варвара Махортова, 2023
ISBN 978-5-0060-5642-8
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Калейдоскоп – от греч. kalos – «прекрасный», eidos – «вид» и skopeo – «смотрю»
Пробивается луч рассвета
И срывает тумана печать.
Наша песня еще не спета,
Она должна прозвучать.
Где-то вдали под небом
Синим дремлют моря.
…
А здесь небеса прозрачны,
Текучи, бездонны.
Солнце встает и будит
Всё то, что сонно.
И на всех янтарях,
И на всех пустырях —
Заря.
…
И в этой маленькой комнате,
Словно на белой ладони, —
Ты и я.
И мы забыли всё то,
Что было зря,
И только то, что всегда
В нас будет жить,
Помним.
Небеса так лиловы и так чисты,
Звезды – как хрустали,
Город украсил огнями мосты
И зажег фонари.
Присмотрись и увидишь свет,
Он у тебя внутри,
И из слов только те нужны,
Что искренни и просты, —
Это значит, сегодня ты
С целым миром на «ты».
Кто-то из нас говорил,
А кто-то молчал,
Кто-то в руке держал
Полупустой бокал.
Каждый (немного) скучал,
Вглядывался в свою
Усталость
Или печаль.
*
А там – за окнами —
Цвел закат,
И он был
Свят.
Тише, тише —
море прибоем пишет.
Белая пена – ближе,
легкие гребни – дальше.
Чуть коснется тебя
жестом огромной ладони,
и как будто бы слышишь
сквозь звуки прибоя:
Отпусти свое горе,
дай мне его, дай-ка.
Освободи сердце —
я собираю кольца
или простые камни.
И возвращаю солнце, звезды,
мечты о дальнем.
Друг мой, радостно здесь тебе,
Холодно или грустно
(можешь продолжить – поставь
самое нужно слово
или оставь «пусто»).
Только помни:
У всякой реки есть исток и устье,
Каждая жизнь – русло,
Не остановишь теченья.
Все мы когда-нибудь
Станем водой океана,
(в котором отражено
безграничное небо),
И ни один из нас
Не превратится
В остров.
Сердце стучит в висках,
Время идет по стрелкам,
Будто бы акробат,
Зеркало на стене —
Словно стальной плакат.
Сердце всё громче, громче
Бьет в свой алый набат.
Ночь – обнаженный меч,
Холодом веет сталь.
Мы не смогли сберечь
Наш восходящий свет,
А жаль.
Вихрей свирепых раструбы,
В небе – хищные ястребы,
Розы пылкие – красные —
Всё, что веет опасностью,
Слышится, видится – вот оно,
В линзах выпукло-вогнутых.
…
И тишина звучит
Так громко,
Словно удары гонга.
Небо мое, мне больно —
Тихо-тихо шепчу и обращаюсь в звук.
Только небо не знает, что значит «боль»,
Не знает, что значит «мое».
Небо, смотря сквозь меня,
Проводит рукой —
Исчезают слова,
И вот
Я становлюсь тишиной
Голубой-голубой.
Ты говоришь о солнце,
Но в сердце твоем – пятна,
И всё, что в счастье поется,
Теперь звучит так невнятно
(тебе самому непонятно),
Слово за слово цепляется,
Но не льется,
И только одно повторяется
Эхом, рефреном, пульсом:
Ничто уже не вернется,
Никогда не вернется.
Тоска прожигает меня,
Тонкой изменчивой линией обводя пустоту.
Я – простая бумага,
Тоска – пламя.
Небо смотрит на мир свысока
Задумчивыми глазами.
И я чувствую в этот миг, что от него
Особенно далека.
Оборвалась нить,
Пуста моя рука.
Здесь – наш приют
И наш плот.
Здесь нас никто не потревожит
И не найдет.
Слышу – сердце твое поет,
Зовет меня сквозь тишь.
И всё, что оставили мы
Где-то там, за окном, —
Просто речной камыш,
Ксилофон для ветров.
Е. С.
Так иногда бывает
Ночью в июле:
Небо над нами цвета
И аромата пачулей
И всё в звездах.
Необычайно прозрачен
И легок воздух,
И так просто
Ветер от всех печалей
Наши сердца врачует.
Этот день как будто раскрытый цветок,
Весь – небо, море и белый-белый песок,
Ты проходишь легко:
Каждый твой шаг упруг и почти невесом,
И чувствуешь, целый мир —
Это твой дом.
Кариатиды и нимфы
Кариатиды и нимфы
С карими глазами.
Мифы. Солнце Коринфа
Над морскими волнами.
В этом видении-забвении
Я исчезаю…
Небо совсем лазурно,
В нем золотые крылья.
И если меня поцелуешь
В это мгновение,
Почувствуешь на губах
Соленый вкус моря.
Mein Herz
Расплескался закат,
Словно Абрау-Дюрсо,
Солнце – блестящий шар,
Золотое кольцо.
Мы светом летучим полны,
Опьянены.
И пусть я совсем, совсем
Не говорю по-немецки,
Ты для меня Mein Herz —
Мое сердце.
* * *
И ты вся была как будто
Лес заповедный,
Сама с глазами газели.
И я слушал часами,
Как твои птицы пели.
Но только теперь не знаю,
Ты мне тогда приснилась
Или со мной случилась
На самом деле?
* * *
И неважно, в каком это было году,
Воспоминания всегда будут остры, как лезвия,
Если ты любил ее, как Катулл —
Свою Лесбию.
Актеры
Раскрывается занавес синий,
Зажигается солнце-пентакль.
Нас зовут!
Ты же слышишь, друг?
Нам пора начинать спектакль!
Повторять слова и движенья,
Петь, смеяться, в объятья падать
Или плакать, играть смятенье.
Нам пора! Поднимайся, надо!
Ты молчишь? Повторяешь пьесу?
Сердце знает и так, что пленно.
Встало солнце – алый пентакль,
Нас зовут!
Нам пора на сцену!
* * *
Когда твоих уст алость
Обращалась в усталость
И то, что когда-то пелось,
Делалось пеплом,
Тебе казалось – уже
Ничего не осталось…
Но было за эпилогом
Новой главы
Начало.
Статуя
Над ней – воды, воды и воды,
Она не на пьедестале,
Но на морском дне.
Она пустыми глазами
Смотрит куда-то ввысь,
Там небеса, а в них —
Луны серебряный диск.
Она не видит его,
Но забирает себе
Его блеск.
Он серебристым монисто
Лежит у нее на груди.
И проступает вдруг
На ее лице
Сквозь пустоту и холод
И немоту
Что-то такое простое,
Как песня, танец и смех.
Словно она не богиня,
Словно она вольна.
I
Эта ночь – что сундук раскрытый,
Полный самых ярких созвездий.
II
Небо ночное – темно,
Сияние звезд – пронзительно.
Замер летучий миг
Над волнами и листьями.
И тишина глубока,
И тишина таинственна,
Словно есть у нее второе дно.
III
Ночь мириадами звезд вышита,
Сотнями тысяч мгновений измерена.
Высь – раскрытая бездна,
Даль – тихое странствие.
И на весах небесных
Замерло равновесие
Самого чистого блеска
И летучего сумрака.
IV
Звезды золотом вышиты,
Звезды смотрят на нас с вышины,
Из тишины.
Небеса так лиловы и так ясны,
Звезды не мотыльки —
Ни одну не поймать,
Только смотреть и петь,
Как они высоки и далеки.
В нас отражаются их
Яркие огоньки.
Мы – это только плеск
Уходящей реки,
Но нам в венки вплетены
Все мечты и все сны.
V
Звезд в небесах по-цыгански
Звенели браслеты,
Ветер смеялся и пел
Так беззаботно, как могут
Одни лишь ветры.
Зеленые кроны шумели,
Вторя его гитаре.
И мы затерялись где-то
Среди цветущего лета,
Которое бесконечным
(забыв обо всем)
Считали.
2022
VI
Ночь с ароматом роз,
Ночь в обрамлении звезд,
Ночь – такая как есть.
И во всем отражен
Ее блеск.
VII
Ночь. В небесах – луна,
И вокруг – тишина,
Светом озарена, заворожена.
Ночь глубока и темна,
Ночь – река.
Едина – на всех одна.
Ночь стирает все грани,
Письмена, имена.
И лилии расцветают,
Поднимаясь со дна.
VIII
Ночь со всем своим сумраком,
Всеми тайнами.
Ночь со всеми высотами,
Всеми звездами.
Ночь над всеми садами
И всеми розами,
Ночь над всеми словами
И всем, что не может быть сказано.
Ночь на всех языках
И ночь без имени.
Ночь – прозрачный полет,
Непрерывная линия.
Софии де Мелло
Утро внешне и внутренне
Исполнено и овеяно
Светом,
Без обмана и без изъяна,
И вся его суть
В этом.
Этот день затерялся во множестве
Взглядов-плоскостей.
В ясной лазури неба,
В золоте солнца,
В ленте зеленого леса,
В линии горизонта,
В каждом тонком луче
Над рекой и полями.
Этот день отразился во множестве взглядов
И отыскал себя в пересечении линий.
Солнце,
проведи линию
между мной и этой
расцветшей лилией,
между мной и рекой синей,
между мной и тишиной,
которая так ясна, что в ней —
пробуждение всех вещей
от сна.
Золото постепенно переходит в лазурь,
Дальние облака обретают розовый цвет,
И я, как будто цветок, срываю этот рассвет,
Когда смотрю в высоту,
И вместе с ним цвету.
На старинных гравюрах
Отыщем себя счастливых.
Ну и что? – Пусть у нас там другие наряды.
Ну и что? – Пусть у нас там непохожие лица.
Только в улыбках и жестах такая легкость,
По которой и ты, и я узнаём счастье.
Яркий рассвет над морем
Оранжевей апельсина,
Даль открытого неба
Бесконечно светла.
Знаешь, нас всех однажды
Вылепили из глины.
Нас вылепили из глины,
И это было вчера.
Софии де Мелло
I
Солнце
Рассекает пространство,
Строит векторы и проекции,
Измеряет плоскости.
Светы ложатся на землю
Слой за слоем.
Все мы во власти зноя.
День – подобие сна,
И линия горизонта —
Натянутая струна.
II
Солнечные лучи – триумф минимализма.
Солнечные лучи – совершенные грани
Прозрачной призмы.
Между землей и небом
Они
Легче, чем все мечты, желания или сны.
Солнечные лучи – напоминание о самом
Древнем
И обнаженная радость
Сияющей новизны.
III
День будет диском с контуром ровным,
День будет кругом, что света исполнен.
День, обведенный циркулем Солнца,
Брошенный в небо и в нем
Растворенный.
Всё вокруг – торжество
Необходимого,
Перед которым тает
Легкий танец
Случайного.
Свет прозрачных лучей —
Золотое сечение,
И горизонт вдали —
Земли и неба
Венчание.
День разлетится белыми облаками,
Солнце и тени сложат
Новые оригами:
Линии, плоскости, сгибы —
Лилии, птицы, рыбы.
Ветер их оживит,
Ветер их повлечет
За собою, играя.
И небеса над нами
Станут широким шатром,
Изнанка которого вся,
Вся голубая.
Облака – паруса, блестящие карусели,
Самые вольные крылья и вымысел света —
Не пересечься.
Но если станет твой взгляд
Совсем прозрачен,
В тебе отразится легкость
Полета.
Звезды – астры.
Метафора наоборот,
Возврат
Или взятый в квадрат
Свет, который цветет.
2023
Утренний свет проводит
Линии тонко и ровно,
Утренний свет рисует
Фигуры – круги и ромбы.
Небо помнит о том,
Что высоко и глубинно,
И у всех облаков
Розовеют нимбы.
В теплом летнем дожде —
Неизъяснимая нежность,
Словно это во сне,
Словно всё это снится
Нам сквозь тонкие струи.
Или это мы сами
Только снимся дождю?
И сквозь годы и годы
Он нас видит детьми
(прежние только взгляды —
по ним он нас и узнал).
Мы, как будто в объятиях,
В этом прозрачном царстве.
Дождь с родительской лаской
Усталую землю целует.
2021
Небо уже утратило
Свой фламинговый розовый,
Только окна домов
Еще отливают бронзовым.
И едва различимо
Витают в воздухе
Золотого заката
Последние отсветы.
Ночь ясна и светла,
И тишь такая вокруг,
Словно кто-то помилован,
Словно кто-то прощен.
В небе чистом ни облака,
И только полной луны
Мерцает правильный круг —
Матовый кабошон.
Вёсны и осени – россыпи
Цветов / листьев,
Лета и зимы – целостность
Зелени / льда.
А вместе – медленный танец,
Который, всё повторяясь,
Не повторяется,
Который себя обновляет
Всегда.
Касаясь смены сезонов,
Ощущаю себя частицей вечности
В той же мере, в которой
Ею можно назвать
Еще не раскрытый / зеленый / желтый / уже исчезнувший
Кленовый лист.
Время свершило еще
Один предначертанный круг,
Переступило черту весеннего полнолуния.
И небеса теперь – в середине дня —
Блистательней, чем любовь,
Пронзительней, чем безумие.
Весна – в тающем снеге,
В птичьем гаме,
В ярком свете и в аромате,
Которым проникнут воздух.
Весна-а-а!.. – хочешь кричать навстречу
Пространству, которое, впрочем,
И есть весна.
Реальный или желаемый,
Крик твоего восторга растворяется в небе,
Сливаясь с его молчанием
Голубым-голубым.
2023
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.