– И что там у тебя? – экономически оживился Троян, гася бычок в заросшей пеплом банке.
– Да всё! Вот чё ни назови – точно есть, бывшая моя очень по этой теме стукнутая была. Слушай, может, ты возьмёшь? Жалко выбрасывать! А оставить не могу. Баба другую бабу за версту чует – никаким шалфеем не перешибёшь!
– Давай, чоуш, – с равнодушной готовностью отозвался Троян, без лишних слов закинул мешок на спину и, пожав Стасову ладонь, отправился спать.
Вернулся к себе и Стас. Леночка сладко спала, разметав по подушке пшеничные локоны с остатками завивки.
Осторожно ее обняв, скоро заснул и он сам. Сон его был лёгок и безмятежен, как у преступника, который надежно замёл следы.
Троян же радостно водрузил мешок на обеденный стол, предвкушая, как утром обрадует супругу неожиданным ночным уловом.
Мешок смотрелся великолепно. Троян не выдержал и заглянул внутрь. Там и правда было всё, что пожелаешь.
Снедаемый нетерпением, он даже подумал, не разбудить ли жену, но вспомнил, что декрет – не отпуск, что сон многодетной матери тревожен, краток и священен, а разбудив ее, можно внезапно и больно умереть, – так что не стал. Сполоснул в ванной зубы жгучей полоскалкой из таёжных трав и на цыпочках пробрался в спальню.
Жена спала тяжелым окопным солдатским сном.
Троян приткнулся с краю, прикрыл не без труда добытым уголком одеяла зону труселей и стал смотреть в чёрный потолок.
"Бабы, – думал он. – Вот, к примеру, Стасова баба. Ну не коза ли? Вот спит и не знает, что по собственной глупой ревности только что лишилась тонны специй. А ведь это целая коллекция! Тут дело даже не в деньгах… Тут дело в ассортименте. Другая баба собирала, травинка к травинке, пакетик к пакетику, сколько времени и труда на это убила, сколько старания!.. Сколько всего можно приготовить теперь, вернее, она, Ленка эта, могла бы готовить и не задумываться, а есть ли в хозяйстве, скажем, толчёная летучая мышь для какого-нибудь её бабьего зелья вроде борща, а надо ли докупить, к примеру, волокон Туринской плащаницы, а где взять, ну и так далее. Такое наследство тебе другая баба оставила, так нет же. Тебе подавай мужика без пробега! Чтоб и духу другой бабы не было.