«1984» adlı sesli kitaptan alıntılar, sayfa 42
Когда он рассуждал о принципах ангсоца, о двоемыслии, об изменчивости прошлого и отрицании объективной действительности, да ещё употребляя новоязовские слова, она сразу начинала скучать, смущалась и говорила, что никогда не обращала внимания на такие вещи. Ясно ведь, что всё это чепуха, так зачем волноваться? Она знает, когда кричать "ура" и когда улюлюкать, - а больше ничего не требуется.
Он больше не размышлял, он чувствовал.
Пока они не начнут мыслить, они не восстанут, но пока они не восстанут — они не начнут мыслить.
Потому что ортодоксальность — это больше чем рвение, это — рефлекс.
Сегодня ничего такого не могло произойти. Сегодня есть страх, ненависть, боль, но нет благородства чувств, глубокой и подлинной печали.
Власть - не средство, она - цель.
Изменить воззрения или хотя бы политику - это значит признаться в слабости
Умный тот, кто нарушает правила и остается жив
Он с удивлением подумал о том, что боль и страх биологически бесполезны, подумал о вероломстве человеческого тела, цепенеющего в тот самый миг, когда требуется особое усилие. <...> В критические минуты человек борется не с внешним врагом, а всегда с собственным телом. <...> И то же самое, понял он, во всех трагических или по видимости героических ситуациях. На поле боя, в камере пыток, на тонущем корабле то, за что ты бился, всегда забывается - тело твое разрастается и заполняет вселеную, и даже когда ты не парализован страхом и не кричишь от боли, жизнь - это ежеминутная борьба с голодом и холодом, с бессоницей, изжогой и зубной болью.
Если вам нужен образ будущего, вообразите сапог, топчущий лицо человека.
