– Как это все запомнить? С запоминанием на слух у меня всегда были бо-о-ольшие проблемы.
Внезапно ко мне в дверь постучали. Переглянувшись между собой, мы снова повернулись к двери, я знала, что Астер уже исчезла, поэтому без опаски слезла с кровати и широко открыла дверь. За которой оказался скелет. Пфе, вот же они противные.
– Лорд Д'Эстрион ожидает вас. – скелетик выжидающе посмотрел на меня, почему-то мне показалось, что он смотрит на меня одновременно с надеждой и разочарованием. С чего бы это?
«А ты не видишь?» – обратилась ко мне Астер, с явным намерением что-то подсказать, только что именно я не поняла.
«Вижу, чего?»
– Сейчас? – однако сложно одновременно общаться и мысленно, и вслух. Два разных потока. И везде надо понять. Кажется, в скором времени я буду вундеркиндом.
«Он связан подчинением, а кто такие вундеркинды?» с интересом просили у меня.
«Не вижу, или это вон те зеленые линии вокруг головы и позвоночника? Дети, умеющие больше чем некоторые гении»
– Да, леди, сейчас. Пройдемте.
«они самые»
«ну и? что в них такого-странного-то?»
– Ну что ж, раз его светлость велел, значит идемте.
«а не знаю, я просто огонь, но если бы меня так связали я бы счастлива не была»
«ну да, логично. Пошли?»
«пошли»
Кажется, день-звездень еще не закончен, но идет к своему логичному продолжению. Ну ладно. Посмотрим, что нам этот друг предложить хочет, иначе бы он приказал.
Я встретил множество людей, которые не могут не писать, не могут не играть, – и не писатели они и не актеры.
Евгений Шварц
Анастасия Ламорт.
Скелетик провел нас снова на первый этаж, правда, вместо того, чтобы повернуть направо, где была столовая, он провел нас налево и куда-то вглубь. Полагаю, именно там нас ждет хозяин дома. Правда я терялась в догадках, для чего. Мы, конечно, вчера обсудили далеко не все. Точнее вообще ничего. Но хотя бы еще денек он нас трогать не мог, а? К мысли там привыкнуть, забыть его морд… лицо, короче просто не видеть.
«Э-эм, в общем-то… всё еще сегодня, а не вчера» – вклинился в мои размышления тихий выдох стихии.
«Как это, сегодня?!» я даже на мгновение запнулась. А вот скелетик как шел, не обращая внимания на нас, так и шел. Даже не оборачивался ни разу!
«Спокойно, ты проспала же по своим внутренним часам, так?» – не дожидаясь моего согласия продолжила – «а живешь ты все еще по-земному времени. Вот поэтому, всё еще сегодня»
Я мысленно зарычала и тут же захныкала. Ну почему все так-сложно-то?!
«Ты привыкнешь» – это меня сейчас попытались успокоить?
«Что-то типа того»
«Не ВЫ-Ш-Л-О. слушай, ты же вроде стихия, тебе много-много лет, тогда почему ты говоришь, как самый обычный человек, и не пытаешься выдавать мудрости аки старец на смертном одре?» Астер ненадолго затихла. Это что получается, я ее поймала на чем-то? Да не, не может быть… или может?
Пока меня успокаивали, скелетик дошел до нужной двери и пропустил меня вперед. Слегка поклонившись, и мне даже показалось, что он щелкнул чем-то и ушел в обратном направлении. В испуге посмотрела ему вслед. В груде как-то неприятно защекотало. Мне что дальше все самой делать? Астер? Ты вообще где? Что делать?
«Когда в кабинет зайдем, обо мне не думай, я уйду на время. Я потом тебе всё объясню. Не стой долго тут» а потом золотистый огонек вспыхнув, исчез в глубине дома.
И это что сейчас было? Что за тайны мадридского двора? Так Настенька, вдох-выдох, вдох-выдох и так еще разочек. Собравшись с духом, (правда я так и не поняла почему я испугалась) несколько раз ударила в деревянную и такую же резную дверь. С той стороны до меня дошло приглушенное «входи». Что ж, куда мне деваться. Я вошла.
Как я и предполагала, это был кабинет. Очень даже уютный и теплый, даже несмотря на то, что был площадью едва ли не с нашу спальню, а она очень большая. Добротная мебель: тяжеловесные шкафы с множеством книг с правой стороны от двери занимали едва ли не всю площадь вдоль стены; в углу левой стены притаился резной столик, на котором стоял графин с водой и непонятная темная бутылка, издалека было непонятно из чего она выполнена, но, полагаю, содержимое однозначно высокоградусное. В паре метров от него стоял широкий письменный стол, выполненный из того же материала, что полки и столик. За столом, в глубоком кожаном кресле (два таких же занимали приличествующее им место перед столом) сидел сам герцог, перед ним были бумаги, о значении которых мне было даже сложно догадываться. Я ведь даже не предполагаю, чем он занимается, может я, зря к нему предвзята? Д'Эстрион жестом пригласил меня пройти в глубь, даже не посмотрев на меня. Возможно я его и знаю плохо, но выглядит он явно не очень. По крайней мере диагноз «хронический недосып» у него явно на лице, а если точнее, то под глазами. Да и весь какой-то бледный.
– Присаживайся. – прошла в глубь кабинета, и попыталась устроиться со всеми удобствами в таком же кресле, в каком сидел герцог. Устроиться-то я устроилась, а вот расслабиться не смогла. Просто внимательно наблюдала за мужчиной, – Надеюсь ты не против, что я с тобой на тебя?
Покачала головой. А ему этого хватило. В первую нашу встречу я его толком не рассмотрела, во вторую я была зла и напугана, а вот сейчас пригляделась внимательно. Симпатичный, матерый, опасный. Вот что я могла о нем сказать. Иначе сложно. Из внешности больше всего выделяются глаза, черные и сияющие. Смотрят прямо и жестко. А может зря я его боюсь. Такие, если и обещают, то выполняют, но вот игра у них всегда своя. О мотивах ты узнаешь только в самую последнюю очередь. Нет, всё-таки боюсь я его зря, а вот опасаюсь очень даже правильно.
– В первую очередь, я хотел бы извиниться перед тобой и твоей сестрой за свое небольшое самоуправство. – начал он хорошо, а потом продолжение сопроводило меня волной возмущения.
– Небольшое самоуправство? – я аж захлебнулась воздухом от его слов. – Вы напоили нас непонятно чем, не спросили нашего согласия, постфактум сообщив, что произошло. Из-за вас перетерпели дикую боль! Вы ведь даже не были уверены в том, выживем ли мы от вашего чертового эксперимента или нет! Вы хоть проверяли на ком-то еще ваше зелье? – по виноватому взгляду я поняла худший вариант из всех возможных – нет не проверял. – а теперь говорите, что небольшое самоуправство?! Вы даже не потрудились справиться о нашем самочувствии! – ой-ой, кажется, меня довели как тогда в гостиной. Черт, не хотела же! А все этот, нехороший муд… жчина довел девушку!
– Анастасия, тихо! Ты опять пылаешь, – и без сопливых знаю! Но мне сегодня можно – у меня стресс!
– Постарайся успокоиться, – уже мягче произнес герцог, а имя то я не помню, у своего стыда поняла, бли-и-ин! Надо будет потом у Лины уточнить или у кого-нибудь еще.
– Я пытаюсь! – это было искренней правдой, вот, наверное, уже минуты две или три, под чутким наблюдением герцога, я пыталась втянуть язычки пламени в себя, вот только выходило из рук вон плохо!
– Сосредоточься, и прислушайся к себе, попробуй договориться с пламенем, вы одно целое, оно – это ты, а ты – это оно, – звучит бредово, но, к моему вящему сожалению, я его полностью поняла и даже попыталась.
Огонек и в правду был внутри, хотя огоньком я его погорячилась назвать, бушующая и яростная стихия, которая не хотела подчиняться, но хотела сжечь все здесь к чертям собачьим, и отчаянно рвалась наружу. Я пыталась ее успокоить, но выходило плохо. Постепенно, раз за разом, вдох-выдох, но все вышло. А это сложно!
Облегченно выдохнула. Похоже надо будет заняться йогой и медитацией.
– Надо будет. – на недоуменный мой взгляд Д'Эстрион пояснил. – не знаю, к чему ты это сказала, но высказала желание заняться йогой и медитацией.
Так, ясно, сказала вслух и не заметила. В этом вся я.
– Вернемся к первоначальной теме нашего разговора, я хотел бы пояснить тебе некоторые моменты. Потом спросить тебя о вашей прошлой жизни с сестрой, рассказывать много нет необходимости, захочешь промолчать – право твое. Настаивать не буду. – он вышел из-за стола и присел на краешек стола передо мной, сцепив перед собой руки в замок. – подойди ко мне!
И голос его прозвучал настолько властно, что я едва ли не мгновенно оказалась перед ним, и только потом задумалась, а зачем. Но было поздно. Он протянул руки и схватил меня за голову, виски, темечко и по бокам. Воспоминаниями я снова оказалась около кромки леса, с синяками и царапинами. А потом была боль, дикая, даже сильнее, чем в первый раз, разрывающая изнутри, кажется я закричала, от боли, слезы градом падали с моих глаз. Вряд ли это было долго, но по ощущениям прошло очень и очень много времени, больше чем вечность.
Меня обессиленную аккуратно посадили в кресло, и вернулись на свое законное место за столом. Голова дико раскалывалась, и как будто распухла изнутри. После всего случившегося, у меня была всего лишь одна просьба:
– Пожалуйста, только Лике так не делайте, она не выдержит. – и всхлипнула от боли и жалости к себе. Очередная истерика на подходе! А можно пожалуйста без нее. Нет, однозначно – медитация, медитация и еще раз медитация!
– Не буду, она мала, да и у меня уже сил нет. Но по крайней мере, тебе не придется страдать за учебниками, – он слегка дернул уголками губ в подобии улыбки; мне на мгновение показалось, что он хотел сам схватиться за голову, но сдержался и сдержался из-за меня. Какова вероятность, что боль была обоюдной? Большая. Уверена.
– А зачем Вы это сделали?
– Чтобы ускорить твое обучение. Ты знаешь почти все общие знания, которые знает любой более-менее образованные гражданин Сумрачных земель. Но только совсем общие. Самые распространенные традиции и верования, немого о суевериях. География, немного политики. Понимаешь, с чужаками здесь не особо церемонятся, лучше сойти за не совсем грамотную провинциалку, чем показаться Инквизитору шпионом и умереть в застенках.
– у Вас и Инквизиторы есть? – тут же удивилась. А ну да, особая должность, объединяющая в себе Мирового судью, главу тайной канцелярии, представителя императора. Пожалуй, в этот самый момент я оценила все преимущества произошедшего. Но тут немного сумасшедшинки имеется: сама спросила – сама ответила. Но также и не стоит обольщаться – придет момент, и я мгновенно пожалею, с грустью подумала. Тут стоит уповать лишь на то, что он случится как можно позже. Но что-то этот товарищ недоговаривает. – А теперь можно заново, и желательно с самого начала?
– Да, ты права, – кивнул герцог, (Наталь! Я вспомнила! Мне же еще имя его женским показалось!) – наверное, стоит отметить, для начала, что встретил я вас обеих не случайно. Если так можно выразиться к вам меня вело само провидение. Не хмурься так, но иногда и сильные мира сего подвержены собственным слабостям. – еще бы понять, что означает это странная фраза, но словно, не заметив оговорки Корнелио Наталь продолжил дальше – однажды я встретил гадалку, которая предсказала, что я встречу судьбу свою, которая меня освободит. А дату так вообще смутно обозначила! Я был в растерянности, и вскоре забыл, но одно за одним сменялись события. И постепенно все, что мне предсказала гадалка начало сбываться. Сбылось и ваше явление. Но то, что вы не отсюда, явилось для меня ярчайшим событием, к этому я не был готов, – ага, мысленно хмыкнула я, не удержавшись от колкости «к такому жизнь тебя конечно же не готовила» горемыка. Мне или кажется, или сейчас действительно пытаются впарить сказку для наивной? И к тону великосветскому своему любимому привык, снова вернулся к нему, и в принципе на жалость давит. Мне уже скучно. Но слушаем, слушаем, авось, что полезное и услышим. Ну-ну. – Но вот вы здесь, что само по себе невероятно. Понимаешь, жизнь на материке сложная, всем заправляет Император, он очень строг к пришлым, все боится, что раскроют какие-то его тайны. Которым на самом-то деле большинству глубоко и откровенно наплевать! – всем или только тебе? Но мания преследования – это конечно серьезно, так и до шизофрении недалеко. – И если не знать ничего о жизни здесь, то легко и просто можно попасться стражам, которые почти сразу определят, что ты совершенно не местная и отправят тебя в камеры к Инквизитору. Мрачное место! – так и подмывало спросить «ты там был и знаешь на собственном опыте, что такое камеры у Инквизитора?» – поэтому я вынужден был применить к тебе внушение, я постарался дать основное знание этого мира, остальное, увы, тебе придется изучать самой, как бы не хотелось обратного. На твою сестру, к сожалению, – или к счастью, – это не распространяется. Ей, как провидице, строжайше запрещены любые вмешательства, – на этих словах он, словно в подтверждение уже сказанному, сделал страшные глаза. Выглядело внушительно скажу я. – но и им же простительные любые странности в поведении. Все они не от мира сего. Поэтому никто не удивится ее словам, только силе. Уже сегодня вы можете гулять за пределами особняка, теперь спокойно. Будет лучше, если вы представитесь моими дальними родственниками, имя рода оставьте. Его никто проверять не будет. А вот с первым именем придется что-то сделать. Оно необычно для местных краев, да и о нем лучше никому не распространяться. Мало ли что, – он развел руками. – легенду можете придумать сами, опять же, на ваше усмотрение. – ну да, верю, вряд ли кто-то пойдет к некроманту узнавать «а точно ли это ваши родственницы? Ай-яй-яй, я знаю – вы врете и еще демонстративно помашет пальчиком у него перед лицом», если он играет роль, (а я в этом более чем уверена) остается только выяснить, что он скрывает, перед кем и с какой целью.
Странное отношение к Инквизитору, вроде просто обмолвился, а у самого глазки бегать начали. Но и без информации идти туда чревато. Вдруг там увалень сидит какой-то, который без разбору направо и налево секирой машет. Оно мне надо? А собственно зачем мне туда? Ладно, с внутренними порывами разберемся позже. Сейчас мне срочно требуется информацию с кем-то обсудить. Относительно знающим. Можно встать перед зеркалом. И с отражением поговорить, еще бы кто оценил разговор с умным человеком.
Голова была тяжелая, я даже забыла все свои вопросы, которые хотела задать ему. А вопросов было много. Я сидела задумчивая. в голове была такая каша. И что-то мне мешало, как какой-то лишний мазок на картине, который портил общее впечатление, но выделить его настолько сложно, что представляется практически нереальным. Кивнув на прощание Д'Эстриону, я вышла из кабинета, и уже без провожатого добралась до своей комнаты. Вышла и только тогда поняла, что забыла назвать свое новое имя. Ай, ладно, потом при случае сообщу, не хочу возвращаться туда еще раз.
Дико хотелось пить. Зайдя в комнату, на столике около окна я увидела прозрачный графин с водой, плеснув немного жидкости в стакан, стоящий рядом, залпом выпила. А где Астер? Мне надо с ней поговорить! Может она и просто сущность. Но вполне здравомыслящая, и хоть немного понимающая происходящее, в отличие от меня. Ох, надо еще проверить, чем у меня там ребенок занят. Если что и будить. Время! Ночью потом спать не будет. Господи, я включила режим «мамочка строгая, но заботливая». Что дальше?
Корнелио Наталь герцог Д'Эстрион.
За полчаса до диалога.
Корнелио сидел за столом и читал гневное письмо от одного из своих партнеров. Он был очень недоволен происходящим: начиная от смерти их главного алхимика, гения и заядлого исследователя. Правда Амиран всю жизнь был чем-то недоволен. А со смерти Бонифация их исследования зашли в тупик – очень сложно (последние ухищрения показали, что совершенно нереально) найти действительно гениального ученого, а главное опытного, которого интересовал прогресс в объединении противоположных цветов13, так чтобы они сосуществовали гармонично. В основном все давно работают на гильдию, и не хотят менять старый уклад жизни. Новичков из академии утащить и привлечь еще сложнее, их глаза горят от ожидания работы на гильдию, либо все поголовно ждут приглашения от императора, для работы хотя бы помощником при дворе. Наивные глупцы. При нынешнем императоре и его гончих, все давно исключительно по знакомству. Среди знати постепенно растет недовольство.
Король или Император Этельфольд Виаллар тер Андрэ был в принципе странной личностью. Который покровительствовал далеко не самым мирным представителям своего народа, к остальным он же относился с пренебрежением. Он ввел второй титул. Для самого себя. До этого были исключительно императорами. Но видимо императорская корона слишком сильно надавила, что он выписал указ самому себе стать еще и королем. Многих останавливало лишь то, что он не развязывал войн, не претендовал ни на чьи земли. Был в принципе тихим и незаметным, за исключением некоторых своих выходок. Был так же он правда любвеобилен, кроме официального сына, престолонаследника, который показал себя очень разумным молодым юношей, даже иногда мудрее собственного отца, у императора еще несколько бастардов. А по слухам самый младший готовится стать Карающей дланью14! Однако официальному престолонаследнику все пророчат в свое время великую судьбу и процветание человеческого материка15 при нём. И будет хорошо, если императору не взбредет в голову, что его собственный наследник на что-то претендует, причем вполне на логичном и законном основании. Но что-то он отвлекся. Амиран был зол: столько времени прошло, а помимо отсутствия главного исследователя и идейного вдохновителя на подпольные опыты, заканчивались деньги, клиенты уходили к конкурентам!
Только, что Корнелио мог поделать?! Он менталист и некромант, причем менталист очень слабый, едва ли его дара хватало на считывание эмоций или мыслей, причем только ярких. Остальное он мог уловить только фоном, проще вообще не использовать дар, чем напрягаться. Но это не касалось некромантии, вот в чем в чем, а в черном цвете он был непревзойденным мастером, чем по праву и гордился. Его закономерно боялись и старались обходить стороной, он был скор на расправу и крайне мстителен, но чем он был горд особенно, так это своим актерскими способностями. Именно на последнее, а не на менталистику, особенно рассчитывал он, когда случайным образом нашёл двух неинициированных некроманток (гадалка так, к слову пришлась). Кстати говоря, со старшей надо будет поговорить, младшая слишком ценна, чтобы экспериментировать с непроверенным артефактом, но по заверениям Киаррана все должно работать, как маятник главных часов его особняка, которые он настроил так, что они показывали не только время, но еще погоду, магнитные бури и фазы Луны.
Не то чтобы герцог был так добродетелен, скорее он добьет несчастных, чтобы не мучались (в случае если кто-то рискнет выбежать ему навстречу с просьбой о помощи), но здесь… Темную ауру он не спутает ни с чем, некромант некроманта, как говорится, а уж молодых необученных и явно непробужденных потенциально сильных некроманток он не мог упустить. А то, что оказывается одна из них видящая смерть, а вторая мог огня скорее всего в равной степени развитым даром, скорее жирный плюс и приятный бонус, нежели неприятный сюрприз. Осталось только правильно разыграть, насколько ему помнится, кровь одной из них может играть не последнюю роль в спасении драгоценной жизни. А это так ценится в нынешнее время.
Когда к нему пришла Анастасия, ну и странное имечко, хотя особого интереса и желания узнать ее поближе у него не возникло. В его интересах сейчас испытать артефакт на передачу заложенных знаний. Уже стоя перед девушкой, он оценил всю прелесть того, что к нему в руки попалась необученная и явно несведущая в их жизни девушка. То, что она ему доверилась, тоже приятно согревал душу. Нет, спать он с ней не собирался, но ведь эксперименты на ком-то ставить надо.
Вообще такого рода артефакты далеко не редкость. Но вот Киарран, фанатик до мозга костей, решил улучшить их, и невероятным образом смог внедрить полное устное знание языка в артефакт, и год как получил мировое имя, благодаря своей наработке. Правда писать и читать придется учиться самому, но вот устное знание языка откладывается в подкорке от и до. Сейчас же он искал подопытного для передачи более масштабной и более специфической информации. Общие сведения о мире подошли для этого как нельзя кстати. Вроде получилось. Надо будет сказать, что работает, некромант мысленно сделал себе зарубку на будущее.
Корнелио, кстати говоря, ни разу не интересовался, как его другу это удается, хотя про себя он отшучивался, «да хоть продай ты свою душу демонам, делай что хочешь и как хочешь главное результат». Ему в самом деле было все равно, как он это делает, сильных артефакторов и менталистов в мире было мало, и всех можно пересчитать по пальцам одной руки, поэтому результат их подпольной деятельности волновал его куда больше, чем все остальное.
Несмотря на это, он истинно старался исподволь переманить на свою сторону эту пришлую. Понимал, что надо стать другом, а что лучше всего воспринимают девушки? Правильно, слезливая история. И даром, что шита она белыми нитками. Женщины всех возрастов подвержены эмоциям. Поэтому он приплел сюда всё, что можно было приплести, даже гадание свое упомянул. Оно и вправду имело место быть, несколько десятков лет тому назад. Правда, говорилось об опасности, хотя ее слова полностью (от и до) он уже не помнил. Примерный смысл да и только. Но когда эта маленькая девочка сделала ему предсказание, он был в неописуемом восторге и ужасе. Сила! Сила! Сила! Главное правильно разыграть этот козырь. Была бы возможность, он отправил ее в Академию Прикладной и общей магии, но у них есть ограничения для принимающего возраста, не меньше двадцати семи лет, он попробует продвинуть туда старшую. По всем параметрам она подходит. Возраст… а он его у Анастасии не спрашивал, но внешне, ей около тридцати есть точно. В академию ей однозначно надо идти. Ему его особняк еще дорог. Скелеты, которых он не одну ночь поднимал, тоже. Зомби поднять конечно проще, но за ними необходим особый уход, и специальное еженедельное купание, чтобы избавиться от запаха и трупных червей, которые с завидной регулярностью появляются в них. Скелеты во всех отношениях проще к управлению и уходу, если надо, можно заказать артефакт личины, который будет прятать истину от всех непосвященных, кроме некромантов естественно творения коллег своих они видят всегда и везде. Решено, надо будет подготовить Анастасию для учебы в Академии, и заодно для бала прощания Весны16. А сейчас надо написать ответ партнеру, а то он нервный последнее время. Никак старость пришла.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.