© Ярина Тютчева, 2023
ISBN 978-5-0060-2558-5
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Тот год 2011-й был на Земле преддверием. Перекрестком: либо в ад – либо в рай.
Это было сложное время. Все ждали чего-то. В основном – конца света в 2012 году. Ну, то есть, каких-то катаклизмов чрезвычайных. Все предсказывали различные концовки.
На фоне всего этого Господь прямо расстелил тогда перед рабой своей Ириной три паломничества.
А потом еще была и поездка в Мексику (четвертым разом). Забросило туда аж в декабре 2011, под занавес перед планируемым майянцами концом света 2012 года. Наверное чтобы лишний раз услышать засвидетельствовать и пересказать что нет конечно майянцы предсказали не конец света в 2012-м году а лишь конец периода. Причем конец именно темной полосы в истории человечества.
Первое паломничество было в Иерусалим и состоялось оно Божьей милостью с 16 по 23 мая 2011 года.
Цитирую свой дневник паломницы, в котором постаралась запечатлеть особенно интересные знаковые события:
Пасха в 2011 году была 24 апреля. То есть, Христос ходил по Иерусалиму с нами.
Наше паломничество по святым местам, связанным с Иисусом Христом, начиналось в Вифлееме. Сейчас это территория Палестины. И даже церковь на месте Рождества Христа принадлежит сейчас православным арабам. Для меня это было открытием.
Встали рано и отправились на службу в базилику Рождества Христова. Когда подходили к базилике, я услышала громкий плач грудного ребенка. Подумала: что это они тут специально магнитофон поставили и все время плач младенца воспроизводят?
Оказалось – нет вовсе. Кошка выглядывала из амбразуры, расположенной высоко в стене и кричала, в точности имитируя плач ребеночка. Вот так. Чудеса, да и только.
Монастыри сорокодневной горы.
Когда подходила к первому из них, там, где длинный крутой спуск, а потом подъем по серпантину, происходило что-то странное со слухом. То тишина оглушительная, то звуки какие-то потусторонние слышаться стали. При входе рос подсолнух. Поднялись в пещеру Ильи Пророка. Там еще по преданию Анна с Иоакимом молились о потомстве. В пещере нам раздавали камушки с травкой на память.
На обратной дороге помогала Алексею хоккеисту тянуть нашего батюшку в гору. Батюшка все который раз меня спрашивал: как меня зовут? Когда уже села я в автобус, пришла Надежда и сказала, что меня батюшка зовет. Оказывается, наш гид напомнил, что сегодня день памяти святой Ирины (18 мая). Поздравили. После этого вроде бы, батюшка уже запомнил мое имя.
Еще вдруг глядя сверху вниз кто-то заметил вдалеке среди камней маленькую фигурку серны. Я ее запечатлела на фото.
Во втором монастыре находится камень, на котором Христос молился после Крещения во время искушения Его дьяволом.
К камушку подошла первая, когда все были еще внизу. Постояла на нем на коленях, молча без толпы.
Потом наш батюшка привлек меня к делу. Он стал измерять стасидии, чтобы сделать такие для прихожан в своем храме (он же бывший архитектор) и мне поручил смотреть на линейку размеры. Только я в темноте тоже что-то плоховато видела. В результате он сам смотрел.
А когда к выходу одна шла, служитель зажег свет и пригласил жестом зайти в пещеру, где обитал Христос. Она вся в записочках сейчас. При входе я уже посещала ее с народом. Зашла и еще раз, но уже одна. Постояла.
Посетили также храм Герасима Иорданского. Когда входили, над арочным входом заметили горлицу. Такая милая, я ее сфотографировала. Это красивый храм с внутренним двориком. В нем я приобрела образ Спасителя, который сейчас у меня в комнате на иконостасе.
Герасим Иорданский изображается со львом, так как лев стал его неотступным «послушником», после того как преподобный его исцелил. Подумалось, что это – хороший знак мне, так как я изучала тогда Льва.
Окунались в Иордан именно в месте принятия Иисусом Крещения от Иоанна Крестителя. Там мы надели белые рубашки и вошли в реку. На фотографии я запечатлелась ну в точности в позе Спасителя с поднятой рукой и похожей прической.
Признаться, еще перед поездкой у меня начались проблемы с сердечным ритмом и продолжались в начале поездки. Так вот, после окунания (без шуток) все именно «как рукой сняло» и не возвращалось (тьфу, тьфу, тьфу) до момента написания сего текста, то есть год и три месяца, а теперь и семь с лишним лет спустя, когда публикую.
Посещение Назарета – родины Христа и Девы Марии – города Галилейского, то есть скифского и ничего общего с иудеями (а также с евреями) не имеющего.
Прошли дорогой, которой ходила Дева Мария к колодцу, где ей явился первый раз архангел Гавриил. Да и сам Христос ходил этой дорогою, вероятно.
На месте колодца ныне храм. Рядом с куполом храм увенчан пальмовой ветвью. К колодцу можно подойти, заглянуть. Там набросали монеток.
На месте домика, в котором жила Дева Мария, ныне католическое сооружение. Сам домик был перенесен в итальянский город Лорето. Православные попы в католические церкви не ходят – вот и не сподобились мы посмотреть на место, где родилась наша Богородица.
Ночевали в Назарете. С балкона смотрела на огни вдали. На улице было слишком шумно из-за чего совсем не спалось.
Наш дальнейший маршрут пролегал на Фаворскую гору.
На горе сразу же встречала кошка.
Надо вспомнить еще, что накануне исповедовались прямо в автобусе. Какой сервис ныне. В хорошем смысле. ведь для тех кто исповедуется и исповедует от сердца пространство не имеет значение.
В храме на горе молились много и о лодке совместной как о символе церкви прежде всего. Над входом в храме было изображение такой лодки.
Причастилась ли там уже не помню. хотя что тут думать – само посещение этой гору уже причащение таинствам Господним.
Купила крестик именно там в подарок дорогому человеку. Собрала земельки в серебристый мешочек и шишку взяла (аж на такой-то горе!)
Под горой встретила гигантскую ящерицу. Думаю это сама хранительница Фаворской горы показаться решила мне в тот день. Иначе не бывает таких огромных ящериц.
Далее по маршруту посетили русский участок в Магдале. Чудесный сад с пальмами на берегу Галилейского моря. Красота… там, конечно же, находится храм святой Марии Магдалины (ведь это ее родина) и святые источники.
Есть несколько источников:
Первый представляет собой купаленку изумрудного цвета. По преданию это именно то место, где Христос изгнал из Марии семь бесов;
Второй – плавательный бассейн, где все окунаются;
Третий – источник, где можно попить воду с радоном для исцеления зрения.
По некоторым уважительным причинам я прокопалась с переодеванием дольше всех. Вышла и увидела, что все пошли окунаться к источнику номер два. Первый же – самый сильный – был полностью предоставлен для моего уединенного окунания. Что я и сделала с удовольствием. Какая же благодать – окунаться в полном одиночестве, разве только с Богом наедине.
Поплавала затем и во втором, а потом и радоновой воды попила.
До моря же лишь добежать успела, испачкав юбку, пробираясь по зарослям тростника. Омыла ее опять же в источнике №1.
Наше дивное путешествие продолжилось прогулкой на корабле по Галилейскому морю. Это было что-то потрясающее. Я встала на носу корабля и не чувствовала под собой корабля вовсе. Я будто шла по морю сама, вспоминая чудо Христа – хождение по воде. Был приятный теплый ветер. Чайки летали над нами. Была даже прекрасная пара белых чаек. Почему-то, за припасенным хлебушком они так и не подлетели. Пришлось накормить рыб этим хлебушком. Но рыбы Генисаретского (другое название Галилейского) моря это вообще святое.
Далее наш маршрут пролегал через место, где Господь исцелил прокаженных. Сейчас там много православных арабов при этом храме. Всем паломникам запомнилось, как «Отче наш» пели православные арабы на своем языке. А мы – на своем.
На Александра, который меня позвал в эту поездку, это местечко вообще произвело какое-то неизгладимо сильное впечатление, как поделился он со мной потом. Интересно, что каждый находит в паломнической поездке свои уроки, свои прозрения – и это прекрасно. Господь учит каждого на понятном ему языке. Показывает примеры, учитывая какие-то его слабости, а может и сильности в этот период его жизни.
Храм на месте колодца – встречи Христа с самарянкой запомнился красивым садом и бордовыми розами много выше человеческого роста. Здесь вкусили мушмулы с дерева. Я, так вообще первый раз ее пробовала – вкусная, сочная. Ну и уж, конечно, попили из колодца, самостоятельно поднимая ведерко.
В храме есть частица мощей Иоанна Крестителя в кубке с воском. Частичка мощей Иоанна Златоуста.
На память подарили нам по две иконки с изображением Встречи Господа с самарянкой у колодца и к ним маслицем от местной лампадки пропитанные ватные кусочки.
Одну из этих иконок передала затем Светлане со своей работы, как тезке той самой самарянки Фатиньи, что по-нашему Светлана. И, слава Богу, сработало – она нашла свое счастье сразу практически после этого. И даже житие Фатиньи изучила, а, проникнувшись ее подвигами, плакала.
А вот маслице досталось потом силою провидения таксисту, который меня вез домой из аэропорта уже в Москве. Он заметил вдруг, что я перекрестилась перед храмом и поддержал. Умилился, при этом. И тогда я рассказала, что возвращаюсь с паломничества на Святую землю. И святой дар, первый попавшийся под руку, ангел подсказал передать. И человек остался благодарен за это.
Еще в том храме пребывают ныне мощи мученически погибшего батюшки этого храма. Гераньку от мощей взяла, а потом и применение нашлось чудесное – передала через монаха в кувуклию Гроба Господнего, как поклонение и признание в вечной любви Господу нашему Исусу Христу.
Также еще в том храме к нам пришла красивая черная кошечка, когда мы пили чай в прекрасном саду храма.
Подъехали к Иерусалиму под майский праздник Иоанна Богослова, нашего покровителя. Стояли праздничную вечернюю службу в Русском Горненском монастыре. Батюшка пел великолепно. Случилось даже пройти обряд елеопомазания. Совершив надо мной этот обряд, батюшка сказал мне загадочную фразу, которая воспроизводится в памяти по-разному. То ли «Благоволи Богу, дорогая», что удивило, то ли «Благодари Бога, дорогая», что более понятно. А может, просто «Помогай…»
Еще в Горненском наблюдала, как наши выстроились за советом к схимонахине. Можно сказать, я тогда первый раз и увидела схимонахиню. В черной одежде с капюшоном и очень-очень древнюю. Всю согнутую.
А в нижнем храме есть очень красивая икона Благовещение с прислоненным к ней священническим жезлом, на который еще прикреплен букетик. Какая-то особо почитаемая эта икона в оправленная розовым атласным чехлом.
Когда посещали места, связанные с Иоанном Крестителем, в том числе место встречи его матери Елизаветы с Божьей Матерью, увидели двух маленьких черных змеек. Кто-то сказал, что они не ядовитые. Наверное, так оно и было, но что значил этот символ в связи с Иоанном Предтечей (а ведь в таких поездках абсолютно все можно читать как символы и отнюдь ничего не случайно) до сих пор не прочитала. Хотя – нет – вот именно сейчас возможно озарило. Отец Иоанна и сам Иоанн (по отцу соответственно) были евреями. Так вот – они не были ядовитыми именно иудаизмом евреями. А евреи лишь те ядовиты кто исповедует иудаизм.
Одним из самых сильных впечатлений был наш приезд в Иерусалим. Нас привезли на смотровую площадку, с которой весь старый город лежал, как «на ладони» в свете предзакатного солнца. Оказалось, что позади этой площадке располагается и наш отель «Семь арок». А находимся мы (и будем жить три дня!) на знаменитой горе Елеон. Так мы и ночевали три ночи в четырехстах метрах от капеллы Вознесения. Той самой, в которой отпечатался последний след Спасителя на земле.
Сама идея моего паломничества В Иерусалим, собственно, была связана с этой горой. Слушая накануне лекцию подготовленную для интересующихся Русской Северной Традицией Ладой Виольевой о горе Елеон и месте Вознесения Христа, я думала: «Я столько путешествовала, почему же я до сих пор не была в Иерусалиме и не припала к Божественной стопе – последнему отпечатку на Земле правой ноги Христа, запечатленному в камне?»… и вот буквально на следующий день мне позвонил человек, которого я не видела 10 лет, если не сказать больше, и произнес как само собой разумеющееся: «А поехали с нами на Святую землю. У нас тут такая сильная паломническая поездка намечается!». Так вот и собралась, почти не глядя. Ведь почувствовала что Сам Христос позвал те места посетить.
Продолжим же наше повествование о поездке. Окна ресторана гостиницы «Семь арок», где мы ужинали, были во всю стену и выходили как раз на смотровую площадку, откуда открывался вид на вечерний Иерусалим в огнях. Окна же нашего с Надеждой номера выходили на сторону священного места Вознесения. И спалось, наконец, по сравнению с предыдущими отелями превосходно.
Когда стояли в очереди ко Гробу Господнему, я спросила у нашего гида: можно ли приобрести масло от Гроба непосредственно в храме. Он дал мне маленькую пустую бутылочку из-под воды и сказал: «Попроси у Пантелеймона, который служит при кувуклии, потом поделишься со всеми». Тот как раз находился неподалеку. Я подошла и как-то попробовала изобразить чего хочу. По реакции довольно сурового монаха Пантелеймона было непонятно понял он или нет. Услышала, как гид что-то сказал ему по-гречески.
Потом Пантелеймон полез по лестнице к подвешенной лампадке. Долго там что-то делал. И, спустившись, ушел и скрылся за небольшой дверкой в стене самого храма. По чьему-то зову я пошла за ним. Там увидела, как он добавляет масло в сосуд вроде чайника. Я протянула ему бутылочку, которую он и наполнил наполовину. Обернувшись, я увидела образовавшуюся за моей спиной очередь из паломников нашей группы. Налито масло было еще двум паломникам, затем «лавочка» закрылась.
Странно было, что это маслице потом явилось для некоторых поводом для обиды друг на друга. Одна женщина, например, попросила у меня слезно немного и когда я с ней поделилась, поведала, что ее соседка по комнате на подобную просьбу сказала, что у нее итак его мало. Потом же передала мне, как она упрекнула эту свою соседку, сказав, что ей дала масло женщина, которую она даже не знает как зовут (про меня). Остальные паломники, с которыми я поделилась маслицем, смотрели на меня как на благодетельницу. Странна была реакция Марины, родной сестры нашего батюшки, когда я спросила: поделится ли она со своим братом этим маслицем? Она как-то обиженно-неуверенно сказала что поделится. И даже Сашка, который меня позвал в эту поездку, как-то вдруг чересчур страстно стал просить меня поделиться маслом.
Теперь о посещении основной цели паломничества – Гроба Господнего. Первый раз. Зашла в кувуклию босиком. По старому обычаю. Запускают по трое и быстро. Приложилась к плите в области ног. И нахлынуло такое. К сердцу подступила распирающая его волна. Два чувства одновременно. Первое – вины: что не смогла спасти родного, что не оказалось рядом меня в нужный момент, что отдала врагам на распятие. И одновременно – бесконечная радость: что Воскрес, Победил, и это и моя победа тоже. Небольшая, белая, отполированная, как шелк мраморная плита представилась на миг самым центром всего-всего.
Вышла и не могла долго прийти в себя. Отошла в сторону и плакала. (В нашей группе из сорока человек плакала еще только одна женщина). Я от счастья, наверное, больше. Пребывала в такой эйфории, что не понимала смысла всего дальше происходящего. Зачем это все теперь нужно. Гид что-то рассказывал, повел куда-то, но я совершенно его не слушала. И не понимала, как можно после ТАКОГО что-то еще слушать второстепенное.
Пребывала в эйфории где-то полчаса.
Когда пошли во второй раз, католики прямо перед входом начали петь свою мессу. Среди них были и негры. В это время пока не запускали. Смотрелось так наиграно, так театрально, что терялась вся сокровенность происходящего, и мы даже ушли. Потом гид сказал, что у нас есть еще время, и мы с Надеждой опять побежали и даже умудрились попроситься пройти без очереди у наших соотечественников. Они нас пустили. Хотя поворчали. Второй раз ощущение было уже послабее. Наверное, потому что в тот же день, ну чего же еще можно испытать…
Вечером пошли на Ночную Литургию в храм Воскресения у Гроба Господня. Наш батюшка тоже принимал участие в службе. И причащал. Причастилась и я в этот раз.
Я надеялась еще раз попасть в кувуклию. Особенно потому, что придумала принести нашему Господу цветочек. Гераньку от мощей из храма с колодцем, из которого дала напиться Христу Самарянка. Но посетителей не пустили. Все стали передавать записочки через молодого монаха. А я подошла к нему и передала цветочек. Он взял и заулыбался. Не знаю, понял ли он мое желание, но приятно было вдвойне преподнести Господу цветочек через этого монаха.
Потом мы поджигали свечки от негасимого благодатного Огня. Когда я их тушила с помощью специального приспособления, то они так дымили, что монах за оградкой кувуклии укоризненно произнес: «Мадам, Мадам!» Оказалось, это все тот же «мой монах».
В третье посещение ощущение опять было очень мощное. К тому же, я зашла первая из троих и приложилась к изголовью. И побыла подольше. Спасибо, Господи, что привел меня сюда. В место твоей Силы и Славы. Это незабываемое впечатление. Ведь сейчас эти строки я пишу спустя два года.
В нашу программу также входило посещение в Иерусалиме одного из предполагаемых мест Рождества Пресвятой Богородицы. Рядом с Вифездой. Пока нам все рассказывали, вокруг ходило много кошек. И забавное зрелище удалось мне наблюдать: два кота с разбегу столкнулись лбами, как будто нарочно.
Приехали в Вифанию.
Встретились с тамошней современной Марфой. Тоже символ деятельности во славу Господу. Она управляет школой-приютом для детишек. Там и церквушка. И особое место – почитаемый камушек, у которого Марфа и Мария беседовали с Господом.
Были и в храме, где современный аналог Евангельской Марии – сдержанная настоятельница, которая показалась нам под конец. В храме чудотворная икона «Достойно Есть». Очень красивый образ, который есть и у меня дома.
Получили у настоятельницы Марии благословение на посещение русского монастыря Марии Магдалины в Гефсимании.
Посетили гробницу Лазаря. После, оказались в лавке с церковной утварью. Я задумалась: что здесь приобрести? Притянуло каменное яйцо оранжево-красноватого цвета. Спросила: что за камень – алебастр. Купила.
После в монастыре Марии Магдалины была ее чудотворная икона с частичкой мощей. Думаю: что же приложить к ним (за границей в храмах продаются, как правило, только свечи, иконок не найдешь). Вспомнила про яйцо, его и приложила. Что интересно, центральная фреска этого красивейшего храма изображает как раз сцену, где Мария Магдалина преподносит римскому императору уже покрасневшее яйцо. Так что, у меня теперь есть яйцо, приобретенное у места воскрешения Христом Лазаря и приложенное к чудотворной иконе Марии Магдалины с мощами, сделанное ко всему прочему из алебастра (из того же материала, что и сосуд, наполненный миром, которым помазала Христа жена-мироносица).
Храм Гробницы Божьей Матери
Находится у подножья Елеонской горы. Рядом с Гефсиманским садом. Храм похож на подземный. Спускаешься вниз по ступенькам.
Гробница тоже в красивой кувуклии. Подсвечена. Заходила несколько раз. Молилась. Подала здесь записочки за некоторых подруг.
Второй раз исповедовалась здесь чтобы причаститься. И причастилась у греческого батюшки. Здесь нас угостили специальным кушаньем в честь греческих поминок.
Здесь также находится чудотворная икона Богородицы Иерусалимская. Очень люблю этот лик. Даже находила в нем какую-то мистическую схожесть родство со своими чертами. Она и празднуется как будто 25 октября то есть рядом с моим Днем Рождения.
Место 1-го и 2-го обретения главы Иоанна Крестителя. В Спасо-Вознесенском храме очень много различных мощей и святынь. Обходили по кругу прикладывались.
Место обретения – выемка в мозаичном полу размером с голову.
В капелле Вознесения мы побывали почти в самом конце паломничества. Поэтому впечатления уже переливались через край, и было просто чувство умиротворенного спокойствия. В капеллу идет постоянный поток паломников совершенно разных. Перед нами я увидела даже негров в их любимых пестрых одеждах.
Запускали по группам. Я умудрилась прикоснуться к святой стопе аж второй, сразу после нашего батюшки. Было очень торжественно. Не забыла и крестик приложить. Сфотографировала всего раз, так как приостановить поклонение группы из тридцати или сорока человек сложновато.
Хорошим символом был показавшийся в окошке под сводом влетающий белый голубь на фоне солнечного света. На фото, правда, остался виден лишь ослепительный солнечный свет.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.