«И привели Его на место Голгофу, что значит: Лобное место. И давали Ему пить вино со смирною; но Он не принял» (Мк. 15: 22–23).
Ни Матфей, ни Лука, ни Марк не присутствовали при распятии Иисуса. Трое синоптиков сообщают подробности, полученные позже от непосредственных свидетелей. При казни из евангелистов присутствовал, как мы знаем, только Иоанн.
Вспомним порядок событий: сильный стресс в Гефсиманском саду, далее арест, кандалы, допрос у Анны, а потом у Каиафы, процесс перед Синедрионом, приговор, бичевание, перед Пилатом, отсылка к Ироду Антипе. Затем обратно к Пилату (около 4 км), бичевание, возложение на плечи патибулума весом около 50 кг и дальнейший путь протяженностью 400–500 м, который Иисус, как легко понять, был не в состоянии преодолеть. Все это время Он был лишен пищи и воды.
При каждом падении раны и ссадины, которые покрывали все тело Иисуса, соприкасались с землей и грязью. Ограничиваясь лишь сухой евангельской историей, не трудно понять, что Он прибыл на Голгофу измученный и умирающий.
Сразу по прибытии на место осужденных раздели. Само распятие было простой операцией, не требующей много времени. На месте казни осужденного клали на землю, с руками, распахнутыми вдоль патибулума. В балке просверливали два отверстия для гвоздей, чтобы легче было прибивать. Руки по очереди прибивали к балке длинными, крепкими гвоздями в запястье. Затем, поддерживая за два конца, патибулум поднимали вместе с человеком, подносили к столбу и воздевали на высоту вертикального столба, где закрепляли в специальной выемке. После чего палач сгибал своей жертве колени и прибивал ему ступни одним или двумя гвоздями прямо к столбу49. По словам автора исследования «Смертная казнь. История и виды высшей меры наказания от начала времен до наших дней» Мартена Монестье, способов прибивания ступней было несколько, «но в любом случае никакой опоры для ног, столь часто изображаемой на иконах, не было и в помине».
Как мы уже говорили выше, в соответствии с римской традицией на кресте или на шее осужденного должен был помещаться titulus. Согласно Евангелию от Матфея, титулус разместили на кресте «над головою» Иисуса (Мф. 27:37). Это означает, что крест был четырехконечный, то есть основной вертикальный столб имел продолжение вверху, над поперечным брусом. Однако в произведениях античных писателей (Тертуллиана, Оригена и др.) и в некоторых артефактах (монетах, монограммах, древнехристианских изображениях) есть указания и на трехконечный Крест Христов. Но в христианской традиции и иконографии победило изображение четырехконечного креста. Видимо, для этого были основания.
Совершив свое дело, воины приступили к дележу одежды. Таков был римский обычай, существование которого подтверждают исторические источники. По закону все, во что осужденный на смерть был одет в момент казни, можно было взять в качестве трофея.
Воины взяли одежды Иисуса и разделили между собой.
Евангелие говорит нам о существовании верхней одежды, которая, вероятно, состояла из четырехугольного куска бумажной материи. Именно о такой одежде говорится в Евангелии от Матфея (Мф. 21: 8): «Множество же народа постилали свои одежды по дороге». И эту одежду легко было разделить между воинами. Хитон же был не сшитый, а весь тканый сверху. Такие хитоны изготавливались в Древней Галилее.
«После того Иисус, зная, что уже все совершилось, да сбудется Писание, говорит: жажду» (Ин. 19: 28). Евангелисты Матфей, Марк и Иоанн сообщают, что воины дали Иисусу уксус: «Тут стоял сосуд, полный уксуса. Воины, напоив уксусом губку и наложив на иссоп, поднесли к устам Его» (Ин. 19: 29).
Поданный Иисусу уксус – это posca – сельский напиток, который широко использовался римскими солдатами для утоления жажды50. По словам Лупана и Ноэля, «posca и сосуд не отличаются от того, что еще в начале прошлого века видели у итальянских жнецов; „губка“ служила просто, чтобы закрывать посуду».
Такая практика – поить распятого на кресте – противоречила нормам римского права. Но римляне снова пошли навстречу местным обычаям, что подтверждает Иосиф Флавий.
«В шестом же часу настала тьма по всей земле и продолжалась до часа девятого. В девятом часу возопил Иисус громким голосом: Элои, Элои, лама савахфани? – что значит: Боже Мой! Боже Мой! Для чего Ты Меня оставил? Некоторые из стоявших тут, услышав, говорили: вот, Илию зовет. А один побежал, наполнил губку уксусом и, наложив на трость, давал Ему пить, говоря: постойте, посмотрим, придет ли Илия снять Его. Иисус же, возгласив громко, испустил дух. И завеса в храме раздралась надвое, сверху донизу» (Мк. 15: 33–38).
Так выглядела, согласно Евангелию, смерть Назарянина. Смерть, вызванная целым рядом факторов. Как пишет судебно-медицинский эксперт профессор Пьерлуиджи Баима Боллоне: «На усталость, боль, шок и обезвоживание наложилась механическая асфиксия, связанная с распятием, наконец, критическая местная ишемия сердца, вероятно, у человека в течение длительного времени страдающего, лишенного жидкости, находящегося в ситуации, которую в медицине называют inspissatio sanguinis, то есть связанное с дефицитом кислорода кровоизлияние. Этот тип очень острой ишемии сердца может вызвать очень сильную боль, крик и смерть, как описано в Евангелиях»51.
Что происходит сразу после смерти Иисуса, которая произошла примерно в три часа дня в пятницу 3 апреля (13 нисана) 33 года? По предварительной договоренности Каиафы с Пилатом, чтобы тела не оставались на кресте в субботу – ибо тот субботний день был великим праздником, – воины перебили голени двум распятым с Иисусом разбойникам52. Но когда они подошли к Иисусу и увидели, что Он уже умер, не сломали Ему голеней, но один из воинов копьем пронзил Ему ребра, и «тотчас истекла кровь и вода» (Ин. 19: 31–34).
Рану эту нанес римский воин примерно через три четверти часа после смерти Иисуса Христа. Он ударил Иисуса копьем типа лонхе (lonche) по правилам римского фехтования, то есть снизу, чуть сзади и слева – вверх, вперед и вправо. Размер нанесенной копьем раны 4,5 см на 1,5 (1,3) см и 7 см в глубину. Ориген в комментарии к «Евангелию от Матфея» говорит, что такой удар был в обычае у римлян и носил специальное название: percussio sub alas, что значит буквально «удар под крыло».
Об этом ударе копьем, о крови и воде много написано. Однако, несмотря на несомненную достоверность описания как с исторической, так и с медицинской точки зрения, оно является предметом споров.
Кровь от этого удара, которая оставила видимый след на Плащанице, исходит от умершего мужчины. Копье попало между пятым и шестым ребрами, что привело к немедленному оттоку крови и сыворотки. Однако это было не просто вытекание, а струя, что, как пишет Андреа Торнелли, по мнению медицинских экспертов, довольно удивительно для тела мертвого человека.
Как показывают медицинские исследования, столь обильный отток крови и сыворотки из тела умершего возможен только в том случае, если смерть наступила в результате разрыва сердца, инфаркта, то есть в результате накопления в перикарде большого количества крови. Гемоперикардия происходит, когда стенка сердца прорывается: все происходит за несколько секунд, вызывая немедленную смерть, которой предшествует очень острая боль.
Все это свидетельствует о том, что сердце Иисуса не выдержало, и Его смерть произошла от сердечного приступа.
По преданию, при Кресте находились кроме римских воинов только Мать и Иоанн. Поодаль за казнью наблюдала небольшая группа жителей Иерусалима. Скорее всего, никого из первосвященников и фарисеев при распятии не было. Все были заняты подготовкой к празднику. Но, возможно, у Креста были представители римской власти и Синедриона. Зачем – скажем чуть ниже.
Римское право предполагало передачу тел казненных их семьям, если они об этом просили. Однако в случае антиримских выступлений и общественных беспорядков наместники отказывали казненным в погребении. Так римский наместник в Александрии и Египте Флакк, по словам Филона Александрийского, в 38 году отказал в погребении нескольким тысячам евреев Александрии. В правление Тиберия отказ в погребении распятого преступника был нормальной практикой, особенно в тех случаях, когда с просьбой о захоронении выступали не члены семьи.
Итак, в Римской империи лишение осужденного погребения – обычная практика дополнительного наказания. Но мы, однако, в Иерусалиме. Религиозные запреты, не позволяющие евреям входить на территорию претории в канун субботы и Пасхи53, снова дают знать о себе – в частности, в стремлении снять тела заключенных до наступления субботы и добиться их погребения. По словам Иоанна (19:
31), первосвященники получили от Пилата разрешение на снятие и погребение тел до наступления вечера, который был началом празднования Пасхи и субботы.
Тут важно сказать, что наше знание о еврейских погребальных традициях римской эпохи в последнее десятилетие обогатилось новой информацией.
Типичной практикой евреев, населявших Палестину в то время, было погребение осужденных на смерть в специальной коллективной могиле. Только спустя год семья осужденного могла получить его останки. А для их идентификации служил прикрепленный специальным клеем к телу казненного официальный документ о смерти – папирус с указанием имени и причины смерти.
Как можно предположить, так поступили бы и в случае самого известного в истории «преступника».
Путем компьютерного моделирования, проведенного французскими оптиками А. Марион и A.-Л. Кураж54 в Институте оптики в Орсэ (Optique Institut d’Orsay) в Париже, на Плащанице был обнаружен ряд букв, некоторые из которых позволяли сложить слова Jesou Nazarenos. Ватиканский палеограф55 Барбара Фрале обратила внимание на тот факт, что средневековые христиане не говорили о Христе как о «Назорее». Тем самым, по ее мнению, подтверждалось предположение, что на Плащанице отпечатался текст подлинного документа о смерти.
Это открытие позволило мне сделать вывод, что наряду с воинами невдалеке за казнью наблюдал член Синедриона, который должен был официально подтвердить смерть осужденных. По всей вероятности, этот документ (папирус) был заранее подготовлен в канцелярии Синедриона или в претории. Его содержание отпечаталось на Плащанице.
Барбара Фрале попыталась реконструировать древний текст, исходя из обнаруженных Марион и Кураж на Плащанице букв и фрагментов текста на греческом, иврите и латыни. По ее словам, хотя «не все буквы сохранились, об Иисусе можно прочитать как (I)esou(s) Nnazarennos»56, а от имени правящего тогда императора осталось только iber – достаточно, однако, чтобы определить его как Тиберия.
Благодаря компьютерному анализу были открыты следующие надписи:
INNECEM (od łac. «in necem ibis» – «на смерть»),
NNAZAPE(N)NUS (Назорей),
IHSOY (Jezus),
IC (Iesus Chrestus), буквы IBE(R?) были прочитаны как «Тиберий»,
PEZO – «свидетельствую»,
(O)PSEKIA(THO) – «снятый ранним вечером».
Ватиканская исследовательница предполагает, что надпись звучала в оригинале следующим образом: «В 16-й год правления императора Тиберия Иисус Назорей, снятый ранним вечером, после исполнения смертного приговора, к которому его приговорил римский судья, потому что виновным признали его иудейские власти, настоящим полагается для захоронения и позволяется отдать его (останки) семье только после истечения полного года. Подпись…» 57
Буквы на Плащанице. Они были обнаружены оптиками Андре Марионом и Анной-Лаурой Кураж и расшифрованы палеографом Барбарой Фрале (см. п. 53 и 54 из списка литературы на с. 324)
1. (I)HSOY(S) – Иисус
2. NNAZAPE(N)NUS – Назорей
3. (O)PSEKIA(THO) – снятый ранним вечером
4. INNECE(M) – от лат. in necem ibis – на смерть
5. PEZO – свидетельствую
Подпись должностного лица не сохранилась. Язык, которым написан документ, по мнению Фрале, соответствует тому, которым пользовались в Палестине в начале нашей эры.
Вокруг этого открытия доктора Барбары Фрале развернулись ожесточенные дебаты. Из среды синдонологов раздалась самая суровая критика. «Нет никаких доказательств, что эти буквы существуют», – сказал в интервью ежедневной католической газете Avvenire профессор Бруно Барберис, директор Международного центра изучения Плащаницы в Турине.
Выскажу предположение, что официальным представителем Синедриона, который зафиксировал смерть и погребение Иисуса, был Иосиф по прозвищу hа-Ramati: «из Ramataim» (топоним, который греческие Евангелия переводят как «Аримафейский»). Этот человек был родом из местности, где греческое название через различные связи относится к существующей в настоящее время деревне Rantis (библейское Ramataim) в тридцати километрах к северо-востоку от Иерусалима.
Как мы знаем из Евангелия, Иосиф был «тайным учеником» Иисуса. Он был, несомненно, человеком мудрым и, разумеется, не хотел иметь проблем с противниками Иисуса в Синедрионе. Бросается в глаза большое количество трудностей, которые ему пришлось бы преодолеть, чтобы достойно похоронить Учителя. Согласно евангелистам, он, рискуя своей репутацией и социальным статусом, присутствует (!) при казни, хотя должен был готовиться дома к Пасхе или быть в Храме и приносить пасхальную жертву. Он, рискуя оскверниться, идет к Пилату просить разрешения на снятие тела осужденного государственного преступника с креста и его погребение.
Благодаря открытиям и выдвинутой Б. Фрале гипотезе можно по-иному взглянуть на роль Иосифа Аримафейского. Повторимся, именно он мог быть представителем Синедриона при казни, в обязанности которого входило засвидетельствование смерти казненных преступников. Это избавляло его от необходимости идти к Пилату в преторию. Все говорит о том, что процедура снятия с креста и погребения была заранее согласована Каиафой с префектом, и тот, видимо, дал согласие при условии, что его информируют о наступившей смерти осужденных. Что и было сделано и зафиксировано евангелистами (Мф. 27: 57–59; Лк. 23: 52–53; Ин. 19: 38–39).
«Пилат удивился, что Он уже умер, и, призвав сотника, спросил его, давно ли умер? И, узнав от сотника, отдал тело Иосифу» (Мк. 15: 44–45).
Преступников хоронили на западе от города, чтобы «не осквернили святой земли Израиля» (см. Втор. 21: 22–23), и, как мы уже упоминали, в общей могиле, вдали от могил отцов. Так, видимо, похоронили двух разбойников, распятых вместе с Иисусом58. Именно этого член Синедриона Иосиф хотел избежать в случае Иисуса. Он обладал собственными участками в зоне «садов», на северо-западных валах города, то есть недалеко от Голгофы и некрополя, где «положил его в новом своем гробе, который высек он в скале» (Мф. 27: 60). Именно этот гроб Иосиф и предоставил для погребения Иисуса.
Историчность Иосифа и сыгранная им роль в дальнейших событиях неоспоримы.
Евреи знали два типа погребения. Первый касался умерших естественным путем, другой – погибших насильственной смертью.
В последние десятилетия XX века на территории Израиля археологами было найдено и описано множество древних захоронений. В 1979 году исследователь Рейчел Хачлили описывает обнаруженную в результате раскопок гробницу вроде той, в которую положили тело Иисуса. Гробница (пещера) была вырублена вручную в известняковой породе. Дно квадратное, каждая сторона квадрата около 2,5 м. Обычно в полу вырывали яму, где вставали родственники, провожавшие покойного в последний путь. По краям пещеры делали выступы, куда временно клали усопших, обернув их саванами (плащаницами). Высота такой гробницы от поверхности выступов до потолка была всего около 1,2 м, однако в том месте, где была вырыта яма, высота достигала 1,8 м, что позволяло родственникам стоять внутри не сгибаясь. Кроме того, в трех стенах гробницы делались полукруглые углубления чуть длиннее 180 см, такие, чтобы там можно было положить тело умершего, гроб или погребальную урну.
Вход в гробницу заваливали круглым камнем, который частично был закатан внутрь. Затем гробницу запечатывали, то есть промазывали раствором с мелкими камнями щель между камнем, преграждавшим вход, и скалой.
Погребение распятого начиналось снятием с креста. Евангелисты Марк и Лука утверждают, что человеком, который снял тело Иисуса с креста, был Иосиф. Сделал ли он это своими руками?
По всей вероятности, нет – ни Иосиф, ни кто-либо из близких Иисусу людей не принимали физического участия в снятии с креста и укладывании Его тела в гробницу – потому что, согласно еврейской традиции, человек, прикасаясь к мертвому, подвергся бы опасности осквернения нечистотой, что сделало бы невозможным потребление пасхального агнца. Хотя в Евангелиях об этом ничего не говорится, мы можем предположить, что Иосиф, а затем и пришедший к нему на помощь Никодим59 явились к месту казни и погребения со своими слугами (рабами). Те не были евреями, и их не волновала проблема сохранения ритуальной чистоты. Именно они, скорее всего, снимали Иисуса с креста, укладывали на погребальные ткани, обвязывали широкими повязками и переносили в гробницу. Но сначала тело Иисуса было перенесено на расположенный рядом с могилой «камень помазания». Там из рук вытащили гвозди, освободили тело от патибулума и уложили на большое полотно.
Гробница, в которой похоронили Иисуса, была обнаружена во время правления императора Константина Великого (IV век) в византийской части города под храмом Венеры, возникшим в период восстановления Иерусалима60.
Описанный евангелистами порядок погребения Иисуса уже давно вызывает у библеистов множество вопросов.
Рассмотрим существующие в научной литературе две основные версии.
Джованни Баттиста делла Ровере (1575–1640).
Святая Плащаница.
Акварель на шелке. Савойская галерея.
Все авторы согласны в том, что ключевую роль в погребении играл Иосиф Аримафейский, который заранее купил целый рулон дорогого полотна и полотняных обвязок. К нему присоединился Никодим, который принес необходимые для погребения благовония.
У евреев существовал обычай закрывать тканью лицо умершего, чтобы смягчить скорбь взирающих на него родных и близких. Очевидно, так же поступили и с Иисусом. Четырехугольный платок (сударь из Овьедо), который закрывал Его лицо после снятия с креста, хранится сегодня в Испании. На нем нет изображения, только следы крови.
Согласно иудейской погребальной традиции, тело укладывалось на полотно, умащалось благовониями и закрывалось другой частью полотна. Затем обвязывалось повязками. По свидетельству евангелистов, Иосиф Аримафейский и Никодим так и поступили: обернули тело Христа в пелену с благовониями, «как обыкновенно погребают Иудеи» (Ин. 19: 40; 12: 7; Лк. 23: 56).
Однако исследователи Плащаницы обратили внимание на противоречие между свидетельством евангелистов об обильно пролитой Иисусом после целого дня бичевания и смерти на кресте крови61 и незначительностью ее следов (пятен) на Плащанице. Отсюда некоторые ученые сделали вывод о том, что Иосиф и Никодим сумели перед погребением спешно обмыть тело, по всей вероятности используя воду из находившейся в саду цистерны. Этот вывод находит подтверждение в апокрифическом «Евангелии от Петра», в котором утверждается (6: 23–24), что Иосиф Аримафейский сумел обмыть тело Христа. Такова первая версия.
Вторая основывается на древнем раббиническом тексте, относящемся к погребению погибших насильственной смертью. В этом тексте говорится, что погибший насильственной смертью должен быть похоронен вместе с пролитой им кровью: «Пусть похоронена будет также земля, которую залила кровь». Такой порядок соответствовал фарисейским представлениям о том, что тело должно сохраниться совершенно целым до воскресения.
У евангелистов также ничего не говорится об обмывании тела. Тогда, если тело все же не обмывали, почему на Плащанице так мало следов крови? Согласно второй версии погребения, которую в последние десятилетия разрабатывали итальянские библеисты, Иосиф Аримафейский с помощью своих слуг обертывает тело в льняное полотно сразу после того, как Иисус был снят с креста, и так обернутое тело переносят на каменную плиту помазания, заботясь, чтобы не прикоснуться к Иисусу руками. На этой плите Его укладывают на другую часть полотна, которую мы знаем как Плащаницу. Пока одни держат края ткани, другие оборачивают и обвязывают тело Иисуса полосами, а слуги Никодима поливают благовониями, которые проникают в Плащаницу и в обвязки. В конце концов все тело Иисуса завернуто в широкие повязки, которые охватывают и удерживают полотно. Платком из Овьедо закрывают Его лицо.
Мы видим, что для погребения Иисуса Христа использовалось большое количество полотен (частей большого рулона ткани, от которого отрезали необходимые куски по мере надобности). Среди них – три больших куска ткани, первый из которых использовался для поддержания тела Спасителя при переносе его от Голгофы к камню помазания, вторым, по-видимому, Иисус был обернут, когда Его тело вместе с патибулумом несли на камень помазания и который впитал в себя самый большой объем крови. Третьим куском будет собственно Плащаница, в которую Он был завернут и которая стала свидетельницей Его Воскресения.
К тому же были куски ткани, которые использовались как повязки для закрепления положения рук и ног и для фиксации Плащаницы. Все вместе они представляли те полотна, о которых говорят евангелисты и которые увидели Иоанн и Петр, когда утром в воскресенье прибежали к пустому гробу.
Длительные споры синдонологов вызывает вопрос о монетах, которыми фиксировали закрытые веки. Это не еврейский, а греко-римский обычай. Тем не менее захоронения с монетами на глазах не были редкостью и в Палестине. На Плащанице были обнаружены оттиски двух монет периода правления Понтия Пилата. Этой темы, связанной с монетами, мы еще коснемся во второй части нашей книги.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.