– Я не знаю… Правда! Я уже очень давно здесь не была… С тех пор, как повзрослела… А сейчас, мне жутко интересно, что же произойдет дальше?
– Дальше тебе не пройти. Дерево пропускает только тех, кто действительно любит – с этими словами лист упорхнул куда-то вглубь раскидистой кроны дерева.
Я подняла глаза, и мне показалось, что листья посмеиваются надо мной. И я могла бы поспорить, что если бы удалось разглядеть их лица, они оказались бы нагловатыми, надменными и пренебрежительно смотрящими сверху вниз на происходящее у корней. Я оглянулась – деревья встали на пути непроходимой стеной, смыкая стволы и переплетая ветви.
«Но разве любовь – это стремление подчинить себе? Ограничить свободу? Привязать к себе – разве это – Любовь?» – подумала я. – Да и при чем тут вообще любовь? Неужели мне не пройти дальше? Я его ведь не люблю… Остались только светлые воспоминания… Я словно в компьютерной игре… Наверное, не нужно было столько играть перед сном в «Героя меча и магии» и читать на ночь «Питера Пена». С ума можно сойти!
Но внезапно воспоминания о той любви, что когда-то согревала сердце, переполнили его.
О той любви, которая в мои девятнадцать лет представлялась мне алмазом, составленным из множества граней, каждая из которых неповторимо отличается от любой другой.
Когда человек любит, все грани безжизненного камня одновременно оживают, начиная сиять, искриться и переливаться разнообразием и неповторимостью цветов и красок, поражая окружающий мир теплотой и мягкостью света, так дерзко вторгающегося в его собственную, зачастую безжалостную, резкость…
А свет, иногда сочно-яркий, иногда приглушенно-нежный, минуя все возможные преграды, вырывается, невзирая ни на что, за пределы пространства и времени, невыразимо чистый и красивый.
И как все прекрасное, он, этот свет, не может исчезнуть просто так, он кочует где-то в космосе, от планеты к планете, от галактики к галактике, иногда возвращаясь, чтобы осветить дорогу того, кто сбился с пути…
Мимо, точно два маленьких прелестных созвездия, пролетели две бабочки, однажды уже виденные мною на побережье. Окруженные ореолом крохотных алых сердечек, они резко вспорхнули ввысь и затерялись среди листвы. Спустя пару секунд они появились снова, словно нарисованные ярко-желтым на голубизне неба, спустились вниз и примостились прямо на плечо.
– Там, наверху, есть дупло. Ты сможешь сквозь него пролезть на ту сторону Острова… Держи, когда-нибудь он тебе пригодится, – бабочки опустили мне на ладонь маленький красный мешочек на длинной веревочке, внутри которого прятался флакончик с волшебным эликсиром.
Бабочки скрылись в листве, а я стала карабкаться вверх. Дерево казалось живым – оно извивалось, вырывая ветки из-под ног и подставляя рукам самые острые свои сучья; оно выпускало из своих недр едкую смолу, которая липла к одежде, приклеивая ее к стволу; его листья хлестали по лицу… Оно изо всех своих деревянных сил старалось не дать добраться до заветного дупла.
Я уже сомневалась, правильно ли поняла слова Бабочек, как увидела в стволе широкий проем. Нырнула в него – и оказалась прямо на лужайке с высокой зеленой травой. В отличие от листьев, трава казалась дружелюбной. На голубом небе виднелось всего одно белоснежное облако. Оно ясно указывало путь.
Я шла по шелковой траве, напевая веселые детские песенки. Не успев закончить строчку, я остановилась в изумлении – прямо передо мной с неба спускались две огромные, ширококрылые птицы, сравнимые по красоте разве что с закатом и рассветом.
Перья той, что достигла земли первой, отливали золотом, окружая ее ореолом ослепительного сияния. Другая, переливаясь всеми оттенками красного, от темно-бордового до бледно-розового, светилась будто бы изнутри изумительным приглушенно-сиреневым мерцанием. Их голубые, с синими прожилками, глаза смотрели внимательно, словно сканировали мои мысли и переводили их на свой, птичий язык.
– Тебе не стоит идти дальше. У тебя слишком слабые крылья – ты сможешь подняться вверх, а спуститься уже не сможешь… ведь ты будешь не одна. Твои крылья не выдержат двоих.
Я оглянулась, и не обнаружила у себя за спиной никаких намеков на крылья, но тут же вспомнила, что во сне всегда умела летать, и это не раз меня выручало.
– Спасибо за предупреждение, но мне нужно идти дальше. Может быть, мы еще увидимся… Можно я буду называть тебя Рассвет? – произнесла я, погладив золотистые перья, – А тебя Закат, – я легонько провела рукой по малиновому клюву.
Казалось, птицы были растроганы. Они повидали немало девчонок, пытающихся покорить этот дикий остров, но ни одна из них не придумывала им имена. Они и не заметили, что перед ними уже не девочка… Наверное, во сне ей удалось вернуться в свои девятнадцать…
– Мы поделимся с тобой своими крыльями, когда тебе это будет нужно. – С этими словами они взмыли в небо и исчезли в единственном облаке, указывающем мне путь к сердцу, о котором я грезила, будучи совсем еще ребенком…
Теперь меня разбирало любопытство. А еще какая-то неведомая сила толкала вперед – я должна пройти этот уровень. Просто обязана. «Это покруче, чем „Линэйдж“», – думала я, наслаждаясь душистым ароматом трав и тишиной прозрачного воздуха.
Но неожиданно вдруг почувствовала, как что-то мягкое и прочное стянуло мои руки. Попробовала пошевелить ногами – но они тоже попали в западню. Я ощутила на себе чей-то зловещий взгляд. Голос, как будто из другого мира, от которого все тело покрылось мурашками, три раза произнес мое имя. Я ощутила безоглядный, безотчетный страх.
Сначала я увидела глаза – огромные, мрачные, черные глаза. Потом – и всю громоздкую, вселяющую ужас фигуру гигантского Паука. Он двигался прямо на меня.
Песчинки шептали мне на ухо – «Это его страх, страх зависеть от кого-то, страх потерять свою свободу, страх любить и быть любимым. Ты должна победить его. Смотри в его глаза, говори с ним».
Но это было не просто, смотреть в эти глаза. В них была такая пустота, что руки и ноги похолодели, а сердце на мгновение остановилось.
– Я не позволю тебе лишить его свободы. Сюда ведь попадают только те, кто договорился с Деревом – хриплым, шуршащим голосом процедил сквозь подобие рта Паук.
– Бабочки подсказали мне, что в Дереве есть дупло. Я прошла сквозь него. Я не хочу его лишать чего-то. Я только хочу подарить чуточку счастья, и вернуться в свой мир… Я здесь всего лишь гостья… Это ведь обычный сон…
Пустота потихоньку исчезала. Но Паук произнес:
– Я тебе не верю – и протянул ко мне свою мохнатую лапу.
Но тут подскочили несколько Камней, и налетели на него со всей своей каменной силой. Паутина ослабла, и мне удалось выбраться на свободу. Нет, чего-чего, а опутывать его такой паутиной собственной ревности, подозрений и мнительности я не хотела. Даже тогда, давным-давно, когда моя любовь была сродни безумию…
Я одарила Камни своей самой очаровательной улыбкой. И они растаяли в воздухе. До следующего случая, когда могли бы пригодиться.
Пришла в себя я только у входа в каменистую расщелину. Осторожно заглянула внутрь – узкий лаз уходил куда-то вглубь, теряя свои очертания в темноте. Сделала пару шагов – из-под ног выпрыгнули и с грохотом покатились вниз два больших камня. Я продолжала медленно передвигаться, но спуск оказался настолько крутым, что приходилось изо всех сил цепляться за выступы стен, чтобы удержать равновесие.
Впереди забрезжил свет. Я не успела заметить, как оказалась посреди пещеры, стены которой полностью состояли изо льда. И не могла понять, откуда струится свет – он шел из самой глубины прозрачно-белых пластин, заставляя лед сверкать и переливаться всеми цветами радуги. Несколько минут я стояла как зачарованная и только потом ощутила жгучий холод. Я не чувствовала ног – казалось, они примерзли к покрытому снежным настом полу.
Внезапно радуга исчезла. Стены стали матово-белыми, и на них четко прорисовалась синяя стрелка, показывающая, куда следует идти. Я пробралась в небольшое отверстие в стене и оказалась в длинном коридоре, в котором царил мягкий полумрак. Приглушенный свет проникал в тоннель откуда-то издалека и наполнял все пространство причудливыми бликами и тенями. На гладких стенах я заметила нечеткие, едва прочерченные надписи.
Сначала я читала их, но потом поняла, что не смогу запомнить всего написанного здесь. Я прислонилась к стене, не зная, куда ведет этот коридор и для чего нужны все эти слова. «Будь счастлив», «Пусть исполнятся все твои заветные мечты», «Пусть на душе всегда царит тепло»…
Наверное, здесь были собраны все слова, которые кто-то когда-то ему желал… Неужели, чтобы выбраться отсюда мне нужно будет придумать что-то новое, и не повториться? Но это невозможно!
И тут я заметила, что от стен идет тепло. Каждая надпись давала свою порцию теплоты – некоторые слова пылали жаром, другие – лишь немного разбавляли холод. Я продолжила свой путь, прижимая ладони к стенам. Вдруг одна из надписей обожгла кончики пальцев. Я одернула руку и пригляделась. Ничего не увидела. Пришлось, обжигая пальцы водить по гладкой поверхности, определяя неровности букв. Прочесть надпись я так и не смогла.
Я шла дальше. Но руки, запомнившие огонь непрочитанной строчки, отказывались что-либо воспринимать.
Вскоре показалась еще одна пещера, подобная той, в которой я успела померзнуть в начале своего пути по Лабиринтам слов. Только стены этой пещеры быль сплошь испещрены непонятными знаками. Я оцепенела от холода и растерянности. Внезапно очень захотелось спать, и я уже была готова лечь на снежный пол, как песчинки в волосах дружно защебетали:
– Алиса, не сдавайся! Это Пещера равнодушия и ты должна его преодолеть! Ты должна определить надпись, которая растопит глыбу льда, закрывающую выход из пещеры, и выбраться наружу! Ты ведь пришла сюда, чтобы растопить его сердце!
Хотя я и не знала, зачем здесь очутилась, но раз у мечты моего далекого детства столько проблем – нужно его спасать!
Я с трудом разомкнула слипающиеся веки. Опустила руки на стены – в таком диком холоде все знаки обжигали. В сердцах ударила ладонью по стене, что было силы. Своды пещеры задрожали, и часть пола рухнула вниз, обнажая пустоту. Я постаралась сосредоточиться. Руки все больше немели. Мне показалось, что один из символов дает больше тепла, чем остальные, – я с силой нажала на иероглиф.
На этот раз ледяной пол треснул прямо у моих ног – я едва успела ухватиться за свисающий с потолка сталактит. Сердце бешено колотилось. Пространство вокруг наполнялось пустотой и невозмутимой тишиной. На мгновение душу охватило равнодушие… Но только на мгновение. Еще через мгновение сердце почувствовало, где эти слова, открывающие выход… освобождающие вход…
Я, пытаясь не задумываться ни на секунду, зажмурив глаза, надавила на неясные очертания знаков. И не услышала грохота, и тишина как будто бы стала наполняться живыми звуками. Глыба льда таяла, а песчинки в волосах, смеясь, хлопали в ладоши. На месте непонятных иероглифов появилась до боли знакомая надпись на родном языке: «Доверяй своему сердцу».
Я очнулась на траве около ручья. В нескольких метрах от меня сияла в лучах солнца полурастаявшая глыба льда и, превращаясь в воду, стекала в ручей. И я почувствовала жгучую, жгущую боль в кончиках пальцев. Они покраснели и грозили покрыться волдырями. Я опустила руки в холодный ручей, который, пробиваясь сквозь камни и корни деревьев, где-то за линией горизонта впадал в море.
Боль утихла, и пальцы приняли свой естественный цвет. Согреваясь, я брела вдоль ручья. Вдруг я увидела, что огромный валун перегородил дорогу воде. Прямо перед ним без движения лежали два голубых дельфина. Я подошла ближе. Дельфины были еще живы. Штормом их выбросило на Остров, в озеро, и теперь они не могли попасть обратно в море.
– Я попробую сдвинуть Камень, ручей унесет вас обратно в море, и вы обязательно поправитесь!
– Не дотрагивайся до него! Это заколдованный камень – все живое, дотрагиваясь до него, прилипает и погибает! Мы выбились из сил, пытаясь не задеть его…
Я задумалась. Сердце разрывалось от жалости при виде обессилевших дельфинов. И тут очень кстати я вспомнила про подаренный бабочками волшебный эликсир, раскрыла мешочек, достала из него малюсенький флакончик и вылила на руки его содержимое. С разбега налетела на Камень и сдвинула его. Руки не прилипли. Камень недовольно покашливал и ворчал. Дельфины уплыли в море, взмахнув на прощанье длинными хвостами.
А я шла дальше. Пройдя несколько шагов, заметила небольшое ответвление от ручья, а подойдя поближе, поняла, что это стрелка, которой нужно следовать. Пришлось свернуть в сторону. Ландшафт резко менялся.
Ровная гладь зеленой травы сменилась покрытыми мхом кочками, среди которых то и дело попадались трухлявые пеньки. Почва под ногами ходила ходуном, как будто под тонким слоем поверхности был пласт воды. Ноги проваливались все глубже. Увязнув по пояс в болотной трясине, я замерла. Может, я выбрала неверную дорогу и стоит повернуть обратно? Но Болото затягивало в свои владения…
Когда оно подобралась к горлу, я зажмурила глаза и, задержав дыхание, позволила Болоту забрать себя.
Открыв глаза, я обнаружила, что оказалась в здании, полном людей. Они суетливо сновали взад-вперед, держа в руках папки с документами; разговаривали по мобильным телефонам, как будто пытаясь перекричать друг друга; решали производственные вопросы с таким остервенением, словно мир рухнет, если дебет не сойдется с кредитом…
Очутившись в самом центре всей этой возни, я поняла, что люди меня не видят. Я почувствовала себя тенью. Но песчинки шептали на ухо: «Наоборот, ты – живой человек в этом царстве теней! Когда-то они тоже были людьми, но суета поглотила их. Они забыли о любви, о милосердии и о страдании… Их ценности – карьера, деньги, власть. Они всему знают цену, все покупают и продают. Он устал от этой суеты, ты должна вытащить его отсюда. Для этого ты ненадолго станешь такой же, как они. Посмотри на часы – у тебя осталось полминуты до того, как они тебя увидят».
Я поспешно спряталась под столом в самом дальнем углу обширного офиса. Часы пробили двенадцать раз. Сердце вздрогнуло, как бывает, когда засыпаешь и неожиданно просыпаешься от какого-то непонятного внутреннего толчка. Я огляделась вокруг новыми глазами. На мне был деловой костюм, и под столом я занималась тем, что собирала в папку оброненные бумаги.
– Что у нас тут произошло? – сверху звучал приветливый мужской голос.
Я не спеша выпрямилась. Это был он. Я помнила его светлые волосы и глаза. Но он меня явно не узнавал. Вокруг уже толпились люди-тени, пытаясь разом получить от него ответы на все свои вопросы. Я снова присела и собрала все свои бумаги. Он на секунду оказался один, но тут же призывно заверещал телефон. Он что-то быстро говорил в трубку. Потом снова его окружили люди.
У меня внутри все клокотало. «Оставьте его в покое!» – закричала я во весь голос. Повисла гробовая тишина. Казалось, все вокруг остановилось, было слышно только, как стрелки часов тикают в тишине. Я воспользовалась всеобщим замешательством, схватила ожившую мечту детства за руку и вытащила из окружающей его толпы. На полу замигали красные стрелки. Я потащила его за собой. Впереди была дверь. Он машинально протянул мне ключи. Я пропустила его вперед и повернула ключ.
Мы стояли так близко друг к другу, что могли слышать стук двух сердец. Они бились в унисон. «Но ведь у теней нет сердца?» – подумала я, – «Значит, мы снова стали людьми?». За дверью царил хаос и шум, и нам нужно было бежать. Я понимала это, но не могла сдвинуться с места. Он осторожно поцеловал меня в щеку и потянул за руку.
Нажал на пульт – за шкафом скрывалась еще одна дверь. Мы оказались в лифте. «Нам нужно наверх» – он нажал семнадцатый этаж. Лифт плавно поплыл вверх, но внезапно замер, проехав всего несколько этажей. Вокруг повисла темнота.
– Они не прощают измены! Они отдали свои сердца в обмен на деньги. Но, только получив богатство и власть, поняли, что это не главное. Они не хотят выпускать нас отсюда.
– Я уже поняла! Нам нужно наверх? Тогда чего мы ждем, полезли! – с ним мне не было страшно. И я слышала, как бьется его сердце. Пусть даже каменное.
Мы выбрались на крышу лифта и полезли вверх по натянутым тросам. Когда мы поднялись на поверхность и я вдохнула свежий воздух, то потеряла сознание. Очнувшись, подумала, что это сон во сне, но рядом лежала записка. «Я буду ждать тебя на вершине Горы».
Я оглянулась по сторонам. «Какой еще Горы»? Кругом росла высокая трава и летали прелестные разноцветные бабочки. Я посмотрела в сторону моря – в туманной дымке, окутывающей горизонт, виднелись обрывистые склоны. По всей видимости, следовало направиться к морю.
Около берега дрейфовала небольшая лодка. Я зашла в воду и оттолкнула ее от берега. Запрыгнула внутрь и стала грести. Прошло довольно много времени, но Гора оставалась все также далеко. Смеркалось. Волны становились все сильнее. Вспышка молнии озарила розовое небо. Хлынул дождь. Море швыряло шлюпку из стороны в сторону. Я оказалась в воде. Последнее впечатление, оставившее отпечаток в сознании – вода была холодной и колючей…
Я пришла в себя у подножия скалы. Волны угомонились и мирно терлись о подошву Острова. Два дельфина высунули из воды свои умные узкие мордочки. Поблагодарив их, я направилась дальше. Мне не терпелось оказаться рядом с ним. Спросить обо всем. И еще стало жутко интересно, как в свои двадцать семь я очутилась здесь, попав лет на десять назад… Казалось, он ничуть не изменился… Я же изменилась сильно…
Ухватившись за один из уступов, я попыталась приподняться над ним, но сил подтянуться не было. Попыталась пройти дальше и найти менее отвесный подъем, но, сколько хватало глаз, основание скалы было абсолютно ровным, и только потом появлялись впадины и уступы. Гора почти вертикально уходила вверх. Я остановилась и вдруг явственно услышала слова Заката: «…твоих крыльев хватит только, чтобы подняться вверх…».
«Неужели я здесь могу летать?» – я развела руки в стороны и оттолкнулась от земли. Пока я ходила, лазила и разгадывала загадки, мои невидимые крылья отдыхали. И теперь они были полны сил. Я поднималась все выше и выше, сначала быстро, а потом все медленнее – крылья понемногу уставали. Я приметила наверху зеленую площадку.
Крылья уже трепыхались из последних сил, стук сердца отдавался в ушах, и дышать становилось всё труднее. Крылья отказывались меня слушаться. Я успела уцепиться за острый выступ. Подтянулась на руках и оказалась на шелковистой траве. Извилистая тропинка остроконечной стрелкой уходила вверх. Я подумала, что вот он, последний рывок… Поднялась и быстрым шагом пошла по тропинке.
Становилось холодно. Темнело. Звезды светили где-то очень-очень далеко. Я остановилась перевести дыхание на ровной каменистой площадке. На самом краю возвышалось огромное дерево с изумрудными листьями, на которых поблескивали капельки дождя. Звезды, отражаясь в них, становились близкими. В одной из капелек я различила фигуру крылатой лошади. Конь что-то говорил мне, но я его не слышала.
Посмотрела вдаль. Море ластилось к подножию скалы, точно нашалившая кошка, пытаясь снискать прощение у хозяина. Его поверхность мерцала миллиардами звезд.
Ровная, абсолютно круглая луна бесстрастно наблюдала за происходящим.
…Он обнял меня за плечи. Кратер забурлил, потухший вулкан, затерянный в облаках, стремительно оживал. Но мы не замечали грохота падающих камней и ярких вспышек, озаряющих ночное небо. Я видела огонь в его глазах. В них пылала страсть. Его тепло обжигало сильнее, чем ставший до боли горячим воздух. А мне… теперь мне было просто жаль его. До безумия его жаль… Бедный, не видел ничего до сих пор, кроме плана продаж и карты бонусов…
С утра до ночи продавал крутые машины крутым людям. Изо дня в день. Без выходных. И мечтал войти в сотню самых богатых людей мира… Только стоит ли за это платить такую цену?
Раскаленная Лава приближалась. Она уже протягивала свою клокочущую, кипящую лапу, чтобы накрыть нас с головой…
– Прыгаем! – я первой очнулась ото сна и крепко стиснула его руку своей.
Мы оторвались от земли и полетели вниз. Ветер пытался разделить нас, но он не выпускал моей руки. Земля стремительно приближалась. Лава уже достигла подножия горы и отбросила море от берега. Она не растворялась в море, она сжигала его… Но вдруг появились Закат и Рассвет, подхватили нас своими сильными крыльями и унесли на Остров.
Я очнулась на широкой постели. Тело покрывали различные датчики, а на полу валялись черные очки, стекла которых мерцали блестящими микросхемами. Напротив мигал экран монитора. На нем застыла последняя картинка неизвестной игры – угольно-черное небо, пронзаемое яркими оранжевыми вспышками; два человеческих силуэта на спине ширококрылой птицы и надпись «Game over».
Так значит, это была всего лишь игра… Игра в Остров… Который был когда-то для меня всем… Но для чего? Мне захотелось как следует врезать тому, кто это все придумал. Это, без сомнения, был он. Он все еще оставался большим ребенком и как всегда отличился умом и сообразительностью. Но мне все равно было жаль его…
Он показался на пороге. Я сидела на постели. Теплый морской воздух врывался в бунгало и заставлял волосы трепетать. Песчинки сыпались на пол и исчезали. Вдруг на пол упало что-то тяжелое. Это был невесть откуда вывалившийся камень. Я хотела взять его в руку и рассмотреть получше, но он закатился под кровать, и я никак не могла его отыскать.
Детская мечта прижала меня к себе. Его сердце билось так, как будто хотело выпрыгнуть из груди. «Как они могли говорить, что у него каменное сердце?» – подумала я, слушая его биение. Но тут же она вспомнила надпись «Game over».
– И зачем ты заставил играть меня в эти игры? – спросила я, как бы невзначай.
– Так было нужно, поверь!
– Не верю!!!
Я побежала к морю по желтому песку. Ноги вязли. Казалось, что песчинки хотят остановить меня. Но желание проучить его было сильнее. Он почти что догнал меня, и мы остановились на краю обрыва.
– Ты прыгнешь за мной? – спросила я, резко обернувшись и, не дожидаясь ответа, сделала шаг, уносящий в пропасть.
Он, не теряя ни секунды, последовал за мной.
Я думала, что у меня вырастут крылья и я полечу, но, видимо, Фея сновидений уже была бессильна. Я камнем летела вниз. Кожа остро ощущала порывы ветра, а уши – приближающийся рокот волн… Вдруг он схватил меня за руку и потянул за собой… наверх. У него выросли крылья. Я не видела их, но чувствовала, как трепещет воздух под их широкими взмахами, унося ввысь…
Казалось, он спас меня. На самом деле, – это я его спасла – у него выросли крылья. И я навсегда попрощалась со своим детством – теперь он и сам научился летать, а мне не терпелось вернуться домой. Но я никак не могла проснуться. Когда наконец-то показался выход в реальность, солнце уже светило в окно и начинался новый день.
Мне очень хотелось обнять мужа и дочку. Но жизнь, как всегда, внесла свои коррективы.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.