Поздним вечером следующего дня Штюцль наконец вернулся в Вену. Он снял номер в недорогой гостинице недалеко от Южного вокзала, лег в постель и проспал до десяти часов утра. На следующий день Маркус чувствовал себя бодрым и отдохнувшим. Инженер неспешно позавтракал, пробежал глазами несколько статей в свежих газетах и вышел на улицу. Вспомнив, что Мурзовский хотел встретиться с ним после возвращения в Вену, Штюцль задумался, как Дмитрий сможет найти его в столице, и решил сам съездить на верфь в Корнойбург. Маркус отправился на Северо-западный вокзал, сел на поезд и уже через полчаса предъявлял документы охраннику на проходной верфи.
Штюцль нашел Мурзовского в лаборатории. Там стояла непривычная тишина. Шаги гулко гремели, голоса далеко разносились эхом по огромному помещению. Заметив Маркуса, Дмитрий вышел ему навстречу.
– Доброе утро, герр Штюцль! – горячо поприветствовал его Мурзовский.
– Доброе утро… Дмитрий! – улыбнувшись, Маркус пожал руку русскому инженеру.
– Вот, взгляните! – указал Мурзовский на закрепленный на станине громадный двигатель.
– Уже привезли из Будапешта? – догадался Штюцль.
– Да, – кивнул Дмитрий. – Как съездили?
– Пойдемте наверх, – предложил Маркус.
Они поднялись на первый этаж и вышли из здания. Штюцль рассказал Мурзовскому о своих приключениях, не упомянув только о загадочном незнакомце. Дмитрий посмеялся, услышав о поездке Маркуса на товарном составе.
– И что вы потом рассказывали в жандармерии? – поинтересовался Мурзовский.
– Пришлось придумать историю, как я шел на вокзал, заблудился и попал на железную дорогу, – сказал Штюцль.
– И вам поверили?
– А что им еще оставалось? Все-таки я помог задержать преступников.
– Ага, особо опасных преступников, – саркастически заметил Дмитрий.
– А что у вас слышно? Топливо еще не привезли? – спросил Маркус.
– Ждем состав с минуты на минуту.
– Значит, двигатель пока не испытывали?
– Нет. Но уже один внешний осмотр двигателя показал, что версия о поврежденных топливных трубках несостоятельна.
– Почему?
– Трубки спрятаны в специальном желобе, так что до них сложно добраться. Кроме того, они сделаны из прочного сплава. Если бы кому-нибудь захотелось намеренно повредить топливные трубки, ему пришлось бы сильно поломать над этим голову. В общем, у этих венгерских двигателей почти нет конструктивно слабых мест. Тонкая работа, – заключил Мурзовский.
– Значит, это точно не топливные трубки?
– Подождем еще два-три дня, прежде чем делать выводы, испытаем двигатель с новым топливом, под нагрузкой. Но пока я склонен считать, что проблема не в трубках.
– Но ведь бракованным мог оказаться как раз тот двигатель, который стоял на утонувшей подлодке, а с этим все в порядке, – возразил Штюцль.
– Конечно, могло быть и так, – согласился Дмитрий. – Я ведь сразу сказал, что наверняка узнать о причине аварии мы не сможем.
– Как вам кажется, не слишком ли опрометчиво давать такой важный военный заказ венграм, особенно после недавнего восстания? – задумчиво произнес Маркус.
– Считаете, это могла быть диверсия? – скептически проговорил Мурзовский. – Я думаю, венгры не станут подвергать опасности свою деловую репутацию ради мелкой мести. И потом… вы же говорили с директором завода в Будапеште. Каким он вам показался?
– Герр Макаи? Он даже обиделся, что я подозреваю его завод в производстве бракованных двигателей.
– Вот видите!..
– Правда, потом он как будто хотел задобрить меня и организовал целую экскурсию по заводу…
– Не удивительно! Ведь там есть на что посмотреть, не правда ли?
– Ну да…
– Вам показалось, что директор хитрит или что-нибудь не договаривает?
– Откровенно говоря, нет, – после паузы ответил Штюцль. – Он, кажется, порядочный человек.
– Тогда зачем хотите очернить его предприятие?
– Не обращайте внимания, просто мысли вслух… Забудем этот разговор.
Они еще немного прошлись. Маркус чувствовал себя неловко.
– Ладно, – сказал он, остановившись. – Работайте, не буду вам мешать.
– Ничего, не беспокойтесь! – махнул рукой Дмитрий. – За два-три дня мы разберемся с двигателем, и, если все будет в порядке, можете возвращаться в Полу. Я еще заеду к вам в Вену. Вы остановились в гостинице?
Штюцль назвал отель.
– Вот и прекрасно! Если появятся новые сведения, я дам вам знать.
Инженеры попрощались.
Возвращаясь на поезде в Вену, Маркус задумался, стоило ли ему рассказать Мурзовскому о таинственном незнакомце. Возможно, Дмитрий объяснил бы ему, кто это и зачем его преследует. Странный субъект и связанная с ним тайна не давали покоя инженеру.
Поезд прибыл на Северо-западный вокзал около часа пополудни. Впереди у Маркуса было несколько часов свободного времени. Погода радовала Вену одним из последних теплых и ясных дней в году. Штюцль решил съездить на окраину столицы, в Гринцинг, чтобы пообедать и отведать молодого вина в одном из местных хойригеров. Инженеру хотелось сполна насладиться этим свободным погожим днем, заставшим его в Вене.
Черный с желтой полосой «Нессельсдорф» вывез Маркуса из паутины шумных, расходившихся под прямыми углами улиц, застроенных большими, плотно подогнанными друг к другу зданиями, в тихий, уютный пригород, где маленькие домики карабкались по склонам занятых виноградниками холмов. Штюцль вышел из такси и направился по извилистой улице вверх. Внимание инженера привлек обвитый плющом желтый дом, на террасе которого расположились несколько простых деревянных столов. За одним из них увлекательно беседовали два столичных франта, за другим мило шептались парень с девушкой. Маркус занял самый дальний стол, откуда открывалась замечательная панорама. В совершенно прозрачном воздухе виднелось расстилавшееся до самого горизонта белое море домов Вены, оттененное зеленью виноградника.
Инженер плотно пообедал и уже хотел приняться за бокал белого вина, когда к его столу подошел полноватый человек в пенсне с моржовыми усами.
– Красота! – воскликнул он. – Отличный выбор!
– Простите? – не понял Штюцль.
– Вид красивый, – пояснил незнакомец.
Маркус молча обернулся в сторону панорамы и сделал маленький глоток из бокала.
– Можно к вам сесть? – спросил человек в пенсне.
Инженер испытующе посмотрел на него, но ничего не сказал. Штюцль решил, что это один из тех одиноких людей, которые любят болтать с незнакомцами. Лучший способ избавиться от них – молчание.
Тем временем человек в пенсне сел за стол, положив котелок себе на колени. Он внимательно посмотрел на пившего вино Маркуса.
– Как поживаете, герр инженер? – участливо поинтересовался незнакомец.
Штюцль едва не поперхнулся.
– Мы знакомы? – спросил он.
– Заочно, – ответил человек в пенсне. – В командировке?
– Да, – насторожился Маркус.
– Как давно в Вене?
– Несколько дней, но я отлучался по делам в другие места.
– Прекрасно, – проговорил незнакомец.
– А, собственно, почему вы спрашиваете? – недоумевал инженер.
– Извините, я не представился, – сказал человек в пенсне. – Майор военной контрразведки Ловицкий.
Штюцль устало посмотрел на своего собеседника.
– Вижу, вы мне не верите, – человек в пенсне извлек из кармана пиджака удостоверение и бросил его на стол.
Маркус стал удивленно изучать удостоверение.
– Ну что, похож? – шутливо произнес Ловицкий.
Инженер вернул майору удостоверение.
– Что вам от меня нужно?
– Поговорить.
Штюцль хмыкнул.
– Просто поговорить. Времени у нас много. До открытия заведения фрау Майзе остается, полагаю, – Ловицкий взглянул на карманные часы, – почти четыре часа.
– Как?.. – побледнев, осекся Маркус.
– Чего вы испугались? Все мы грешны, – невозмутимо продолжал майор, затем, приблизив лицо к инженеру и заговорщически улыбаясь, вполголоса проговорил: – Хотя на вашем месте я бы предпочел Гертруде Зоффи – такая фигуристая бабенка!..
– Зачем вы меня преследуете? – взорвался Штюцль. – Зачем этот ваш тип залез в мой номер в Будапеште?
Ловицкий удивленно вскинул брови.
– Разве он не ваш?.. – изменившимся голосом сказал Маркус.
– А вот с этого места, пожалуйста, поподробнее… – попросил майор.
Инженер сбивчиво рассказал Ловицкому о своем таинственном преследователе.
– Очень интересно! – заключил майор. – А еще не хотели со мной разговаривать. Не волнуйтесь, мы разберемся, что за тип вас терроризирует. Но даю вам слово, что он не наш.
– О чем вы хотели со мной поговорить? – успокоившись, спросил Штюцль.
– Дело в том, герр инженер, что в Морской секции завелся крот. Он действует очень умело, и мы даже не знаем, на чью разведку он работает. Но документы о Военно-морских силах Остунгславии стали регулярно утекать за границу.
– Извините, но здесь я вряд ли смогу вам чем-то помочь, – заметил Маркус. – Во время этой командировки я только один раз ездил в Морскую секцию и пробыл там буквально десять минут.
– Ошибаетесь, герр инженер! – возразил Ловицкий. – Когда я говорю о кроте в Морской секции, это означает, что он может сидеть не только в управлении в Вене, но и в Поле, Триесте, Фиуме – в любом подразделении. К тому же информация о преследующем вас человеке может оказаться полезной для нас. Вдруг это нить, которая выведет нас к преступнику?.. Так что живите обычной жизнью, смотрите, слушайте и, если заметите что-нибудь необычное, например появится ваш хороший знакомый, сообщите нам.
– Каким образом? – поинтересовался Штюцль.
– Сейчас вы живете в гостинице, мы знаем, в какой. На каком этаже находится ваш номер?
– На третьем.
– А куда выходят окна?
– На улицу.
– В какой части здания окна?
– Кажется… в конце здания… Да, крайние правые окна.
– Отлично, – довольно потер руки майор. – Давайте условимся. Если вы открываете правую от вас створку последнего окна, то есть левую с улицы, значит, вы просто проветриваете комнату. Если открываете левую от вас створку последнего окна, то есть правую створку крайнего правого окна с улицы, значит, у вас есть важная информация, и тогда я с вами встречусь. Если же вы откроете обе створки последнего окна, это будет означать, что ваша жизнь в опасности, и тогда мы немедленно пришлем вам подмогу. Я ясно объяснил?
Маркус некоторое время повторял про себя эту систему знаков.
– Думаю, да, – наконец кивнул он.
– Не беспокойтесь, это ненадолго. Когда вернетесь в Полу, с вами свяжется мой коллега. Ну, приятно оставаться! – пожал Ловицкий руку инженеру. – Передайте при случае привет фрау Майзе.
– Не думаю, что она обрадуется, – засомневался инженер.
– Ну, как знаете! – махнул рукой майор и, поправив рукой пенсне, неторопливо двинулся вниз по улице.
Вечером Штюцль заглянул в заведение фрау Майзе.
– Добрый вечер, герр инженер! – обрадовалась хозяйка. – Надолго к нам?
– На два часа, – Маркус опустил ей в ладонь несколько монет.
– Гертруду?
– Сегодня вы как никогда проницательны, фрау Майзе, – усмехнулся инженер.
– Ну, тогда удачи! – ласково проговорила хозяйка, проводив Маркуса долгим томным взглядом.
Когда Штюцль вошел в комнату Герти, та лежала на кровати в своем бежевом халате и читала книгу. Увидев инженера, девушка отложила ее в сторону и, сладко потянувшись, поднялась с постели.
– Здравствуй, Маркус! – широко улыбнулась Герти. – Я боялась, что ты не придешь.
– Здравствуй, милая! – поцеловал девушку Штюцль. – Ты же знаешь, я обещал прийти, как только вернусь в Вену.
– Ты надолго ко мне?
– На два часа.
– Значит, мы отлично проведем сегодня время, – прошептала Герти на ухо инженеру.
– В первый раз вижу, чтобы ты читала книгу, – заметил Маркус, подходя к кровати. – Что это?.. Фрейд?!
– Дал почитать один студент, – объяснила девушка. – Довольно занимательно.
– Ну и какие идеи доктора Фрейда ты разделяешь? – снисходительно поинтересовался Штюцль.
– Его главную мысль, что сексуальность определяет поведение человека. Разве не так? – Герти распахнула полы своего халата, открывая взгляду инженера свое белое стройное тело.
– Кажется, ты нашла себе оправдание за то, что живешь этим ремеслом, – усмехнулся Маркус.
Девушка обиженно закуталась в халат.
– А разве не все люди придумывают себе подобные оправдания? – серьезно произнесла она.
– Вот в этом ты, пожалуй, права, – вздохнул Штюцль.
Они помолчали.
– Как ты съездил в Галицию? – спросила Герти.
– Прекрасно. Веришь ли, там живут не одни жиды, как утверждал твой гусар. Медведей я и вовсе не видел.
– А ты привез мне оттуда что-нибудь?
– Да, чуть не забыл! – инженер достал из кармана пиджака аккуратно сложенный ситцевый платок.
– Как это мило! – радостно проговорила девушка, повязав себе на голову платок и вертясь перед зеркалом, потом обернулась к Маркусу: – Я похожа на крестьянку?
Тот отрицательно покачал головой.
– Почему? – возмутилась Герти.
– Не та фактура, – ответил Штюцль. – Крестьянки должны быть плотными, сильными…
– Ах так! Я сейчас тебе покажу свою силу! – девушка толкнула сидевшего на кровати инженера, и тот покорно рухнул на постель. Герти проворно забралась на Маркуса и, наклонившись, прильнула к его губам долгим поцелуем…
Когда их тела насытились друг другом, Штюцль повернулся на бок, чтобы поправить разбросанную на кровати одежду, и вдруг заметил белевшую на тумбочке визитную карточку. В черной рамке с завитками было написано: «Страховое агентство “Шестич и K°”, Вена 5, Зибенбрунненгассе, 48».
– Откуда это у тебя? – спросил инженер.
– Наверное, какой-нибудь клиент забыл, – предположила девушка.
Маркусом овладело беспокойство. Штюцль вспомнил, что Герти знала о его поездке в Дрогобыч и могла поделиться с кем-нибудь этой информацией.
– Отдай мне эту визитку, – попросил инженер.
– Зачем она тебе сдалась? – удивилась девушка.
– Просто так.
– Не отдам!
– Почему?
– Ты меня ревнуешь. Ты, наверное, хочешь устроить скандал моему клиенту, – решила Герти.
– За кого ты меня принимаешь? Я же взрослый человек, – с досадой заметил Маркус.
Он снова задумался. Нет, Герти не могла выдать его планы кому бы то ни было, ведь она любит его!.. Конечно, любит, за деньги!.. Мысли теснились в голове инженера, нападали одна на другую, и каждая приводила в свою защиту все новые неопровержимые доказательства.
– Что с тобой, Маркус?.. – нежно сказала девушка, запустив пальцы в волосы инженера. – Ты обиделся, что я не дала тебе эту визитку?.. Ну, возьми ее, если тебе так надо…
– Обойдусь, – устало проговорил Штюцль.
– Возьми…
– Не обращай внимания, просто на меня что-то нашло.
Герти обняла инженера и сладко поцеловала его.
– Расслабься… Отдохни… – шептала девушка Маркусу. Его мысли утонули в этом ласковом шепоте и расплылись в глубоком сне.
На следующий день Штюцль вышел прогуляться по городу, но вскоре понял, что поставил перед собой невыполнимую задачу: адрес, увиденный вчера инженером на визитной карточке, никак не выходил у него из головы. Маркус решил, что не сможет беззаботно ходить по улицам Вены, пока не побывает в этом злосчастном страховом агентстве. С замирающим сердцем он направился в Зибенбрунненгассе.
Наконец Штюцль свернул в широкую, тесно застроенную домами улицу и медленно двинулся по ее четной стороне. Чем больше инженер приближался к нужному зданию, тем сильнее билось у него сердце. Дом № 48 оказался четырехэтажным бледно-розовым строением, на первом этаже которого размещались небольшой магазин, юридическая контора и страховое агентство. Маркус нерешительно остановился у простой черно-белой вывески, повторявшей дизайн визитной карточки: внутри рамки с фигурными завитками прямым узким шрифтом было написано: «Страховое агентство “Шестич и K°”».
Штюцль прильнул к окну и увидел большой стол, перед которым сидел посетитель, говоривший со страховщиком. Прошло несколько минут, прежде чем посетитель поднялся со стула и стал прощаться. Инженер с ужасом узнал в страховщике бородатого незнакомца с птичьим носом и глубоко посаженными глазами. Маркус резко отвернулся от окна и быстрым шагом пошел вперед по улице.
Это не могло быть простым совпадением. Визитная карточка страхового агентства, в котором работал таинственный преследователь, оказалась у Герти, а она знала о том, куда поедет посланный Мурзовским по делам инженер. Герти предала его! Она выдала его планы человеку, от которого можно ожидать чего угодно.
Штюцль буквально влетел в гостиницу и стремительно поднялся в номер. На секунду задержавшись у последнего окна, инженер с силой распахнул его левую створку и стал ждать. Но томительно текли минуты, а Ловицкого все не было. Маркус спустился вниз и пошел обедать в кафе напротив.
Когда Штюцль сел за одним из столиков, рядом появилась довольно грузная фигура Ловицкого.
– У вас свободно? – поправил пенсне майор.
– Свободнее некуда, – невесело отозвался инженер. – Я вас ждал.
– Я и пришел, – заметил Ловицкий. – Заодно пообедаю. Так сказать, совмещу приятное с полезным. Что у вас стряслось?
– Я нашел этого типа.
– Который вас преследовал?
Маркус кивнул.
– Как вам это удалось?
– Не думаю, что это имеет значение…
– Ошибаетесь, герр инженер! – возразил майор. – Позвольте нам решать, что имеет значение, а что – нет.
– Хорошо, – смирился Штюцль. – Кажется, Гертруда докладывала этому типу о моих передвижениях…
– Понимаю, как вы расстоены, герр инженер, – сочувственно произнес Ловицкий.
– Вчера я нашел у нее визитку страхового агентства, а сегодня сходил по этому адресу. Там работает страховщиком преследовавший меня тип.
– Это меняет дело. Визитка у вас?
– Я оставил ее у Гертруды. Запоминайте: страховое агентство «Шестич и K°», Зибенбрунненгассе, 48, это в Маргаретене.
– Вы быстро учитесь, герр инженер! Может, перейдете к нам работать?
– Бросьте шутить, герр майор! – устало сказал Маркус.
– Ладно. Мы сегодня же задержим этого гражданина. Если нам понадобится помощь, мы обязательно свяжемся с вами, – заключил Ловицкий. – А сейчас давайте обедать…
Вечером Штюцль снова зашел к фрау Майзе.
– Вы что-то зачастили к нам, герр инженер, – заметила она.
– Командировка подходит к концу, – объяснил Маркус, протягивая деньги. – Гертруду, на час.
– Вы сегодня какой-то мрачный, – беспокойно проговорила хозяйка.
– Да, настроение сегодня неважное, – признался Штюцль. – Надеюсь, полегчает…
– Поберегите себя, герр инженер! – крикнула фрау Майзе вслед Маркусу, когда тот поднимался по деревянной лестнице. – Вы для нас очень ценный клиент!..
Штюцль резко остановился.
– Пожалуй, даже слишком ценный, – горько усмехнулся инженер.
Когда Штюцль появился в дверях комнаты Герти, та, как и день назад, читала книгу, лежа на кровати.
– Здравствуй, Маркус! – обрадовалась, увидев инженера, девушка и резво вскочила с постели. – Не ожидала тебя сегодня.
Герти хотела поцеловать гостя, но тот холодно подставил ей щеку.
– Нам надо серьезно поговорить, – хмуро произнес Штюцль.
– Что случилось, Маркус? – в недоумении спросила девушка и отступила от него на шаг.
– Ответь мне, пожалуйста, только честно, к тебе заходил этот бородатый тип из страхового агентства?
– Какой тип?
– Ты прекрасно знаешь, о ком я говорю! Тот, который оставил тебе свою визитку.
– Ты что, ходил к нему?!
– Не имеет значения! Он был у тебя?
– Д-да, – дрогнувшим голосом ответила Герти.
– Он спрашивал обо мне?
– Да.
– И ты рассказала ему, куда я поеду?
– Да.
– Зачем? Зачем ты ему об этом рассказала, Герти? – с глубокой тоской проговорил инженер.
– Он дал мне денег, – простодушно сказала девушка.
– Ну, конечно, деньги!.. – нервно засмеялся Штюцль. – И о чем я думал?.. Проститутка – проститутка во всем!..
Маркус устало опустился на кровать.
– А я тебя любил!.. – вздохнул он. – Как ты могла так со мной поступить? А если бы этот тип убил меня?..
Последние слова разжалобили Герти. По ее лицу ручьями покатились слезы.
– Прости меня, Маркус! Прости меня!.. – всхлипывала девушка. – Я не знала… не знала, что это так серьезно… Он был такой страшный!.. Я испугалась… думала, он пришьет меня, если не расскажу…
Инженер недоверчиво наблюдал за этим запоздалым раскаянием.
– Я тебя прощаю, Герти, – сказал он, поднимаясь с постели. – Но ты сама понимаешь, что после этого между нами больше ничего не может быть… Прощай!..
– Постой! – окликнула Маркуса девушка, вытирая слезы. – Может, попрощаешься со мной как следует, раз уж заплатил за меня?
Штюцль смерил ее любопытным взглядом.
– Нет.
– Почему?
– Видишь ли, Герти, сексуальность не всегда определяет поведение человека, – мягко пояснил инженер, покидая комнату.
Когда Маркус вернулся в гостиницу, в вестибюле его ожидал Ловицкий.
– Мы взяли вашего преследователя, – сообщил майор, доставая из кармана пиджака фотографии бородатого незнакомца анфас и в профиль. – Какое фактурное лицо, не правда ли?
– И кто он? – поинтересовался Штюцль.
– Иво Паненич, дважды судим за кражи, в том числе со взломом.
– Я могу его видеть?
– В этом нет необходимости. Он всего лишь пешка в чужой игре. Сейчас мы отправляемся на задержание настоящих преступников – этого самого Шестича и его компаньона. Нам может понадобиться ваша помощь, так что поедете с нами, – заключил Ловицкий.
– С удовольствием, – ответил Маркус. – Только чем я могу вам помочь?
– Вы ведь инженер, значит, разбираетесь в технической документации. Надеюсь, мы что-нибудь найдем у Шестича.
– Думаете, он крот из Морской секции?
– Не исключено, – задумчиво произнес майор. – Пойдемте.
Они покинули гостиницу и повернули за угол улицы, где стояли два темных автомобиля. Ловицкий постучал в окно задней машины. В открывающемся окне появилось угрюмое лицо старшего жандарма.
– Вы готовы? – спросил майор.
– Так точно, – хмуро отозвался тот.
– Знакомьтесь, инженер Маркус Штюцль – капитан Вацлавек.
Инженер приподнял свой котелок, старший жандарм прикоснулся к пробковому шлему.
– Поехали, – сказал Ловицкий.
Майор с Маркусом сел в переднюю машину. Шофер включил зажигание, бодро зажужжал мотор, и они двинулись вперед по освещенной фонарями улице. За ними последовал автомобиль жандармерии.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.