В помещении полицейского участка было прохладно. За перегородкой сидел дежурный по имени Бу. Я подошел к нему, поздоровался и узнал, где меня ждет приезжий гость.
– Игорь, что ты натворил – шепотом спросил Бу.
– Ничего, Бу, просто какие-то уточнения у этого типа, вот и все.
– Ну тогда ладно, если что я буду здесь.
– Спасибо. Думаю, помощь мне не понадобится.
Я вошел в нужный кабинет и закрыл за собой дверь. Напротив меня глядя в окно стоял инспектор и смотрел в окно. Мне показалось, что он даже не заметил, как я вошел. На всякий случай я откашлялся, и он наконец-то обернулся. Жестом руки он указал мне на стул у стола, а сам сел напротив меня.
– Ну что ж… -он на секунду замялся, открыл какую-то тетрадь и, видимо, прочитав мое имя продолжил – Игорь Николаевич, я вас пригласил, чтобы уточнить кое какие детали событий, которые произошли в Пномпени 8 лет назад. Я понимаю, что срок прошел не маленький, но очень вам рекомендую напрячь свою память и очень честно ответить мне на некоторые вопросы. От того насколько вы будете откровенны, зависит очень многое и в первую очередь – вся ваша дальнейшая жизнь.
– Какое-то не очень жизнеутверждающее начало, инспектор. Мне уже надо начинать бояться или просто вызвать адвоката и не тратить на вас свое время??
– наш разговор будет без протокола и каких-то записывающих устройств, поэтому адвокат вам не нужен.
– А вот я, например, очень сомневаюсь, что у вас в кармане нет диктофона, поэтому лучше, на всякий случай, я вызову адвоката.
– Зря вы так, ведь вы даже не знаете, о чем я буду спрашивать, а уже в панике.
– С вашим братом нужно быть всегда готовым ко всему.
С этими словами, я набрал номер губернатора. Он сразу ответил. Я быстро обрисовал суть дела и попросил прислать его адвоката. А законник этот был очень серьезным человеком в юриспруденции и держал на острове адвокатскую кантору. Поэтому, когда инспектор услышал его фамилию то сразу погрустнел.
Через полчаса он приехал и сразу взял быка (а в данном случае, инспектора) за «рога».
– Здравствуйте, назовите мне причину приглашения сюда моего клиента?
– С удовольствием. Восемь лет назад в Пномпене, в одном из фешенебельных баров произошло убийство…
Сказав это, инспектор посмотрел на мою реакцию. А я просто охренел, но вида не показал и молча, все так же безразлично, рассматривал свои кроссовки. Ну а в голове… «твою мать… я что, убил его?..»
А инспектор тем временем продолжал:
– …и это весьма интересным образом совпало с приездом вашего клиента.
– Это ваши домыслы и не имеет ничего общего с моим клиентом – парировал адвокат
– Как знать, как знать… вот поэтому я и хочу уточнить кое-что, скажите, вы прибыли в столицу 14 июня?
– Мой клиент не обязан помнить точно число прибытия, которое было 8 лет назад.
– Может быть… скажите, а где вы остановились, когда приехали, это же вы наверняка помните??
– Я остановился в Холидэй Ин.
– Ну допустим, события, которые я пытаюсь восстановить, произошли через дорогу от вашего отеля. Многие из очевидцев описали убийцу и у нас есть записи с камер наблюдения в отеле и в баре.
Адвокат тут же впрягся:
– Ваши высказывания пространственные и какое отношение имеют к моему клиенту?
– На этих камерах – ваш клиент! Он бьет головой о стойку бара сына очень высокопоставленного человека и в результате наносит ему закрытую черепно-мозговую травму, от которой он скончался через несколько часов.
У меня все внутри оборвалось… Это конец… уже точно конец.
– Вы предъявляете обвинения, моему клиенту? Тогда предъявите доказательства и немедленно иначе я привлеку вас к суду за клевету.
Инспектор встал и прошелся по кабинету, не отрывая от меня глаз.
– К сожалению, я не могу этого сделать… через день после убийства все видеозаписи исчезли, а свидетели отказались от своих показаний…
– Ну и к чему тогда весь этот цирк, инспектор, вы что хотели по-быстрому приплести убийство моему клиенту, в надежде что он сам все расскажет, испугавшись ваших доказательств? Мы вынуждены удалиться, дальнейшее продолжение разговора бессмысленно и будет только хуже для вас. До свидания.
Инспектор бросил нам вслед:
– Запомни, Игорь Николаевич, я знаю, что это вы, я знаю… и прижму вас рано или поздно. Думайте об этом, думайте.
Адвокат остановился и обернулся к инспектору:
– Как вы сейчас сказали, а ну повторите, я не ослышался? Вы сказали «прижму»??? Вы угрожаете расправой моему клиенту?? Игорь Николаевич, вы хотите подать в суд на этого человека по статье «угроза расправой»???
Я покачал головой, а адвокат продолжил:
– Благодарите моего клиента за его великодушие, а я вам, инспектор, со своей стороны обещаю – если с моим клиентом случится хоть какая-нибудь неприятность, если он сломает случайно руку или ноготь, если его оштрафуют за переход улицы в неположенном месте, если не дай бог, его снова вызовут в полицию – я обещаю вам кучу проблем и постоянное присутствие в суде. А уж там, поверьте мне, я найду повод с вами поговорить на языке закона. Прощайте.
Мы с адвокатом вышли на улицу, и я закурил. Видя мои слегка трясущиеся руки, адвокат сказал:
– Он не отстанет. К следующему визиту он подготовиться и нам придется очень сложно, если к этому убийству действительно причастны именно вы. Не хотите мне ничего рассказать?
Я покачал головой. Адвокат вздохнул и пожав плечами, сел в машину и уехал.
Да уж, ситуация вырисовывалась достаточно щекотливая. Инспектор приехал сюда, чтобы просто удостовериться, что я это я. И он это сделал. Ему не надо было меня арестовывать, ему надо было меня найти. А что это значит? Это значит, что я труп. Сейчас он сядет на самолет или, вообще, просто снимет трубку и позвонит (если уже не позвонил) тем, кто его послал и все, моя песня спета. Сколько у меня времени? Максимум пара часов. Значит надо рвать когти, но Карина… ее дочь… скорее всего они попадут под удар. Тем, кто приедет за мной, будет все равно кто перед ними. Если общались, значит могут знать мое местонахождение. А губернатор? Ему тоже мало не покажется. Но с ним проще, у него охрана и дом – непреступная крепость. Тут с наскока не возьмешь. Значит нужно его предупредить, чтобы никуда не отпускал от себя девушку и ребенка. Я набрал его номер. Он сразу взял трубку. Я быстро обрисовал ситуацию, насколько это возможно по сотовому и повесил трубку.
Сзади послышались шаги. Я обернулся. Из дверей участка вышел инспектор и стал рядом со мной справа. Он не спеша закурил и сказал:
– Боюсь, что вы меня неправильно поняли Игорь Николаевич… я от Романа!!!
Я опешил и открыв рот, так и не смог ничего произнести. А он продолжал:
– Думаете случайно я подошел к вам в аэропорту? Вот так вот просто? Да я уже знал кто вы, как выглядите, чем занимаетесь и где живете.
– От какого Романа?
– От того самого, который после того, что случилось 8 лет назад, улетел в Россию к маме на могилу, припоминаете?
Во мне боролись несколько эмоций по- поводу сказанного инспектором, но я остался осторожным и невозмутимым.
– С какой стати вы думаете, что я должен знать какого-то там Романа?
– Он предупреждал меня о том, что вы не поверите… я вам расскажу подробно то, что знаете только вы вдвоем. А именно то, как вы сюда попали, с кем и за сколько американских денег. А еще сколько вы заплатили за паспорт и страховку, о чем говорили в баре и почему вы прикончили этого подонка, рассказать?
– Что вам нужно?
– Вот это другой разговор! Мне ничего не нужно. Вот письмо от Романа. Он просил вам передать. К сожалению, ваше недоверие, а потом еще и ваш ярый адвокат не позволил мне все это рассказать сразу. К тому же Рома предупреждал меня об осторожности и то, что верить нельзя никому. Даже тебе, пока ты себя как-то не проявишь. И хоть ты и ответил всего на один вопрос, поверь… за эти 8 лет ты уж не так и изменился!!!
С этими словами, инспектор достал фото, сделанное с камеры наблюдения в баре, где было ясно видно мое лицо, когда мы сидели с Ромой за столиком.
– Инспектор, зачем тогда был весь этот цирк? Вы не могли мне все это в аэропорту сказать?
– Увы, не мог! С вами были посторонние люди. Кто они? что тут делают? -я не знал и поэтому доверять мог только нашей встрече с глазу на глаз.
Я посмотрел на конверт и спросил:
– Где Рома?
– Не волнуйся, с ним все хорошо. Прощай.
С этими словами он направился к стоявшей в нескольких метрах полицейской машине.
Я боролся с желанием немедленно открыть конверт и прочитать письмо. Но сдержавшись, я сел на мотоцикл и поехал в аэропорт. От мыслей, которые буравили мой мозг у меня страшно разболелась голова. Я не понимал, что происходит. Все эти события были как страшный сон и очень хотелось проснуться. Но сон, явно, продолжался и был не очень хорошим.
Доехав до аэродрома, я залез в самолет и сел в пассажирском салоне. Открыв конверт, я достал письмо.
«Привет, мой друг!! Если ты читаешь это письмо, значит наш общий знакомый нашел тебя. Не волнуйся, о нем, ему можно доверять. Он действительно полицейский и к тому же, очень многим обязан мне.
Рассказывать все в письме слишком долго… да и всего не расскажешь. Мне нужна твоя помощь. Завтра в 18.00 буду ждать тебя в прибрежном баре «Пальма». Там и поговорим. (чтобы ты понял, что это действительно я, присылаю тебе ту фотографию, которая была у моей матери в руке, когда она умерла).
Роман.»
Я достал фото Ромы. Ну, слава Богу, с ним все хорошо. Значит он ездил в Россию, как говорил. Хорошо все, что хорошо кончается. Значит я еще вне опасности.
Первым делом, я набрал номер и позвонил Чонгу. Я сказал ему, что сейчас подъеду, и чтобы он сказал Карине, что вылет переносится на завтра, на тоже время, в связи с неисправностью самолета.
Повесив трубку, я закрыл самолет, сел на мотоцикл и направился к Чонгу.
В том калейдоскопе непонятных переживаний, которые случились за последние несколько часов прослеживались несколько явных векторов размышлений, которые тщательно прятались в глубине моей души: во-первых, это то что я до сих пор нахожусь в тревоге о том, что случилось 8 лет назад, во-вторых, это небывалая радость возвращение в мою жизнь единственного друга, в -третьих, неопределенность его письма и той помощи, которая ему необходима, в-четвертых, хуже чем было уже не будет.
Я мчался по вечернему городу и думал только об одном – насколько события могут подменять друг друга в зависимости от значимости. Еще в обед все мои мысли и чувства были поглощены встречей с Кариной. Я не мог ни о чем думать кроме нее. Потом, этот полицейский у самолета, визит в участок, письмо от Романа – цепь событий, которая практически напрочь вычеркнула эту девушки из моих фантазий. Что ни говори, своя рубаха ближе к телу.
А теперь, когда все закончилось хорошо, мысли о Карине нахлынули с новой силой. И настолько «с новой», что мне хочется расцеловать ее прямо с порога в губернаторском доме. Вот такое сейчас мое состояние. Такое же бывало на войне, когда выходил из боя без царапин и потерь. Ты радовался всему, что видишь и готов был целовать каждый цветок, каждую травинку, лишь только от того, что можешь снова их видеть, чувствовать и вдыхать их аромат.
Сейчас, конечно, немного другая ситуация, но переживания в душе чем-то родственный тем, военным.
Губернатор встретил меня в холле.
– Ну слава Богу, Игорек, ты приехал. Я уже черти что себе надумал…
– Карина, где?
– Там, в гостиной, о чем-то с Кристиной разговаривают. Мне уже скучно все это слушать.
– Теперь понятен твой неописуемый восторг от моего приезда. Пойдем к ним.
Мы прошли в гостиную. Карина, увидев меня, сразу встала и подошла.
– Игорь, что случилось? Где ты был и почему Чонг напрочь отказался меня от себя отпускать?? Потом, эта история с поломкой… Что произошло, ты можешь объяснить??
– Прости, Карина, были определенные обстоятельства, которые не позволили мне прийти раньше… а я так не хотел, чтобы вы с дочкой ушли без меня. Не обижаешься?
Карина посмотрела мне в глаза с легкой улыбкой на лице.
– Ну хорошо, теперь ты приехал и…?
– Поедем, я вас провожу в отель.
– Ну поехали…
Карина позвала дочь и попрощавшись с Кристиной, мы направились к выходу.
Губернатор не переставал рассыпаться в дифирамбах о визите столь высоких гостей и что он будет рад снова увидеть их в своем доме. Под этот «треск» комплиментов мы вышли на улицу, где уже стоял знакомый лимузин.
– Мама, я хочу сесть вперед, можно?
– Можно, Иришка, только не забудь пристегнуться и не приставай к водителю со всякими вопросами.
– Хорошо, мам…
И девочка побежала к передней двери. Карина посмотрела на меня, вздохнула и пожала плечами, как бы говоря «не могу ей отказать». Мы сели не заднее сидение, опять напротив друг друга. Карина заговорила первой, как только мы тронулись в путь.
– Игорь, мне почему-то кажется, что ты чувствуешь себя как-то неуютно, когда сидишь напротив. Может я ошибаюсь?
Я немного замялся, но вопрос был точно не в бровь:
– Нет, Карин, не ошибаешься… я действительно, немного смущаюсь сидя напротив тебя…
– О Боже, и это говорит мне человек, который о смелости и мужестве знает не понаслышке?
– Ну вот… как-то так… получилось… с тобой как в школе на уроке… когда не учил…
Карина посмотрела мне в глаза и улыбнулась. Я снова впал в ступор, не зная куда смотреть.
– Не волнуйся, пересядь сюда если тебе хочется, только не красней так сильно, а то я чувствую себя тоже… немного неудобно…
Может быть, не сказав это я и не менял бы цвет лица, а так, мне показалось, что у меня просто «пожар» на лице!
– Игорь, не волнуйся, все хорошо… у меня к тебе предложение. В нашем отеле есть хороший бар. Раз уж у нас не получилось встретить закат в небе, давай встретим его в этом баре. Вид из него потрясающий, хоть с неба смотреть на заходящее солнце, бесспорно, круче. Я уложу дочь спать, и мы встретимся там, где-нибудь около 22.30, как тебе такое предложение?
Я опешил и даже мечтать не мог о таком предложении. Поэтому после сопутствующих моему эмоциональному возбуждению буквам типа «эээ…», «ммм…», «ааа…», у меня наконец-то появилась членораздельная речь и я тут же выпалил:
– Конечно, Карин. В 22.30. В баре. Я обязательно буду.
Карина улыбнулась так мило, что сердце мое снова «оборвалось» ударилось о пол лимузина и покатилось куда-то за диван… а я снова покраснел.
– Ну вот и договорились!
На мое счастье (или несчастье) машина подъехала к отелю.
И Карина, улыбнувшись еще раз сказала мне на прощание
– До вечера!
И она вышла из машины, подхватила на руки дочь, и в сопровождении охранника исчезла в отеле. Я так и сидел в лимузине с открытым ртом, из которого продолжали «вываливаться» буквы «Д.о. в.е.ч.е.р.а…»
Встряхнув головой, как будто избавляясь от какого-то наваждения, я крикнул водителю, чтобы отвез меня обратно к губернатору (я оставил мотоцикл там). Он кивнул, и мы помчались обратно. На часах было 21.10, поэтому времени было еще полно. Добравшись до резиденции, я не стал тревожить Чонга (мало ли чем он в это время занимается), и пересев с машины на мотоцикл, рванул домой.
Мои мысли были погружены в наше свидание с Кариной. «Она сама предложила мне встретиться. Может я не такой уж и старый. А может ей просто скучно? Да нет… было бы скучно… А что бы она делала если было бы скучно? Спать легла? Сомневаюсь, девчонка в 27 лет ложится спать в 21.00…бред! А куда она пойдет одна? Никуда. Остров незнаком, губернатор тоже занят молодой невестой и что остается? Только я! Значит все логично, ей просто скучно и хочется скоротать ни к чему не обязывающий вечерок в моей компании в баре, чтобы не подумали если она придет одна, что она скучающая, одинокая женщина, которая хочет внимания со стороны. Шаболда, короче!»
Утвердив эту мысль в своей голове, я немного успокоился разумом, но чувства все равно били через край.
Я даже не заметил, как добрался до дома. Загнав мотоцикл во двор, я спрыгнул с него и побежал прихорашиваться перед вечером, который где-то в глубине моей души обещал перерасти в нечто очень приятное и волнующее. Приняв душ и быстро одевшись (свободно и красиво), я мельком взглянул на презервативы, который лежали всегда на тумбочке. На секунду замешкавшись я пробежался по мыслям: «Я же не собираюсь ее трахать, прям в первый же день? Или собираюсь… Но если я их возьму, то они постоянно будут напоминать мне в кармане истинную цель этого вечера. А так, если их не будет, я особо и стараться не буду… наверное… или буду??? Блин… пусть лучше они будут и не пригодятся, чем будут нужны, а их нет…. Хотя, с другой стороны, – когда нас это останавливало?»
Я взглянул на часы. Время было 22.10. Я последний раз взглянул в зеркало и вышел на улицу.
Бар был полупустой. Сегодня прохладней, чем когда-либо еще и посетители, и гости отеля решили не оставаться в помещении, а побродить по острову и подышать морским воздухом
Я занял столик на двоих у большого, панорамного окна с видом на море, в которое солнце уже погрузила свой нижней краешек.
– И снова, здравствуй!
Я вздрогнул и обернулся. Передо мной стояла Карина, в коротком коктейльном платье белого цвета на тонких бретельках и открытой грудью, на которой покоилась тоненькая золотая цепочка с белым камушком посередине.
Я встал и как галантный кавалер, поцеловал ее руку и отодвинул стул. Он села и поблагодарила меня.
– Ты уже что-нибудь заказал?
– Еще не успел… хотел, чтобы мы вместе это сделали.
Официант принес меню и отдав его сначала девушке, а потом мне, с поклоном удалился. Карина, изучив ассортимент блюд, обратилась ко мне:
– Ты уже выбрал?
– Да, не волнуйся, здесь знают, что мне принести.
– Ты здесь постоянный клиент?
– Не то, чтобы постоянный, но на острове я давно и иногда мы здесь ужинали с Чонгом. Вот местный персонал и изучил мои вкусы. Видимо решили, что я тоже очень большая шишка.
– И что же ты предпочитаешь из этого меню?
– Ты хочешь это попробовать?
– А ты всегда отвечаешь вопросом на вопрос?
– Тебя это смущает?
– А ты как думаешь?
Мы посмотрели пристально друг на друга и одновременно рассмеялись. Подошел официант и поинтересовался заказом.
– Ну что ж, Игорек, давай попробуем, что ешь ты, потому что, судя по приему у губернатора, к рыбе ты относишься предвзято и даже в его доме тебе готовят отдельно. А вот пить мы будем вот это вино!
Я показал лакею поднятые вверх 2 пальца, как бы говоря – две порции того, что заказываю я, он кивнул и исчез.
Повисло неловкое молчание. Карина смотрела на «погружающееся» за горизонт солнце, а я смотрел на ее волосы, шею, руки и…
Подошел официант и открыв бутылку вина разлил нам по глоточку. Мы попробовали.
– Как тебе, Карин?
– О, достаточно неплохо…
Она кивнула официанту, и он наполнил наши бокалы чуть больше половины. Опять поклонившись, он ушел.
– За что выпьем, Игорь?
– Ты знаешь, у меня сейчас вертится один тост… может, потому что я себя сейчас так чувствую, как герой фильма «Служебный роман», помнишь? «Пусть все будут здоровы!»
Карина засмеялась и решив подыграть мне сказала, чуть прикрыв глаза, как бы показывая свой восторг;
– Замечательный тост!! Пусть все будут здоровы!!
Мы выпили достаточно много из бокалов. Может потому, что хотели немного более простого общения, а может потому, что просто пересохло во рту.
– Игорь, расскажи, как ты познакомился с Чонгом?
Я удивленно посмотрел на Карину и спросил?
– Почему ты об этом спрашиваешь?..
И тут же поняв, что я снова не слишком соответствую этикету разговора продолжил:
– Прости… я не ожидал такого вопроса… вот и…
– Ну и все же?
– Да как обычно я знакомился со всеми, кто в первых рядах решили освоить мой аттракцион на самолете. В первое время у меня не было столько клиентов как сейчас и приходилось непросто. Но в тот день, покатав губернатора (а он, в свою очередь, заблевал мне весь салон и бился в истерике с криком «МЫ ВСЕ УМРЕМ!!!!), я получил от него выгодное предложение, от которого не смог отказаться. Это немного помогло мне с финансами, хоть и не очень. Но его реклама была самым лучшим спонсором и скоро мои билборды красовались в лучших местах этого города. Вот так мы с ним и познакомились.
– Получается, он тебя спонсировал?
– Скорее, предоставлял скидку на обслуживание и рекламу, а я платил ему 20% от дохода ежемесячно. Это было выгодно, потому что мои затраты на маркетинг и технику были минимальны. Ну и прочие услуги, – покровительство в администрации, аренда стоянки на аэродроме, продление лицензии – все это бесплатно и лежало на хрупких плечах Чонга.
Подошел официант и принес два блюда закрытых металлической крышкой. Это было каре ягненка – блюдо от шефа, приготовление которого он держал в строжайшем секрете. А его соус к этому блюду, говорят, даже используют рестораны со звездами Мишлен. Может, конечно, это и слухи, но на вкус он был бесподобен.
Увидев блюдо, Карина воскликнула:
– Боже, какая прелесть!!! А какой запах!!! Мммм… это божественно даже на вид. Интересно, как на вкус…
– Поверь, Карин, это и на вкус божественно.
Сказав это, я покровительственно посмотрел на девушку и сделал глоток из бокала. Карина посмотрела на меня и взяла приборы в руки.
Мы ужинали молча, иногда поглядывая друг на друга. Блюдо было приготовлено по всем канонам кулинарии. Девушка не переставала восхищаться мастерством местного повара.
Когда с едой было покончено, к нам снова вернулся официант и наполнил бокалы вином. Слегка откинувшись в кресло и взяв бокалы в руки мы принялись наслаждаться вином и ярким заревом «утонувшего» в море солнца.
– Карин, а можно вопрос личного характера?
– Конечно, спрашивай
– Как ты познакомилась с Гарри?
– Мы встретились в Москве, лет 5 назад. Я только-только закончила медицинский институт и получила распределение в одну из столичных клиник. Вот в одном из ресторанов мы и познакомились. Мы с девчонками праздновали выпуск, делились теми местами, куда нас направили, и он неожиданно пригласил меня на танец. Мне было неудобно отказать, и я согласилась. Вот так все и началось. И хоть он был намного старше меня, но ухаживал красиво. А потом предложил уехать с ним в Индокитай. Я долго думала над этим: что мне было делать в России? Родители мои погибли в автомобильной катастрофе, я, хоть и была отличницей, но прекрасно понимала, что через некоторое время меня «попросят» из этой клинике, освобождая место для более «нужного» человека, а потом, в лучшем случае, какой-нибудь пригород Москвы или деревня в глубинке. И я согласилась. Вот тогда я и узнала, что у Гарри есть дочь от первого брака…
Я вытаращил глаза, а Карина продолжала:
– Да, да… это не моя дочь, но увидев ее первый раз я просто растаяла и влюбилась в это крохотное создание сразу. Ей тогда было чуть больше года. Жена Гарри умерла при родах. Она тоже была из России. С тех пор я все время задаю себе вопрос – почему? Почему я вышла замуж за него? Мне было его жаль или жаль его дочь? Я не знала, потому что никогда и не любила его по-настоящему. Подкупило его положение в обществе, связи, деньги – все то, чего у меня никогда не было. Для него не было невыполнимых моих желаний, проблем не существовало. Он мог все.
Карина выпила из бокала, посмотрела на закат и продолжила:
– Пару лет назад он заговорил об общем ребенке, а мне этого совсем не хочется. Ну вот ни капельки… И тут дело даже не в человеке… его мужские функции истрачены, если можно так культурно выразиться… и он склонял меня к ЭКО… а я еще настолько молода, мне хочется настоящей любви… и родить самой ребенка от любимого мужчины… понимаешь?…Как бы это не звучала кощунственно, но любая женщина оценивает будущего отца со многих сторон и это не только здоровье, красота, рост, цвет глаз или волос… в нем должен быть еще ум, интеллект, мужество, забота о ближнем, ласка, любовь наконец… но это точно был не Гарри… Я так все тебе откровенно рассказываю, как будто мы знакомы тысячу лет… ты располагаешь к откровению, Игорь!
Сказав это она посмотрела на меня и улыбнулась.
– Прости, Карин, если где-то растревожил твои мысли и чувства… я не специально. Мне было интересно, как такая красивая…
– Подожди, Игорь… не надо дальше… ты уже узнал, давай сменим тему…
– Хорошо, ты не хотела бы прогуляться по берегу? Сегодня на редкость прекрасный вечер – уж поверь мне на слово, такого не было никогда!
– Отличное предложение. Я поднимусь в номер, посмотрю, как там Иришка и вернусь.
Я кивнул головой, и мы встали, направившись к выходу из ресторана. Об оплате никто не подумал, к тому же я знал, что с меня ее брать не будут. Счета в этом ресторане для меня и губернатора, оплачивал город. Эту маленькую вольность я выиграл у Чонга в нарды.
– Карин, я подожду тебя на улице!
Она обернулась и посмотрев через стеклянную входную дверь отеля на мой огромный мотоцикл, улыбнулась и кивнула головой.
Я проводил ее взглядом, «ощупывая» каждый ее сантиметр от шеи до самых босоножек. Лишь только когда она исчезла в коридоре второго этажа я вышел из отеля и сел на мотоцикл. На спинке заднего сидения висела моя летная куртка, я сложил и убрал ее в багажник. Потом подумал и достал. На всякий случай. Посмотрим, выйдет она в том же наряде или оденется потеплее. От этого многое зависело и этим многое можно потом объяснить.
Она вышла через 10 минут в узких джинсах, кедах, белой футболке с надписью «Merrie» и короткой джинсовой куртке.
– Ну что, Игорек, прокатишь меня на своем очередном железном коне?
– Не вижу препятствий, Карин.
Пришлось засунуть куртку обратно в багажник. Я помог Карине сесть на заднее сидение, которое располагалось чуть выше моего и имело высокую спинку для удобства пассажира. Заняв свое место, я включил зажигание и нажал кнопку запуска. Мотоцикл покорно «зарычал», и мы помчались к морю.
Небо уже приобретало иссини – бордовые тона и спешило погрузить ко сну всех, кто еще смотрел и любовался им.
Именно тогда мы подъехали к берегу. Я поставил мотоцикл на «лапу».
Мы смотрели на край моря и думали, наверное, об одном и том же, но признаваться друг другу в этом не хотели. Может, потому что стеснялись, может, просто, время еще не пришло, а может, наоборот, пришло уже давно, и мы боялись последствий того, о чем сейчас думали.
– Пойдем, погуляем?
Я обернулся. Карина смотрела на меня с какой-то тоской и лаской. Раньше такие взгляды женщин приводили к мировым войнам, сейчас – к прогулке по берегу. Она взяла меня за руку, и мы двинулись огибать пляж с севера на юг.
– Чонг говорил, ты был в «горячих» точках?
– Был… но сейчас мне кажется, что это было не со мной… или было, но в какой-то другой жизни, о которой сейчас я изо всех сил хочу забыть…
– Тебе приходилось убивать?..
– Мне приходилось видеть смерть…
– Зачем ты туда ездил? Ведь это было смертельно опасно??
– Надо было как-то зарабатывать на жизнь, а кроме этого, я больше ничего не умею.
Карина сжала мою руку и повернулась ко мне лицом. Ее глаза были чуть ниже моих, и она смотрела в них своим серо-голубым взглядом, пытаясь заглянуть мне в душу. Она чуть приподнялась на цыпочки и поцеловала мои губы. Посмотрев на меня, она снова поцеловала, и я уже не мог себя сдерживать и просто прижал ее к своим губам
– Подожди… не так быстро… нас могут тут увидеть… потом не оберешься проблем… Игорь… давай лучше не здесь?
Я взял ее с обеих сторон за попку и снова глубоко поцеловав, отпустил:
– Хорошо, поехали, я знаю очень красивое место.
Она быстро поцеловала меня, и мы побежали к мотоциклу. В голове промелькнула мысль про презервативы – ведь, если бы взял, ничего и не было бы!!!)))
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.