© Владимир Тихонов, 2018
ISBN 978-5-4493-4063-4
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
– Что-то случилось? – возник вопрос за круглым столом в одном из кабинетов.
Немая пауза проглотила его и растворилась в озадаченных лицах сидящих вокруг.
– Вы хоть понимаете, что вы натворили? – наконец нарушил эту паузу грубый хрипящий голос одного из сидящих, – скажите, вы правда не осознаёте всей проблемы?
– Я всего лишь хотел сделать мир немного лучше… – задавший первый вопрос голос слегка поник.
– Вы отправили в него настоящую отраву! – подхватил негодование хрипящего старца ещё один из присутствующих в комнате, – людям не нужно это…
– Позвольте, – встал в защиту четвёртый, – наш коллега не сделал ничего плохого, за что можно было бы его корить. Более того, все мы знаем, что этот мир летит к…
– Я уважаю вашу смелость, – перебил хриплый старец, – но подобные деяния сродни всем нам известному яблоку…
– А ведь эту историю люди до сих пор рассказывают, – опешил соратник хриплого, – только, скорее, как детскую сказочку на ночь.
– Я всё же не понимаю, – защищавшийся от нападок старика продолжал свою мысль, – почему нельзя дарить людям нужные им вещи…
– Вы считаете, что это им столь необходимо? – удивился старец, – по-вашему им недостаточно было возможностей передавать свои мысли по телефону или интернету? Даже в этом они не могли преуспеть. Вернее, всё, ради чего они использовали подобные изобретения, обернулось в настоящий кошмар. Они открыли очень удобный способ связи и перестали решать важные вопросы. Я уже молчу про фото этих… (голос старика малость смутился) гениталий и прочего…
– Зато теперь они могут передавать друг другу свои сокровенные мысли!
– Вы думаете, что это что-то изменит? – помощник старика не угомонялся, – даже если они могли бы летать, то это использовалось бы ими только для низменных целей…
– Никто не учил их летать, – защитник продолжал поддерживать своего друга, – им лишь дали возможность говорить мыслями. Это же не так плохо. Зато теперь будут больше контролировать их…
– Всё же я против таких экспериментов, – стоял на своём старец, – люди не ценят всех этих даров и продолжают идти в противоположном направлении. Обесценивают всё и вся, сводят свои жизни к низменным побуждениям. Если вы не одумаетесь к завтрашнему дню, мне придётся уволить вас…
Снова воцарила тишина. В конечном итоге тот, на кого обрушилась критика лишь кивнул головой и вышел из кабинета. Вслед за ним вышел его друг.
– Я рад, что вы приняли верное решение, – сказал старик им вслед, – человечеству давали многое, но в конечном счёте всё сводилось на нет. Думаю, что нам стоит оставить их только с самими собой. Отныне им не нужен Бог. Им нужны другие вещи, которые ценятся гораздо меньше. Деньги, красота, только подумайте: люди оценивают друг друга по внешним признакам, придумывая идеалы. Зачем им такие высокие вещи, как любовь или ваше изобретение?
– Значит любовь вы тоже заберёте? – удивился парень.
– Нет, что вы… – вздохнул старец, – она уже давно ушла сама…
Двери закрылись. Два парня в белых рубашках прогуливались по светлому коридору.
– Не серчай на старика, – выдал один из них, – ты придумал интересную штуку, но он, всё же, прав…
– Если любовь, доброта и все прочее ушли из этого мира, то что правит в нём сейчас? – возмутился второй парень.
– Люди, – вздохнул первый, – люди в нём и правят…
«Чёрт! Это не тот поезд!» – почему эта идея не пришла мне в голову раньше.
Я сидел в пустом вагоне. Ну, не совсем пустом. Помимо меня в нём была старушка с собачкой и маленькая девочка. В самом дальнем углу сидел какой-то странный тип в шляпе. Всю дорогу он читал газету и изредка поглядывал в окно. Музыка в моих наушниках долбила не так громко, но мне казалось, что этот звук эхом разносился по всему вагону.
Я ехал к двоюродной сестре на каникулы. Это было спонтанное решение, но я подумывал об этом ещё с начала курса. Наверно, мне захотелось немного этой деревенской романтики. Устал от общажной пыли и городского гула. И вот я еду в неизвестном направлении. По дороге ни одной станции. И даже контролёры не проходили. Хотя, может и к лучшему. А то высадили бы где-нибудь посреди этих лесов.
Я был у моей сестры только в детстве, но мне очень понравилась их деревушка. Милые, уютные домики, что стояли, как игрушечные, разливаясь яркими красками на лесном пейзаже. Этот тёплый запах скошенной травы и мычание коров. Ну и конечно, я помнил, что до туда ехать четыре станции. Каким образом я попал не в тот поезд, я так и не понял.
– «Следующая станция Солнечный», – громко на весь вагон произнеслось из старого динамика, что даже я в наушниках услышал, хоть и отдалённо, это объявление.
В вагоне никто даже не зашевелился. Видимо это был не очень популярный посёлок. Сквозь деревья я увидел приближающуюся пустую платформу со старым вокзальным зданием. От безлюдия веяло чем-то пугающим. Аж мурашки пробежали по телу. Ну, может быть в выходные дни мало кто выезжает оттуда. Да и всегда интересно было, как сельские жители относятся к поездкам в город. Ведь я городской и для меня это путешествие нечто весёлое, так как очень скучно сидеть в этих бетонных капканах. А как думают они? Скучно ли им от их маленького домика с огородом и хозяйством. Или также не любят город, как и мы – городские…
– «Станция Солнечный. Конечная» – прервал мои размышления снова прозвучавший на весь вагон голос из колонки.
«Что? Как конечная?» – замелькало у меня в мыслях. Поезд медленно стал притормаживать.
После того, как поезд остановился, все послушно встали со своих мест и направились к дверям вагона.
Меня сильно удивило это поведение, так как эти люди совершенно спокойно и синхронно вышли из вагона. «Что-то здесь не так» – снова пробежалась мысль.
Выйдя на станцию, всё ещё находясь в панике от того, что совершенно не знал, что мне делать дальше, я решил пойти в здание вокзала, чтобы посмотреть билеты назад в мой город.
К моему удивлению, на станции не было ни одного служащего, никого. Даже мои соседи по вагону бесследно растаяли в этой пустоте. Странно.
Зайдя в здание, я был удивлён ещё больше. Пустые окошки касс, безлюдные лавочки и одиноко горящий фонарь в центре комнаты. Конечно, выходной, но должны же быть какие-то дежурные, что бдят за обстановкой в помещении. Таблицы, стенда или хоть какой-нибудь бумажки со временем отправок и направлениями я так и не нашёл. Хоть и посёлок, но слишком даже для него.
Я вышел с вокзала в надежде хотя бы найти такси. Да хоть кого-нибудь, а то стало неприятно жутко находится здесь одному. Даже поезда не было видно в окнах вокзала.
«Здесь вообще живут люди?» – с сомнением начал я осматривать улицы и дома. По виду, этот посёлок можно было определить, как небольшой городок. Было даже несколько пятиэтажек, что виднелись вдали улиц, но за ними был густой лес.
– О, ты приехал? – послышался знакомый голос позади меня. Обернувшись, я тут же узнал свою двоюродную сестру Машу.
– Маша? Здравствуй! – от восторга я даже не понял, что вообще случилось. Просто подошёл и обнял её.
– Думала, что заблудишься, – улыбнулась Маша, – а то ты у нас совсем без компаса!
Сияющая улыбка сестры оживила этот пустующий городок. Однако я всё же опомнился и подозрительно посмотрел на неё.
– Ты чего? – заметила это Маша.
– А что ты тут делаешь? – спросил её я.
– Как что? Живу! – расхохоталась Маша в ответ, – ты совсем забыл что ли? Как приезжал к нам прошлым летом…
– Прошлым летом?! – от удивления уронил я сумку, – я никак не мог приехать прошлым летом. У меня была операция и я пролежал месяц в больнице…
Теперь удивилась Маша. Что происходит?
– Какая операция? О чём ты? – воскликнула Маша, – ты был у нас и лазил по деревьям, как обезьянка вместе с моим братом.
– С братом? – спросил я, помнив о том, что Маша была единственным ребёнком в её семье, – с каким братом?!
– С Антоном! – Маша чуть ли не начала плакать, объясняя мне всё это. Я же не мог поверить во всё происходящее. Я точно помнил деревню с яркими домиками. Те станции, что проносились по пути и то, что Маша была одна. Никакого Антона я не знал…
– Пойдём тогда лучше со мной, – приблизилась ко мне Маша, протянув руку. Я на секунду замешкался, но, всё же, подняв свой саквояж с земли, двинулся вперёд вместе с ней. Мы прошли пару улиц, но признаков жизни так и не было. Разве что мелькающие иногда вдалеке одинокие прохожие. Но они казались ещё более странными, чем эти пустые проулки.
– Далеко ещё? – поинтересовался я, пытаясь хоть что-то вспомнить из того, что говорила Маша. По дороге она мне рассказала, как прошлым летом мы купались в речке, что была за городом. Что Антон, незнакомый мне двоюродный брат, брал нас с собой покататься на машине, хоть и разбил её под вечер о столб. Чудом уцелели. Ещё о том, что тётя Лида наготовила кучу пирожков для меня в дорогу, что я еле унёс это всё в поезд. Не мог Ничего вспомнить из этого. Ни-че-го!
– А тут всегда так безлюдно? – спросил я Машу.
– Да нет, – успокоила она меня, – просто вчера был праздник. Гулял весь посёлок, так что сегодня выходной.
Ну хоть с пустующими улицами и вокзалом теперь всё стало понятно. Только, почему всё было другим?
– Мама (это была тётя Лида) сегодня опять много наготовила. Мы так ждали тебя! – восклицала Маша, подходя к дому. Это был небольшой коттедж в нескольких улицах от вокзала. Совсем не тот дом, что был в моих детских воспоминаниях. Почему-то я боялся идти дальше. Нет, скорее немного нервничал. Всё было другим…
Пройдя внутрь, я увидел просторный светлый коридор, в дальнем углу которого уютно разлёгся большой кот. Маша тут же подбежала к нему и подхватив на руки воскликнула:
– Мурзя, а ты помнишь Диму? Он снова приехал!
У кота от этого на глазах возникла небольшая, но заметная паника. Что же с котом-то я мог сделать?
После этого кот спрыгнул с её рук и стал обнюхивать меня, почти как собака. Заглядывать мне прямо в глаза. У кота был скорее испуг, нежели радость от моего визита.
– Добро пожаловать, – вышел в коридор, наверно, тот самый Антон. За ним моя тётя.
Мы сидели за столом. Тётя Лида очень гостеприимно подавала блюда, тарелки, и закуски. Разговорившись, я понял, что для них я действительно был прошлым летом У них. Как такое возможно, я не знаю, но решил не заморачиваться. Ведь всё могло быть. Может, я очень сильно запарился по учёбе, что вылетело всё из головы.
– А у тебя ещё остался тот шрам на руке? – спросил меня Антон, после того, как бурно, под укоризненным взглядом тёти Лиды рассказывал о той нашей поездке, что чуть не оказалась последней.
– Какой шрам? – удивился я.
– Ну на плече, – уточнил Антон. В тот же миг я задрал рукав рубахи и увидел тот самый шрам. Вернее тот шрам, которого не было ещё даже с утра. Откуда?!
Я вскочил из-за стола и побежал в ванную. Закрывшись, я открыл воду и окунулся под струю бодрящего холодного водопада. Умыв лицо, я почувствовал себя дурно. Придётся опустить подробности…
Выйдя через полчаса из ванны, я вернулся за стол. На меня смотрели, как на призрака.
– Знаете, – вырвалось из меня, – я действительно ничего не помню о прошлом лете. Я был в больнице, всё, что приходит в голову. И откуда появился этот шрам я тоже не знаю, так как ещё утром его не было! И тебя, Антон, я совсем не помню… Что здесь происходит?!
Лица моих родных слегка побледнели. Они переглянулись между собой. После чего на всю кухню раздался дикий хохот. Они не смеялись, а ржали. Это было громче, чем в любой комедии. Я ничего не понимал.
– Ну и шутник ты, Дима, – протерев щёку платком, сквозь смех выдала тётя Лида, – прошлым летом ты точно также говорил про Машу! Только сейчас ещё смешнее.
Про Машу? Я не помнил свою двоюродную сестру? Что за бред…
– Наверно, – слегка успокоившись, продолжил Антон, – ты сильно ударился в тот раз! Хотя, это уже не смешно. Ладно. Надо ложиться спать, а то столько дел завтра…
Меня отвели в приготовленную для гостей комнату. Я улёгся на кровать, но никак не мог заснуть. Что случилось со мной? Почему тем летом я не узнавал Машу? Кто этот Антон? И почему они так смеялись?
Несмотря на столь долгую ночь раздумий, я всё же уснул. Где-то под утро.
Зазвонил будильник. Стоп! Будильник? Я даже не доставал телефон из кармана штанов.
От удивления я подскочил. Вот тут я был ошарашен. Я лежал в своей общажной комнате. На мне были точно те же вещи, что я переодел для сна в гостях у тёти, но я был на своей общажной постели!
Что такое?!
Будильник продолжал звенеть всё громче. Не надо было ставить его на «нарастающую». Отключив его в телефоне, первым же делом я решил позвонить родителям. Они провожали меня вчера до вокзала.
– Алло, мам? – спросил я в трубку. Оттуда послышался голос только проснувшейся мамы.
– Что случилось, сынок?
– Вы вчера провожали меня? – первое, что я решил спросить у неё.
– Что?
– Ну, на вокзал! Провожали? – повторил я, хоть менее внятно (сказался небольшой шок).
– О чём ты, сыночек? Мы вчера приезжали навестить тебя в общежитии, после чего поехали с отцом домой… – с настороженностью ответила мне мама, – что с тобой?
– Мам, а у тебя разве есть племянник Антон? – перебил я её.
– Конечно, – уверенно ответила мама, – сын моей сестры Лиды, а что?
– Что? – удивился я, – а как же Маша?
– Какая Маша? – мать удивилась в ответ, – у тёти Лиды только Антон! Может тебе надо к врачу, сыночка?
Успокоив маму, я бросил трубку. Стал думать. Потянулся к полке соседа, которого не было уже в комнате. Там он прячет сигареты. Я особо не курю, но сейчас просто никак не мог уложить всё в голове. Значит это Маши нет, а не Антона. Или я сплю? Может, я всё же в гостях, а это сон? Ущипнув и ударив себя ногой об кровать, я понял, что сном могла быть скорее вчерашняя поездка. Но это же было. Эту футболку я ещё неделю назад отложил в саквояж и не доставал ни разу, даже чтобы на ночь одеть. Ну и саквояж был немного пыльным внизу. Я не мог волочь его где-то здесь в городе по земле, да и кругом асфальт практически. Что всё это значит? Как мне разобраться?
Зашедший сосед нарушил всю идиллию с игрой в детектива.
– Мои опять взял? – без укора, а с улыбкой сказал Санька.
– Слушай, Сашок, – обратился я к нему, – а ты можешь мне помочь?
– Ну сигареты ты и так можешь брать, если не будешь сильно много…
– Да нет, – обрезал я его добродетель, – смотри, можешь помочь мне в одной ситуации разобраться? Вот, к примеру, живёт человек.
– Какой?
– Да не важно! – отмахнулся я, – ну сосед наш например. Вот живёт он. Всю жизнь у него двоюродная сестрёнка, которую он ещё с детства помнит. А потом, Бац! И у него оказывается не сестрёнка, а брат двоюродный. А сестрёнки и не было никогда…
– Мистика какая-то, – потянулся Санька за своими сигаретами, – хотя. Помню, по телевизору смотрел ещё в детстве. Что один мужик попал в другое измерение. Вот всё почти одно и тоже, работа, дом. Только вот у него жена и дети. Или это в фильме каком-то было. Не помню. В общем, когда он вернулся, в наш мир, ну или как-то так, то был абсолютно уверен, что он действительно женат. Даже плакал, что всё это оказалось не так. Ну и врачи его в психушку забрали…
Выслушав Саньку, я понял, что с такими размышлениями я точно сам в психушку попаду…
– А что с соседом-то? – поинтересовался Санька, – тоже так попал в эту «пространственно-временную дырку»? О, какое слово вспомнил!
– Может быть, – вздохнул я.
После проведённого с бездельем выходного, я решил пораньше лечь спать. Вернее даже не решил, а очень сильно захотел. Устал от размышлений.
– Привет! – послышалось у меня сзади. Было очень темно. Голос был знакомый, женский. Точно! Это Маша. Только от этого по моей коже прошёлся настоящий мороз.
– Что ты тут делаешь?! – воскликнул я, еле сдерживаясь, чтобы не закричать диким голосом.
– Пришла навестить своего брата, – спокойно ответила мне Маша. Её, кстати, было не видно. Просто я слышал, что где-то рядом.
– Слушай, – слегка успокоившись, начал я, – кто ты такая? Почему моя мама тебя не знает?
– Я не понимаю, – голос стал менее звонким. Было слышно, что он был грустным, – просто хочу быть со своими братьями!
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.