Лиза начала с определения состояния, в котором находился Андрей. «Потянись так, а теперь этак», – говорила она ему, а когда не выходило, то вытягивала и подтягивала сама с усилием до возникновения существенной боли. И когда он уже не мог терпеть, массировала рвущуюся мышцу своими пальцами, и боль уходила.
Андрей делал успехи. Если после первых трех часов занятий он думал, что ноги и руки оторвутся, и Лиза сделает его инвалидом, то следующие два часа дали надежду на жизнь без кресла-каталки. Потом душ, немного попили воды и еще меньше поели, затем последовал экстрасенсорный массаж тела: шея, спина, поясница. Закончив с последней, Лиза охватила пальцами левый тазобедренный сустав и сжала так, как будто стремилась задушить его или раздавить. Она двигала руками вверх и вниз, вправо и влево, как бы расшатывая сустав.
– Больно, не могу терпеть, заору сейчас, – взмолился Андрей.
– Ори, – охотно согласилась Лиза. – Я должна восстановить подвижность сустава. Еще минута, и все. А сейчас мешки разгладим под глазами. И будешь ты опять скакать по дорожке, как зайчик, которому пришили его ножки.
– А как ты выключаешь боль?
– Я экстрасенс. Ладно, на сегодня все.
– Поползу к ванной. Посмотри, за мной кровавый след не тянется? Ноги на месте?
– Не все. Помочь?
– Если не трудно, – попросил пациент, отметив про себя наличие чувства юмора у Лизы.
Лиза помогла раздеться и лечь в ванну Андрею. От усталости и беспомощности он отбросил условности и плюхнулся в воду в чем мать родила. Лиза отвернулась.
– Прости, нет сил совсем. Умираю, – виновато взглянув на нее, простонал Андрей.
– Оживешь. А ты симпатичный.
– Без штанов?
– Кстати, мне тоже жарко в этих синтетических штуках, – сказала она и сняла тесные спортивные брюки.
Она осталась в трикотажных шортах, заменяющих ей нижнее белье, и детской футболке. Ноги у Лизы стали почти человеческими, но кое-где виднелись собачьи волосы. Ступни все еще оставались наполовину собачьими.
– Шокирует?
– Ерунда! Главное, без наколок!
Лиза прыснула от смеха. Посмотрела на себя в зеркало. Результат осмотра расстроил немного, но она пригладила коротенькие волосы, цвет которых она позаимствовала у женщин с картин Тициана, и, вздохнув, сказала:
– Все нормализуется, и хвост отпадет, все будет хорошо.
– Хвостик-вертихвостик жалко! – с театральным сожалением заметил Андрей. Лиза улыбнулась.
– А у меня зубы проклюнулись, – радостно доложила она. – Завтра после тренировки пересадка донорских зубов!
Андрей поморщился:
– Сразу захотелось есть. Видимо, надо запасать питательные вещества, завтра жевать будет нельзя. А может, у меня какой-то хитрый процесс начался?
– Не вибрировать, пациент! Все идет правильно, ужин будет плотным, а завтра перед сном сделаем зубы. И еще мне нужно знать точное количество наличных денег у тебя. До копейки, буквально до копейки. Будем трясти одежду, пылесосить квартиру и смотреть в пылесборнике мелкие монеты. Это принципиально важно для моего колдовства. Ладно, плавай, пока я буду готовить ужин.
Андрей смотрел на нее и думал: «Зачем ты сказала, что ниже пояса собака? А теперь треники сняла. Жарко? Интересно, когда же она трансформируется окончательно?».
Дальше его воображение стало рисовать ему картины из древнегреческого мифа о скульпторе Пигмалионе и прекрасной Галатее, которую он высек из мрамора, а потом влюбился без памяти в свое творение. Пигмалион обратился с мольбой к богине любви Афродите, чтобы та нашла ему столь же прекрасную женщину, как его скульптура, но богиня, не найдя такой, решила превратить мраморную статую в женщину. Когда Пигмалион вернулся из храма к себе в мастерскую, он увидел, что статуя Галатеи уже наполовину живая женщина, только ноги еще представляют собой белый холодный мрамор. Он сразу кинулся целовать свою возлюбленную, не дожидаясь окончания превращения.
«А у нас Пигмалионом является скорее Лиза, ведь именно она исправляет у меня то, что повредило время, создавая совершенного сегодняшнего меня из старого вчерашнего. Так может, и влюбится в меня потом, ведь все-таки я снял собачье заклятие поцелуем?» – думал Андрей.
Лиза позвала его ужинать. Андрей вылез из ванны сам: мышечные боли почти ушли. Накинув халат, он пришел на кухню. Они поужинали вкусно и плотно, и почти сразу их начал одолевать сон.
– Пациент, в кровать! А я на диване. Где взять белье – знаю. Все спим. Завтра тяжелый день, – скомандовала Лиза.
– Кстати, о белье. Тебе нужно будет купить все необходимое. Еду и одежду тоже.
Лиза не стала спорить и, укладывая спать Андрея, положила свою ладонь ему на лоб. Он провалился в сон как в бездонное ущелье среди высоких гор. Снилось ему, что он солдат спецназа в тренировочном лагере и совершает лютый марш-бросок по гористой местности. Потом виделось, что его посылают на олимпиаду по гимнастике, и он совершает невиданный трюк на брусьях. Потом жена попросила вынести мусорное ведро, и тут он в холодном поту проснулся.
Было уже утро, Лиза готовила завтрак, и запах с кухни шел многообещающий. Яичница с беконом и немного сыра сверху, затем выключить газ и накрыть крышкой сковородку, дать сыру расплавиться, разложить по тарелкам и чуть-чуть кетчупа добавить. И вот оно – простое мужское счастье – вкусный завтрак! Чашка кофе, сваренного в турке, по запаху – арабика средней обжарки, добавить сливок и одну ложечку сахара. «Откуда ей известно, что это мой любимый завтрак?» – думал, лежа в постели, Андрей.
«Надо вставать, умываться и садиться за стол», – продолжал он думать в той же позе.
– Вставайте, граф, вас ждут великие дела! – позвала его Лиза.
– Встаю, а откуда ты знаешь эту фразу? – искренне удивился Андрей.
– Ее все знают, она избитая. Так камердинер будил Сен-Симона для стимулирования стремления к подвигам, правда, по его собственному приказу.
– Я думал, я один знаю про это.
– В трусах садиться за стол неприлично, – назидательным тоном произнесла Лиза. – А твой любимый завтрак никуда не денется, надень шорты, пожалуйста.
– Я забыл поздороваться. Доброе утро, Лиза! – сказал, натягивая шорты, Андрей.
– Доброе! – с улыбкой отозвалась она. – Полагаю, с завтраком я угадала? Ведь то, что именно ты любишь на завтрак, поймет любой экстрасенс с первого взгляда.
Андрей удивился:
– А как?
– Кроме этих ингредиентов в холодильнике почти ничего нет. План на сегодня такой: поесть, умыться, одеться и пойти в магазин за едой и одеждой, ну и на мир посмотреть заодно. Потом лечебная гимнастика, душ и обед, час сна, и еще немного упражнений, душ, ужин и, наконец, вставляем тебе восемь зубов!
Андрей хмыкнул и почесал в затылке:
– Потом, наконец-то, финишная, настоящая тренировка, и на погост?
– Ирония неуместна! – командирским тоном обрубила его Лиза. – А у тебя есть инструмент в доме? Клещи? Плоскогубцы?
– Предвидел, товарищ генерал! Имеются круглогубцы! – вытянувшись в струнку, доложил Андрей.
– Что это? – с удивлением спросила Лиза.
– Это как плоскогубцы, но с вытянутыми узкими скруглыми захватами, – быстро пояснил он. – Более аккуратный инструмент.
– Пациент, покажете после завтрака.
Инструмент был одобрен, на захваты накрутили изоленту, чтобы не царапать зуб. Все это не переставало казаться игрой или сном, но Андрей увлекся этим сном и выполнял все команды Лизы, пытаясь всякий раз пошутить над всем этим действом, чтобы она не подумала, что он у нее на крючке.
Поход в магазин был глотком реальности. Все рутинно, обыкновенно и как всегда. Люди суетились, что-то покупали, в общем, жили той жизнью, к которой привыкли. Никто не обращал на Андрея с Лизой внимания, а ведь она волшебное существо как-никак. Правда, под пальто и шапкой ничего волшебного разглядеть было невозможно, вот и не разглядели.
Лиза оказалась хорошей хозяйкой, купила что нужно, а истратила немного. Она не гуляла по супермаркету для шопинга, а просто купила, что хотела и ушла, прихватив Андрея с собой. «Волшебная девушка, неземная, просто красавица», – думал Андрей, догоняя Лизу.
Упражнения были похожи на вчерашние, но все происходило интенсивнее. И шутка про погост пришлась бы к месту: Андрею уже слышались заупокойные звоны колоколов в ушах, или это сердце в груди раскачивалось как один большой колокол.
И вот опять Лиза охватила своими цепкими и невероятно сильными руками его больной тазобедренный сустав и начала качать, давить, тянуть и выворачивать его. Что-то внутри щелкало и звало на помощь, но Лиза, не давая Андрею закричать, в последний момент успевала надавить какие-то, только ей одной известные точки, и обезболить. Наконец, она сама устала и, тяжело дыша, отвалилась в сторону.
– Ну как? Ты сегодня молодец! Столько выдержал.
– Я не кричал, потому что думал все – конец мне, умер, – едва выдохнул Андрей.
– Еще не вечер, – многообещающе подмигнула она.
– Где тебя тренировали так тренировать? В аду? В гестапо? – попытался пошутить он, на что получил короткий и емкий ответ:
– Пошел в душ.
После водных процедур Андрей сидел на диване в халате и наслаждался покоем, а Лиза затеяла себе тазик с горячей водой и содой, чтобы отмачивать там свои ступни. Она страстно желала ускорить процесс перехода в человечье обличье, а с помощью соды шкура собачья, и вправду, лучше отходила. Оставался еще хвост и растительность на руках и ногах, но все это было делом времени.
Звук вставляемого в замочную скважину ключа и хруст двух оборотов личинки замка разорвал тишину в квартире. Дверь открылась, и в прихожей появилась Марина в сопровождении незнакомца.
– Добрый день! – сказала она, удивленно глядя на Лизу. – Я думала, что ты здесь убиваешься, а ты девушку привел.
– Здравствуй, Марина! – спокойно отозвался Андрей. – Знакомьтесь, это Лиза!
Марина нахмурилась.
– Хорошо, что не Снежана. А вы кто, позвольте уточнить? – обратилась она к Лизе. – Мне из чистого любопытства хотелось бы знать, кто временно проживает в моем доме?
– Лиза Смелова, – твердо, поборов первый испуг, ответила Лиза. – Мы работаем в одной организации с Андреем Сергеевичем.
Марина недоверчиво окинула ее взглядом.
– А почему на вас детские шорты и старая футболка моего сына? Ладно, давайте угадаю, вы тащили моего пьяного мужа с вашей вечеринки, но решили заняться сексом в подъезде, и, пока занимались им, у вас украли одежду. Да? Ну, обычное же дело – кража одежды после попойки. А сейчас вы отмачиваете ножки, чтобы сделать педикюрчик? Да?
– Выглядит все действительно глупо, – невозмутимо пожала плечами Лиза, – но вы почти угадали. Не беспокойтесь, у меня есть жилье, и я не собираюсь у вас жить. А Андрея я заберу к себе, но нам надо собраться, убрать за собой и переехать.
– Хороший ответ, вы мне начинаете нравиться, – высокомерно, но с примирительной ноткой, заявила Марина. – Мне стало спокойней за него, но учтите, он никогда не заработает вам на хорошую жизнь, маникюр и педикюр будете делать лично сами. И на все остальное, что так нужно женщине, он тоже не заработает. Ну ладно, я на минуту зашла, просто надо сказать… Андрей, мы разводимся! Подпиши заявление, и я сообщу, куда и когда приходить. Срочности в переезде нет, как я и говорила, у тебя еще неделя.
Безмолвный спутник Марины делал ей знаки, что, дескать, пора уходить, все сказано, нечего тут говорить и разглядывать. А ей хотелось внимательно рассмотреть и Лизу, и Андрея. Известно, что женское любопытство приводит некоторых к потере носа, но все равно любопытствуют!
– Ковалев, ты хорошо выглядишь, – не без смятения заметила она. – Помолодел, мешки под глазами исчезли, стройнее стал немного. Все она, твоя молоденькая пассия? Не отвечай. Я уверена, что это так.
– Ты тоже прекрасно выглядишь! – искренне ответил Андрей.
Марина в свои сорок девять лет действительно прекрасно смотрелась. У нее были выразительные темно-карие глаза, в которых притаилась тайна, а еще – классические черты лица, какие встречаются у королев и народных артисток.
Она была той ягодкой опять в сорок пять плюс, но с поправкой на, то что, – сохранять свою привлекательность, приходилось ценой все больших усилий. Марина всегда следила за собой. Она четко понимала, что нельзя просто так сохранить талию, для этого придется качать пресс. А чтобы попа не повисла как измученный туристом рюкзак, нужно приседать с гантелями. Знала и то, что съеденная вечером сладкая плюшка со сладким чайком должна непременно отрабатываться физической нагрузкой на следующий день. Конечно, не всегда получалось выполнять свои обеты, но желание нравиться себе самой было сильнее лени. Ей хотелось нравиться мужчинам, даже тем, кого она и знать не знала, или тем, кого бросала.
Вот и сейчас она пришла в полной боевой готовности: макияж не броский, но подчеркивающий ее достоинства и скрывающий недостатки. Плюс к этому она была элегантно одета. Судя по всему, ожидала увидеть несчастного мужа и насладиться победой в их давнем споре о том, что не в деньгах счастье. Но, увидев Лизу, несколько смутилась. Марина совершенно не могла представить Андрея с другой женщиной, а тут – вот тебе, Марина, на заметку, – а муж-то с молоденькой тридцатилетней дамочкой!
Безмолвный спутник Марины вышел на лестничную клетку и прикрыл дверь.
– Можно тебя на минутку? – позвала Марина своего бывшего в прихожую и шепотом продолжила: – Она ничего деваха, молодая, но больно тощая, плоская и ноги волосатые, но ты ей нравишься, и она из тебя человека сделает, хотя, возможно, и не сразу! Ну, все, пока. Жди звонка про развод.
– Извините, – послышался из комнаты голос Лизы. – Но вы так громко шептали про меня, что я должна пояснить кое-что. Я болела и, конечно, отощала, когда я поправлюсь, бюст будет уверенно второй номер. До вашего пятого мне далеко, да и нет желания. Ноги волосатые – это побочный эффект от гормонального препарата, которым я лечилась, скоро пройдет, и кожа будет как у младенца. То, что молодая, тоже пройдет, но не сразу, а вот…
– Спасибо, что запнулись и не стали намекать про мой возраст при мужчинах, – улыбнувшись, прервала ее Марина. – Вы молодец! Живите неделю здесь и не торопитесь. А бюст у меня уверенно четвертый номер, не льстите мне. А вы, и вправду, вызываете доверие, думаю, вам можно отдать Андрея на перевоспитание. До свидания, – заглянув напоследок в комнату, вдруг там еще кто-нибудь, добавила она.
Лиза проводила глазами Марину до самой двери. Она почувствовала симпатию к этой даме и начинала понимать, почему Андрей от нее без ума. Когда он закрыл входную дверь и, красноречиво вздохнув, вернулся в комнату, Лиза продолжала стоять в тазике с водой и еле сдерживала себя: ревность испепеляла ее изнутри.
Они еще немного помолчали, причем Андрей – с красным от волнения лицом и глядя в пол. Конечно, Марина к нему не вернется никогда и не простит ему Лизы, с которой так ничего и не было. А вот он бы Марину простил и побежал бы, если поманила, но этого наверняка никогда не случится.
– Хватит стоять по стойке «смирно», у нас по плану зубы, – процедила, чуть приоткрыв рот, Лиза.
– Да, зубы. Я готов. Что делать? Куда сесть? – вышел из оцепенения Андрей.
– В ванную комнату чистить зубы, бюгель вынуть и выкинуть. Наркоза нет, а водка есть?
– Водка подойдет лучше всего, и будет все в одном флаконе: и наркоз, и дезинфекция. Но мы, же отказались от алкоголизма в быту!
Лиза строго посмотрела на Андрея и начала готовить все необходимое. Он покорно пошел чистить зубы, потом эту же процедуру проделала она. Пациент сидел в кресле и ждал чуда, не веря до конца в возможность планируемого действа, но надеясь на него. Доктор Смелова появилась в проеме двери, освещенная всеми лампами ванной комнаты, с глазами полными удивления и восторга, в левой руке она держала собачий хвост.
– Отсох, мать его, и отпал! – сказала громким шепотом Лиза.
В горах случился бы камнепад от хохота Андрея, будь он там. Пытаясь глотнуть больше воздуха, он откинулся в кресле, которое, не выдержав нагрузки, с треском обратилось в хлам, что еще больше усилило эффект, и теперь уже Лиза хохотала, держась за дверной косяк и размахивая хвостом, символизируя этим прощание с собачьей жизнью.
Отдышавшись, они уселись для операции: Андрей – на оставшееся второе кресло, а Лиза – на табурет напротив него. Пациент открыл рот, а доктор сделала восемь маленьких надрезов на десне. После она встала и, подойдя к зеркалу, стала выдергивать свои зубы.
Андрей только чуть дергал головой, когда ему делали надрезы, и вообще легко все перенес. А когда наблюдал за Лизой, вырывающей себе зубы, он умирал от жути все восемь раз. Она сложила все зубы на блюдце и подошла к пациенту. Потом взяла и своей рукой просто вставила все восемь аккуратно на новое место во рту Андрея.
– Все?
– Да!
– Класс! За это нужно выпить! – облегченно выдохнул Андрей.
– По маленькой рюмочке и все, – любезно разрешила доктор Смелова.
Доктор с пациентом чокнулись и выпили. Андрей сидел на кровати, Лиза взяла у него рюмку, положила ладонь ему на лоб и пожелала спокойной ночи. Он уснул почти мгновенно.
Девушка поправила постель и легла рядом с ним, но укрывшись своим одеялом. Она не решилась, как бы невзначай, показаться ему в недавно купленном белье, особенно после встречи с Мариной.
Лиза долго не могла уснуть, её одолевали тревожные мысли. Вот сейчас Андрей станет привлекательней, потом разбогатеет, и эта Марина вернется к нему. А Андрей, конечно, все простит и примет ее, плюнет на все свои три желания и проекты, или загадает четвертое запасное про Марину, а Лиза окажется не у дел и под следующий новый год превратится в собаку. «Его нужно удержать около себя во что бы то ни стало», – так решила Лиза и только после этого спокойно уснула.
Лиза встала раньше Андрея. Она торопливо собрала свое одеяло и подушку, перекинула на диван и расправила простыню на кровати. По ее мнению, Андрей не должен был узнать, что она спала рядом и разглядывала его спящего.
Правда, она не только разглядывала, но еще и принюхивалась, ей было приятно и то, и другое. Андрей был несколько выше среднего роста, с развитой мускулатурой, не атлет, но вполне спортивного вида. Лицо типично славянское, на Руси таких лиц множество, но в Андрее она находила некую индивидуальность. Скорее, ей нравился весь его облик целиком.
Лиза думала о том, что когда у Андрея будет «голливудская улыбка», он будет почти неотразим. Ее воображение будоражил даже запах его пота. Она представляла, как Андрей на лугу косит траву, а она такая, с лентой в волосах, подносит ему холодного квасу в кувшине. Андрей отпивает изрядно, а потом вытирает рот рукавом рубахи и целует ее долго и крепко.
Словом, он ощущался Лизой как прекрасный представитель противоположного пола. Влюбленность это или нет, она пока ответить не могла, а может, не хотела сознаваться себе. Впереди был год для окончательного перехода от собаки к человеку, и времени для выполнения всех обязательных условий достаточно. Но что такое время, когда речь идет о любви? Может хватить и секунды, а может не хватить вечности. Вот если бы это чувство возникло, то ознаменовало бы полное завершение собачьей жизни и начало новой. Примерно так думала влюбчивая Лиза, глядя на Андрея.
– Просыпайтесь, мой друг, просыпайтесь, – будила Андрея Лиза.
– А я уже не сплю, я выспался, я бодр и весел. И я бы поел.
– Только стакан кефира. Зубы нельзя нагружать. Пациент, садитесь для осмотра свежепосаженных клыков.
Он безропотно сел на кровати и открыл рот. Лиза попросила пересесть ближе к свету, взяла его голову в свои руки и начала осмотр. Подвигав голову влево и вправо, вверх и вниз, внимательно обследовала все, очень нежно попробовала пошевелить пальцем один зуб. Результат ее удовлетворил.
– Даже лучше, чем я надеялась, – гордо подытожила она.
– Может, можно хоть бутерброд с маслом? —с надеждой глядя на нее, взмолился Андрей.
– Можно два стакана кефира, – немного подумав, щедро разрешила Лиза. – Не нужно нарушать бутербродом хрупкое равновесие.
– Мужиков нельзя морить голодом, – не унимался Андрей. – Они становятся агрессивны и могут начать кусаться.
Лиза кокетливо нахмурила брови:
– Ты обещал слушаться и не бастовать.
– А когда можно будет? – со вздохом смирился Андрей.
– Сегодня вечером – кашка или творожок. Завтра – пир горой с котлетами на пару. А после завтрака идем покупать счастливый билет. Нам нужно сосчитать все деньги в доме до копейки, сделать уборку в квартире, отодвинуть всю мебель и вывернуть карманы всей одежды, все собрать и ничего не пропустить. Это важно. Необходимо истратить все деньги без остатка на столько билетов, сколько будет на кассе, а остаток положить в банку для пожертвований на детский дом или на храм. Завтра обжираловка, потом вставляю тебе еще десять зубов. Потом переезжаем ко мне, деньги у меня какие-то остались. До получения лотерейных денег должно хватить.
– Ведите, генерал, я следую за вами!
Полдня пришлось потратить на уборку квартиры и сбор денег. Действительно, обнаружилась не только мелочь за диваном и шкафом, но и бумажки, забытые в карманах. Андрей достал заначку: тяжело было решиться, но он преодолел себя. Все деньги сосчитали и сложили в файл для документов. Все это положили во внутренний карман и застегнули на молнию. Оделись и вышли на улицу. Там свежий воздух наполнил легкие и придал сил для великих свершений.
Они наматывали круги по окрестностям и заходили во все места, где продавались билеты нужной им лотереи. Но Лиза везде отрицательно мотала головой, и это означало, что все это не то. Она так увлеклась, что забыла про обед и ужин. Мужчины никогда не забывают про еду, но одни скулят, а другие терпят ее отсутствие. Андрей стоически переносил тяготы и лишения на пути к заветной цели. На улице уже стемнело, а поиски все продолжались.
Наконец, Лиза остановилась у крупной березы и уткнулась в нее лбом, при этом охватив рукой ствол, что-то прошептала, закрыв глаза.
– Может, пойдем домой, завтра продолжим? – осторожно предложил Андрей. Но Лиза только отмахнулась, дав ему знак помолчать.
– Там надпись «Мы открылись», пойдем, проверим, – оторвавшись от березы, проговорила она.
– Супермаркет «Доброй надежды», – догадался Андрей. – Идем!
– Посмотрим, и все, сразу домой… – неуверенно пробормотала Лиза, но спустя минуту уже буквально бежала к магазину. – Идем, идем быстрее, здесь!
Андрей не скрывал своего удивления:
– Что? И вправду почувствовала? Учитель сказал?
– Встаем на кассу №1, – не обращая внимания на его вопросы, тараторила Лиза. – Там 52 билета новогодней лотереи, джекпот пятьсот миллионов, доставай деньги!
– Уже.
– Нам 52 билета новогодней лотереи, пожалуйста, – обратилась к кассирше Лиза.
– Осталось только 50 штук, – посчитав билеты, сказала кассирша.
Андрей увидел, что с рассерженной Лизой шутки плохи.
– Лидия Николаевна, не чудите! – уверенно и строго заявила она. – Билетов ровно 52, вы отложили себе два, но не внесли деньги в кассу. Мне нужны или все, или ни одного. Я наколдую себе выигрыш только при пятидесяти двух билетах. И вам наворожу на стиральную машину вашей мечты, если не будете упрямиться. Не тяните, я выберу для вас два билета на другой кассе, и все будут довольны.
Лидия Николаевна не просто удивилась, а почти потеряла дар речи. Она еле выговорила извинение и отдала спрятанные билеты, пробила все через кассу и оформила, как полагается. Андрей расплатился, а остатки денег разложил на две банки с надписями «на храм» и «на детский дом». Кассирша закрыла кассу и под недовольные возгласы покупателей пошла за Лизой. Пройдя мимо четвертой кассы, Лиза развернулась и указала на два билета, прикрепленных к рекламному плакату. Лидия Николаевна поблагодарила ее.
Андрей и Лиза вернулись домой молча. Андрей выложил на стол все эти билеты и спросил:
– А ты, правда, думаешь, что джекпот здесь?
– Я надеюсь. Если его нет, то быть мне собакой. Ладно, давай поедим.
Они уничтожили весь творожок и весь кефир. Результат всего дня был на столе, проверить ничего невозможно, до розыгрыша оставался еще день, нужно делать то, что делали – жить.
– Я немного растянусь, а то шпагат не дается никак. Мне стало как-то скучно без этого кошмара, – попытался шутить Андрей, подбадривая Лизу.
– А я в ванную. Поваляюсь в теплой водичке. Надо прийти в себя. Я возьму твой халат?
Андрей утвердительно кивнул. Он переоделся, взял коврик, который использовался для гимнастических упражнений, и сел на него, раскинув ноги на максимально возможное расстояние. Он мог уже весьма свободно наклоняться вперед к ступням ног, а прихрамывать перестал еще раньше.
Серии по пятнадцать наклонов к левой и правой ноге давались довольно легко, потом он переходил на лотос и сидел в позе Будды минуты полторы. Дальше шли продольные шпагаты, ну, скорее, попытка их осуществить, всякий раз заканчивающаяся фиаско. Затем Андрей отдыхал, и снова приступал к серии наклонов к ступням.
Сейчас он решил покачать пресс. Усевшись напротив полированного платяного шкафа спиной к ванной, чтобы было можно засунуть ноги под него, стал откидываться назад и подниматься вперед. Раз двадцать получилось, но нужно было отдохнуть, выступил пот.
Андрей снял футболку, обтерся ею и кинул в сторону корзины с грязным бельем. Хотелось продолжить упражнения на пресс и понаблюдать за появлением кубиков на животе. В этот момент дверь в ванную отворилась, и Лиза появилась в проеме двери.
Андрей увидел, как на поверхности полированного шкафа перед ним отразился ее силуэт. Она подошла к Андрею сзади, сняла халат и села, обхватив его руками со спины, прижалась всем телом, еще чуть влажным после ванной.
Лиза выпрямила ноги, и Андрей увидел, что это уже не полусобачьи конечности, а очень даже прелестные женские ножки. Она положила поверх ног Андрея свои и начала поворачивать их, сгибая и разгибая, показывая тем самым, что теперь уже нет никаких изъянов, а есть чудные ножки с нежными, прямо-таки детскими пяточками. Андрей чувствовал, как ему в спину упирается упругая грудь Лизы, трепетал от ее легких поцелуев на своих плечах.
Он поднялся и развернулся к ней, протянул руку. Лиза, кокетливо улыбаясь, вложила в его ладонь свою, и Андрей помог ей встать. Потом он подхватил ее на руки и отнес на кровать.
После того как случилось все то, что и должно быть в такой ситуации, они лежали в обнимку молча еще некоторое время.
– Лиза, а может ты и есть мой джекпот? – наконец выговорил Андрей.
– Нет, джекпот тянет на пятьсот лимонов, а я не больше сотни стою, – она устало потянулась.
– Нет больше, – подмигнул Андрей, – гораздо больше, лимонов сто пять, скажем.
Лиза легонько шлепнула его по животу.
– Я очень рад, что ты избавилась от всех этих собачьих атрибутов, – с восхищением глядя на нее, сообщил он.
– Еще не все. Ко мне пока не вернулись так называемые критические дни, тогда переход будет закончен. А у тебя самая начальная стадия простатита. Нужны будут лечебно-профилактические процедуры.
– Если лечение такое, клянусь не отлынивать, – засмеялся Андрей. – А курс достаточно длинный до полного выздоровления?
– Если каждый день упражняться, то через месяц можно рассчитывать на некоторое улучшение здоровья пациента.
– Нет, мы не можем оставить пациента через месяц, мы должны вернуть обществу здорового человека. Нельзя останавливаться на полпути. Пускай потребуются долгие годы этих процедур, пускай будет потрачено много сил в борьбе за здоровье, я готов на все.
– Приходите свататься, я не буду прятаться, – прошептала Лиза и пристроилась на груди Андрея, засыпая.
Он гладил ее по шелковистой коже спины, вдыхая аромат этой кожи и легкой испарины от нее, он наслаждался, но напряжение внутри не растворялось в этом сне наяву. Было тревожно от этих перемен. Дурманящие мозг перспективы казались туманными и ненадежными. Что делать дальше, было не понятно, но ясно только одно – все будет так, как будет.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.