Дело не в том, что мы были уже не раз в каньоне и в пещерах. И в колодце этом на Чуфуте я висел на решетке. Там крышка была из арматуры просто. Можно было сверху пролезть. И висеть над черной бездной. В ад. В артезианские глубины, из которых пещерные люди черпали воду во время осады. Психи, в общем.
То есть мы пошли не в пещеры. Леша, Юра. Михайлов еще. И не смотреть на красоты загадочных каньонов. Мы просто пошли, потому что весна, и нам уже было лет под двадцать. Елки-палки. А дети, как мы когда-то, остались в школе, в спортзале, на полу тусить, свои ночные песни петь. С учителями.
А мы через забор перелезли. Не потому, что выйти не могли дверью. Так просто. И вниз до Чуфута. А там направо в каньон. Мимо сумасшедшего дома. Где-то он там в деревьях всегда был. Это все помнили.
Никого не встретили. Ни девчонок, ни местных. А годы то какие были! 90е! Они самые. Поэтому не то чтобы реставрации, там вообще ничего не было. Ни замка, ни асфальта нормального. Как же хорошо, что в эти годы мы были в том возрасте, когда силы бьют через тебя ключом и выплескиваются наружу через все щели. И ты можешь спать на земле, висеть над бездной на арматуре, не спать неделю и не замечать, что кроме хлеба – требуется еще другая вкусная еда. Жизнь прекрасна и впереди. А от разбитого асфальта тянет теплом, и запах цветущей акации и миндаля кружат голову, и воздух наполнен весной.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.