«A Christmas Carol» adlı sesli kitaptan alıntılar, sayfa 10

Нет справедливости на земле! Беспощаднее всего казнит свет бедность, и не менее сурово - на словах, во всяком случае, - осуждает погоню за богатством.

какое бы доброе дело ни делалось, всегда найдутся в мире люди, для которых оно послужит предметом насмешки

Ворон ворону глаз не выклюет.

Не знать того, что столетия неустанного труда душ бессмертных должны кануть в вечность, прежде чем осуществится все добро, которому надлежит восторжествовать на земле! Не знать того, что каждая христианская душа, творя добро, пусть на самом скромном поприще, найдет свою земную жизнь слишком быстротечной для безграничных возможностей добра! Не знать того, что даже веками раскаяния нельзя возместить упущенную на земле возможность сотворить доброе дело.

— Человек! — сказал Дух, — Если в груди у тебя сердце, а не камень, остерегись повторять эти злые и пошлые слова, пока тебе еще не дано узнать, ЧТО есть излишек и ГДЕ он есть. Тебе ли решать, кто из людей должен жить и кто — умереть? Быть может, ты сам в глазах небесного судии куда менее достоин жизни, нежели миллионы таких, как ребенок этого бедняка. О боже! Какая-то букашка, пристроившись на былинке, выносит приговор своим голодным собратьям за то, что их так много расплодилось и копошится в пыли!

Это радостные дни — дни милосердия, доброты, всепрощения. Это единственные дни во всем календаре, когда люди, словно по молчаливому согласию, свободно раскрывают друг другу сердца и видят в своих ближних, — даже в неимущих и обездоленных, — таких же людей, как они сами, бредущих одной с ними дорогой к могиле, а не каких-то существ иной породы, которым подобает идти другим путем.

А затем снова были танцы, а затем фанты и снова танцы, а затем был

сладкий пирог, и глинтвейн, и по большому куску холодного ростбифа, и по

большому куску холодной отварной говядины, а под конец были жареные пирожки

с изюмом и корицей и вволю пива. Но самое интересное произошло после

ростбифа и говядины, когда скрипач (до чего же ловок, пес его возьми! Да, не

нам с вами его учить, этот знал свое дело!) заиграл старинный контраданс

"Сэр Роджер Каверли" и старый Физзиуиг встал и предложил руку миссис

Физзиуиг. Они пошли в первой паре, разумеется, и им пришлось потрудиться на

славу. За ними шло пар двадцать, а то и больше, и все - лихие танцоры, все -

такой народ, что шутить не любят и уж коли возьмутся плясать, так будут

плясать, не жалея пяток!

Той гість стояв біля Скруджа так близько, як оце я біля вас у цю хвилину...

"Кое-кто посмеивался над этим превращением, но Скрудж не обращал на них внимания смейтесь на здоровье! Он был достаточно умен и знал, что так уж устроен мир, - всегда найдутся люди, готовые подвергнуть осмеянию доброе дело. Он понимал, что те, кто смеется, - слепы, и думал: пусть себе смеются, лишь бы не плакали! На сердце у него было весело и легко, и для него этого было вполне довольно",

"О Смерть, Смерть, холодная, жестокая, неумолимая Смерть! Воздвигни здесь свой престол и окружи его всеми ужасами, коими ты повелеваешь, ибо здесь твои владения! Но если этот человек был любим и почитаем при жизни, тогда над ним не властна твоя злая

сила, и в глазах тех, кто любил его, тебе не удастся исказить ни единой черты его лица! Пусть рука его теперь тяжела и падает бессильно, пусть умолкло сердце и кровь остыла в жилах, - но эта рука была щедра, честна и надежна, это сердце было отважно, нежно и горячо, и в этих жилах текла кровь человека, а не зверя. Рази, Тень, рази! И ты увидишь, как добрые его деяния - семена жизни вечной - восстанут из отверстой раны и переживут того, кто их творил!"