Иллюстратор Нина Козырева
© Вячеслав Козырев, 2022
© Нина Козырева, иллюстрации, 2022
ISBN 978-5-0055-3911-3
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Жил – был Медведь. Здоровенный такой, килограмм под триста, а то и поболе. Громадина – полтора метра в холке, а на дыбы встанет – закрывай глаза и молись, чтобы пронесло. И вид жуткий – острые зубищи и когти здоровенные. Раз ударит – пополам порвёт. С таким страшилищем в лесу столкнёшься, от страха сам помрёшь.
Вот и лесные жители, как его увидят, сразу начинают… хихикать, всякими обидными словами обзываться, рожи корчить или ходить в раскоряку, передразнивая медвежью походку. Потому как никто в лесу его всерьёз не воспринимал. Ну ни капельки. А чего бояться, Мишка с виду грозен, а по натуре – тишайшее существо. Насквозь вежливый. Всем, даже мелким зверушкам, дорогу уступал, опасаясь кого-нибудь ненароком толкнуть или зацепить.
И голос у Косолапого – тихий, тихий. Ни на кого не рычит, ни с кем не спорит. Буркнет себе под нос что-нибудь вроде: – «извините, не обессудьте, будьте любезны, разрешите, вас не затруднит», – и боком, боком, норовит мимо проскользнуть. Ну кто ж такого мямлю бояться будет.
Обидно Медведю, а что поделаешь. Его с детства приучили к приличным манерам: вести себя скромно, ни с кем не ссориться и силу свою не показывать. И лесной народ, по большей части невоспитанный, Мишкиной деликатностью с превеликим удовольствием пользовался.
Волк повстречается на узкой тропинке и даже не подумает в сторону свернуть. Кабан, свин неотёсанный, прёт напролом, словно в упор не видит. Да что Кабан. Осёл и тот, завидев Косолапого, вместо того, чтобы посторониться, сразу же с задумчивым видом задирал морду к небу. Философы – они такие рассеянные.
Даже Зайцы… Зайцы, столкнувшись с Медведем, вместо того, чтобы от этого косматого ужаса в кусты сигануть, начинали через него прыгать. В чехарду играть. А Мишка только пригибался, не дай бог какой малой Зайчонок за него зацепится. Упадёт ведь, ушибётся.
И так во всём, разве что еду не отнимали, да на жилплощадь желающих не находилось – рискнёшь с этим бугаём в берлоге перезимовать, так он во сне может и придавить ненароком.
Так бы оно и продолжалось, но однажды прогуливался он по лесной тропинке, а навстречу два Шакала. Ладно бы Волки, здоровенные откормленные лесные разбойники, а то всего лишь пара облезлых задохликов. Но даже и эти заморыши не собирались уступать дорогу. Косолапый засуетился, шагнул в сторону и… наступил на Ежа.
Бедный Мишка издал такой жуткий вопль, что Шакалов с тропинки словно ветром сдуло. Наступила тишина. Прошло несколько минут, и из кустов осторожно высунулись две ошарашенные морды. Мишка в этот момент из лапы Ежову иголку потащил и снова как заревёт от боли.
Шакалы в ужасе поджали хвосты и бежать, сообщая всем встречным, что Медведь озверел. Лесной народ с перепугу бросился кто куда. Ещё бы, ежели такая зверюга вздумает рассчитаться со своими обидчиками – многим не поздоровится.
Мишка выдернул иголку, зализал рану и склонился над Ёжиком.
– Прости, дружок, не заметил.
А Ёжик стоит столбиком, на Медведя таращится, наконец потряс головой и, слегка заикаясь, выдохнул:
– Ну т-ты и вопить, ч-чуть не оглох.
– Ещё раз извини. Хочешь, мёду дам или ягод? У меня как раз малинка во дворе поспела.
– Сам ешь свою малинку, – буркнул Ёжик. – Хотя, ладно, пойдём, немного ягод и мне не повредит. Врачи говорят, сладкое успокаивает.
И пошли они к Мишке в гости. Только вот ведь какое странное дело – самый разгар дня, а никого навстречу больше не попадалось. Лишь иногда сквозь кусты мелькали неясные тени. Поди разбери, кто там прячется.
– И куда все делись? – удивлялся Медведь.
– А ты сам как думаешь? – хитро прищурился Ёжик.
– Ну… – неопределённо начал Медведь и задумчиво почесал загривок. – Даже не знаю. Наверно отдыхают. Жарко.
В этот момент из ближайших кустов на тропинку вывалился Кабан. Увидев Медведя, он взвизгнул, подскочил и, развернувшись, метнулся обратно. Только ветки затрещали.
– А теперь? – спросил Ёжик.
– Неужели из-за меня? – смутился Мишка.
– Молодец, соображаешь.
– Так ведь я это… от боли.
– А кто знает? То, что ты на меня наступил, Шакалы не заметили и решили, что ты на них окрысился. А от твоего рёва, я подозреваю, половина леса переполошилась. Видал, даже Кабан перепугался.
– И что теперь? Как-то неудобно получилось.
– Зато дорога свободная. Я надеюсь, ты не собираешься их разыскивать, чтобы извиниться?
Медведь озадаченно посмотрел на Ёжика.
– Ну раз никто не видел, то… – неуверенно произнёс он.
– То и помалкивай.
Мишка задумчиво взглянул на пустую тропинку, хмыкнул и повернулся к Ёжику.
– А давай мы ещё вместе погуляем. А как кто навстречу…
– Даже не думай, – отпрянул в сторону Ёжик. – Я ещё жить хочу.
– Ты не понял, – всплеснул лапами Медведь. – Просто незаметно в бок толкнёшь.
– Договорились, – улыбнулся Ёжик. – Но недолго. У меня своих дел хватает.
Медведь так и остался тихим, вежливым созданием, однако с тех пор его, на всякий случай, старались обходить стороной.
Построил Хомяк себе дом. На три комнаты, с прихожей, двумя кладовками и маленькой верандой. Красивый домик, уютный. Ну как таким не похвастаться. Устроить праздник – новоселье. Пригласить соседей, пусть посмотрят, позавидуют. Опять же, принесут подарки.
Он достал лист бумаги, взял карандаш и уселся за стол составлять список гостей.
– Первым номером, естественно Медведь. Мишка в лесу главный, не пригласишь, обидится, а с начальством ссориться, себе дороже. Затем – Кабан. От него конечно лучше держаться подальше, уж больно склочный характер, зато большие связи в финансовых кругах. А это может пригодиться. Мало ли кредит под низкий процент понадобится. Потом Волк. – Хомяк вздохнул. – Глаза бы не видели этого разбойника. Не зря говорят, сколько Серого не корми, а на узенькой дорожке с ним лучше не встречаться. Но пригласить придётся, пусть знает, что у меня в знакомых сам Медведь. Ну и куда же без Лисы. Хотя та ещё шельма, не доглядишь, вмиг облапошит, но умная и при необходимости завсегда может дать дельный совет.
Хомяк отложил карандаш и перечитал список.
– Вроде никого не забыл, – довольно произнёс он. – Все важные и нужные. Хотя… – Он задумчиво поскрёб щеку. – Ёжик со стройматериалами помогал, а Заяц – строить. Надо бы и их пригласить, а то подумают, что я неблагодарный скряга.
Вообще-то это лишние расходы, но делать нечего, придётся два раза новоселье устраивать, не сажать же их за стол вместе с Медведем.
Хомяк добавил Ёжика с Зайцем и провёл под списком жирную черту. Осталось решить, что подать на стол. Он поделил оставшуюся часть листа надвое. В одной половинке наверху написал: – «Чё купить», во второй: – «Скока стоит».
– Итак, Медведю надо мёду. Кабану – желудей. Волку чего-нибудь мясного, да и Лиса от курочки не откажется. С Зайцем и Ёжиком попроще – пучок морковки или какого-нибудь салатика, с них хватит.
Хомяк заполнил первую графу и задумался.
В кладовке с прошлого года остался мешок желудей, морковки можно натаскать на соседнем огороде, а вот с остальными похуже. Лето выдалось холодное, цены на мёд взлетели до небес, а от этого лохматого обжоры одним горшком не отделаешься. За мясом придётся на мясокомбинат идти; говорят, какой-то упрямый баран о новые ворота голову разбил. Но там наверняка цену заломят. Да и куры нынче тоже не дёшевы.
– Да уж, – почесал загривок Хомяк, разглядывая список. – Как бы не оказалось, что подарки окажутся дешевле, чем расходы.
Он оглядел свою новенькую, замечательную комнату и поморщился.
– Расходы расходами, а вот с некоторыми гостями будет морока. Ёжик по своей дурной привычке начнёт без конца по всей комнате бегать. От его топота через пять минут голова опухнет. А Заяц? Тому лишь бы чего погрызть. Не уследишь, всю мебель попортит, ремонтируй потом. Так что обойдёмся без них.
Хомяк зачеркнул Зайца с Ёжиком и мрачно уставился на оставшихся кандидатов в гости.
– Кабан – деревенщина. Никакого воспитания. За столом себя вести не умеет. Чавкает как поросёнок, громко хрюкает, перебивая других. Медведю может не понравится, а расхлёбывать мне. Волк не лучше, как наестся, начнёт о своих подвигах хвастать. И непременно с красочными подробностями. Потом его на пение потянет. А от его завываний уши в трубочку заворачиваются. За Лисой тоже глаз да глаз нужен. Не успеешь оглянуться, серебряную ложечку утащит или чашку из сервиза. И не докажешь, а сервиз дорогой.
Он вычеркнул из списка всех, кроме Медведя, и нервно побарабанил лапой по столу.
Вообще-то знакомство с начальством полезно, но жизнь штука сложная и непредсказуемая – сегодня он начальник, а завтра попрут с должности. Что тогда? А Медведь, между прочим, огромный и неуклюжий. Неловко повернётся своей тушей, сразу пол комнаты разнесёт.
Хомяк взял листок и аккуратно разорвал на мелкие кусочки. Ну его, это новоселье.
– Итак, – Медведь обвёл взглядом собравшихся на поляне зверей. – Сегодня мы должны решить, что делать с Попугаем. Волк и Лиса с Бараном на него жалуются.
– Многоуважаемые жители леса, – раздалось из висевшей на ветке осины небольшой клетки. – Не корысти ради, а исключительно за правду и справедливость. За то и страдаю.
– Молчать! – рявкнул Медведь. – Твоё слово заключительное.
Попугай вздохнул и уселся на дно клетки.
– Кто первый? – спросил Медведь.
– Я, – выступила вперёд Лиса.
Она томно похлопала глазками, всхлипнула и, заломив лапки, жалобно выдала:
– Обзывается. Хитрой рыжей дурой.
– Так ведь дура, дура, – раздалось из клетки. – И хитрая.
– Ещё одно слово и накрою платком, – пригрозил Медведь.
– Тирания, – угрюмо буркнул Попугай, завернулся в крылья, задрал клюв и презрительно оглядел присутствующих.
– Вот видите, – всхлипнула Лиса. – А я хоть кого-нибудь, когда-нибудь…
– Всех обманывает! Всех! – не выдержал Попугай и посмотрел на Медведя. – Разве не так?
– Ну, я-то её проделки знаю, – усмехнулся Медведь. – А вот некоторые попадаются. – И он покосился на Осла.
– Ага, а я что говорил? – упёр крылья в боки Попугай.
– Хорошо, а Волк тебе чем не угодил?
– Бандит. Вчера ягнёнка сожрал.
– А ты видел?! – взвился Волк. – Барашек совсем больной был. Я его от страданий избавил.
– Раз больной, врачей позови, искусственное дыхание сделай, окажи первую медицинскую помощь. А у вас, злыдней, одно средство – резиновый жгут на шею и затянуть покрепче.
– Тихо, не спорьте. Спросим у Баранов. Если что не так, то Волка накажем, – сказал Медведь. – Кто следующий?
– Я… то есть мы, – проблеял Баран. – Бестолковые, говорит. Своего мнения не имеете.
– А разве не так? – вскинулся Попугай. – Как пастух прикажет, так и делаете.
– Ну почему, он с нами советуется. И как большинство решит…
– Каждому надо своей головой думать! – перебил его Попугай. – А если он прикажет рогами о новые ворота биться, тоже будете?
Попугай передохнул и заголосил с новой силой:
– И это ещё не всё. Петух совсем распустился. У каждой приличной птицы по одной подружке, а этот… ловелас, целый курятник перетоптал.
– Погодь, – помотал головой Медведь. – Получается у нас в лесу ни одного порядочного зверя нет.
– Ну, почему же, – скромно потупился Попугай и принялся чертить лапкой на днище клетки замысловатые узоры.
– Правильно Длиннохвостый говорит, – выступил вперёд Осёл. – Мы ж не какое-то там стадо бессловесное. Каждый имеет право на самовыражение. Вот к примеру мы, ослы – не только на «Иа-иа» способны. Мы ещё и «И-го-го» запросто можем. И с Волком давно пора разобраться, а то моду взял, порядки наводить. И вообще…
– Ты бы Осёл помолчал, – перебил его Ёжик. – Нравится ему, как Попка правду-матку режет. Между прочим, Волк – санитар леса. Сами же назначили. А Барашек, действительно, едва ноги тянул. Не жилец, всё равно бы помер. И с баранами подтасовка. У них пастух умный, много чего знает, так почему бы его не послушать? Кстати, – он ехидно посмотрел на Осла. – Если бы у тебя был целый курятник Ослиц, я бы посмотрел как бы ты с ними справился.
– Да уж, – задумчиво протянул Медведь, почесал брюхо и нерешительно сказал. – Конечно, Попугай немного перегнул палку, но ведь от чистого сердца. Сигнализирует, так сказать, заостряет наше внимание на отдельные недостатки.
Попугая выпустили. А вскоре по лесу поползли слухи, что и сам Медведь не очень-то со своими обязанностями справляется. Летом больше по малинникам да пасекам болтается, жирок нагуливает, а зимой так и вовсе спит. Надо бы кого более ответственного в начальство определить.
Жил-был упрямый…
– Осёл, – скажете вы.
А вот и не угадали. Ослы, да будет вам известно, не упрямые, а благоразумные. Они прекрасно знают: обойти гору легче, чем карабкаться по прямой через вершину, а дополнительный груз, даже в виде маленькой соломинки, может нанести непоправимый вред организму. Так что незачем лишний раз напрягаться.
Поэтому, самый упрямый – это Лев.
Не верите? Он же царь, царь зверей. Правильно? Самый сильный, самый умный, самый красивый. Самый… ну и дальше по списку. Каждое его слово закон, а законы, как известно, не обсуждаются. Они выполняются, причём как можно быстрее. Если сомневаетесь, попробуйте хотя бы раз не то что поспорить, а просто не согласиться с каким-нибудь царём, посмотрим, кто кого переубедит.
Итак, жил-был упрямый Лев.
Как-то раз гулял он по лесу, дышал свежим воздухом, цветочками любовался. Кругом идиллия. Птички поют, бабочки порхают. Солнышко, как положено, утром всходит, вечером заходит. Всё в его лесном царстве-государстве замечательно.
Вдруг из кустов вылетел серый комок и прямо в царственное брюхо. Бедный Лёва даже присел от неожиданности, а комок встал на лапы и превратился в Зайца.
– Ты что Косой, с дуба рухнул?! – рявкнул Лев.
– Там это… – заверещал Заяц. – Волк.
– И что?
– Так ведь сож… откусит чего-нибудь, – пролепетал Ушастик.
Лев нахмурился. Что за народ, не могли другого места найти. Не дадут спокойно от государственных дел отдохнуть. Надо с этим безобразием разобраться раз и навсегда.
– Не откусит. Иди и скажи, что я издал закон, запрещающий есть зайцев.
– Не успею. Раньше съест.
– Иди, иди, не переживай.
Делать нечего. Дрожа от страха Заяц повернул назад и тут же наткнулся на своего преследователя.
– Тут Лев… – начал Заяц, но Волк даже слушать не стал, схватил несчастного за уши и разинул пасть.
– Кто моего Зайца обижает?! – раздался рёв и на тропинку выскочил Лев.
– Так он ваш? – испуганный Волк выпустил Зайца и погладил его по голове. – Извиняйте, ошибочка вышла. Я за другим… кхм… с другим здесь встретиться договорился. Теперь вижу, не тот. Обознался. У вашего уши подлиннее и сам он пожирнее будет. А нам чужого не надо.
– А раз не надо, так и слушай, что он скажет.
– Ме… ме… ме-ня не-нельзя есть, – промямлил Заяц.
– Слышал? Считай, это я приказал.
– Без вопросов, – кивнул Волк и юркнул в кусты.
Так Заяц попал ко Льву в секретари. И началась у него новая, замечательная жизнь. Лев законы издавал, Заяц их до лесных жителей доводил. И Льву хорошо: подписал указ, поставил печать и свободен. Дальше пусть секретарь следит. Правда, поначалу кое-кто возмутился, с какого перепугу какая-то ушастая мелочь приличным зверям указывать будет, и послал «самозванца» далеко, далеко… в соседний лес. Пришлось непонятливому Кабану хвоста накрутить, и с тех пор с Зайцем никто не спорил.
Лев от такой беззаботной жизни понемногу обленился. Потолстел, в смысле поправился. А куда денешься. Сон до обеда, а при желании и после, неспешные прогулки на свежем воздухе – для аппетита. И с нервами полный порядок – никто голову не морочит. Он даже свою личную печать Длинноухому отдал, чтобы лишний раз к бумагам не притрагиваться. Тем более, что тот прекрасно с делами справлялся, царские пожелания с полуслова понимал.
Заяц важным стал. Ещё бы, от имени и по поручению царя всем лесом управляет. Поначалу у Льва интересовался, кому назначить аудиенцию, в чью пользу какой-нибудь спор разрешить, но вскоре пообтёрся и уже самолично решал, кто прав, а кто в сторонке постоять должен.
А вскоре Длинноухий и вовсе обнаглел. Стал под себя законы издавать – печать-то у него. Родственников на тёплые места потихоньку пристраивать. А родственников у него, сами знаете сколько.
Звери, видя такое дело, попытались Льву намекнуть, что не всё гладко в его царстве-государстве, но когда цари народ слушали.
Так оно потихоньку и катилось: Царь зверей толстел, Заяц наглел. Но однажды Лев вздумал заняться государственными делами. Вызвал секретаря и приказал:
– Завтра соберешь зверей и огласишь…
– Завтра не могу, – перебил его Заяц.
Удивился Лев, нахмурился. Чего это мелкий Зайчишка себе позволяет. Хотел рыкнуть, да остановился; вдруг, откуда ни возьмись, отовсюду повылезали зайцы, и все, как на подбор, здоровенные, упитанные и вид у них угрожающий.
– Лёва, – примирительно похлопал его по плечу Заяц. – Тебе что, плохо? За тебя всё делается. Забот никаких, кругом почёт и уважение. Так что живи потихоньку, а не то… – Заяц снисходительно кивнул в сторону родственников. – Сам понимаешь.
«А ведь меня, дурака, предупреждали, – дёрнулся Лев. – Но сейчас спорить опасно».
– Не можешь, так не можешь, – осторожно согласился он. – А как насчёт отобедать?
– Не вопрос, – ответил Заяц и протянул Льву морковку.
– Это что?
– Морковка. Очень полезная.
– Я не ем морковь и вообще траву не люблю.
– Все едят, – холодно процедил Заяц. – Ты сам такой закон недавно издал. А кто нарушит, будет как с Волком.
– А что с ним?
– Да тоже кричал, что в жизни веганом не станет. Хотел барашка зарезать, за что и лишился хвоста. Для профилактики. Теперь травку за милую душу щиплет. И вообще, пора тебе Лёва развеяться. Поехал бы куда-нибудь, хотя бы в свою Африку. А мы тут сами за порядком проследим.
Лев уехал, и Заяц остался от его имени править. Звери поначалу ворчали, неужто вместо этого мелкого недоразумения нельзя кого посерьёзней назначить. Впрочем быстро притихли – Заяц из Волков личную охрану организовал, а Лису назначил главным историографом.
Вскоре все твёрдо знали, что лесом с незапамятных времён правили Зайцы. А Лев так, мелкий самозванец, потому и в Африку сбежал, а ежели объявится – в клетку и в зоопарк. В назидание остальным.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.