Sadece Litres'te okuyun

Kitap dosya olarak indirilemez ancak uygulamamız üzerinden veya online olarak web sitemizden okunabilir.

Kitabı oku: «Армения как состояние любви»

Yazı tipi:

Հայաստանը սիրո աղբյուր

© Издательство «Aegitas», 2019

* * *

Книга, которая состоялась

Степанакерт. Раннее утро. Телефонный звонок. Голос, близкий к тенору, разве что баритон. Язык русский. Чистый. Без акцента. Явно не армянин. Хотя большин-ство моих соотечественников говорят по-русски практи-чески без акцента. Но тут совсем другое. Тут видно, скорее, слышно было, что со мной говорит не просто русскоязычный, а именно русский. И не ошибся. Теле-фонный адресант представился – Виктор Коноплев…

– Мне о вас говорили. – И даже показали стихи, – сказал я.

– Как хорошо звучит – «показали стихи», – ответил голос в телефоне. Я сам хотел с Вами встретиться.

Договорились о встрече. Улучив момент, я начал читать те самые стихи, которые мне не просто показал, но и вручил выдающийся арцахский поэт, литерату-ровед, переводчик, профессор Сократ Ханян. Именно мой друг Сократ переводил стихи Виктора Коноплева. Привожу концовку стихотворения:

 
Как возводились Гандзасар, Урек,
Здесь каждая вершина, человек,
На живописном Карабахском плато
Тебе поведает, какую плату
Платил Арцах за мир и честь свою,
Как в прежние столетия молю:
В дни радости и время непогоды
Храни, Господь, Арцах с его народом!
За пролитые пот его и кровь
Наградой будет пусть Твоя Любовь!
Хачкар умолк. Я под своей рубахой
Биенье сердца ощутил Арцаха.
 

Здесь сделаю маленькое поистине лирическое отсту-пление. Поводом стала рифма «рубаха» и «Арцаха». Это было, можно сказать, сто лет назад. По крайней мере, не меньше полувека. В 1963 году. Об этом, не скрою, много раз писал. Выполнял, как говорилось раньше, врачебное санзадание, в лютый мороз пересекал я по льду реку Камчатку, находясь в трех километрах от районного центра Усьт-Камчатска. Спокойно шел вначале по глубокому снегу, чувствуя внизу ледяную твердь. Всего в двух метрах от противоположного берега в одночасье провалился, словно в пустоту. Я не только весь оказался в воде, но и ощутимо чувствовал течение.

Драма эта была не короткой. Скажу лишь, что со-сулькой полз до Усть-Камчатска, где мои коллеги в районной больнице спасли меня целым литром чистого спирта (больше половины пошло на растирание окоче-невшего тела). Утром в полосатом свитере с воротнич-ком вышел во двор больницы для традиционной заряд-ки. Не заметил, как в открытые ворота вошел старичок, в оленьей кухлянке. Остановился рядом. Не без удивления рассматривал меня и, зябко укутавшись в пеструю шаль, которая никак не подходила к кухлянке, спросил: «Отку-да, друг, в одной рубахе в такой мороз?». Я, не задумы-ваясь, ответил: «Из Карабаха», – и громко захохотал. Старик окончательно убедился, что я чокнутый. Бедный, он, конечно, не знал, что меня взволновала рифма «руба-ха» и «Карабаха». Мало того, вскоре появилось у меня четверостишие, которое прочитал моим коллегам:

 
– Откуда брат, в одной рубахе,
В такой мороз суровый?
– Издалека, из Карабаха,
А там народ здоровый.
 

Кстати, я не знал, что бахвальством этим я сглазил именно свое здоровье. Через два дня лицо мое искри-вилось: воспаление лицевого нерва-фациалис. И полго-да ежедневно кололся всякими там витаминами группы «В». Утешением было только то, что в моем арсенале к моему Карабаху прибавилась еще одна рифма.

И вот в Степанакерте, в столице Карабаха-Арцаха, у меня в гостях молодой русский парень, который под своей рубахой ощущает биение сердца Арцаха. Порази-тельно, ведь и запавшее в душу слово «рубаха» не толь-ко синоним «рубашки», «сорочки», «блузки», но это и «настоящий мужик», «хороший парень». Однако о той камчатской истории я тогда не поведал хорошему парню.

Виктор принес мне рукопись книги. Стихи, проза в диалогах. Я, как это водится, при авторе медленно пере-листал кипу скрепленных в большую тетрадь страниц, думая о том, что он поймет: внимательно изучу материал после, когда останусь один на один с рукописью. А пока больше хотелось послушать гостя. Выяснилось, он успел изъездить, исходить чуть ли не весь Арцах. Обзавелся множеством друзей. Чего стоит один лишь факт, что охотно и щедро переводил его сам Сократ Ханян. Более чем в десяти изданиях печаталисьон, конечно, не знал, что меня взволновала рифма «руба-ха» и «Карабаха». Мало того, вскоре появилось у меня четверостишие, которое прочитал моим коллегам:

 
– Откуда брат, в одной рубахе,
В такой мороз суровый?
– Издалека, из Карабаха,
А там народ здоровый.
 

Кстати, я не знал, что бахвальством этим я сглазил именно свое здоровье. Через два дня лицо мое искри-вилось: воспаление лицевого нерва-фациалис. И полго-да ежедневно кололся всякими там витаминами группы «В». Утешением было только то, что в моем арсенале к моему Карабаху прибавилась еще одна рифма.

И вот в Степанакерте, в столице Карабаха-Арцаха, у меня в гостях молодой русский парень, который под своей рубахой ощущает биение сердца Арцаха. Порази-тельно, ведь и запавшее в душу слово «рубаха» не толь-ко синоним «рубашки», «сорочки», «блузки», но это и «настоящий мужик», «хороший парень». Однако о той камчатской истории я тогда не поведал хорошему парню.

Виктор принес мне рукопись книги. Стихи, проза в диалогах. Я, как это водится, при авторе медленно пере-листал кипу скрепленных в большую тетрадь страниц, думая о том, что он поймет: внимательно изучу материал после, когда останусь один на один с рукописью. А пока больше хотелось послушать гостя. Выяснилось, он успел изъездить, исходить чуть ли не весь Арцах. Обзавелся множеством друзей. Чего стоит один лишь факт, что охотно и щедро переводил его сам Сократ Ханян. Более чем в десяти изданиях печатались интервью и диалоги с ним. Стихотворение, которое я привел в начале предисловия, оказывается, было написано шесть лет назад. Огромное количество друзей у Виктора в Арцахе и Армении. И я ничего об этом не знал. Оказывается, его стихотворение «Любить Армению по-русски» проходят в армянских школах. Он перевел на русский гимн Арцаха, написал статью о признании Арцаха. Об этом тоже я не знал. Немудрено: все эти годы я совершал плавание на «Киликии» и «Армении». Однако, меня сейчас в первую голову интересует и волнует только его рукопись.

Как только я остался наедине с рукописью Конопле-ва, начал искать в них строки, которые могли бы запасть в душу. Иногда ведь одной строки бывает достаточно, чтобы оценить поэта. Одного образа. Одного сравнения. Известно, что Генрих Гейне как-то весело бросил: «Пер-вый, кто сравнил женщину с цветком, был великим поэтом, но уже второй был олухом». А вот сто лет спустя кто-то добавил к Гейне: «Первым прозаиком был тот, кто женщину сравнил с женщиной». У Виктора Коноплева, к великой радости, я нашел множество строк, которых искал: «Небо Армении-мой третий глаз (термин научный, не мистический)». «Небо Армении – книга времен, в ней я прочел об истоках и смыслах».

Думаю, Коноплев точно нашел суть и смысл исто-рического оптимизма армян: «Поверь, брат мой, народ армянский жив, Пока с ним плоть и кровь Христовой веры». Вряд ли поэт, выводя эти строки, думал о том, кто и когда ввел на Руси христианство. Он, скорее, чувствовал саму историю рождества православия Руси и связи ее (истории) с Арменией. Кстати, Коноплев так и пишет: «Армения трудноопределима в контексте приземленных состояний. Она существует на уровне чувств». Однако есть еще и «уровень» исторических фактов. Вот только один поистине божественный пример. Ибо, именно Богу было угодно, чтобы, армянин по происхождению, византийский император Василий второй, выдал свою родную сестру Анну замуж за русского князя Владимира Святославовича, внука великого князя киевского Игоря и княгини Ольги, которая первой приняла христианство в 957 году. И вполне, как было давно сказано, спасительно законо-мерно, что именно русский князь Владимир со своей армянской женой Анной ввел христианство на Руси как государственную религию. Двадцать шесть лет он правил христианской Русью и именно тогда, как подчеркивают историки, «государство Российское всту-пило в период своего расцвета».

Думаю, не случайно, что многих и многих русских поэтов и вообще русских деятелей культуры на протяже-нии целого тысячелетия тянуло к Армении. Не случайно и то, что великий русский художественный и музыкаль-ный критик, историк искусства, носитель русского национального духа Владимир Васильевич Стасов писал о том, что армяне и грузины пришли в Россию не с пустыми руками, имея в виду прежде всего архитектуру и культуру.

Читая рукописи Коноплева, я вспомнил об одном из самых активных деятелей Карабахского движения – профессоре философии Московского государственного университета Гранте Левоновиче Епископосове. В драматическую пору развала СССР и Карабахской вой-ны он в «Издательстве Московского университета» издал бесценную монографию «Армения в мыслях и сердцах». В ней приведены имена сотен выдающихся деятелей литературы, искусства, науки мира, которые выражают свои искренние чувства об Армении и армя-нах. Среди них больше всего, пожалуй, русских поэтов и писателей.

И вот у меня на столе будущая книга еще одного русского поэта и писателя. Книга об Армении, которая по автору «безгранична и всеобъемлюща со своими» «черными дырами» и галактиками, разве что в отличие от космического пространства в ней нет «вакуума». Книга об армянах, которые, по автору, «как историчес-кая реальность состоялась настолько, насколько состоя-лась сама история человечества». Я думаю, состоялась и сама книга Виктора Коноплева.

Зорий БАЛАЯН

Գիրք, որը կայացել է

Ստեփանակերտ: Վաղ առավոտ: Հեռախոսազանգ: Լսա-փողից հնչող ձայնը՝ տենորից անց, մոտ է բարիտոնին: Լեզուն՝ ռուսերեն: Մաքուր: Առանց առոգանության: Ակնհայ-տորեն հայ չէ: Թեև հայրենակիցներիս մեծամասնությունը ռուսերեն խոսում է գործնականում առանց առոգանության: Բայց սա բոլորովին այլ դեպք է: Այստեղ երևում է, ավելի ճիշտ՝ լսվում է, որ ինձ հետ խոսում է ոչ թե պարզապես ռուսալեզու, այլ՝ հենց ռուս մարդ:

Ես չսխալվեցի: Հեռախոսային հասցեատերը ներկայա-ցավ՝ Վիկտոր Կոնոպլյով:

–Ինձ ասել են ձեր մասին, և նույնիսկ բանաստեղծութ-յուններն են ցույց տվել,– ասացի ես:

–Ինչ լավ է հնչում՝ «բանաստեղծություններն են ցույց տվել»,– պատասխանեց ձայնը հեռախոսից:– Ես ցանկա-նում էի ինքս հանդիպել ձեզ հետ:

Պայմանավորվեցինք հանդիպման մասին: Պահը որսա-լով՝ սկսեցի կարդալ հենց այն բանաստեղծությունը, որն ինձ ոչ թե պարզապես ցույց էր տվել, այլ հանձնել էր արցախյան հայտնի պոետ, գրականագետ, թարգմանիչ, պրոֆեսոր Սոկրատ Խանյանը: Հենց իմ ընկեր Սոկրատն է թարգմանել Վիկտոր Կոնոպլյովի բանաստեղծությունները: Մեջբերեմ դրանցից մեկի վերջին հատվածը.

 
Как возводились Гандзасар, Урек,
Здесь каждая вершина, человек,
На живописном Карабахском плато
Тебе поведает, какую плату
Платил Арцах за мир и честь свою,
Как в прежние столетия молю;
В дни радости и время непогоды
Храни, Господь, Арцах с его народом!
За пролитые пот его и кровь
Наградой будет пусть Твоя Любовь!
Хачкар умолк. Я под своей рубахой
Биенье сердца ощутил Арцаха.
 

Այստեղ կատարեմ հիրավի փոքրիկ քնարական շեղում: Դրա համար առիթ հանդիսացավ «ռուբախա»-«Արցախա» հանգավորումը: Կարելի է ասել՝ դա պատահել է հարյուր տարի առաջ (համենայն դեպս կես դար անցած կլինի)` 1963 թվականին: Այդ մասին, չեմ թաքցնի, բազմիցս գրել եմ: Կատարում էի, ինչպես առաջ էին ասում, սանիտարա-բժշկական հանձնարարություն և Ուստ-Կամչատսկի շրջկենտրոնից երեք կիլոմետր հեռավորության վրա դաժան սառնամանիքի պայմաններում սառույցի վրայով հատում էի Կամչատկա գետը: Անցնում էի հանգիստ, սկզբում՝ խոր ձյան միջով՝ ներքևում զգալով սառցե ամրու-թյունը: Դիմացի ափից ընդամենը երկու մետրի վրա միանգամից ասես դատարկությամ մեջ գլորվեցի: Ես ոչ միայն ամբողջովին հայտնվեցի ջրի մեջ, այլև զգացի քշող հոսանքը:

Այդ դրաման կարճ չտևեց: Ասեմ միայն, որ սառցակոն դարձած՝ սողացի մինչև Ուստ- Կամչատսկի, որտեղ շրջա-նային հիվանդանոցի գործընկերներս ինձ փրկեցին մի ամբողջ լիտր մաքուր սպիրտի օգնությամբ(կեսից ավելին գնաց փայտացած մարմինս շփելու վրա): Առավոտյան թեթև, գծավոր վերնազգեստով ելա հիվանդանոցի բակ՝ ավանդական մարզանքի: Չնկատեցի, թե ինչպես էր բաց դարպասից ներս մտել մի ծերուկ՝ եղջերվի մուշտակա-շապիկով, տաք փաթաթված գույնզգույն շալով, որը բոլո-րովին չէր բռնում մուշտակի հետ: Կանգնեց կողքիս: Ոչ առանց զարմանքի՝ սկսեց զննել: Ապա դողալով՝ հարցրեց իր յուրահատուկ ռուսերենով.

–Բարեկա՛մ, էս սառնամանիքին էդ որտեղի՞ց եկար էդպես շապկանց(այսինքն՝ հագիդ միայն «рубаха»):

– Из Карабаха,– առանց մտածելու՝ պատասխանեցի ես ու բարձր քրքջացի:

Ծերուկը վերջնականապես համոզվեց, որ ծալս պակաս է: Խեղճն ի՞նչ իմանար, թե ես տարվեցի հանգավորելով: Ավելին, շուտով մի քառատող գրեցի ու կարդացի.

–Էդպես տկլոր էդ որտեղի՞ց,

Չե՞ս վախենում բուք-բորանից…

–Օ՜, շատ հեռվից՝ Ղարաբաղից,

Ուր վախ չկա ոչ մի բանից:

Ի դեպ, ես չգիտեի, որ իմ այդ պարծենկոտության պատ-ճառով աչքս կպավ հենց իմ առողջությանը: Երկու օր անց դեմքս ծռվեց. դիմային նյարդի բորբոքում՝ ֆացիալիս: Եվ կես տարի շարունակ ամեն օր ներարկվում էի «Բ» խմբի տարբեր վիտամիններով: Միակ մխիթարությունս այն էր, որ իմ զինանոցում ևս մեկ հանգ գտնվեց Ղարաբաղի համար:

Եվ ահա Ստեփանակերտում՝ Ղարաբաղ-Արցախի մայ-րաքաղաքում, իմ հյուրն է մի ռուս երիտասարդ, որն իր շապկի տակ զգում է Արցախի սրտի տրոփյունը:

Ապշեցուցիչ է, չէ՞ որ սրտիս կպած «ռուբախա» բառը նշանակում է ոչ միայն շապիկ, վերնաշապիկ, վերնա-զգեստ, այլև՝ «իսկական տղամարդ», «լավ տղա»: Սակայն Կամչատկայի հետ կապված պատմությանը այն ժամանակ ես չտեղեկացրի լավ տղային:

Վիկտորն ինձ համար բերել էր գրքի ձեռագիրը՝ բանա-ստեղծություններ, արձակ երկխոսություններ: Եվ, ինչպես դա ընդունված է, հեղինակի ներկայությամբ դանդաղ թեր-թում էի էջերի հաստ կապուկը՝ մտածելով, թե նա կհաս-կանա, որ նյութը ես ուշադիր կկարդամ, երբ մենակ մնամ ձեռագրի հետ: Իսկ առայժմ ավելի շատ ցանկանում էի լսել հեղինակին: Պարզվեց, որ նա հասցրել է ծայրեծայր անցնել համարյա ողջ Արցախը: Գտել է բազմաթիվ ընկերներ: Ինչ ասես արժե միայն այն փաստը, որ սիրով ու շռայլորեն նրան թարգմանել է ինքը՝ Սոկրատ Խանյանը: Ավելի քան տասը հրատարակություններում տպագրվել են հարցա-զրույցներ և երկխոսություններ նրա հետ: Բանաստեղ-ծությունը, որի մի հատվածն եմ ներկայացրել նախաբանի սկզբում, պարզվում է՝ գրվել է վեց տարի առաջ: Վիկտորն ահռելի թվով ընկերներ ունի Հայաստանում և Արցախում: Իսկ ես այդ մասին ոչինչ չգիտեի: Պարզվում է, որ նրա բա-նաստեղծություններից մեկը՝ «Любить Армению по-русски», անցնում են Հայաստանի դպրոցներում: Նա ռուսերեն է թարգմանել Արցախի հիմնը, գրել է նովգո-րոդյան հայ համայնքի պատմությունը, հոդված է գրել Արցախի ճանաչման մասին: Դրան նույնպես տեղյակ չէի: Զարմանալու բան չկա. այդ բոլոր տարիներին ես նավար-կում էի «Կիլիկիա» և «Արմենիա» առագաստանավերով:

Սակայն հիմա ինձ առաջին հերթին հետաքրքրում և հուզում է միայն նրա ձեռագիրը:

Հենց որ մենակ մնացի Կոնոպլյովի ձեռագրի հետ, սկսեցի այնտեղ փնտրել տողեր, որ կարող էին խոսել սրտիդ հետ: Չէ՞ որ պոետին գնահատելու համար երբեմն մեկ տողն էլ բավական է: Մեկ պատկերը: Մեկ համեմա-տությունը: Հայտնի է, որ Հենրիխ Հայնեն ինչ-որ մի առիթով ուրախ նկատել է. «Առաջինը, ով կնոջը համեմատեց ծաղկի հետ, մեծ պոետ էր, բայց երկրորդը՝ արդեն տխմար": Իսկ այ հարյուր տարի անց ինչ-որ մեկն էլ լրացրեց Հայնեին. «Առաջին արձակագիրը նա էր, ով կնոջը համեմատեց կնոջ հետ": Ի մեծ ուրախություն ինձ, Վիկտոր Կոնապլյովի մոտ գտա բազմաթիվ տողեր, որ փնտրում էի. «Հայաստանի երկինքը իմ երրորդ աչքն է(տերմինը գիտական է և ոչ միս-տիկական)», «Հայաստանի երկինքը ժամանակների գիրքն է, որտեղ կարդացի ակունքների և իմաստների մասին":

Կարծում եմ՝ Կոնոպլյովը ճշգրիտ գտել է հայերի պատ-մական լավատեսության իմաստն ու էությունը. «Հավա-տա՛, եղբա՛յր իմ, հայ ազգը ողջ է, քանի դեռ նրա հետ են Քրիստոսի հավատքի միսն ու արյունը": Այս տողերը գտած պոետը դժվար թե մտածած լինի, թե ով և երբ քրիստոնե-ությունը բերեց Ռուսիա: Նա ավելի շուտ զգում է Ռուսիայում ուղղափառ հավատքի ծննդի պատմության կապը Հայաստանի հետ: Ի դեպ, Կոնապլյովը այդպես էլ գրում է. «Հողամերձ վիճակների ենթատեքստում Հայաս-տանը դժվար բնութագրելի է: Այն գոյություն ունի զգաց-մունքների մակարդակի վրա": Սակայն գոյություն ունի նաև պատմական փաստերի «մակարդակ": Ահա միայն մեկ՝ հիրավի աստվածային օրինակ: Քանզի հենց Աստծուն էր հաճո, որ Բյուզանդիայի ծագումով հայ կայսր Վասի-լեուս (Բարսեղ) Երկրորդը իր հարազատ քույր Աննային կնության տար Ռուսիո իշխան Վլադիմիր Սվյատոսլավո-վիչին՝ թոռանը Կիևյան մեծ իշխան Իգորի և իշխանուհի Օլգայի, որն առաջինը քրիստոնեություն ընդունեց 957 թվականին: Եվ լիովին, ինչպես վաղուց է ասված, փրկողա-բար օրինաչափ է, որ հենց ռուս իշխան Վլադիմիրն ու իր հայ կին Աննան քրիստոնեությունը մտցրին Ռուսիա՝ որպես պետական կրոն: Քսանվեց տարի իշխեց քրիստո-նեական Ռուսաստանում, և հենց այդ ժամանակ էր, ինչ-պես ընդգծում են պատմաբանները, որ «Ռուսական պե-տությունը մտավ իր ծաղկունքի շրջան":

Կարծում եմ՝ պատահական չէր, որ մի ողջ հազարամ-յակ ռուսական շատ ու շատ պոետների և ընդհանրապես մշակութային գործիչների Հայաստանը ձգում էր դեպի իրեն: Պատահական չէր նաև, որ ռուս մեծ գեղարվեստա-կան և երաժշտական քննադատ, արվեստի պատմաբան, ազգային ոգին կրող Վլադիմիր Վասիլևիչ Ստասովը գրեց այն մասին, որ հայերը և վրացիները Ռուսաստան եկան ոչ դատարկ ձեռքերով՝ ի նկատի ունենալով առաջին հերթին ճարտարապետությունը և մշակույթը:

Կարդալով Կոնոպլյովի ձեռագրերը՝ ես հիշեցի Ղարա-բաղյան շարժման ամենաակտիվ գործիչներից մեկին՝ Մոսկվայի պետական համալսարանի փիլիսոփայության պրոֆեսոր Հրանտ Լևոնի Եպիսկոպոսովին: ԽՍՀՄ-ի փլուզման և Ղարաբաղյան պատերազմի դրամատիկական պահին նա «Մոսկվայի համալսարանի հրատարակչութ-յունում» տպագրեց մի անգին մենագրություն՝ «Հայաս-տանը մտքերում ու սրտերում": Այնտեղ բերված են համաշխարհային գրականության, արվեստի, գիտության հարյուրավոր ականավոր գործիչների անուններ, որոնք իրենց անկեղծ զգացմունքներն են արտահայտում Հայաս-տանի հայերի մասին: Նրանց մեջ ամենից մեծ թիվ են կազմում թերևս ռուս պոետներն ու գրողները:

Եվ ահա իմ սեղանին է ևս մեկ ռուս գրողի և պոետի ապագա գիրքը՝ գիրք Հայաստանի մասին, որն ըստ հեղի-նակի՝ «անսահման է և համապարփակ իր «սև խոռոչ-ներով» և աստղաբույլերով», միայն թե, ի տարբերություն տիեզերականի, այնտեղ չկան անօդ տարածքներ: Գիրքը հայերի մասին է, որոնք, ըստ հեղինակի, «որպես պատմա-կան իրողություն՝ կայացել են նույնքան, որքան որ կայացել է բուն մարդկության պատմությունը": Ես կարծում եմ, որ կայացել է և Վիկտոր Կոնոպլյովի գիրքը:

Զորի ԲԱԼԱՅԱՆ

Армения как состояние любви

Видимо, Господу было угодно послать ветры с вершин Арарата за тысячи километров в маленький городок в тот момент, когда мои родители задумывали создавать меня. И я сам охотно верю в это, ибо на себе ощутил притягательную силу и духовный подъем в миг, когда впервые увидел Арарат, проезжая по долине, названной его именем. И сегодня мне открыто понимание удивительной притягательности потомков Ноя, так как в силу многовековой араратской «подзарядки», их генетический код настолько стал идентичен планетарному, что сами они стали своими и привычными, как воздух, которым мы дышим, или ветер, от которого мы кутаемся в одежды или, наоборот, распахиваемся ему навстречу, чтобы освежиться; как пески пустыни – таинственные и экстремальные, или плодородная почва, щедро одаривающая нас всем жизненно необходимым.

Армения, словно космос – безгранична и всеобъемлюща, со своими «чёрными дырами» и галактиками, разве что, в отличие от космического пространства, в ней нет вакуума. Наоборот, она наполнена запахами, вкусом, визуальностью. И это все не эклектично, а объеденено общей сущностью и исходит из уникальности каждого элемента той конструкции, которая в вкупе именуется армянством, переживающим перманентный кризис уникальности своего существования, позволяющий созидающе расширять границы собственной вселенной. И, также, как не существует в космосе двух похожих звезд, также не найдешь двух похожих армян. И эта индивидуальность и иррациональность делает народ армянский одним из самых экзистенциальных, ибо, как ни один другой народ, армяне, слишком часто находясь в «пограничных» ситуациях, за многовековую историю не только не смешались с плодородными слоями истории, но, удобрив их гением своей сущности, проросли в них так стремительно и полезно, что даже у отъявленных «селекционеров» нет возможности окончательно искоренить эту культуру.

Армяне, как историческая реальность состоялись настолько, насколько состоялась сама история человечества. Мы встречаем упоминания о них повсюду: будь то Библейские предания, клинописные таблички или повествования летописцев. И эта «домашне-свойская» реальность ободряет одних и раздражает других, в основном «пришлых», любителей «халявы». И в силу своей природной открытости, некоей детской доверчивости, армяне неоднократно становились жертвами исторических интриганов и махинаторов. Но, что удивительно, не озлаблялись, но вновь созидали свои дома, свои семьи, свою страну. И это их историческая миссия – показывать всему миру, какими должно быть именно в глобальном, планетарном смысле.

Их гармоничное планетарное существование подтверждается каждым знаком Маштоцского алфавита. Когда впервые прикасаешься к нему, то воистину наслаждаешься совершенством каждой линии, каждому ее загибу, выпуклости. Это не просто знаки, это повороты и искривления самой линии жизни армян, периоды их мирной жизни и войн, воплощение их духовной сущности, своеобразия армянского характера – противоречивого и роскошного одновременно. Кто-то из исследователей подметил, что количество округленных и угловатых элементов в буквах армянского алфавита одинаково. И, если знать, что округлость всегда стремится к покою, а линия и углы – к действию, то становится очевидным то, что и армянский алфавит несет на себе печать гармонии. Изучая алфавит, я вижу в изгибах линий его неиссякаемый запас идей и креативности. Это подсознательное стремление творчески мыслить и жить порождает в армянской среде массу талантливых и самодостаточных людей.

Армения трудноопределима в контексте приземленных состояний. Она существует на уровне чувств. Как состояние души, она настолько порывиста и эмоциональна, что ее энергетика зашкаливает, пронизывает насквозь, отрывает от обыденности. Она, словно скрипка, способная вызвать своими звуками приливы и отливы любви, бури негодований, потоки ностальгии, пожары страстей и вспышки откровений. Видимо, сам Ангел Господень играет на этой скрипке, охраняет ее. И пока звучит эта чарующая мелодия, не пройдут времена армянства. А значит, не пройдет и в моей душе это потрясающее состояние любви.

Հայաստանը սիրո աղբյուր

Երևի Աստված անբացատրելի մի հաճույքով Արարատի բարձունքներից շոյող զեփյուռներ է ճամփել հազարավոր կիլոմետր հեռավորության վրա գտնվող փոքրիկ այն քաղաքը, որտեղ իմ ծնողները սիրո թեժ պահին որոշել էին աշխարհ բերել ինձ: Եվ ես խանդաղատանքով հավատում եմ դրան, քանզի իմ ողջ էությամբ զգացել եմ այն ձգողական ուժն ու հոգևոր պոռթկումը, երբ առաջին անգամ տեսել եմ Արարատը, անցել այն դաշտավայրով, որը կրում է նրա անունը: Այսօր նաև ինձ համար տեսանելի է դառնում Նոյի սերունդների զարմանահրաշ այն ձգողականությունը, որ դարձել է բազմադարյա արարատյան «լիցքավորման» ուժը, նրանց ծագումնաբանության կոդը, որը միաժամանակ այնքան է դարձել համամարդկային, որ իրենք իրենց ճակատագրով հարատևել են և° ինքնատիպ, և° սովորական, ինչպես օդը, որ շնչում ենք, ինչպես քամի, որից հաճախ փաթաթվում ենք մեր հագած շորերում, կամ, ընդհակառակը, տարածում ենք մեր ձեռքերը, որպեսզի թարմանանք, ինչպես անապատի ավազուտը` առեղծվածային և էկստրեմալ, կամ արգավանդ հող, որը նվիրում է մեզ այն ամենը, ինչ անհրաժեշտ է:

ՀԱՅԱՍՏԱՆ-անծայրածիր ու համապարփակ տիեզերք` իր «սև անցքերով» և համակարգերով, սակայն այնպիսին, որ չունի վակուում: Ընդհակառակը, այն հագեցված է սեփական համ ու հոտով, գրավչությամբ ու նրբերանգներով: Եվ այդ ամենը ոչ էկլեկտիկ, այլ միասնական` ընդհանուր էությամբ, որը բխում է իր կառուցվածքային ամեն մի տարրից, իր հայկականությամբ, նա ևս ունի իր գոյության պերմանենտ ճգնաժամը, բայց ամեն դեպքում հնարավորություն է ընձեռնում ընդարձակելու իր սեփական տիեզերքի սահմանները: Ինչպես տիեզերքում գոյություն չունի իրար նման երկու աստղ, այնպես էլ չես գտնի իրար նման երկու հայ: Ե°վ այդ անհատականությունը, և° իռացիոնալականությունը հայ ժողովրդին դարձնում է ամենաէկզիստենցիալիստներից մեկը: Ինչպես ոչ մի ժողովուրդ, հայերը անչափ հաճախակի գտնվելով «սահմանապահային» վիճակում, բազմադարյա պատմության մեջ ոչ միայն չեն շաղախվել պատմության արգավանդ շերտերին, այլև պարարտացնելով դրանք իրենց հանճարի ուժով, վերածնվել են նրանում այնպիսի թափով և արդյունավետությամբ, որ նույնիսկ տխրահռչակ «սելեկցիոներներին» չի հաջողվում վերջնականապես արմատախիլ անել այդ մշակույթը:

ՀԱՅԵՐԸ, որպես պատմական իրողություն, կայացել են այնքանով, որքանով կայացել է ինքը` մարդկության պատմությունը: Մենք հանդիպում ենք նրանց ամենուր, լինի այն բիբլիական առասպելներում, սեպագիր արձանագրություններում, թե պատմագիրների մատյաններում: Եվ այդ «ընտանեկան-յուրահատուկ» իրողությունը ոմանց հիացնում է, ոմանց` գրգռում, հիմնականում «քոչվորներին», բթամիտ «հացկատակներին":

Հայերն իրենց բնատուր բացսրտության, որոշակի մանկական վստահության պատճառով մեկ անգամ չեն դարձել պատմական բանսարկուների, նենգամիտների զոհը: Սակայն զարմանալիորեն նրանք չեն չարացել, կրկին վերականգնել են իրենց օջախները, իրենց ծուխ-ծխանին, վերածնել իրենց հայրենիքը: Եվ դա նրանց պատմական առաքելությունն է ողջ աշխարհում, և ապացույցն այն բանի, թե ինչպիսին կարելի է լինել` համամոլորակային իմաստով:

Հայերի համամարդկային ներդաշնակ գոյությունը հաստատվում է Մաշտոցյան այբուբենի յուրաքանչյուր գրով: Երբ առաջին անգամ շոշոփում ես այն, բնականորեն հաճույք ես ստանում նրա ամեն մի գծի կատարելությամբ, նրա յուրաքանչյուր տառի ոլորանով և ուռուցիկությամբ: Դրանք սովորական նշաններ չեն, դրանք հայերի անցած ճանապարհի կեռմաններն ու խաչմերուկներն են, իրենց խաղաղ և պատերազմական դարաշրջանների ամբողջական վավերագրությունը, հայկական բնավորության ինքնատիպությունը` հակասական և միաժամանակ ճոխ ու փարթամ: Հետազոտողներից մեկը նկատել է, որ հայկական այբուբենի տառերում կլորայնության և անկյունայնության տարրերի թիվը հավասար են: Եվ եթե նկատի առնենք, որ կլորայնությունը ձգտում է հանգստության, իսկ գիծն ու անկյունը` գործողության, ապա ակներև է դառնում, որ հայկական այբուբենը ևս իր վրա կրում է ազգային ներդաշնակության կնիքը: Ուսումնասիրելով այդ այբուբենը` ես նկատում եմ, որ նրա գծերի կեռմաններում ամբարված է նրա գաղափարների և ինքնադրսևորման պաշարը:

ՀԱՅԱՍՏԱՆԸ-նյութականության կոնտեքստում դժվար է բնորոշել: Նա գոյատևում է զգացմունքների մակարդակով: Որպես հոգեկան իրողություն, նա այնքան է պոռթկուն և զգացմունքային, որ նրա էներգիայի միջուկը շողարձակում, թափանցում է ամբողջությամբ, բարձրացնում առօրեական մանրուքներից: Նա ասես ջութակ է, որն ընդունակ է իր մեղեդիներով առաջացնել սիրո մակընթացություններ ու տեղատվություններ, փոթորկուն զայրույթ, կարոտախտի հոսանք, կրքերի հրդեհ և անկեղծության բռնկումներ: Երևի Աստծո Հրեշտակն է նվագում այդ ջութակով և պահպանում այն: Եվ ինչքան հնչում է այդ հմայիչ մեղեդին, հայության պատմությունը անցյալ չի դառնա: Իսկ դա նշանակում է, որ իմ հոգում ևս չի դադարի սիրո այդ ցնցող նվագը:

Любить Армению по-русски

 
Любить Армению по-русски – не спеша,
Как будто вновь рождается душа.
На Арарате, начиная путь,
Она любила так, что не вздохнуть.
 
 
Любить Армению по-русски – наотрыв,
Над суетой привычной воспарив.
Законы суеты добром поправ,
Иметь кавказский дух и русский нрав.
 
 
Любить Армению по-русски – наразлом,
Когда любовь есть, беды нипочём!
Когда, казалось бы, что больше нету сил,
Но любишь так, как раньше не любил.
 
 
Любить Армению по-русски – в тишине,
Пьянея страстью, боль топить в вине.
И отдаваться той любви сполна,
Показывая, как она ценна.
 
 
Любить Армению по-русски – без измен,
Решая миром множество проблем.
И выбирать родителей из стран:
Россию – мать! Отца же –  Айастан!
 
 
Любить Армению по-русски – без причин,
Лететь душой в святой Эчмиадзин.
Неся в себе спасение Креста,
С благословением жить Господа Христа.
 
25 октября 2008 года

Սիրել Հայաստանը ռուսավարի

 
Երբ Հայաստանի սիրով ես սնվում,
Ասեսª դեռ նոր է քո հոգին ծնվում,
Սկիզբ առնելով Արարատից սեգ,
Սերն այդ անկաշառ չի հատնում երբեք:
 
 
Հայաստան սիրիր ռուսավարի,
Ունայնության սին ձևերից հեռու,
Ասել էª լցվիր տենչերով բարի,
Կովկասյան ոգով զինվիր սարերում:
 
 
Հայաստան սիրիր ռուսավարի,
Մոռացիր հոգսըª սիրիր սրտակեզ,
Սիրելովª հոգիդ դու այնպես վառիր,
Որ թվաª կյանքում չես սիրել այդպես:
 
 
Հայաստան երկրում ջերմ սերն է տիրում,
Սերն այդ ջերմացրու հայկական գինով,
Ամբողջ էությամբ տրվիր այդ սիրուն
Եվ սերն այդ շահիր քո սիրո գնով:
 
 
Սիրիր Արմենիան զուլալված սիրով,
Խաղաղ լուծելով հարցերը բոլոր,
Ողջ աշխարհը թող դառնա բուրաստան,
Քո ծնողներն ենª Ռուսիա-Հայաստան:
 
 
Հայաստան սիրիր նվիրումով վառ,
Թևածիր դեպի սուրբ Էջմիածինª
Քո մեջ կրելով խաչը փրկարար
Եվ Քրիստոսի փառքը սրբածին:
 

Моим друзьям-армянам

 
Есть магия в тенистом слове «джан»…
Наполненное жизнью и любовью,
Оно – сама душа, как Божий Храм,
Где силу обретаешь над собою.
 
 
В нем красота, энергия ветров,
Оно сродни харизме Арарата.
Среди его бесчисленных даров
Радушный кров друзей – душе отрада.
 
 
Ведь там я не подвластен хмурым дням,
Ведь там узнал я, что в судьбе случится:
Фамилии любимые на «ян»,
Друзей очаровательные лица.
 
 
И каждой клеточкой впитав простор,
Мне сердце говорит открыто, прямо:
Хочу вдыхать свободный ветер гор
И тосковать с дудуком Гаспаряна.
 
07.02.2008 г.

Իմ հայ բարեկամներին

 
«Ջան» բառի խորքում լիցք կա մոգական,
Ափեափ լիքն է սիրով ու կյանքով,
Այնª Աստվածային տաճար է, որ կա,
Հոգու խորան էª ªհյուսված բերկրանքով:
 
 
Գեղեցկություն կա նրանում և ուժ,
Ծնունդ է առել Արարատի հետ,
Նրա ծփանքում և° սեր կա, և° հուշ,
Հնչում է որպես ընկերոջ լավ երգ:
 
 
Այնտեղ մշուշոտ պահեր չեմ տեսել,
Չեմ խորհել, թե ուր կտանի ճամփան,
«Յան»-ով ավարտվող ազգանուններից
Թևեր եմ առել ես բազում անգամ:
 
 
Ու միշտ հիշելով հայ ընկերներին,
Սիրտս երազի դռներն է բացել.
Ուզում եմ շնչել հովը սարերի
Ու Գասպարյանի նվագով թախծել:
 

«Покажи мне дорогу на юг!»

 
Покажи мне дорогу на юг!
Через терние непостоянства
Колею, словно лыжник в пространстве,
Я незримо к тебе проторю.
 
 
Из российских просторов приду,
Чтоб в глаза твои, цвета тутовки
Вновь взглянуть. Хоть попытки неловки
К моему, брат, прости уж, – стыду.
 
 
Я хочу в них увидеть опять
Предначертанный Господом жребий.
Как в момент совершения требы
Я готов Слову Бога внимать.
 
 
Ведь недаром, скажи, милый брат,
Он нас свёл на арцахских просторах?
Чтоб в маштоцевских буквах-узорах
Я увидел Его светлый взгляд.
 
 
Чтоб прочёл на хачкарах слова,
Письмена на стенах Гандзасара.
До сих пор от нежданного дара
В благодати моя голова.
 
 
Я хочу хоть немного отдать
Той любви, что подарена Богом.
Милый брат, я осилю дорогу,
Чтоб Арцах, в тебе видя, обнять.
 
март 2009

Ճամփան

 
Ինձ ծանոթ Հարավի ճամփան,
Լեռների լանջերով ծանոթ,
Քո գիրկն է բերել, իմ Արցախ,
Դարձել եմ քո որդին, քեզ կարոտ:
 
 
Ռուսական արձակ դաշտերից
Թև առած, քո գիրկը կգամ,
Գինովցած քո հրաշք թթօղուց,
Քո ձեռքին համբույրն իմ կտամ:
 
 
Ես անվերջ քեզ եմ երազում,
Աստծուն է հայտնի իմ սերը,
Պատրաստ եմ ամեն մի ժամի
Պարզել իմ ջահել թևերը:
 
 
Քո որդին եղբայրն է իմ անգին,
Արցախ իմ, դու սրտիս մեջ ես,
Մաշտոցյան գրերով քո հին
Ե°վ փառք ես, և° սեր ես, և° տենչ ես:
 
 
Բառերդ` խաչքարի վրա,
Գանձասար հրաշքիդ պատերին,
Այնպես են խոսում սրտիս հետ,
Որ երբեք թշնամուդ չեմ ների:
 
 
Աստծո պարգևած իմ սերը
Սարերիդ կատարն է ինձ տանում:
Քո շնչով թև առած երգերս
Սրտիս հետ քեզ են պատկանում:
 

Прикосновение к Арцаху

Ашоту Бегларяну


 
– Ответь, хачкар, мне, – я открыт душою,
Твоею правдой сердце я омою,
Как свежестью арцахских родников.
Скажи, хачкар, пусть мой вопрос не нов,
И, может, выглядит совсем нелепо.
Хочу понять страну твою и небо,
Что смотрит с интересом на меня…
 
 
Я чувствую, как будто приобняв
Меня за плечи, кто-то шепчет в ухо:
– Тому, кто хочет слышать, – мало слуха,
Тому, кто хочет видеть, – мало глаз,
Кто хочет говорить, – не нужно фраз.
Пойми, скиталец, каждая тропинка
Неповторима, как слеза, снежинка…
И, если небо ты понять решил,
Спроси о том у собственной души.
 
 
Взгляни, мой друг. Ты видишь эти горы?
Знакомься. Мрав. С собратьями просторы
Родной страны из века в век хранит.
Он видел, как здесь первый неофит
С Егише и Дадо общался с Богом,
Как к Амарасу строилась дорога,
Как возводились Гандзасар, Урек.
 
 
Здесь каждая вершина, человек,
На живописном карабахском плато
Тебе поведает, какую плату
Платил Арцах за мир и честь свою.
Как в прежние столетия молю:
В дни радости и время непогоды
Храни, Господь, Арцах с его народом!
За пролитые пот его и кровь
Наградой будет пусть Твоя Любовь!
 
 
Хачкар умолк. Я под своей рубахой
Биенье сердца ощутил Арцаха
 
16-17 февраля 2006 г.

Զրույց

Գրող ընկերոջս` Աշոտ Բեգլարյանին


 
Խոսիր ինձ հետ, Արցախ, հոգիս բաց է քո դեմ,
Արդար քո զրույցով թող իմ սիրտը օծվի,
Հմայվել եմ ես քո անտառներով եդեմ,
Աղբյուրներիդ շունչը թող անցնի իմ խոսքին:
Խոսիր ինձ հետ, Արցախ, թեկուզ հարցս նոր չէ,
Թեկուզ հարցս հնչի միամիտ ու թեթև,
Առեղծվածը քո հին, պատմությունը անշեղ,
Հուզում են ինձ անվերջ ու պարգևում թևեր:
 
 
Եվ Արցախն ասես ձեռքը դրած ուսիս,
Մի առինքնող ձայնով խոսեց հոգեհմա,
– Թե ուզում ես լսել, իմ երգերը լսիր,
Թե ուզում ես տեսնել, իմ լեռները գնա,
Թե ուզում ես խոսել, բառեր պետք չեն երբեք,
Իմ ամեն մի կածան, իմ ամեն մի ճամփա,
Ամեն ծաղկուն այգի, ամեն բարիք ու բերք
Կզրուցեն, ինչպես առասպելված մատյան:
Իսկ թե որոշել ես տեսնել խորքն իմ հոգու,
Ճամփորդ, լավ է դիմես քո սեփական հոգուն:
 
 
Իմ բարեկամ, նայիր աստղոտ իմ լեռներին,
Նայիր Մռով սարին` նահապետին իմ քաջ,
Նա վկան է անցած բազում իմ դարերի,
Մարտերի մեջ անթիվ նա չի տեսել նահանջ:
Նա տեսել է` ոնց են նոր հավատի ջահեր
Եղիշեն ու Դադին խոսել Աստծո հետ,
Ոնց է Ամարասը ապրել սրբավայել,
Ոնց է Գանձասարը անցել ուղին անթեք:
 
 
Իմ ամեն մի բարձունք սարահարթ է լույսի,
Կբացի քո առջև հրաշքներն իմ չքնաղ,
Նա կպատմի, թե ինչ գնով եմ ես կյանքում
Փրկել պատիվն իմ թանկ և օրերը խաղաղ,
Ոնց եմ ես աղոթել` հավատիս ուժն առած,
Պահին արհավիրքի և ցնծության ժամին,
Չարին անհանդուրժող, բարուն եղբայր դառած,
Արդար եմ ես, ճամփորդ, նենգ է իմ թշնամին:
Զավակներիս թափած թանկ արյունի համար
Տերը ինձ կընծայի իր Սուրբ Սերը անմար:
 
 
Նա ավարտեց խոսքը: Իսկ ես իմ կրծքի տակ
Նրա սիրտն զգացի` շնչառությամբ իր տաք:
 

«Арцах, как Амура стрела – любовь от рождения…»

 
Арцах, как Амура стрела – любовь от рождения –
Шаги твои чувствует, ими гордится отечески,
Он в каждой былинке, в улыбке твоей, в пробужденье,
Ты – вера его и надежда, о, сын человеческий!
Бери же в ладони свои его теплые руки,
Его тишиной насладись, его мудрым молчанием,
Годами любви пропитайся, годами разлуки,
Лучами огней тихих звезд и их нежным мерцанием.
Арцах, как дыханье, как грустная песня дудука,
Ранимое, страстное сердце, доблесть, сила мужчины,
Янтарное солнце и горы – то шлем и кольчуга
Надень их, защитник, и будь же Арцахом хранимый!
 
01 августа 2006 г.

Արցախ իմ, գիտես, վառվռուն սեր է սիրտը Ամուրի

 
Արցախ իմ, գիտես, վառվռուն սեր է սիրտը Ամուրի,
Շքերթդ զգում, հպարտանում է քեզնով հայրաբար,
Ոգուդ մեջ է նա, լեգենդիդ մեջ է ու նոր հառնումիդ,
Տիգրանի թոռն ես, մարդկության որդին և հույսը նրա:
Բռանդ մեջ առ կայծեր արձակող նրա ձեռքերը,
Երկնիր դու նրա լույս խաղաղությամբ, իմաստությամբ խոր,
Գիտության ծովից սնվիր ու հիշիր նրա հետքերը,
Լույսի շողերը առ քո կրծքի տակ, դարձիր թևավոր:
Արցախ, դու ջերմ շունչ, դու սրտեր գերող քնքշալից նվագ,
Րաբունապետ, որ ճանապարհիդ ջահեր ես վառել,
Յասաման փնջածªª հագել ես նաև սաղավարտ, կապարճ,
Աշխարհին ի տես քո ազատաբեր պայքարով քայլել…
Նոր սխրանքներով քայլիր քեզ վստահ և ինքնավայել:
 

Мой Арцах

 
Мой Арцах, я в кольце твоих гор, как в объятьях любви,
Переполнен словами, их высказать нет сил и духа,
Упиваюсь простором, наполненным силой земли,
В твоём имени – мощь, красота и энергия звука.
 
 
Арцах!
Я услышал от птицы, летящей в седых облаках.
Арцах!
Беспрестанно пульсирует кровь в напряженных висках.
Арцах!
Твой народ, как святыню, хранит это имя в сердцах.
Арцах!
Сбереги свою душу родную, отец, в бесконечных веках!
 
 
Мой Арцах, я частичка твоя, как и множество тех,
Кто веками тебя защищал, жил единой судьбою.
Все дороги к тебе приведут, ведь за сменою вех
Та же кормит земля, те же ветры шумят над главою.
 
 
Арцах!
Я услышал от птицы, летящей в седых облаках.
Арцах!
Как морзянка пульсирует кровь в напряженных висках.
Арцах!
Твой народ, как святыню, хранит это имя в сердцах.
Арцах!
Сбереги свою душу родную, отец, в бесконечных веках!
 
декабрь 2006

Իմ Արցախ

 
Իմ սեգ Արցախ, քո սարերում ասես գրկումն եմ սիրո,
Հոգիս լիքն է բառ ու բանով, բայց ուժ չունեմ գրելու,
Հարբում եմ ես հեռաստանիդ, հողիդ ուժով ու հրով,
Հմայքդ տեսնում քո անվան մեջ ու փրփրաբաշ ջրերում:
 
 
Արցախ…
Քո սուրբ անունը ես հավքիդ երգում լսեցի,
Արցախ…
Քո սուրբ անունը դու մկաններիդ հյուսեցիր,
Արցախ…
Դու քո ժողովրդի կրծքի տակ ես արևում,
Արցախ…
Ոգիդ ծիածանիր գալիք բոլոր դարերում:
 
 
Իմ սեգ Արցախ, քո մասնիկն եմ, ինչպես քաջերն այն բազում,
Որ կրծքերով պաշտպանել են քո հողը և բախտը քո,
Հեռուներից գիրկդ են գալիս զավակներդ դյուցազուն,
Թևեր առնում քո ներկայով ու գալիքիդ հավատով:
 
 
Քո աստղերի շողերի մեջ քո սուրբ անունն եմ կարդում,
Լսում եմ քո սրտի զարկըª ոնց Մորզեի այբուբեն,
Ժողովուրդդ ոտքի ելած քո ճանապարհն է հարթում,
Շութերին քո անունը սեգ ու մեսրոպյան Այբ ու Բեն:
 

Государственный гимн НКР

Государственный гимн НКР принят решением Верховного Совета республики 17 ноября 1992 года. Автором слов «Гимна Арцаху» является Вардан Акопян, автором мелодии – Армен Насибян.

Русский текст Виктора Коноплева

 
Свободный и независимый
Арцах, как крепость, строим мы,
Героев кровью писана
История моей страны.
 
 
Ты святыня в веках
Неприступной твердыней стоишь,
Богом хранимый Арцах,
Ты гордое имя хранишь.
 
 
Ты, Отчизна, наш свет,
Храм Любви и в мольбах, и в сердцах.
Помним мы предков завет
Пусть в мире живет Карабах!
 
 
Армяне, мы сила страны,
Как Мрав, как Кирс и, как вечный Тартар.
Верою предков защищены,
Храним наш край, наш Божий дар.
 

ԼՂՀ Պետական հիմնը

 
Ազատ ու անկախ Արցախ,
Քո տուն-ամրոցը կերտեցինք,
Պատմությունը մեր երկրի,
Մեր սուրբ արյամբ մենք սերտեցինք։
 
 
Դու բերդ ես անառիկ,
Բարձունք սրբազան, վեհ անուն,
Մասունք աստվածային,
Քեզնով ենք հավերժանում։
 
 
Դու մեր լույս հայրենիք,
Երկիր, հայրենյաց դուռ սիրո.
Ապրիր դու միշտ խաղաղ,
Մեր հին ու նոր Ղարաբաղ։
 
 
Քաջերն ենք մենք հայկազուն,
Մռավ ենք, Քիրս ենք ու Թարթառ,
Մեր վանքերով լեռնապահ՝
Անհաղթելի մի բուռ աշխարհ։
 

«В тебе – дух Света, воина Добра…»

 
В тебе – дух Света, воина Добра,
Потомок славных Айка и Вардана,
Ты должен верить, что придет пора,
Когда затянется больная рана,
И воссияет веры нашей свет
В сердцах рассеяных по миру братьев.
Однажды данный Господу обет
Несет народу Айка мир и счастье.
Поверь, брат мой, народ армянский жив,
Пока с ним плоть и кровь Христовой веры.
Однажды ею нас вооружив,
Господь нас перенес в иные сферы.
Где мы смогли друг друга понимать,
Преодолеть обиды и расколы.
С нас невозможно кожу веры снять,
Без Бога беззащитны мы и голы.
 
27.10.2009

Քո մեջ ոգին է Լույսի, Բարության

 
Քո մեջ ոգին է Լույսի, Բարության,
Հայկի, Վարդանի սերունդն ես ոգով,
Պիտի հավատաս, որ ժամը կգա,
Ու կսպիանա ցավող վերքը քո:
Աշխարհում ցրված քո եղբայրների
Հույսն ու հավատը կծաղկեն մի օր,
Ուխտել է Տերը… Ձեզ կնվիրի
Երջանիկ կյանքի գույները բոլոր:
Հավատա, եղբայր, հայ ժողովուրդը
Կշարունակի հիսուսված ճամփան,
Գիտե այդ մասին ողջ հողագունդը,
Տերն է որոշել մեր լույս ապագան:
Մենք պիտի մնանք մեկ-մեկու նեցուկ,
Հաղթահարելով դառնություն ու ցավ,
Ոչ ոք չի կարող շեղել մեր ուղին,
Մենք միասին ենք… Մեզ հետ է Աստված:
 

«Вновь за весною полечу…»

 
Вновь за весною полечу
в мой горный край
прекрасный край
 
 
увидеть снова я хочу
библейский край
предвечный край
 
 
твой каждый свежий лепесток
цветущий край
пахучий край
 
 
твой каждый голос, голосок
поющий край
молчащий край
 
 
хочу вобрать в себя сполна
пьянящий край
бодрящий край
 
 
ростком зеленым из зерна
кормящий край
творящий край
 
 
в тебе мечтаю прорости
великий край
духовный край
 
 
к тебе ведут мои пути
распятый край
воскресший край
 
29.06.2010

Գարնան հետ

 
Գարնան հետ միշտ գիրկդ կգամ,
Լեռնածին երկիր,
Արծվածին երկիր:
 
 
Կարոտս քո հանդեպ չի մարում:
Բիբլիական երկիր,
Հաղթական երկիր:
 
 
Բազմաթույր քո ծաղկանց բուրմունքով
Սիրտ գերող երկիր,
Տուն բերող երկիր:
 
 
Ընտրել եմ քեզ որդու սիրով,
Արբեցնող երկիր,
Արթնացնող երկիր:
 
 
Մանանա քո ցորեն հատիկով
Տուն պահող երկիր,
Արարող երկիր:
 
 
Տենչում եմ զորանալ քո գրկում,
Թևավոր երկիր,
Հոգևոր երկիր:
 
 
Ճամփեքս ձգվել են դեպի քեզ,
Թշնամուց զարկված երկիր,
Քո արյամբ փրկված երկիր:
 

Небо Армении

 
Небо Армении – мой третий глаз
Цвета любви с горьким вкусом полыни.
Глядя в него, прикасался не раз
Робкой душой я к великой святыне.
 
 
В небе Армении гордым орлом
Духом свободы, летя, наслаждался,
В этом огромном пространстве живом
След моих глаз, как автограф, остался.
 
 
Небо Армении – книга времен,
В ней я прочёл об истоках и смыслах,
Слыша смех радости, горести стон.
Знание то в моем сердце и в мыслях.
 
 
Я принимаю небес широту,
И растворяюсь в нем капелькой влаги,
Веря в спасение и в доброту,
И в продолженье Божественной саги.
 
11.08.2010

Հայաստանի երկինքը

 
Հայոց մով երկինք, դու իմ երրորդ աչք,
Կամարվել ես դու ծիածանաթույր,
Դու բյուրականված աստղազարդ հրաշք,
Դու արևագիրկ, դու արևաբույր:
 
 
Հայոց երկնքում ոգու թռիչք է,
Արծիվն է ճախրում լազուրում նրա,
Սևանի նման երկինքն այդ ջինջ է,
Աչքերիս հետքն է հայացքի վրա:
 
 
Հայոց երկինքըª դարերի մատյան,
Կյանքի իմաստն է նրա էջերում,
Ժպիտներ ունի, դառնություն ու ցավ,
Ժամանակներն են նրա փեշերում:
 
 
Հորիզոններն եմ ընդունում նրա,
Ու որպես կաթիլ ձուլվում ծփանքին,
Հոգուս մեջ առած լույսը հուրհրան,
Ես առասպելն եմ ընթերցում կյանքի:
 

«Внедрённый ген армянского пространства…»

 
Внедренный ген армянского пространства
Спокойно жить мне не дает на свете.
И я бытую в первозданном свете
На внеграничной родине армянства.
 
 
Хожу я скрытно средь потомков Ноя,
Но ощущаю их сердцебиенье,
Иду от поклоненья в поколенья,
Контужен знаньем, как волной взрывною.
 
 
Мне руки греет кофе «по-армянски»,
Особым жаром проникая в поры,
И полагаю я, что очень скоро
Начнет меняться и мой вкус славянский.
 
 
Лечу я зренье видом Арарата,
Его я вижу из снегов российских.
Масис и Сис не горы – обелиски,
Напоминанье, горестная правда.
 
 
Братаюсь я с Чаренцем и Эмином,
Молюсь Спасителю в песках Дер Зора,
Объять хочу своим духовным взором
Загадочную душу армянина.
 
03.02.2011

Աստղերի ծնունդ գենը հայկական

 
Աստղերի ծնունդ գենը հայկական
Չի թողնում հանգիստ ապրեմ աշխարհում,
Ու երազները իմ պոետական
Հայոց դարերի խորքն է ինձ տանում:
 
 
Ծպտյալ հասնում եմ Նոյի օրերին
Եվ զգում մարդկանց սրտերի զարկը,
Ծանոթանում եմ ես սերունդներին,
Ու խենթացնում է ինձ նրանց կյանքը:
 
 
Նրանց «հայաբույր» սուրճն է ինձ գերում,
Սուրճից բարձրացող քուլա-գոլորշին,
Եվ իմ ճաշակը սլավոնական
Ասես փոխվում է հեռավոր հուշի:
 
 
Սեգ Արարատի թագը ձյունափառ
Տեսնում եմ երկրիս ձյունե սարերից,
Մասիսն ու Սիսը լոկ կոթող չեն վառ,
Այլ վկաներն են դաժան դարերի:
 
 
Եղբայրանում եմ Մեծն Չարենցին,
Դեր-Զորում ծնկում ցաված աղոթքի,
Հոգուս ջերմությամբ փայփայում եմ ես
Առեղծվածային հայի մեծ հոգին:
 

«Не ставь в жизни точку, не видя Армении…»

 
Не ставь в жизни точку, не видя Армении,
Уйди в самоволку от строгого времени,
И пусть оно ждет, подкинешь ли весть ей,
Садись в самолет, лети в поднебесье.
 
 
Пусть пару часов проведешь в ожидании,
Зато тебя ждет там большое свидание,
Огромная радость, не знаешь её ты,
Но именно к ней тебя мчит самолетом.
 
 
Вглядись в облаков пух. Найдет твоё зрение
Отраду и отдых, и силу движения.
Ты сверху увидишь улыбку «Звартноца»,
«Звартноц», как реактор, как вспышка на солнце.
 
 
Когда приземлишься, то на подсознании
В себе ощутишь ты большое желание
Вдыхать полной грудью такой ароматный
Армении воздух – родной, благодатный.
 
 
Почувствуешь в лицах и рукопожатиях
Особого рода большую симпатию.
Как много энергии в ней и азарта,
А ты, как корабль, ожидающий старта.
 
 
И в космосе глаз ты сквозь тысячелетия
Увидишь бесценное жизни наследие
Народа-творца, народа-искателя.
В глазах тех тоска и воля Создателя.
 
 
Велик тот народ и достигнет бессмертия,
Что веру, любовь проносил сквозь столетия.
В том честь для тебя, и твоя в том заслуга:
Армения ждет тебя – сына и друга.
 
февраль 2011

Հայաստանը թե չես տեսել, անավարտ է կյանքդ, գիտցիր

 
Հայաստանը թե չես տեսել, անավարտ է կյանքդ, գիտցիր,
Խստապահանջ ժամանակի օրենքները խախտիր հաստատ,
Թող սպասի ժամանակը, անգամ եթե մատն էլ ցցի,
Ինքնաթիռի գիրկը մտիր ու թևածիր դեպ Հայաստան:
 
 
Ինքնաթիռում թող երկու ժամ թևեր առած սիրտդ հուզվի,
Իմացիր, որ Մասսի դիմաց սպասում են քեզ գրկաբաց,
Ուրախության զգացումը քեզ երազի մեջ կսուզի,
Սակայն շուտով քո կարոտը լույսի փոխված քեզ կժպտա:
 
 
Ինքնաթիռի պատուհանից փարվիր ամպի քուլաներին,
Սովորական քուլաներ չեն, շունչն են նրանք սեգ սարերի
Շքեղազարդ ՚Զվարթնոցը՚ ձեռքով կանի ներքևից քեզ,
՚Զվարթնոցը՚, որ արևի գունդն է առել հաղթ թևերին:
 
 
Դու վայրէջքի քաղցր պահին կզգաս շունչը Արարատի,
Ու լիաթոք դու կշնչես Հայաստանի օդը մաքուր,
Այդ օդի մեջ կզգաս նաև ջերմությունը բարեկամի,
Դու կլսես ողջույնները ու երգերը միշտ քաղցրալուր:
 
 
Հայացքների լույսը կզգաս, բարությունը ձեռքսեղմումի,
Ու կտեսնես յուրահատուկ, կարոտակեզ համակրանք,
Կզգաս ուժը հայոց հողի, որ դարերի տարիքն ունի,
Եվ ընդհանուր եռանդի մեջ դու քեզ կզգաս տիեզերանավ:
 
 
Տիեզերքից դու կտեսնես հազարամյա մի ճանապարհ,
Դու կտեսնես դարերի մեջ փառքով օծված ժառանգություն,
Որ կերտել է մի ժողովուրդ` և° աստղագետ, և° շինարար,
Չարերի դեմ ծնկի չեկող, հոգու խորքում` համբերություն:
 
 
Ժողովուրդն այդ հին է ու մեծ, դուռն է բացել անմահության,
Բյուր դարերի խաչմերուկում պարզել է միշտ սեր ու հավատ,
Գնա պատվով` մաքրամաքուր ու պատգամով` ծառայության,
Հայաստանը քեզ կընդունի, որպես որդուն իր հարազատ:
 

Карс

 
Я отдаю себе отчет, то не обман!
Я не ослеп, и не схожу с ума,
Я вижу в Карсе старый Ереван.
Похожие, как близнецы, дома.
 
 
Их единицы сохранились здесь,
Другое время и другой народ.
Гоняет ветер вековую спесь
Потомков тех, кто прекратил мой род.
 
 
Иду я к церкви, только там мечеть
Иду домой, но дом уже не мой!
Здесь, в старой крепости, застыла смерть –
Надсмотрщик над украденной страной.
 
 
Ищу, как раньше Пушкин, я постой,
Но не Артемий1 открывает дверь.
Армянский Карс покрылся мерзлотой,
Земля родная – в череде потерь.
 
 
Я прикасаюсь к храму без креста,
Отдать хочу энергию любви.
В земле, что кровью предков полита,
Господь, прошу, ты милость нам яви.
 

Ղարս

 
Շրջում եմ Ղարսում, ինչպես իմ տանը,
Եվ փառք Աստծո, ոչ կույր եմ, ոչ խենթ,
Ղարսում տեսնում եմ հին Երևանը,
Երկվորյակներ են` կերտել է մի ձեռք:
 
 
Քաղաքը նույնն է` հին ու գրավիչ,
Ուրիշ է դարը, մարդիկ են ուրիշ,
Ժառանգորդներն են այն գորշ գայլերի,
Ովքեր վերջ տվին երկրի տերերին:
 
 
Հին եկեղեցին դարձրել են մզկիթ,
Կեռ յաթաղանն է գմբեթի վրա,
Հնամյա բերդն է` կանգուն ու վերձիգ,
Սակայն նենգ գողն է պահակը նրա:
 
 
Պուշկինի նման որոնում եմ ես,
Բայց Արտեմը չի՞ դուռն իմ դեմ բացում,
Հայկական Ղարսին մշուշն է իջել, Գետն իր տերերի կորուստն է լացում:
 
 
Ու ես խաչազուրկ տաճարի առջև
Ծնկի եմ գալիս և աղոթում լուռ,
Արյամբ ողողված այս հողին, ով Տեր,
Հայկ նահապետի զորությունը տուր:
 
 
Իր ՚Ճանապարհորդություն դեպի Էրզրում՚ նոթերի մեջ Ա.Ս. Պուշկինը ջերմությամբ է խոսել հայկական այն ընտանիքի մասին, որը հյուրընկալել է իրեն, և հիշում է միայն մեկ անուն` ընտանիքի կրտսեր Արտեմի անունը:}
 

Абрикосовый поцелуй

 
Как сладок абрикоса сок,
что на губах любимой!
Блаженства ароматный ток
в душе неизлечимой.
 
 
Пои, любимая, пои
меня лечебным соком.
Мне губы нежные твои
как «аллилуйя» Богу.
 
4 июля 2011

Ծիրանե համբույր

 
Ծիրանի հյութը անուշ ու քաղցր է,
Սիրած էակի համբույրի նման,
Ծով երջանկության բուրող հոսանք է,
Սրտեր բուժող է ու հոգեհմա:
 
 
Սեր իմ, խնդրում եմ հյուրասիրիր ինձ,
Ծիրանի բուժիչ հյութով հայկական,
Ես ամեն անգամ հյութն այդ խմելիս
Օրհնում եմ Աստծո ուժը մոգական:
 

«Дождь тюлем занавесил Дилижан…»

Шушан Петросян


 
Дождь тюлем занавесил Дилижан,
Сокрыв от мира милый рай Размика,
А вместе с ним домашнюю Шушан.
 
 
Там, в том пейзаже, в тёплом море бликов
Её любви прекрасный островок
Был непосредственен, изыскан, нежен.
 
 
Увидел я, сев в легкий катерок,
Что океан души её безбрежен.
 
 
И в этом катерке (увы и ах!)
Мне не судьба доплыть до нужной цели,
Что утону в задумчивых глазах.
 
 
Из них мне в душу ангелы глядели.
 
20.03.2009

Անձրևն ինչպես վարագույր

Շուշան ՊԵՏՐՈՍՅԱՆ


 
Անձրևն ինչպես վարագույր` նուրբ թերթերից շուշանի,
Ռազմիկի Դիլիջան դրախտ երկիրն էր ծածկել,
Դրախտավայրի հետ նաև աստղաժպիտ Շուշանին:
 
 
Այնտեղ` չքնաղ բնության ջերմացնող գրկի մեջ,
Սիրո մի ծով տեսա ես, որ չեմ տեսել իմ կյանքում,
Ծովն այդ ծփում էր ասես շշունջներով սիրատենչ:
 
 
Այնտեղ տեսա, թե ոնց է սիրո նավակն օրորվում,
Նավակի մեջ մի աղջիկ երգով սիրտս էր տրորում:
 
 
Այդ հեքիաթված նավակին ախր ինչպե՞ս հասնեի,
Ինձ այդ բախտը չէր տրված, չգիտեի ինչ անել,
Աչքերի ծովն ինձ տանող ճամփան ումի՞ց հարցնեի:
 
 
Այդ աչքերից իմ հոգուն նայում էին հրեշտակներ…
Երազների գիրկն ընկած խեղճ պոետս ի¯նչ աներ:
 

Нур

Арману Давтяну (Нуру)


 
Рубиновое содержимое его души
соком своим не раскрашивало,
а делало ярче краски божьего мира.
И даже толстая прочная оболочка бытия
не могла умалить всю прелесть
изнутри лучезарных зерен,
они манили, притягивали магнитной силой.
Хотелось любоваться ими, не отрывая глаз,
гипнотизируя самого себя,
повторяя: еще…еще, смотри, не отрываясь,
проникай в эту сущность всем существом,
каждой клеточкой впитывая живительный сок,
маленькая капелька которого
целительнее миллионов километров пути.
С каждым мгновением сосуществования рядом
я понимал все больше и больше,
что сладким может быть
не только запретный плод.
 
20.08.2008

Նուր

ԱՐՄԱՆ ԴԱՎԹՅԱՆԻՆ (ՆՈՒՐԻՆ)


 
Նրա հոգին` սուտակե,
Մնաց ազնիվ ու մաքուր,
Հուզաշխարհը միշտ մնաց
Աստծո պարգև, Աստծո տուրք:
Ամենանեղ պահերին,
Մանրուքներում կենցաղի,
Մաքառման թեժ օրերին,
Մրրիկներում կատաղի,
Ինչ որ չար էր, ինչ որ մութ,
Ճանապարհից իր վանեց,
Վառ տենչերի աշխարհում
Առողջ հունդերն իր ցանեց:
Մագնիսական մեծ ուժով
Նա գրավեց բոլորին,
Կյանքը որքան ընթացավ,
Հասունացավ օր-օրի:
Նա կենարար ջրի պես
Ընկերներին իր բուժեց,
Չարերի դեմն առնելով,
Բարությունը միշտ հուշեց:
Ընկերական մեր սերը
Հա¯ քաղցրացավ ամեն օր,
Եվ իմ հոգու մատյանում
Գրվեց խոսքը իմ այս նոր.
Ընկերների սրտերում
Պետք է լինել Արման-Նուր…
Չարգելված լավ պտուղն էլ
Քաղցր է լինում ամենուր:
 

«Ты сплетаешь узор величаво и смело…»

 
Ты сплетаешь узор величаво и смело
из Маштоцевских букв, кареокая дева.
 
 
Оплетая меня, как лозой винограда,
Проникает до сердца девичья рулада.
 
 
Безупречно красива твоих губ огранка, –
чудный дар твоих предков, богиня-армянка.
 
 
Как Аракса поток, освежающий летом,
Твои речи – живая вода для поэта.
 
 
В ней нельзя утонуть, но и жить нереально…
О, армянка-краса, как же ты идеальна!
 
17.01.2012

Կյանքի հեքիաթն ես հյուսում

 
Կյանքի հեքիաթն ես հյուսում Մաշտոցի սուրբ տառերով,
Ինչպե՞ս գովեմ հմայքդ, ի՞նչ գրավիչ բառերով:
 
 
Դու գերում ես իմ հոգին ու խենթացնում քո տեսքով,
Ասես մաճառ եմ խմում քո մատուցած գավաթով:
Ասես Աստվածն է գծել շրթունքներդ քնքշանուրբ,
Նախնիներիդ պարգևն ես` Անահիտի նման սուրբ
 
 
Ամառային Արաքսի նման ջինջ է քո լեզուն,
Քո քաղցրաբառ խոսքերով պոետի սիրտն ես հուզում:
 
 
Սիրտդ սիրո խարույկ է, հոգիդ աստղոտ տիեզերք,
Ով գեղանի հայուհի, անհաս սիրո քաղցր երգ:
 

Продолженье сердца

 
«Я – сын сынов армянского народа
и больше всех люблю его и чту.
Но солнце русское мне светит с небосвода,
как продолженье сердца в высоту».
 
Ованес Шираз

 
Вскормленный в лоне русского народа,
Армению младенчески люблю.
Приёмный сын? Иль продолженье рода? –
Меж двух отчизн я сам себя делю.
 
 
Живем мы все под общей кровлей неба
В различных комнатах, семьей большой.
судьба была жестока и свирепа,
Но мы остались чистыми душой.
 
 
Душа народов наших – лучик солнца,
Несущий свет, дарующий тепло.
Мы – словно два знакомых незнакомца,
Нам узнавать друг друга повезло.
 
 
И я приемлю это узнаванье
Открытым сердцем, страждущей душой.
Так пополняет силу рек слиянье,
Так в тире дорог выстрел призовой.
 
 
Как к матери ребенка – тянет в горы,
Однажды в них я свой покой найду.
Через России дивные просторы
В Армении стремлюсь я высоту.
 
9.09.2011

Սրտի շարունակություն

 
Ես մի զավակն եմ հայ ժողովրդի,
Ու ամենից շատ նրան եմ սիրում,
Բայց ինձ թվում է, թե քո մեծ սրտի
Ծնունդն է բարի արևն աշխարհում:
՚Ռուս ժողովուրդ, դու կուրծքդ ճեղքել,
Հանել ես սիրտդ ու երկինք նետել,
Որ լուսավորես աշխարհ բովանդակ,
Ահա ինչու է արևն այսքան տաք:
Հ. ՇԻՐԱԶ
 
 
Ես հասակ առած ռուս մոր կաթով,
Հայոց աշխարհն եմ սիրում մանկան պես,
Հոգեորդի՞ եմ, ցեղի ժառանգո՞րդ,
Սիրտս արել եմ ուղիղ երկու կես…
 
 
Բոլորս ապրում ենք նույն երկնքի տակ,
Տարբեր տներում, մեծ ընտանիքով,
Ճակատագիրն է եղել դժնդակ,
Բայց միշտ մաքուր ենք մնացել հոգով:
 
 
Ժողովուրդները մեր` զույգ արևներ,
Միշտ առաքել են լույս ու ջերմություն,
Մենք ասես իրար գտած ծանոթներ,
Հյուսել ենք անխախտ համերաշխություն:
 
 
Ռուսաստանը և Հայաստանը հին
Դրոշ են դարձրել մտերմությունը,
Ու ես բաց սրտով ու հոգով ջերմին
Օրհներգում եմ մեր եղբայրությունը:
 

«Опять во сне я видел Арарат…»

 
Опять во сне я видел Арарат,
его вершины в одеянье снежном.
И понял я, что лишь тогда богат,
когда живу, неся в душе надежду,
что этот кладезь мудрости времен
откроет людям свою душу снова,
и в мире от невежества больном
появится надежная основа.
Ну а пока мы только валуны!
Лишенные отеческой опоры,
мы падаем к подножию страны,
которую у нас отняли воры.
И это большая из всех утрат,
которая мне не дает покоя.
Во сне я снова видел Арарат…
Жаль в жизни я пока не встретил Ноя.
 
17.10.2011

Երազում նորից Մասիսը տեսա

 
Երազում նորից Մասիսը տեսա,
Նրա գագաթը` ձյունե շորերում,
Ու երազիս մեջ լրիվ հասկացա`
Հարուստ ես, երբ քեզ հույսն է օրորում,
Երբ քո հույսերին գումարում ես քո
Զգացումները վրեժի, ցասման,
Երբ զենք ես վերցնում, որ չկորցնես
Ոչ օջախ ու սար ու ոչ էլ սահման:
Բայց հիմա կարոտ ունենք մի անանց,
Որ զրկվել ենք մեր նահապետ սարից,
Ծնկի ենք գալիս մեր երկրի դիմաց,
Որ նենգ գողերն են խլել մեզանից:
Կորուսյալ երկրի ցավը իմ սրտում,
Երազիս տեսա Արարատը սեգ,
Բայց հավատում եմ, որ մի օր կյանքում
Պետք է զրուցեմ Փրկիչ Նոյի հետ:
 

Скрипка Господа

 
Слышу музыку в небе лазурном
И туда устремляю глаза.
Вижу образ в сиянье ажурном,
Чистый, словно ребенка слеза.
Над Масисом лик Ангела света
Проявляет ко мне интерес.
Звуки в сердце, как строки Завета,
От звучания скрипки с небес.
 
 
Вместе с радостью скорбная нота,
С благодатью – печаль и тоска.
В этой музыке-вера народа,
Что хранит его душу века.
«Сколько раз рвали струны у скрипки,
Но она под охраной Христа.
– Знай, мой друг, – молвил Ангел с улыбкой, –
Скрипка Господа – наш Айастан…
_________
 
 
Играет Ангел златокудрый мой
На скрипке Господа мотив чудесный.
Останется Армения со мной,
Пока звучит в душе Господня песня.
Плач скрипки Господа у нас в крови,
Передаем его своим мы детям.
Дай, Господи, Армении любви,
Пока Ты с нами, мы живём на свете.
 
2009

Տիրոջ ջութակը

 
Երկնակամարի փեշերից աստղոտ
Մի նուրբ նվագ է գերում իմ հոգին,
Նայում եմ վերև… Մի հրաշք պատկեր.
Նվագն այդ ասես հնչում է կողքիս:
 
 
Մի պատկեր է դա Մասիսի վրա,
Որտեղ նվագն է հնչում ջութակի,
Նվագն ու սիրտս փարվելով իրար,
Գագաթն են հասցնում ինձ Արարատի:
 
 
Ուրախության հետ ցավ կա նվագում,
Իսկ ցավի շերտումª շունչը բերկրանքի,
Այդ նվագը իր շուրջն է առաքում
Հույսն ու հավատը հայ ժողովրդի:
 
 
Քանի¯ անգամ են զրկել լարերից,
Բայց պահպանողը Աստծո Որդին էր,
Հրեշտակն էլ ինձ ժպտաց վերևից.
«Տիրոջ ջութակը – Հայաստանն է մեր":
 
 
Եվ Տիրոջ նրբին ջութակի վրա
Հրեշտակը նոր երգ է կատարում…
Հայաստանը միշտ կմնա մեզ հետ,
Քանի որ Տերն է նրան սատարում:
 
 
Տարիների հետ լացը ջութակի
Մեր արյան կանչում չի լռում երբեք…
Ով Տեր, մեծ սերդ տուր Հայաստանին
Ու եղիր մեզ հետ, որ հարատևենք:
 

«Уж лучше быть карманным вором…»

 
Уж лучше быть карманным вором,
Чем стать источником раздоров
Между народами двух наших стран.
Я русский! Я люблю армян
Одной любовью, как своих сограждан.
И мне, поверьте, очень важно,
Продолжить эту линию добра.
Пускай идет политиков игра,
Пускай пытается посеять смуту
Отребье в трудную минуту,
Расставить нас, поссорить, разделить.
Мы будем продолжать дружить,
Своей любовью, наполняя души,
Вселять уверенность, и слыша слушать,
Как бьются в унисон сердца,
Как звонки наших деток голоса,
Когда они играют вместе,
Как плачет сердце от плохих известий,
Что где-то новоявленный дебил
Собрата зверски моего убил.
Делить нам нечего. Мы все под Богом.
Прокладывая по Земле дороги
Своих судеб, мы нашу жизнь творим.
Ведь каждый человек неповторим,
Будь армянин он или русский.
И только лишь умишко узкий
Способен создавать врагов из тех,
Кто делит слезы или смех,
Последнюю рубашку, кусок хлеба.
Взирая вместе с нами в небо,
У Бога просит мира и добра.
Поверьте, что давно пора,
Отбросив зависть и гордыню,
Принять нам дружбу, как святыню.
 
11.03.2009

Լավ է լինել գրպանահատ

 
Լավ է լինել գրպանահատ,
Քան թե դառնալ նենգ կռվարարª
Բորբոքելով կռիվ ու դատ,
Ձևանալով սուրբ հաշտարար:
Ռուս եմ ես, բայց հայերին
Սիրում եմ ոնց հայրենակցի,
Վկան երթն է հին դարերի
Եվ մեծերը մեր խելացի:
Քաղաքական խաղերը թող
Վանենք հեռու, նետենք մի կողմ,
Բռնենք ձեռքը այն չար մարդու,
Որ բարության ծառն է հատում:
Դժվար պահին լինենք մեկտեղ,
Դառնանք իրար դարման ու դեղ,
Շարունակենք ճամփան լուսե,
Սերմանելով հարգանք ու սեր:
Միշտ վստահենք, պաշտենք իրար,
Ապավինենք մեր սրտերին,
Լսենք երգը հոգեպարար
Մեր սիրասուն մանուկների:
Տգետների ուղին փակենք,
Վատ լուրերից զգոնանանք,
Եղբայրության ուղին հարթենք,
Մարդասպանին պատնեշ դառնանք:
Մենք կիսելու ոչինչ չունենք,
Զավակներն ենք մենք Աստծո,
Ճամփա բացենք, շենքեր հիմնենք,
Մեր ընթացքը օծենք լույսով:
Հայտնություն է ամեն մի մարդ,
Նա հայ լինի կամ թե ռուս,
Մենք միասին կլինենք անպարտ,
Միշտ բարեդեմ ու բարեհույս:
Ում ուղեղը բութ է ու նեղ,
Թշնամանք է նա սերմանում,
Բարի սրտով մարդն ամեն տեղ
Աստծո սիրով է ջերմանում:
Աստված թող մեզ պարգևի սեր,
Թող նվիրի լուսաբեր ջանք,
Իրար համար դառնանք թևեր
Ու վաստակենք սեր ու հարգանք:
 
1.В своем «Путешествие в Арзрум во время похода 1829 года» А.С.Пушкин тепло отзывается об армянской семье, которая приютила его в Карсе и упоминает лишь одно имя младшего члена семьи Артемия.
  14.03.2012
Yaş sınırı:
12+
Litres'teki yayın tarihi:
07 mart 2019
Çeviri tarihi:
2019
Hacim:
43 s. 12 illüstrasyon
ISBN:
978-1-77313-996-8
Telif hakkı:
Aegitas

Benzer kitaplar