На следующий день Овсянников уехал с мамой, бабушкой и дедушкой в деревню, в Камышовку. Они каждое лето туда ездили. У них в Камышовке есть дом, который ещё Данилкин папа построил, когда жив был.
Папа Данилки был космонавтом-испытателем. Вот он тот дом и построил. Папа потом погиб, испытывая новый космический челнок. Данилке тогда ещё и года не было.
В общем, Овсянниковы уехали, а вместе с ними уехали Соловьёвы и Захаровы из соседнего, четвёртого дома. Там, в Камышовке с Данилкой, Колей Захаровым и Зоей Соловьёвой такое приключилось! А началось всё с происшествия в электричке. В общем, я вам сейчас всё по порядку расскажу.
Итак, в путь Овсянниковы отправились рано утром. В прихожую вынесли «багаж»: чемоданы, свёрнутые в рулоны матрасы. Данилка не понимал, зачем всё это надо с собой тащить. Там, в Камышовке, у них всё это уже есть. А чего нет, можно и в магазине купить, на станции. Ну, понятное дело, тащить-то всё дедушка будет – не бабушка же.
Когда запирали дверь квартиры, Данилка хотел помочь дедушке. Он прошептал заклинание, и весь этот багаж поднялся в воздух и сам поплыл к выходу из подъезда. Бабушка закричала:
– Данил, ты что, с ума сошёл? Что люди подумают? Ну-ка, прекрати эти свои волшебные штучки. Мало тебе того, что в цирке над человеком покуражился?
– Ничего я и не куражился. Это случайно получилось, потому что я неправильное заклинание применил.
– Нечего было вообще к нему с этими твоими заклинаниями лезть. Опусти багаж на место, пока кто-нибудь не увидел.
– Ну и что, что увидят?
– Ты людей не знаешь. Такого понарассказывают, что потом хоть из дома не выходи.
В общем, пришлось вернуть багаж на место. Его дедушка взял – по два чемодана в каждую руку. Мама взяла свёрнутые в рулоны матрасы, а бабушка сумку с продуктами. Отправились в путь.
Коля со своей бабушкой и Зоя с двумя бабушками ждали Овсянниковых на трамвайной остановке. Доехали до вокзала, купили в кассе вокзала билеты и сели в электричку.
Данилка, как всегда, устроился около окошка. Он любил во время поездки смотреть в вагонное окно. Там можно было увидеть столько всего интересного: мимо проносятся леса, луга, деревни; когда поезд идёт по мосту, внизу видна река и плывущие по ней пароходы, баржи с грузом. Но в этот раз удовольствие от поездки было испорчено.
Как только поезд отошёл от перрона, в вагон вошёл странный дядька. Точнее не странный, а страшный. Он был похож на пана Люцика из Данилкиных кошмарных снов: лысина; острая, клинышком, бородка; злые глазки. Ну, похож и похож: что с того?
Да, не в этом было дело – не в том, что похож. Дело в том, что Данилка сразу почувствовал энергию Зла. Появилось ощущение пронизывающего, леденящего душу страха. Это было, как на уроках, которые вёл Аладдин ибн Хасан. Вот только раньше, на уроках, Данилка легко справлялся с заданиями и подавлял энергию Зла, а теперь не получалось.
Дядька уселся на сиденье у противоположного окна и косо посмотрел на Овсянниковых. Дядьке, видимо, тоже не понравился Данилкин взгляд. В общем, что-то он почувствовал. Тогда он встал, подошёл к Данилке и, наклонившись к нему, произнёс зловещим голосом:
– Что, щенок?! Я тебе не нравлюсь?! Ну что ж, я многим не нравлюсь! Только никого из них я не оставляю в живых! Готовься к смерти, щенок!
– Что вы себе позволяете?! – возмутилась Данилкина бабушка. – Как вам не стыдно пугать ребёнка!
– Что, мадамочка, и тебе я не нравлюсь? Тогда и ты готовься к геенне огненной, – прошипел дядька.
Немногочисленные пассажиры электрички стали возмущаться, пригрозили позвать милиционера… Дедушка пугать милиционером не стал. Он встал, взял дядьку за шкирку и вынес его в тамбур. На прощание, он дал ему хорошего пинка. Дядька, от этого пинка, куда-то отлетел, и было слышно, как он обо что-то стукнулся. Дедушка предупредил его:
– Вернёшься в вагон – зашибу, – и вернулся на место.
Пассажиры, Данилка, Коля и Зоя с их бабушками были в восторге. А Данилкина бабушка говорит, с укором:
– Зря ты так, Ваня. Зачем силу применять? Надо было позвать милицию.
– Знаю я теперешнюю милицию-полицию, – ответил дедушка. – Этому негодяю ничего не будет, а мы же ещё и виноватыми окажемся.
Дядька, в вагон не вернулся. Он, какое-то время, стоял в тамбуре. Данилка его видел особым внутренним зрением, которое есть только у волшебников и магов. Было нехорошо, тревожно на душе, и Данилка собрался применить заклинание против тёмных сил, но… дядька, неожиданно, сам исчез. Страх тут же прошёл.
До станции Бобровск доехали за полчаса. От станции до Камышовки ходу было минут двадцать – это если налегке. Но Овсянниковы несли поклажу. Груз был не из лёгких. С багажом они тащились больше часа, несмотря на то, что два чемодана взял у дяди Вани Коля.
Коля большой, ему тогда уже тринадцать лет было. Так что чемоданы для него не очень-то и тяжёлыми были, вот он и взялся их нести. Данилка тоже мог бы помочь, своим, волшебным способом. Жаль, что бабушка не хотела людей пугать непонятным. Да уж, ей и цирка хватило.
В общем, до Камышовки кое-как дотащились.
Шёл уже одиннадцатый час дня.
Добравшись до Камышовки, Овсянниковы, Захаровы и Соловьёвы занялись распаковкой поклажи. Овсянниковы, как всегда, на первом этаже расположились. Захаровы и Соловьёвы заняли по комнате на втором этаже. Тётя Галя каждое лето им комнаты на лето сдавала. И правильно: дом-то большой, в два этажа. На втором этаже целых три комнаты – свободные. Почему бы и не пустить туда на лето хороших знакомых.
Узнав, что приехали Овсянниковы, к ним пришла соседка, тётя Нюра. Это уже в двенадцатом часу дня было. Тётя Нюра и дядя Гриша Молевы, а ещё их сын Женька – ровесник Данилки – жили в доме напротив.
Встретились, рассказали новости. Как всегда на жизнь друг другу пожаловались. Данилке всегда было смешно, что взрослые из всяких пустяков «трагедию делают». Они, взрослые, сами об этом так говорят. А ещё они это называют «делать из мухи слона».
Данилка, когда из Магриба вернулся, решил попробовать это сделать, ну, то есть из мухи слона. Не получилось, зато то, что получилось, потом целую неделю пугало прохожих на проспекте Кирова. Данилка потом «это чудище» снова превратил в муху. Он ещё перед мухой извиняться стал. А муха сказала:
– Пустяки. Мне понравилось пугать людей, – и улетела.
Муха, конечно, это не на человечьем языке сказала, а на своём, «насекомовом». Но Данил уже понимал язык животных, птиц, насекомых, и мог на этих языках с ними разговаривать. Учеников школы Магии языкам животных учила ведьмочка Элиза. Вот такие дела. Ну ладно, отвлёкся я.
Ну, так вот, как только пришла тётя Нюра, Данилка сразу у неё спросил дома ли Женька.
– Нет, он пошёл с ребятами на речку, – сказала тётя Нюра.
Данилка хотел было тоже туда побежать, но бабушка сказала:
– Успеешь ещё, и нагуляться, и накупаться! А сейчас надо хозяйство в порядок приводить и скоро обед будет. Вань, достань пакеты с гречкой.
– Ой, Галя, – в растерянности произнёс дядя Ваня, – я же ту сумку в городе, на кухне забыл…
– Ва-а-аня! Ты с ума сошёл… Что же ты наделал… Чем же мы теперь питаться будем?..
– Картошкой, макаронами, хлебом, молоком… – начал перечислять Данилка. А бабушка говорит:
– Этого-то тут полно, а без гречки-то как прожить.
– А как другие живут?
– Да откуда ж я знаю, как они без гречки выживают.
А тётя Нюра говорит бабушке:
– Галя, да не убивайся ты так. В магазине, на станции, каких только круп нету. И гречневая, должно быть, есть. Вчера Матвевна покупала, кажись.
Кто такая «Матвевна», Данилка не знал, да и неинтересно это. Не терпелось поскорее закончить с «приведением хозяйства в порядок», пойти на улицу, встретиться с друзьями из Камышовки.
Тётя Нюра у Овсянниковых долго не задержалась. Она поговорила с бабушкой о «жизненных невзгодах» и пошла «делать свои дела».
Пока бабушка готовила обед, разобрали багаж. Когда обед был готов, поели. Потом пришли Женька и Света Гусева. Они Данил с улицы позвали. Данил сразу Женьку узнал – по голосу:
– Данила, выходи гулять! – крикнул он. – И Данил пулей вылетел на улицу. Коля и Зоя тоже вышли и присоединились к компании.
– Привет, – говорит Женька, – как житуха?
– Нормально, – отвечает Данил. – Во второй класс перешёл.
– Мы тоже, – сказала Света. – Мы с Женей в одном классе учимся. У нас учительницей – Елена Сергеевна.
– Какая ещё Елена Сергеевна?
– Ты чего, не знаешь? – удивился Женька.
– Не-а.
– Ну, ты даёшь! Мы в прошлом году у них лодку брали.
– У Демидовых, что ли?
– Ну. У них. Елена Сергеевна – Васькина мать. Забыл, что ли?
Нет, Данилка не забыл, конечно, что Васькину маму зовут тётей Леной. Просто он не знал, что она не просто тётя Лена, а Елена Сергеевна. И что учительница она, он тоже не знал. А Васька, кстати, один из Данилкиных друзей. Он, правда, ещё маленький, даже в школу ещё не ходит. Хотя… в этом году пойдёт – в первый класс.
Ну, в общем, рассказали друг другу новости. Новости – так, ничего особенного. Только вот с ягодным островом не всё в порядке. Это слухи, правда, но как знать. В общем, Света рассказала, что там, за островом, кто-то иногда воет, а то ещё и рычит, да так страшно, что туда даже деревенские мужики боятся ходить. Там, когда это начинается, темно становится, а вода в речке становится красной, как кровь.
– Вы что, – спросил Данилка, – на нашу полянку теперь не ходите?
– Что это, ходим, – говорит Женька. – Подумаешь… болтают всякое.
А Света:
– Мы сами ничего такого там не слышали и не видели. Это мужики рассказывали.
– Ты чего? – говорит Женька. – Какие мужики? Дядя Андрей, что ли, мужик?
– А хоть бы и он. Какая разница?
– А такая и разница. Тоже мне, мужик… Он же пьяница.
– Ну и что?
– А то, – говорит Женька, – что глюки у него от пива и водки. Его же в дурке от глюков лечили. Не долечили, значит.
В общем, так и решили: болтовня это всё, о чём дядя Андрей болтает, и решили утром пойти туда. Они раньше туда часто ходили, на ту полянку. Играли, купались, переправлялись на ягодный остров – он прямо посреди Камышки. Река там как бы раздваивается на две речки поуже. Эти две речки огибают большущий остров и снова соединяются за ним в одно русло. С низкого берега на остров можно вброд перейти, там глубина лишь по пояс.
На том острове много ягодных кустарников: лесная малина, ежевика, даже смородина и крыжовник есть. Когда начинают созревать ягоды, друзья ходят туда «питаться». Это Света так называет поедание ягод. Впрочем, питались они и ещё зелёными, несозревшими ягодами. А что, тоже вкусно. Может быть, даже вкуснее чем спелыми.
Ну, так вот, теперь там «чудище невиданное» завелось, точнее не невиданное, а невидимое, потому что никто его на самом деле не видел… кроме дяди Андрея. Вот Коля и говорит:
– Враки это всё. Вы что, дядю Андрея не знаете? Забыли, что в прошлом году было?
И точно было. Вся деревня над этим смеялась – потом, а сначала поверили. Ещё бы не поверить. Ведь дядя Андрей трезвый был, а это с ним редко случалось. Короче, пошёл он в лес. Зачем пошёл, он и сам тогда забыл от испуга. В общем, уходит и через пять минут назад бежит, перепуганный, бледный и трясёт его, как от лихорадки. Орёт:
– Мужики! Бабы! Там в лесу чудище огнедышащее! Чуть меня не спалило! Еле ноги унёс!
Народ из домов высыпал, никто ничего не поймёт: какое чудище, откуда оно взялось? Не поверили бы, если бы дядя Андрей, как всегда, пьяным был. Ему, когда он пьяный, всегда что-нибудь мерещилось. Но трезвому-то не могло померещиться. Это так сначала подумали, что не могло. Могло, как оказалось.
В общем, решили сходить посмотреть, что там за чудище завелось. Пошли человек тридцать мужиков. На всякий случай кто топор, кто лом, а кто и двустволку с собой прихватил – так, на всякий случай. Дядя Андрей позади всех идёт – боится.
Приходят к молодому ельнику, в котором дядя Андрей чудище встретил… Короче, «чудищем огнедышащим» оказалось сухое старое дерево. Дядя Андрей показывает на него и орёт:
– Мужики, я же говорил! Бейте, а то он нас всех сожжёт! – и дёру дал такого, что через секунду и след его простыл.
В общем, в тот день его в больницу отвезли. Оказывается, это у него болезнь такая от водки и пива получилась. «Белая горячка!» называется. Вот про этот случай Коля и вспомнил.
– Вот и про остров ему тоже привиделось, – говорит Зоя.
А Данилка:
– А вы знаете, что слово «привидение» тоже от слова «привиделось» происходит.
– А при чём тут привидение? – спрашивает Света.
– А при том, что и привидений некоторые тоже боятся.
А Женька:
– Мы-то не некоторые. Пойдёмте туда завтра? Поиграем, искупаемся, а ещё проверим, какое там дяде Андрею привидение привиделось.
В общем, так и решили пойти туда прямо с утра.
Итак, утром пятеро друзей отправились в путь. Быстро добежав до берега, пошли вдоль него вверх по течению. Шли, перепрыгивая через стволы упавших от прошлогоднего урагана деревьев, через рытвины, через ручейки, текущие из родников.
Солнце поднималось всё выше и выше. Утренний туман, ещё недавно лежавший в низинах, рассеялся. День обещал быть погожим.
К девяти утра были уже на полянке на берегу речки Камышки. Эта не очень далеко от деревни, за вторым поворотом речки. Там было хорошо: небольшой песчаный пляж, растущие вокруг полянки молодые берёзки, хвойный лес за ними, трава, цветы… Но только друзья расположились на своей любимой полянке, как произошло что-то страшное.
Нет, не привиделось это дяде Андрею. Правду он рассказывал. В общем, сначала показалось, будто то ли огромная птица, то ли ещё что-то, мелькнуло за ягодным островом. Оттуда сразу же донёсся страшный завывающий звук. Стало темно. Главное, на небе ни тучки, а темно.
Данилка почувствовал тот самый леденящий страх, тот, что был в поезде из-за страшного дядьки. Хотя страх почувствовал не только он. Уж на что Зоя с Колей большие, так и они от страха оцепенели.
Всё вокруг изменилось. Что-то зловещее накрыло лес, речку, полянку. Замокли птицы. Знакомые деревья казались теперь чужими, страшными. Казалось, от них исходит опасность. Вода в речке стала кроваво-красной, будто это не вода, а целая река крови.
– Смотрите: что это?! – прошептал Женька, показывая на мерцающее и дрожащее тёмно-лиловое марево среди поросли молодых берёзок. Света заплакала, выговаривая сквозь слёзы:
– Я боюсь, я домой хочу.
– Давайте вернёмся, – почти шёпотом предложил Женька.
– Да, надо сматываться, – поддержал их Коля.
Зоя, от страха, вообще ничего не смогла сказать.
Но «смотаться», как сказал Коля, не успели. Неведомая сила потащила ребят туда, к тому лиловому колышущемуся нечто. Данилка прокричал заклинание – не помогло. Он понимал, что делает что-то неправильно. Узнать бы, в чём ошибка… хотя… уже поздно, потому что их втянуло в это страшное, трепещущее нечто.
Было падение в бездну, потом удар о землю, точнее об пол. Все, пятеро, оказались в огромной мрачной комнате. Перед ними стоял тот самый дядька из поезда. Он был таким же, как и в поезде: лысина, черная козлиная бородка. Но, кроме этого, у него на голове были рога. Да-да, рога, самые настоящие рога.
– Вот и попались, щенки, – сказал он зловещим голосом. – Особенно ты, беленький, – добавил он, обращаясь к Данилу. Это он его из-за цвета волос так назвал – беленьким. Хотя какие же они у него беленькие? Они не беленькие – светло-русые.
В общем, дядька продолжает:
– Что ж, готовьтесь к лютой смерти. Я пойду, подумаю, как мне лучше вас убивать. Скоро придумаю для вас что-нибудь новенькое и вернусь.
Дядька исчез. Данилка огляделся вокруг. Высота комнаты или зала была с пятиэтажный дом – не меньше. Стоял полумрак, так как свет пробивался лишь сквозь маленькие оконца под самым потолком. Стены были так далеко, что терялись в этом сумраке.
Данилка попытался проникнуть внутренним взором в то, что их окружало – не получалось, не получилось впервые. Как он ни старался, ему так и не удавалось увидеть скрытые измерения. Без этого он не мог определить, куда они попали.
Хоть страшный дядька и исчез, страх всё равно становился всё сильнее и сильнее. Этот страх не давал нормально думать, от страха путались мысли. Но всё же Данилке удалось сбросить с себя оцепенение. Он поднялся с пола и сказал:
– Надо попробовать отсюда выйти.
– Нет проблем, – сказала Зоя дрожащим голосом, – вон дверь, она не заперта.
И правда, в дальней стене была дверь. Она даже была приоткрыта. Появилась надежда, что удастся убежать. Друзья бегом бросились к спасительному выходу, но то что они там увидели, убило все надежды. Там, за дверью, был совсем незнакомый лес. Он был не просто незнакомым – он был страшным. Скрюченные, уродливые деревья без листьев; серое небо; тени, проносящиеся на фоне страшных чёрных туч; завывающие звуки вокруг – всё это наводило ужас.
Метрах в ста просматривалось что-то красное. Данил пошёл туда, а друзья следом за ним. Там оказался берег то ли реки, то ли озера, то ли моря. Вода в этом море и правда была кроваво-красного цвета. Над водой стоял густой туман, за которым ничего не было видно.
Данилка всё-таки смог увидеть внутренним взором, что эта красная жижа окружает их со всех сторон. Что там дальше, за туманом, он увидеть не смог. Посередине этого крошечного острова, на который они так неожиданно попали, стоял тот самый дом, из которого они только что вышли.
Данил попытался приподнять туман – туман дрогнул. Значит, кое-что всё-таки получалось. Это придало уверенности, и он попытался сделать это снова. Вторая попытка оказалась удачной. Туманная завеса, хоть и сопротивляясь, всё-таки поднялась над водой. Там, впереди, Данил увидел берег. Это был противоположный берег того же самого острова. Вот и всё. Весь Мир, вся Вселенная, замыкалась сама на себя на этом маленьком островке. Дальше острова и этой кроваво-красной воды не было даже пустоты.
На борьбу с туманом ушло много сил. Данилка так устал, что опустился на землю. Туман снова рухнул вниз и по воде прошлись волны. Друзья были поражены тем, что произошло на их глазах. Первым обрел дар речи Коля:
– Даня, как ты это сделал, с туманом?
– Сделал, потому что…
В общем, пришлось рассказать друзьям всё: как научился делать чудеса, про МАОМ рассказал, про поездку в поезде. Когда вернулись в дом, Данил сказал:
– Я всё равно придумаю, как нам отсюда сбежать.
– Не получится, – ответил Коля. – Тут даже бежать некуда.
– Так не бывает, чтобы некуда. Только я сейчас очень устал и хочу спать.
Он улёгся прямо на полу около стены, свернувшись «калачиком», и сразу провалился в сон.
Сон был тревожный. Снились мама, бабушка, дедушка. Все они был очень печальными. Мама говорила: «Куда же ты пропал, Данилка?
Неужели мы больше не увидимся?»
Потом снилось, будто он с дедушкой идёт по знакомому лесу, и они собирают грибы, ягоды. Среди зелёной травы на полянках видны прошлогодние опавшие листья, много цветов. Вокруг красота, лето, солнце, но Данилке смертельно грустно.
Шли они с дедушкой долго, но вдруг Данил понял, что остался совсем один. Стало страшно, и он закричал. В ответ услышал голос дедушки: «Проща-а-й, Дани-и-лка-а! Больше мы не уви-и-идимся. Ты скоро умрё-о-о-шь, и мы будем жить без тебя…
Неожиданно, сон прервался. Нет не совсем, Данилка не проснулся, но это был уже и не сон. Точнее, в сон ворвалось что-то постороннее. Он услышал женский голос:
– Внимание, Даниил ибн Егорий ал Овсянников, прошу извинить за прерванный сон, но Вас срочно вызывают по магической связи. Для Вас экстренное сообщение высшей категории важности. Подождите немного и не просыпайтесь, пожалуйста.
Это было неожиданно и странно: «Что это такое? Какая, ещё, магическая связь?» Потом из темноты выплыло знакомое лицо – это был Аладдин ибн Хасан. Он несколько секунд молчал, а потом заговорил:
– Я еле отыскал тебя, Даниил. Слушай и запоминай. Место, в котором вы оказались – это островок скрытого пространства пришельцев из Мира Вселенского Зла. Он расположен отдельно отТартанара, поэтому мы его и обнаружили. Этот кластер пространства замкнут сам на себя. Здесь находится владение приближённого Сатана Дьявонелло. Его зовут Люцияр Погромилло. Он не человек. Он особь биологического вида «рогоносец парнокопытный». Он умеет принимать человеческий облик. Ты уже знаешь, что это за вид. Вы проходили это по магозоологии. Теперь я расскажу тебе, почему у тебя почти ничего не получается.
Аладдин несколько секунд молчал, а потом продолжил:
– Тебе кажется, что ты утратил Магическую Силу, но это не так. И всё-таки причина в тебе самом – это твой страх. Помнишь, на уроках по основам магии Абдурахман Хоттабыч рассказывал вам про два источника Магической Силы? Я тебе напомню. Магия использует две силы – это сила Добра и сила Зла. Этим силам соответствуют белая и чёрная магия. Маги должны владеть обеими силами, и ты владеешь ими, но ты забыл про силу Зла.
– Энергия Зла, как ты уже знаешь, может вершить не только зло, но и добро. Всё зависит от того, в чьих руках она находится. Помнишь, как ты справился с Танат Угробелло? Ты применил тогда силу Зла, но применил её для доброго дела.
Против твоей Магической Силы уже теперь не устоит ни одна тварь из царства тьмы. Не устоит и Люцияр. Но ты должен разозлиться, и тогда вызванная тобой сила Зла вытеснит страх. Тогда ты снова сможешь управлять двумя силами Магии.
Я сейчас не смогу тебе помочь, потому что у меня уйдёт три дня, чтобы попасть к вам. Люцияр появится скоро, поэтому тебе придётся сразиться с ним самому. И знай, Даниил, что ты сильнее Люцияра. У тебя всё получится.
Лицо Аладдина исчезло, раздался гудок, похожий на гудок в телефонной трубке. Женский голос произнёс:
– Абонент отключился. Конец магической связи. Приятных вам сновидений.
Какие уж теперь сновидения. Данилка проснулся и увидел, что друзья чем-то встревожены. Прислушавшись, он понял, в чём дело: стоял чуть слышный гул, пол под ногами дрожал. Данилка встал и подошёл к ребятам.
– Похоже, это всё, – сказал Коля, – это конец.
– Да, это конец… – ответил Данилка, – конец Люцияру. Я уничтожу его.
Злость наполнила душу, и Данилка почувствовал, как исчезает страх. Он почувствовал, как проясняется внутренний взор, как открываются ему невидимые измерения, как становятся подвластны ему энергии Вселенной, энергии суперпространства.
– Это ты., щенок, сказал, что мне конец?! – прорычал Люцияр, появляясь из ниоткуда.
Страха больше не было. Вернувшаяся Сила Магии окончательно уничтожила страх. Страх ушёл навсегда и больше уже никогда не вернётся к Данилке. А в суперпространстве снова копилась чудовищная энергия. Эта энергия ждала мысленного приказа того, кто её породил. Данилка говорит Люцияру:
– Только попробуй напасть. Учти, плохо будет.
– Я не знаю, гадёныш, дурак ты, или притворяешься, – прогремел голос Люцияра, – но мне это неинтересно. Ты сейчас будешь подыхать в страшных муках.
– Хватит пугать! Я тебя не боюсь, если не понял! Лучше сам сдавайся, а то хуже будет!
– Сдаваться?! Мне?! Могущественному Люцияру Погромилло?!
– Да! Тебе! А я тебя ну вот ни столечко не боюсь.
Ну что, щенок?! Может, ты и теперь не боишься?! – прогремел Люцияр, превращаясь в гигантского рогоносца. Данилкины друзья, от страха, сбились в кучку. А Данилка говорит?
– Ха! Не хватало мне ещё всяких рогоносцев бояться.
– Как ты смеешь не бояться самого меня, щенок?!
– Я не щенок, если не знаешь. Наведи глазоньки на резкость, посмотри, кто перед тобой. Разве я похож на щенка? Я тот, кто уничтожил Танат, а не щенок. И тебя я уничтожу, если нападёшь.
– Ты?! Не ври! – проревел рогоносец. – Преступник, убивший достопочтенную Танат Угробелло, тёмная ей память, владеет магией. Он смог бы справиться и с моими затягивающими чарами. Танат убил Даниил Овсянников. Тебе до него, как червяку до неба.
– Знаешь что, Люцик, я тебе открою одну тайну. – Какую ещё тайну?
– А такую, что я и есть тот самый Даниил Овсянников, если не знаешь. Только попробуй напасть!
Зверь не поверил. Он бросился на Данилку. Данилка даже не шелохнулся, зато его глаза вспыхнули зловещим красным светом. А того, что дальше было, не ожидал никто. Этого не ожидал ни рогоносец, ни ребята. Ослепительная вспышка, запах паленой шерсти, отлетевший к дальней стене зверь – это было ещё то зрелище. Люцияр, пролетев сотню метров, с грохотом врезался в дальнюю стену. От удара всё содрогнулось. С потолка посыпалась каменная крошка.
Дальше было ещё круче. Данилка… поднялся в воздух и завис под самым потолком. Не прошли даром занятия по боевой Магии, которые вёл Аладдин ибн Хасан. Люцияра сковала неодолимая сила. Он не мог теперь даже шелохнуться. А Данил сообщил Люцияру безрадостную весть:
– Если не отстанешь, я и тебя обращу в прах, как и вашу Танат Угробелло. Хочешь?
Данил поднял правую руку и от его ладони на зверя извергся поток ослепительного пламени. От шерсти чудовища пошёл дым, и она загорелась. Зверь взревел от боли.
– Ну, отвечай! Сдаёшься?!
– Сдаю-у-усь! Пощади-и-и! – прогремел рогоносец. – Я тебя отпущу-у-у!
– Я что-то не понял, – говорит Данилка. – Что значит «отпущу» и почему только меня?
– А кого же ещё-о-о?!
– Ты не понял? Так вот, если не знаешь, это я могу тебя отпустить или сжечь, а не ты меня. А уйдём мы все и тебя не спросим, вот! И, чтобы ты знал, я друзей не бросаю.
– Но это же глупо! Каждый сам за себя – это закон! Никакой дружбы не бывает!
– Это закон Зла. Это у вас каждый сам за себя, а у нас все за всех. Но если ты сдаёшься, я тебя не убью. Я превращу тебя в того противного дядьку, каким ты был в поезде, и отдам дедушке. Я ему всё про тебя скажу. Ну, тебе от него и достанется.
Люцияр страшно испугался: ведь если эта малявка творит такое, то что же с ним сделает дедушка? Люцияр никак не мог себе представить, что у такого могущественного внука может быть самый обыкновенный, человеческий дедушка.
– Умоляю! Не надо к дедушке! – взревел рогоносец. – Я отпущу всех, только к дедушке не надо! Я покажу вам дорогу, выведу отсюда! Без меня вы не найдёте путь!
– Найдём, ещё лучше тебя. Хватит болтать!
Неведомая сила повалила зверя на пол. Через секунду перед ребятами лежал на полу противный дядька, тот самый, с козлиной бородкой и злобными, но испуганными, поросячьими глазками.
Друзья не верили своим глазам. Никто из них раньше не смог бы себе и представит того, что теперь происходило у них на глазах. А Данилка говорит:
– Всё, идёмте домой, а этого, – он показал на Люцияра, – захватим с собой.
Но друзья теперь со страхом смотрели на Данилку.
– А чего вы так на меня уставились? – спросил он удивлённо.
– А что это у тебя глаза такие… страшные? – говорит Зоя. – Светятся.
И правда, Данилкины глаза горели зелёным светом. Он это понял и «погасил иллюминацию»:
– Не бойтесь, это от злости. У меня всегда глаза зажигаются, когда я злюсь.
Данилке стало смешно, и он засмеялся. Засмеялся… и Аладдин Хасанович. Откуда он взялся, никто не понял. На него смотрели с нескрываемым удивлением, а Данилка обиделся. Он понял, что Аладдин ибн Хасан давно уже здесь, и даже не подумал помочь. Аладдин всё понял и сказал:
– Не обижайся Даниил. Я был в тебе уверен, потому и дал тебе возможность сразиться со зверем самому. Если бы что-то пошло не так, я обязательно помог бы. Но ты справился сам, и твоё могущество многократно возросло. Этот бой сделал тебя сильнее. Ты ещё не представляешь, насколько ты стал сильнее. Скажи: ты и вправду хочешь отдать злодея дедушке?
– Да, хочу. Чтобы дедушка ему всыпал, как следует.
– Ты думаешь, он сможет?
– Конечно. Дедушка знаете, какой сильный! Знаете, как он его в поезде вынес из вагона! Одной рукой!
– То было в поезде. Там ещё и другие пассажиры были. Нет, Даниил, обычный человек, даже если это твой дедушка, не сможет в одиночку справиться с рогоносцем. Ты справился лишь потому, что ты уже Маг. Да-да, ты Маг, хотя тебе ещё многому надо научиться. Но теперь тебя переведут не во второй класс Магической Школы, а на первый курс Академии. Ты уже готов к этому. Считай, что этот бой был для тебя вступительным экзаменом в Академию.
Данилка и сам теперь почувствовал, что стал сильнее, что может теперь делать намного больше, чем мог совсем недавно. Но как быть со злодеем? Ведь нельзя же оставить его ненаказанным. Он и спросил об этом Учителя. Аладдин ответил:
– Ну что ж, мысль о дедушке – интересная. У вас его посадят в тюрьму, а в тюрьме ему не жить. Понимаешь, даже преступники не любят таких злодеев. В общем, забирай его в Реальность, но прежде я заберу у него оставшуюся силу. Пусть он превратится из рогоносца в обычного злодея.
А вы, ребята, расскажете следователям, что он вас похитил и собирался убить. Скажите, что он вас запер в заброшенном домике лесника около третьего от деревни поворота Камышки. Улики будут.
Аладдин взглянул на Люцияра. Глаза Аладдина на миг вспыхнули зелёным светом, и из злодея вышел полупрозрачный голубоватый дымок, растаявший в воздухе. После этого Аладдин рассказал ребятам, что они должны говорить следователям. Закончив «инструктаж», он сказал:
– Даниил, проследи, чтобы дедушка не убил этого… ну, скажем, Кербера Волчаровича Гадюки на. А то ведь и до суда Гадюки н может не дожить. Да, и ещё, свяжи его обычными верёвками.
– А где взять-то верёвки? – спросил Данилка.
– Даниил, ты меня разочаровываешь, – Аладдин засмеялся.
Данилка всё понял, ему тоже стало смешно. Он взглядом сменил путы силового поля на обычную бельевую верёвку. Злодей, потерявший силу, её уже не порвёт.
– Ты опять забыл про заклинание, – сказал Аладдин. – Это, когда-нибудь, может плохо закончиться.
– Я просто тороплюсь, поэтому и забываю сказать заклинание.
– И всё-таки помни, что для тебя это опасно. Пока обошлось, но надо быть осторожнее. Твой организм ещё не готов для того, чтобы использовать магию без заклинаний. Потерпи ещё пару лет, а пока пользуйся заклинаниями.
– Ладно, – пообещал Данилка, – буду пользоваться.
– Ну, всё, друзья, я вас покидаю, – сказал Аладдин на прощание. – Даниил сделает всё как надо.
И Аладдин ибн Хасан исчез, будто его и не было.
Когда вернулись в деревню, дядя Ваня, и правда, чуть не убил «Гадюкина». Если бы тётя Галя не заступилась, не дожил бы «Кербер Волчарович» до приезда наряда милиции. В общем, это бабушке спасибо, что милиционерам удалось увезти «Гадюкина» живым и… Ой! Надо же! Чуть не сказал «невредимым».
В общем, досталось Люцияру. Данилка доволен был, что наказал злодея. Вот только жаль, что день зря пропал. Хотя… почему пропал? Не пропал, по крайней мере, для Данилки. Он-то в этот день многому научился, его даже на первый курс Академии приняли. Теперь он не просто ученик Магической Школы, а Маг первой ступени. А ещё он студент первого курса Магрибской Академии Обеих Магии (МАОМ). Но даже если и пропал тот день, то следующий уж точно на славу провели.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.