12.Эпоха труда гения – это эпоха его желания изменить мир и быть признанным.
1.2. Онтологические предпосылки гениальности
Предпосылки гениальности, такие как язык, интуиция, социальная среда, свойства мозга и другие демонстрируют для нас одну крайне важную вещь. Все предпосылки, которые мы, так или иначе, знаем, являются для гения его страданием. Тема страдания может представлять интерес в данном случае потому, что страдание – это центральная проблема всего человеческого развития, люди явно или неосознанно борются со страданием. Поэтому в гениях оно проявляется в высшей мере. Всем известно высказывание, что «от многого знания многие скорби», это слова царя Соломона в книге «Песней Соломона» в Ветхом Завете Библии. Общеизвестно, что гений страдает из-за не признанности.
Но надо заметить, что основная доля страданий гения связана с его отношениями с людьми.
Гениям очень трудно жениться (если это мужчина-гений), так как он говорит так сильно и ярко, что пугает и не вписывается в рамки, необходимые для обычного романтического свидания. Гений в социуме показывает свою многосторонность, и это вызывает обвинение в дилетантизме.
Также в языке страдание гения связано с тем, что он либо невероятно много пишет, либо говорит, либо мыслит, как Сократ, но очень много, так, что все силы отдаёт мышлению, и это создаёт социальное возмущение.
Но не надо думать, что социальная среда является самым агрессивным фактором жизни гения. На самом деле гениальность мышления, сложность и неординарность мышления так путают гения в его чувствах, в его бытовой повседневной жизни, что получается, что ум помогает ему создавать принципиальные новые вещи, но не даёт принимать простых решений и мыслить просто и ясно. Поэтому гений сам создаёт свои внутренние и внешние проблемы. В то время как обычный человек быстро, ясно и просто решил бы любую проблему.
Предпосылки гениальности играют роль, но они же оказываются вместе с сознанием гения его «крестом», если использовать христианскую догматическую терминологию.
Гений обладает интуицией, феноменальной способностью понимать больше, чем другие, угадывать события, вещи, истины. Но в то же время гений – это человек. Он может ошибаться и обязательно ошибается. И когда эти ошибки происходят, доля страдания в нём неимоверно большая. Ему трудно с его сверхэмоциональностью, невероятно большой палитрой чувств, поэтому гений, делая ошибку, видит фатальность своей судьбы, он заложник своего эмоционального состояния.
С этим невозможно ничего поделать. Точно также как невозможно забрать гениальность, лишить её, она обязательно будет где-то проявляться, даже если человека лишить времени и сил на творчество.
Приведём несколько примеров. М. Горький, которого многие литературоведы считают гениальным писателем, совершает попытку самоубийства в юности, но остаётся живым. Ф. Ницше всю свою жизнь страдает от неудовлетворённости практически всем, что окружает его в повседневности. Или Л. Толстой, писатель, общепризнанный гений литературы, всю жизнь полон сомнений, переоценок. Раскаяние в невозможности полноты любви между женщиной и мужчиной он описывает в повести «Крейцерова соната», а его биографы находят его жизнь сплошной мукой его внутреннего мира.
Путь гения – путь страдания. И на этом пути выживают самые сильные и отчаянные. Гений, будь это политический, научный, какой угодно гений является страдающим человеком.
В этой связи интересно то, что великие философы традиционно считаются людьми страдающими, так как доходят в своих поисках до отчаяния. И потому можно сказать, что философия как образ жизни – это форма, близкая по духу к предельному мышлению гения.
Онтологические предпосылки гениальности анализируются в истории философии разными авторами в контексте различного рода дисциплин, но на данный момент нет чёткой обоснованной и полной концепции данных предпосылок.
Существенным является то, что гениальность рассматривается и как научная, и как гуманитарная проблема, она рассматривается такими науками, как психология и философия. Значимые результаты в области исследования и раскрытия феномена гениальности достигаются за счёт таких дисциплин, как нейробиология, нейрофилософия и философия сознания.
Вопросами языка и его влияния на творческую деятельность занимались такие учёные, как Т. Черниговская, Н. Хомски, С. Савельев, И. Филимонов, С. Медведев, А. Драгункин, Э. Сепир, Б. Уорф, Г. Гадамер, Ю. Лотман, М. Фуко, Л. Витгенштейн и другие авторы.
Особенно популярны работы в области исследований мозга профессора Вольфа Зингера (Германия), одного из близких друзей нашего выдающегося учёного С. Капицы.
Данная проблема является важной ещё и потому, что до сих пор не существует единой теории мозга, непонятны до конца принципы мышления и алгоритм мыслительных процессов. Поэтому гениальность, как форма самого необычного мышления, не может быть всесторонне раскрыта.
Также существует мнение профессора Р. Пенроуза, друга ещё одного известного русского учёного Т. Черниговской, который говорит о том, что скорей всего мышление в виде процессов сознательной деятельности происходит на квантовом уровне, но это лишь гипотеза, которую современными средствами проверить невозможно37.
Интересной представляется мысль Р. Пенроуза относительно взаимосвязи мышления человека и физического мира. Он говорит о том, что физическая картина мира должна быть совершенно другой, нежели та, которую мы имеем, потому что достаточно много данных о мозге говорят, что эти системы (мозг и физический мир) совершенно разные и поэтому нужно пересматривать существующие представления. Эти представления заключаются в том, что изучение и открытия в области мозга должны отражать природный мир и его строение, потому что природа и мозг – взаимосвязанные системы.
Процессами мышления и познания занимаются когнитивные науки, которые включают в себя исследования в области искусственного интеллекта, трансгуманистические исследования, исследования в области психологии и компьютерных технологий, и математического моделирования (кибернетики).
Становится очевидным, что понять гениальность можно исходя из знания того, что такое мышление.
Такие направления философии, как феноменология Э. Гуссерля, буддистская философия, спинозизм и другие могут приближать к пониманию природы и сущности гениальности.
Онтологические предпосылки гениальности раскрываются, на наш взгляд, в философских исследованиях языка, интуиции, социального бытия и биологических оснований сознания.
Для гениальности свойственно выражать себя в языке, как основном инструменте коммуникации. Коммуникация может состояться только в определённой социальной среде. Интуиция гения выражается в предугадывании, спонтанности, фантазии и творчестве. Субстанциональная причина коренится в головном мозге, благодаря нему осуществляется мыслительная деятельность.
Анализ этих четырёх источников помогает нам понять настолько, насколько это возможно сейчас, что такое гениальность. И это понимание тесно переплетается с понятием «власть», потому что основой творчества гения является желание доминировать и обладать, пускай не в открытой, а скрытой форме, то есть если не для современников, то для будущего творить, чтобы оставить своё имя в истории и быть признанным. Желание признания – ярчайшее желание гения.
Гениальность и язык
Язык является фундаментальной основой любого человеческого общества. На языке высказываются мысли, суждения, производится человеческая коммуникация. Поэтому представляется актуальным рассмотреть язык как инструмент деятельности гения. Любой выдающийся, великий и гениальный человек, в какой бы области творчества или науки он ни был задействован, только с помощью языка выражает свои мысли.
Особое внимание к языку было проявлено в XX веке, оно выразилось в появлении таких направлений, как структурализм, постструктурализм, философская герменевтика, позитивизм, неопозитивизм.
Актуальным представляется определение языка Х. Г. Гадамера: «Язык – это среда, в которой объединяются „Я“ и мир».38 Суть этого высказывания заключается в том, что человек может транслировать в мир что-то только благодаря языковой коммуникации, но и получать информацию из мира, жизненно необходимую для него, он также может только посредством языка других людей, и поэтому язык – это пространство объединения Я и мира, где мир – это другие люди.
Философия занимается языком как сферой реализации мышления. Для философии важно, чтобы язык был раскрывающей именно мышление сферой, а не примитивной коммуникацией или искажённой формой репрезентации суждений. Это значит, что в языке «живёт» бытие, в нём раскрывается глубина и высшие смыслы бытия; это не просто некая система, обслуживающая общение.
Но также существует подход, который говорит о том, что язык принципиально не может быть предназначен для повседневной жизни, что его пригодность осознаётся только в мышлении, причём у немногих, действительно мыслящих людей. Представителем этого подхода является американский философ Наом Хомски.39 По словам Н. Хомски язык не приводит к полному пониманию между людьми, но через высокий язык науки и литературы предельно чётко поясняет идеи для тех, кто в данной области занимается наукой или литературой.
Рассмотрим также биологизаторский подход, который раскрывает языковые предпосылки мышления. В мозге – это поля Брока и Вернике. Поля Брока – это отвечающие за речь и способность выражать свои мысли через речь поля. Они должны быть у гения очень большие и их должно быть как минимум больше трёх. Такие поля наблюдались у поэта В. Маяковского. И поля Вернике, которые отвечают за музыкальное, слуховое восприятие. Эти поля также должны быть большие, и их должно быть много. У Н. Паганини, например, наблюдалась такая особенность. У обычных людей эти поля есть, но они выражены не так сильно, как у гениев.
Надо понимать, что в животном мире также существует язык, но это язык эхолокации, как у дельфинов, или танца, как у пчёл, или «пения», как у птиц; но, в любом случае, только язык человека, который состоит не только из фонем, но и из синтаксиса, знаков и информационной многозначности, является пригодным для реализации гениальности. У животных эту особенность можно назвать не языковой, а заменяющей язык животной коммуникацией, которая даёт представление об отличии человека от животных.
Тема взаимосвязи гениальности и языка, тем не менее, не является достаточно разработанной.
Существует подход, согласно которому язык рассматривается как продукт эволюции. Здесь важно отметить то, что язык возникает постепенно, когда становится необходимым добывать пищу. В тяжёлые периоды жизни первобытных людей именно язык служит средством выживания и начинает своё формирование. Существует понятие «райского периода» в жизни первобытных людей, когда пища была в избытке. По окончании этого периода потребовался язык, чтобы совершать более сложные операции по добыче пищи. Это гипотеза. (С. Савельев, «Возникновение мозга человека»)
Через гения бытие выражает себя, и это представлено в языке. Язык является «домом бытия», по мысли М. Хайдеггера. Гений глубже чувствует бытие, потому что обладает превосходными способностями в языке. Поэтому гений практически всегда изящен в слове, либо через язык несёт неординарные идеи.
Гений – это человек, который способен с помощью языка, своих языковых способностей выразить то, что другие не могут, и через данное выражение сделать возможное открытие. Многие люди не могут высказать суждение о чём-то и поэтому не понимают, что это. А у языка есть свойство через определение понятия приводить к осознанию истины о той или иной вещи.
Интересной представляется ещё одна идея, которую высказывает ряд учёных, что современный язык не даёт полноценной картины жизни и нужно создавать другие языки. Такой попыткой было создание языка «эсперанто», также Ю. Латыпов пишет о создании языка «Диал», который уже с помощью информатики, физики и даже философии должен организовывать мышление.
«В 1982—1986 годах группой тогда ещё молодых ученых МИФИ и лингвистов МГУ на базе диалектики Гегеля, Теории Суперсимметрии и музыкальной гармонии разработан язык междисциплинарного общения – диал. Фундаментальные принципы языка заложены физиком В. В. Куликовым. Он даже сумел представить их в операторном виде в романе-трилогии „Храм Галактики“ („Узник бессмертия“ – самая ранняя его часть). С 1986 по 1992 год свойства диала детально проверялись в различных отраслях знания, составлялись базовые словари, обучались экспериментальные группы». (Латыпов Н. Н., Путеводитель по извилинам. Тренинг интеллекта, М., «Вече», 2010 г., с. 261—265).
Язык информатики, компьютерной техники, кибернетики, вообще информационных технологий – это язык, который является современным активно развивающимся языком.
Как известно, язык неотделим от мышления. Гений формулирует свои мысли не только спонтанно, как озарение, инсайт, но и в процессе логического обдумывания и в виде словесного выражения.
Сейчас говорят о том, что современные молодые люди имеют «клиповое мышление», то есть мышление по типу интернета, с переходами в разные темы без сохранения логической цепочки повествования.
Интересно предположить: если потенциальный гений будет общаться на языке клипового мышления, то сможет ли он себя раскрыть и реализовать? Скорей всего, наиболее верным ответом на этот вопрос будет мысль о том, что гений – это врождённая способность мозга и при любых обстоятельствах он найдёт, как реализовать наиболее правильный язык для выражения его мыслей и его гениального творчества.
Философы-постмодернисты Р. Барт и М. Фуко в XX веке высказывают мысль о «смерти автора».40 Это философская концепция, которую актуально рассматривать в связи с тем, что язык обычно выражается в форме письменного фиксирования на бумаге или сейчас уже – на электронном носителе.
Смерть автора – это понимание автора как функции дискурса. Автор находится на пересечении дискурсов, дискурсивных практик. То есть он не выбирает язык, а выбирает уже готовую, известную дискурсивную практику.
Важно ответить на вопрос: является ли гениальное творчество достоянием гения и отражением его идентичности. Наиболее адекватным представляется ответ на этот вопрос не постмодернистского характера, суть ответа состоит в том, что только благодаря наличию гения возможно гениальное произведение. Только гений делает открытие, а значит, раскрывает один единственный смысл чего-то – явления, вещи, события. И только гений либо борется за социальное признание его идей, либо не сопротивляется игнорированию средой его открытий. Поэтому классическая роль личности представляется более правильной точкой зрения на проблему соотношения текста и гения.
Можно сделать следующие промежуточные выводы:
1.Гениальность и язык находятся в тесном отношении, только с помощью языка может быть выражена гениальная мысль.
2.Несмотря на то, что язык понимается по-разному в разных философских школах, ему везде отводится особое место, как влияющего на творчество фактора, как онтологической предпосылки гениальности.
3.Эволюция языка продолжается, и, возможно, вместе с созданием новых языков появится новое гениальное творчество.
4.Язык отражает ментальность народов, а язык гения отражает его ментальность и особенность.
5.Язык реализуется в тексте, создаваемом конкретным гением.
Для того чтобы понять, что такое гениальность, необходимо проанализировать понятие «интуиция». Данное понятие в философии принято считать не полностью раскрытым. Описание интуитивных состояний дали классики интуитивизма – философы А. Бергсон и Н. Лосский.41 Для Н. Лосского существует три интуитивных состояния: интеллектуальное, чувственное и мистическое.
В учении А. Бергсона интуиция рассматривается как чувственная форма восприятия (чувственная интуиция). По Бергсону, понимать какие-то вещи, события, предугадывать результат и видеть смысл того или иного процесса можно за счёт чувств. Для Бергсона все это реализуется в понятии «длительности», жизненного порыва и непрерывности восприятия. На научном языке – это прогноз поведения системы или рассматриваемого объекта на основании опыта при наличии хороших условий для восприятия (то есть при наличии интереса). Данного объяснения достаточно для данных о чувственной интуиции.
У Н. Лосского рассматривается интуиция интеллектуальная, то есть понимание вещей и событий происходит за счёт ума, рассудочной деятельности и знаний. На языке науки – это прогнозирование, исходящее из предшествовавшего опыта знания отдельных частей или целиком того, с чем человек сталкивается. Это указывает, как нам кажется, на связь интуиции и мозга, потому что на примере гениев очевидно проявляется данный фактор. Одним из качеств мозга человека принято считать способность предугадывать и быстро выстраивать стратегию поведения.
Интуиция в философии не является до конца понятным феноменом по причине того, что она, скорей всего, не имеет чётких предметных границ, это переходный момент, качество восприятия и говорить о законченном процессе, имеющем границы и очертания невозможно, потому претензии к наделению интуиции строгой дефиницией должны отсутствовать.
Существуют и другие учения об интуиции, но они носят характер, близкий к двум указанным, и чаще являются описательным. Интересно в этой связи сказать об интуиции в рассмотрении А. С. Кармина42, который описывает интуитивные процессы с точки зрения материализма. Он обращает внимание на не заслуженное игнорирование материалистического подхода к интуиции в современной философии.
Его мысль состоит в том, что интуиция – это не какое-то мистическое и непонятное знание, а результат скрытых механизмов и процессов человеческого сознания, которые не понятны на современном этапе развития науки, но по отдельности могут изучаться.
Так, А. С. Кармин пишет, что существует диспозитивная, перцептивная, ассоциативная, логическая, практическая, профессиональная и творческая интуиция.
Важно сказать, что в интуитивном восприятии есть очень важная характеристика. Это «внимание».
Гениальность как форма интуитивного восприятия проявляется через внимание. Гений видит и замечает то, что другие люди видят, но не придают этому серьёзного значения и не испытывают к этому интереса.
Гений же очень сосредоточенно подходит к разным, казалось бы, «пустякам» и создаёт на основании этого открытия. Здесь самым классическим примером является яблоко, упавшее с дерева под которым сидел И. Ньютон, яблоко, давшее ему ассоциацию с силой притяжения, и подвигнувшее к созданию закона всемирного тяготения. Либо пример с Архимедом, когда он лёг в ванну, и вода из ванны частично выплеснулась, что навело его на мысль о законе выталкивания.
Важной представляется мысль А. Шопенгауэра в его работе «Мир как воля и представление», в которой он пишет, что гений, помимо ассоциаций и внимания, спонтанно возникающего для открытия каких-то вещей, законов и принципов, также сам ищет искусственно этих ассоциаций и того, на чём можно заострить внимание.43
Поэтому, пишет Шопенгауэр, гения характеризует способность к фантазии. Гениальность проявляется через воображение. Одной из форм прогностики в интуитивном восприятии также является воображение. Поэтому гений напрягает ум, усиленно мыслит, чтобы увидеть новое, раскрыть себя через любые возможные вещи, ему хочется открывать и создавать то, что не само даже придёт, а что можно усилием создать.
Гениальность как фантазия ярко проявляется у писателей, поэтов, художников и музыкантов, то есть у людей творческих профессий. Фантазия также проявляется у философов и людей, создающих проекты, альтернативные идеи.
Таким образом, интуиция выполняет многосторонние и разнообразные функции в мышлении гения.
В интуитивном восприятии ещё одну важную роль играет понятие озарения. Многие гении говорили, что текст, который они пишут, им как бы кто-то диктует. Большинство из гениев считало, что сам Бог помогает им и наделяет их талантом, а во время открытия производит в них озарение.
Даже такой борец с религией, как Вольтер, говорит, что верит в Бога, который создал мир, а потом от него устранился (деизм). Религиозность гениев проявляется в форме своеобразного интуитивного восприятия.
Рассмотрим более подробно этот подход. В его рамках нет конкретных авторов, которые бы писали только об интуиции гения, как озарении, но есть ряд работ, которые дают понимание гениальности через феномен озарения.
Г. Лейбниц в единственном опубликованном при жизни большом труде (помимо писем) – «Теодицея» говорит о том, что Бог всегда с человеком-творцом. Для Лейбница Бог везде сопутствует человеку в его делах. Даже будучи полиматом (универсальным гением) Лейбниц пишет в разных работах примерно об одном – все науки должны в итоге приводить к пониманию истины Бога.44
Также интересна идея греческих философов. По Платону, гений должен обладать неким «безумием», гений для него «философ», и в состоянии озарения он творит. Аристотель считает, что одарённость – это разница в интеллекте, и образованный человек отличается от необразованного, как человек от животного. По сути дела, мысли греческих философов запускают не только процесс понимания «озарения», но и различия, разного уровня в отношении с людьми. Умные становятся категорией избранных.
В современном языке «озарение» называют «инсайтом», то есть неким внутренним состоянием.45
Очень важным представляет разобрать пример «озарения» писателей. И. Гёте говорит о том, что видит «Фауста», что он постоянно где-то является ему. Подобная ситуация была у философа Соловьёва, когда он утверждает, что видит «Софию». Также писатель Эдгар По испытывал видения. И таких примеров можно приводить бесконечное множество. Стендалю, например, становилось плохо при виде красивых женщин и великолепных произведений искусства (отсюда в медицине «синдром Стендаля»).
Всё перечисленное говорит о том, что гений обязательно отличается ритуальным, религиозным и мистическим поведением, которое в большей или меньшей мере присутствует в нём.
Даже такие, казалось бы, не романтики и не поэты, как аналитические философы – Б. Рассел и Л. Витгенштейн переживали в разной степени ритуальность. Рассел примерно до пятнадцати лет верил в Бога и писал стихи. Потом, даже став атеистом, говорил, как с возрастом его чувства менялись и он становился другим человеком, более спокойным и уверенным (интервью английской газете1959 г. ВУДРО УАЙЭТТ «Что такое философия»). Если говорить о Витгенштейне, то на уговоры своих друзей о публикации его работы он ответил, что наложит на себя руки, если они это сделают. Витгенштейн также всю жизнь страдал депрессией и возможно болел шизофренией.
Интуиция проявляется по-разному. Есть ещё одна форма проявления интуиции – это прогнозирование и даже ассоциируемое с гениями пророческое состояние.
Проще всего данное состояние и данную форму интуиции описать на примере М. Нострадамуса. Он предсказал гибель короля и свою собственную смерть. Также многие гении были членами масонских лож и других тайных организаций. Многих обвиняли в мистике и алхимии, известно, что алхимией занимались Р. Бэкон и И. Ньютон.
Таким образом, можно сказать, что интуиция и интуитивное восприятие проявляется у гения в следующих формах:
– Внимание, интерес к тому, к чему обычные люди интереса не испытывают.
– Фантазия, то есть искусственное вызывание интереса.
– Умение прогнозировать.
– Не проверяемая точными методами способность спонтанно творить.
– «Озарения», которые характеризуют религиозность и мистичность гения.
– Всеобщее качество любого гения, близкое к понятию «интуиция» и «дар».
Социальные предпосылки гениальности
Существуют биологически врождённые предпосылки гениальности. Это большие поля и подполя головного мозга, большое количество нейронов и их отростков (серого и белого вещества).
Гениальность даётся человеку от природы. Для появления гения должно совпасть множество событий в его нейроморфологической истории. Должны сформироваться поля и подполя организма, которые позволят ему жить необычной гениальной жизнью. Гений – это врождённая способность. Но есть ряд особенностей, которые не позволяют нам говорить о том, что врождённых способностей для реализации гениальности достаточно.
Дело в том, что ещё важно, в какой части Земного шара и в какой семье родится гений, и какие условия для получения образования у него будут. Определённо на этот вопрос ответить нельзя. Есть работы, в которых говорится, что с одной стороны гений остаётся гением при любых условиях, просто реализует гениальность в примитивных формах. (С. Савельев, «Изменчивость и гениальность», 2015). Например, от природы он художник, но рисовать возможности не имеет, и тогда рисует на чём придётся, получаются обрывки образов на тетрадных листах. Естественно, на это внимания никто не обратит. И есть другая ситуация, когда гений получает образование, становится учёным или через профессию входит в сообщество людей по интересам и тогда может реализоваться.
Общество, с точки зрения социальной онтологии и социологии, – это объединение людей для организации их совместной деятельности в соответствии с интеллектуальными программами их настоящего времени. Такое определение даёт А. Дугин в работах «Социология русского общества» и «Социология воображения»46, с ним можно согласиться.
Это означает, что обязательно гений должен творить в соответствии с реакцией на мир большинства людей и с настоящим временем.
Здесь возникает еще одна мысль. Гений должен адаптироваться к обществу не гениев, «обычных людей» и творить для настоящего, в то же время, будучи человеком, который создаёт то, что опережает его время.
В такой ситуации гений должен либо имитировать деятельность, создавая «в стол», либо частично раскрывать то, что может быть воспринято. Известно, что И. Ньютон не публиковал своих работ, потому что считал, что их не поймут и они не будут для современников полезны. Таких примеров много. Например, Г. Лейбниц опубликовал при жизни только одну работу, или Л. Витгенштейн, который опубликовал тоже только одну работу. Обосновывали они это одинаково тем, что люди не готовы их понять. Даже В. Ленин не рекомендовал переводить его речи в текст, потому что считал, что смысл исказится.
Существует подход биолога Сергея Савельева, который помимо изучения биологической эволюции исследует социальную эволюцию и в своих книгах «Возникновение мозга человека»47, «Нищета мозга»48 и «Церебральный сортинг»49 обосновывает всё развитие homo sapiens sapiens от архантропов до гоминид, и до человека разумного через понятие «специализация». Он пишет, что специализация – это то, к чему стремится общество, поэтому специализированный вид вымирает, как это было с мамонтами, динозаврами и саблезубыми тиграми, а не специализированные виды становятся единицей эволюции при смене формы общежития. То есть с новыми идеями, образом жизни и типом коммуникации вымирают старые особи и приходят не специализированные новые. А гении как раз и являются авторами этих скачков и новых направлений жизни, формируя иное, более прогрессивное социальное бытие.
Сортинг происходит не по воле каких-то тайных обществ или специальных планов по уничтожению и расправе с людьми, он осуществляется самими людьми, даже часто не осознающими, что они это делают, это выглядит как природный процесс, само собой разумеющееся дело.
Поэтому социальная среда сопротивляется реализации гения, но он должен имитировать своё поведение под поведение «посредственности». Но не у всех это получается, и известны случаи, когда гении не могли адаптироваться к социуму и погибали, становились асоциальными, либо всю жизнь проводили в жестоких муках. Есть примеры ухода в политику, и гибели через политическую борьбу. Как, например, было с математиком Э. Галуа и писателем Э. Золя, которых убили по политическим мотивам как оппозиционеров власти.
Существует подход биологов, в разное время директоров Института мозга С. Медведева и Н. Бехтеревой к проблеме роли социальной сферы в жизни гения.50
По их мнению, гений – это человек, имеющий нарушенный аппарат мышления, который они называют «детектор ошибок». То есть гений поступает так, как не должен поступать обычный человек. Для него размыта граница между нормальным и ненормальным. И за счёт этого он делает открытия. Так, С. Медведев приводит пример с человеком, который может пойти в лес зимой за цветком, его могут назвать сумасшедшим, но, по случайному стечению обстоятельств, он может найти там цветок, и гений примерно также может открыть закон в природе, потому что для него нет понятия «правильно» и «не правильно».
Гениальность проявляется как нонконформизм, часто чудаковатое и даже асоциальное поведение. Хотя подчеркнём, что далеко не всегда гений асоциален, что существует очень много предрассудков относительно понимания деятельности гения и его поведения в обычной повседневной жизни.
По Н. Бехтеревой, он удивляет, он парадоксален. Это влечёт за собой его болезненность. Расплата за такую исключительность и необычность проявляется в виде психических заболеваний и игнорирования средой, что также провоцирует развитие психических заболеваний.
Гений становится своеобразным «мучеником» по причине резкого расхождения со средой.
Существует подход, представителем которого является психиатр и криминалист Ч. Ломброзо.51 Долгое время этот учёный занимался тем, что изучал мимикрию и особенности выражения лица преступников, и таким образом хотел выявить опасность определённых категорий людей для общества. Но его попытки не увенчались успехом и не имели научной ценности.
Нам интересна мысль Ч. Ломброзо в контексте социальной детерминации поведения гения. Ч. Ломброзо пишет о том, что гений определяется обществом как больной человек. Одновременно с этим появляются люди, которые имитируют гениальность, желая стать гениями по своей воле, и поэтому проявляют асоциальное поведение, что ещё больше увеличивает убеждённость в том, что гений не является нормальным человеком.
Гений делает всё необычно, нестандартно и поэтому вызывает удивление или подозрение в психической не адекватности. Но это происходит потому, что он открывает то, чего ещё не было, что не известно.
По мысли Ч. Ломброзо, существуют великие писатели, а также существуют имитаторы гениальности писателя, и существуют по-настоящему больные люди – графоманы, которые психически не адекватны и считают себя великими. Известно, что вплоть до середины XX века существовало в психиатрии понятие «бред величия», но с появлением очень хороших психотропных лекарств, данная форма заболевания и само понятие исчезли. Но начинающие психически заболевать люди на первых стадиях болезни могут испытывать бред величия. Часто он напоминает завышенную самооценку и снобизм гения.