Они невнимательно выслушали попытки Мариши связать это убийство с найденным на пустыре скелетом. И лишь покачали головами.
– Тот скелет пролежал в земле около тридцати лет, верно? А убийство совершено сегодня, в наши дни. Какая связь? Если бы убийца хотел заставить замолчать гражданина Потемкина, то он не стал бы ждать столько лет. А избавился бы от него раньше.
В словах следователя была своя правда. Спорить с ним Мариша не стала. К чему? Достойных аргументов у нее в этом споре не было. Пока не было.
– Где-то мы прокололись, – бормотала себе под нос Мариша. – Наследили. И преступник нанес упреждающий удар.
Но понять, откуда именно преступник узнал о том, что она разыскивает Никиту, было невозможно. Мариша и ее друзья за эти дни обошли стольких его знакомых и со столькими поговорили. Каждый мог проболтаться неизвестному убийце, что следствие ищет Никиту. Да еще эта распроклятая газета с фотографией Варфоломея! Мариша даже застонала от досады!
Конечно, именно она и подстегнула убийцу к решительным действиям. И он начал в срочном порядке устранять свидетелей. Раньше-то он жил спокойно, потому что был уверен: следствие по делу исчезновения супругов Городовых зашло в тупик и закрыто. А теперь оно могло начаться по новой. Ведь на руках у оперативников был настоящий труп, вернее, скелет. Но и его было достаточно для возобновления старого расследования. Убийца испугался и убил первого свидетеля, который мог его выдать, – Никиту.
И Мариша решила, что лучше умрет сама, но не отдаст убийце последнего свидетеля. Какое счастье, что в Сочи улетели только Олег и Инна. Таким образом, для охраны прибывающей завтра в город Веры оставалось еще целых четыре человека. Совсем даже неплохая военная единица могла получиться. Особенно если предположить, что преступник действует в одиночку.
А в городе Сочи еще одна парочка самодеятельных сыщиков вовсю вела розыскную деятельность. Все намеки Олега, что для начала неплохо было бы поплескаться в море, а потом уж начинать поиски, Инна высмеяла как дилетантские.
– Мы приехали сюда не развлекаться!
Судя по тяжелому вздоху, который вырвался из мощной груди Олега, он бы вовсе не отказался совместить полезное с приятным.
– Инна, жарко же, – простонал он. – Давай хотя бы в кафе посидим. Передохнем.
Но Инна неслась вперед, словно почуявшая след гончая. Жара ей была нипочем. А она, надо отдать справедливость жалобам Олега, была просто одуряющая. Даже для этого региона и времени года.
– Инна! Остановись! Дай хоть водички холодненькой попить!
Инна замедлила шаг и обернулась. Она собиралась отругать Олега за малодушие, но, увидев его мокрое раскрасневшееся лицо, устыдилась. Ну что она хочет от него? Это же всего-навсего мужчина. Нельзя требовать от него той же выдержки и целеустремленности, что присуща ей самой.
А коварный Олег, заметив слабину, которая появилась во взгляде его подруги, вовсю раскапризничался. И выклянчил у Инны целых полчаса отдыха.
– Но потом мы едем в «Морскую жемчужину».
К счастью, санаторий, где когда-то работала чета Городовых – он врачом, она медицинской сестрой, – существовал и исправно функционировал до сих пор.
– Там и отдохнем хорошенько, – подсластила пилюлю Инна. – И даже искупаемся.
Но к тому времени, как они добрались до санатория, стало ясно, что лучше уж им тут и переночевать. Потому что единственный сотрудник, который трудился в санатории тридцать лет назад и мог помнить чету Городовых, был ночной сторож. А он заступал на дежурство, как понятно из его должности, только ближе к ночи.
– Не может быть, чтобы никого больше из старых сотрудников не осталось! – возмущалась Инна.
– Все на пенсии. За последние годы отечественный туризм понес огромные потери. И до сих пор люди охотнее едут в Турцию, чем к нам. Хотя вот оно – море! Одно и то же. Что тут у нас, что там у них.
Однако море морем, а когда Инне показали ее номер, она долго не могла поверить, что это не шутка.
– И вы предлагаете мне тут поселиться? – искренне недоумевала она. – Но я не хочу. Тут потолок весь в пятнах и черный. Мне такой дизайн не нравится.
– Это не дизайн, – втолковывала ей администраторша. – Это протечка зимой случилась. И грибок пошел. Побелить никак руки не доходят.
– А стены почему в трещинах? – не унималась Инна.
– Так ремонта давно не было.
Кровать угрожающе скрипнула и пошатнулась, едва Инна попыталась на нее сесть. Воды ни горячей, ни холодной в душе не оказалось.
– Зачем вам в номере душ? – удивлялась та же администраторша. – Дальше по коридору есть общий душ. Можете им пользоваться. Народу все равно никого нет.
– Странно, – пробормотала Инна себе под нос. – Почему меня это совсем не удивляет?
Вслух она произнесла другое:
– Дайте мне другой номер!
– А другого нет.
– Нет? – опешила Инна. – Вы же только что сказали, что по всему коридору номера стоят пустые.
– Верно. Но поверьте, я вам предложила лучший.
Поверить в такое Инна никак не могла. Не хватало ее фантазии на это, и все тут!
– А номера люкс? – внезапно осенило ее.
Администраторша недовольно скривилась.
– Что же вы сразу не сказали, что хотите люкс? Теперь придется переоформлять все бумаги. Не лучше ли сразу же было выбрать именно его?
Инна сердито фыркнула.
– Сначала покажите. Если там такой же кошмар, лучше останусь под открытым небом.
Впрочем, люкс ее немного примирил с санаторием. Конечно, мебель могла бы быть и поновей да и почище. А за те деньги, которые содрали с нее всего лишь за одну ночь, можно было купить в номер вполне приличный цветной телевизор, а не того лампового доходягу, который там стоял. Но это все были мелочи. Выйдя на балкончик, Инна вдохнула в себя свежий морской воздух и неожиданно поняла, что почти счастлива.
Олег, который тоже энергично отклонил предложение администрации поселиться в обычном номере, оказался в соседнем с Инной номере. И сейчас вышел на балкончик, мечтательно глядя вдаль.
– Красота, верно, Инна? – спросил он.
И Инна не могла не согласиться. Море сверкало и переливалось в лучах солнца. Длинная полоса пляжа была почти безлюдна. И при желании можно было вообразить, что во всем мире нет вообще ни одной живой души, кроме них двоих.
– Искупаемся?
Это предложение вырвалось у них обоих одновременно. И не выдержав, они дружно рассмеялись. А потом они купались и плавали до посинения. Вода даже у берега была еще прохладной. А чуть дальше в море так и вовсе холодной. После купания оба почувствовали зверский аппетит. И не сговариваясь отправились в столовую. Тем более что начиналось время ужина.
Как ни странно, но еда в отличие от номеров тут была превосходной. Правда, никакого шведского стола с его фантастическим изобилием не наблюдалось.
– Шведский стол? – вытаращила на Инну глаза упитанная деваха – официантка. – Да вы че? Ну вон их у нас сколько!
И она широким жестом обвела полупустой ресторан.
– Выбирайте любой, тот вам и будет шведский.
И вино можно было купить лишь в баре, который находился на первом этаже, в отличие от ресторана, располагавшегося на втором. Но зато на ужин подали по куску нежной молодой баранины с золотистым рисом и сливовым соусом. Зеленый салат из ранних кавказских овощей ажурной горкой поднимался в глубокой пиале, а вместо вина гостям предлагали свежевыжатые фруктовые соки.
Наступил вечер, а Инна с Олегом и не заметили этого. В воздухе была разлита особая, присущая только южным ночам, томная нега. Хотелось чего-то необычного, полететь к самым далеким звездам, бежать по волнам или, на худой конец, встретить на побережье золотоволосого бога в человеческом обличье.
– Инна, – нерешительно произнес Олег. – Тебе не кажется, что мы могли бы…
Нет, Инне не казалось. Она знала, что скажет Олег еще до того, как он открыл рот. Но она считала, что им надо еще повременить, проверить свои чувства и вообще она еще не готова.
– Не готова? Но как же так? – растерялся Олег. – Мы же специально сюда для этого ехали.
– А я не готова! – с вызовом произнесла Инна. – Ясно тебе?
– Хорошо, – окончательно смешался Олег. – Если ты не готова, то я могу и сам поговорить со сторожем. Тогда ты иди, отдыхай.
Теперь наступила очередь Инны растеряться.
– Так ты это о стороже говорил? А я подумала, что ты хочешь…
И она прикусила язык. Еще не хватало, чтобы он подумал, будто бы она легкодоступная штучка. Только о мужчинах и любви и мечтает.
– А я подумала, что ты хочешь заказать еще вина, – неуклюже выкрутилась она.
– Вина? Нет. Думаю, что нам уже достаточно.
Инна, которая выпила практически в одиночку целую бутылку «Алазанской долины», вовсе так не считала. Легкое вино ее бедную голову лишь приятно дурманило. Хотя обычно она вино не любила и не пила. Но как это побывать на юге и не пить вина? Олег вина почти совсем не пил. Лишь один бокал, который он и смаковал весь вечер. В результате Инна порядком набралась, но чувствовала себя превосходно. Олег был трезв и заметно нервничал.
– Что мы будем говорить сторожу? Вдруг он не захочет с нами разговаривать?
– Захочет! – заверила его Инна и вдруг, к своему ужасу, пьяно икнула.
К счастью, Олег был так погружен в свои мысли, что ничего не заметил. Инна налила себе остатки вина, выпила и прислушалась. Вроде бы помогло, противная икота отступила.
– Ты купи еще бутылочку, – проникновенно сказала она Олегу, склонившись к его плечу.
Сил она немного не рассчитала и в результате практически завалилась на Олега.
– Инна, тебе не стоит больше пить.
– Дурачок! – ласково попеняла ему Инна. – Это же я не для себя прошу.
– А для кого?
– Для сторожа.
И Инна снова пьяно икнула. На этот раз Олег заметил. И его лицо отразило целую гамму чувств. Причем восхищением там явно и не пахло. Инна на него даже обиделась. Вот муж любил ее в самых разных состояниях. А Олег ее еще по-настоящему пьяной и не видел. Тут Инна очень некстати вспомнила, что мужа у нее практически уже нет, он вечно где-то пропадает, видятся они редко, разговаривают еще реже. И Инна загрустила.
Олег тем временем купил требуемую Инной бутылку вина. Но сама Инна уже забыла, зачем она им потребовалась. И, схватив ее со стола, поднесла горлышко прямо к губам.
– Инна!
Олег сделал попытку выхватить бутылку. Инна дернулась. И в результате вино пролилось ей на грудь, прямо на белую трикотажную маечку. Теперь Инна выглядела как молоденькая вампириха, впервые отведавшая человеческой крови и по неопытности перепачкавшаяся в ней.
– Видишь, что ты наделал? – окончательно расстроилась Инна. – Пролил вино, с которым мы собирались подружиться со сторожем.
Ура! Она вспомнила, у нее есть цель. И ничего больше не говоря, Инна припустила резвой рысью вперед. В целом она двигалась неплохо. Только на поворотах ее слегка заносило. И Олегу приходилось ее выковыривать то из густых колючих кустов, то из цветочной клумбы, а то стаскивать с горы битого щебня, на которой Инна вознамерилась передохнуть.
В общем, когда Инна добралась до сторожки, весь ее вид говорил о проделанной тяжелой и долгой дороге. А ополовиненная бутылка вина в ее руках наводила на определенные выводы.
– Инна, умоляю тебя, не суйся к человеку! – пытался вразумить ее Олег.
Куда там. Инна ломилась в сторожку с упорством пьяного слона и с таким же успехом. Дверь она сломала. Не всю, конечно. Оторвала от нее ручку.
– В свое оправдание могу сказать, что она держалась на соплях! – покачиваясь взад и вперед, сообщила она появившемуся на пороге крепкому дедку.
И торжественно вручила ему дверную ручку.
– Берите, пожалуйста, – приветливо улыбаясь, сказала она.
Дед ручку принял. Но не уходил. Кажется, он пытался понять, что происходит, и не мог.
– Нам надо с вами поговорить, – сказала ему Инна. – Насчет одного человека. Вы его знаете.
В этот момент ее повело сильней обычного. И чтобы не упасть, она уцепилась за ставень сторожки. Ставень угрожающе заскрипел. Олег подхватил Инну, а сторож упавший ставень.
– Поговорим? – повторила Инна и сделала попытку схватиться за что-нибудь снова.
На этот раз под руку ей попалась бельевая веревка, на которой сушилось белье. Простыни и наволочки полетели на землю. А Инну в очередной раз подхватил Олег.
– Слушайте, молодой человек! – наконец обретя дар речи, взмолился несчастный сторож. – Уведите отсюда вашу подругу. Она мне все тут разгромит.
Олег был бы рад. Да Инна уперлась.
– Не уйду! Не уйду, пока не поговорим про Городового! И не говорите, что не знаете такого.
И она шутливо погрозила пальцем сторожу.
– Про кого?
– Котик! – скомандовала Инна, глядя на Олега. – Покажи ему фото Варфоломея!
Олег послушно полез в нагрудный карман. Инна, потеряв поддержку, снова угрожающе пошатнулась, что не укрылось от зоркого глаза старого сторожа.
– Не надо фотографии! – быстро остановил он Олега. – Я и так вспомнил. Имя назвали и сразу вспомнил. Очень уж оно у него необычное было. Только он тут уже давно не работает. Лет двадцать, а то и все двадцать пять.
– Больше, – доверительно сообщила ему Инна. – Он пропал в семьдесят восьмом году. Вот и считайте.
– А что вы в таком случае от меня хотите?
– Все! Нам сгодится любая информация об этом человеке. Понимаете?
Судя по всему, сторож не понимал. Пришлось Олегу усадить Инну на бревнышке, а самому объяснить сторожу, как получилось, что их интересует Городовой и его жизнь.
– Вон оно как! – протянул сторож. – Убили его все-таки. Надо же, а я думал, просто сбежал.
– Сбежал? От кого сбежал? Что вы имеете в виду?
И Олег от волнения, переминаясь с ноги на ногу, даже пошатнулся. Сторож с тревогой проследил за ним. И предложил:
– Да ты присядь, сынок. Присядь, не тушуйся. Все равно разговор длинный будет. Рухнешь еще, не ровен час.
Олег попытался объяснить, что не пьян, но, кажется, сторожу это было уже не важно. Подобно многим пожилым людям, углубившись в собственные воспоминания, он уже переставал замечать окружающую действительность.
А история и в самом деле выходила захватывающая. Начало ее друзьям-сыщикам было уже известно. Варфоломей Городовой работал в здешнем санатории врачом. Тут же он познакомился с одной из своих пациенток, женился на ней, а еще через некоторое время устроил свою жену к себе работать на должность медицинской сестры.
– И все вроде бы неплохо шло, – говорил сторож. – Муж – врач, она при нем медицинской сестрой работает. Все чин по чину.
Но шила, как известно, в мешке не утаишь. Сочи – город маленький. И стали доходить слухи, что кое-кто из медицинского персонала «Морской жемчужины» может достать любой, пусть даже самый остродефицитный медицинский препарат. Цены, разумеется, были заоблачные. Но за лекарства, которые помогают, люди готовы были платить в три и даже в десять раз дороже.
Надо сказать, что в советские времена все лекарства стоили сущие копейки. Другое дело, что достать что-то действительно эффективное было возможно только «по блату» или купить, переплатив втридорога, у спекулянтов. Но опять же, выйти на такого спекулянта возможно только через цепочку знакомых. И передавали его из рук в руки, как драгоценную эстафетную палочку.
Впрочем, то же самое касалось кондитеров, выпекавших вкусные тортики или имевших доступ к конфетам «Птичье молоко». Мясников, которые могли «устроить» настоящую вырезку, а не кости и обрезки жира. Хороших швей, способных перелицевать изделия отечественной промышленности так, что их можно было носить и не сгорать при этом со стыда. Парикмахеров, которые стригли, а не уродовали женские головки. Нужно было также иметь «своего» зеленщика, «своего» сантехника, «своего» сапожника и так далее по списку. И конечно, высшим пилотажем было иметь в активе «своего» врача.
Вот такой палочкой-выручалочкой и стал для многих пациентов молодой доктор – Варфоломей Городовой, для которого, казалось, не было ничего невозможного. Он доставал любые лекарства. Разумеется, речь шла о медикаментах, которые приобретались за валюту на прогнившем Западе. Такие лекарства стоили дорого. Очень дорого.
Сейчас в такое даже трудно поверить. Но были времена, когда лучшим сливочным маслом считалось вологодское, бекон с успехом заменяла грудинка или кубанское сало, а рокфор делали в Грузии. Но все эти подделки не наносили никакого ущерба здоровью граждан. В то время как отсутствие нужных медикаментов зачастую ставило их здоровье и даже жизнь под угрозу.
– А доктор Городовой всем умел угодить. До тех пор, пока не случилась та нехорошая история.
– Какая история?
– Да уж мутная была история! – отозвался старик.
– А если поподробней?
А поподробней было так. Доктор Городовой вел свой бизнес уже почти три года, когда грянул первый гром. Скончалась одна из его постоянных пациенток. Женщине был поставлен диагноз – язва желудка. Зарубцовываться она упорно не желала. Врачи рекомендовали операцию или одно лекарство, которое, по их словам, могло бы помочь. У женщины были муж и взрослый сын. Оба хорошо зарабатывали и знали, кто может им помочь.
– Доктор им и помог. Да только та женщина все равно умерла.
– И что? Случается. Не всегда лекарство является панацеей.
– Так-то оно так, только сын умершей женщины заподозрил неладное. И отдал оставшиеся после матери лекарства на экспертизу своему приятелю, который работал в милиции.
– И что?
– А то, что экспертиза выявила очень неприятный факт. Мало того что лекарство, которое Городовой продал своей покупательнице, не имело ничего общего с настоящим аналогом, кроме названия и похожей упаковки, так его еще и категорически нельзя было применять при язве желудка. Данный препарат на девяносто процентов состоял из ацетилсалициловой кислоты, что было этой больной абсолютно противопоказано.
– Какой ужас! – простонала Инна. – Выходит, он ее попросту убил?
– Родственники этой несчастной именно так и решили. Особенно негодовал сын. Я помню, как он приезжал сюда, требовал, чтобы ему разрешили поговорить с врачом, караулил его. Скандалил.
– И его можно понять.
– Можно, – согласился сторож. – Только ни к чему это не привело! Никакого наказания Городовой не понес.
– Почему?
– А как его накажешь, если он исчез?
– Исчез, – эхом повторила Инна.
– Да и вообще доказать ничего было невозможно. Городовой сразу же от посредничества в спекуляции с поддельными лекарствами отказался. Доказать факт мошенничества было затруднительно. То есть факт имел место, только прищучить Городового не удалось.
– И следствия не было?
– Вроде бы дело завели, – пожал плечами сторож. – Только что толку?
– Ну да, судить было все равно некого.
– Вот именно, – подхватил сторож мысль Олега. – Даже если и доказали бы вину Городового, то он фьють! Взял отпуск и вместе с женой укатил.
– А жена?..
– Да поговаривали, что они вместе свои делишки обделывали. Но что толку в разговорах? Говорить можно всякое. А никто даже толком и не знал, куда они – врач со своей женой – поехали.
– И родственники той женщины ему это позволили? В смысле – уехать?
– А откуда они знали, что у того на уме?
– Действительно, откуда, – пробормотал Олег. – Не могли же они следить за каждым его шагом.
– Так что этот молодой человек – сын погибшей пациентки – покрутился тут еще немного после отъезда врача, покрутился, да и утих.
– Точно утих?
– Во всяком случае тут он больше не появлялся.
– А когда произошла эта история?
– Женщина скончалась осенью. Точно уже не скажу, но недели через две доктор и его жена исчезли.
Итак, разговор со сторожем неожиданно позволил сыщикам увидеть кончик веревочки. Не просто так уехали из Сочи Городовой и его жена Соня. И не уехали вовсе, а сбежали. Сбежали от мести родственников погибшей женщины. Об этом размышляла Инна. Олега же беспокоили другие мысли. Ему ужасно хотелось, чтобы Инна немного протрезвела и начала бы адекватно воспринимать действительность.
Пока что они сидели у нее в номере. Но никакого намека на романтические отношения Олег со стороны Инны не видел. Она была словно один сплошной мозг. Довольно пьяный, но неплохо при этом соображающий.
– Что ни говори, а я уверена: родственники погибшей все равно бы не успокоились, пока не отомстили убийце близкого человека.
– Да, я бы такое тоже не оставил, – поддакнул ей Олег, чувствуя жгучее желание наброситься на Инну с поцелуями.
И плевать, что она пьяная. Может быть, так даже лучше, сопротивляться не станет. Но Инна не давала ему возможности осуществить свое намерение. Она говорила и говорила. И еще время от времени требовала у него ответов. А Олег, и он мог признаться в этом откровенно, соображал сейчас плохо. В ушах стоял гул. И хотелось ему не разговаривать, а целоваться.
– И раз сын погибшей женщины больше в «Морской жемчужине» не появлялся, значит, он знал, где искать Городового, – продолжала говорить Инна. – Олег, ты понимаешь, к чему я клоню?
– Ты думаешь, он поехал за ним в Питер?
– Поехал, выследил и убил!
– О!
Олег был явно поражен дедуктивными способностями Инны. Хотя ей показалось, что он мог бы отреагировать и побойчее. И куда он все время смотрит? И что у него с лицом? Весь красный и пыхтит. Странно. Перегрелся, что ли?
– Значит, нам просто надо отыскать этого молодого человека и проверить его алиби на ту злополучную осень и в особенности на октябрь месяц.
– На начало ноября, – заметила Инна. – Из Питера Городовой и его жена уезжали в начале ноября.
– Да, да, конечно, его алиби на начало ноября, – произнес Олег, изо всех сил стараясь представить задачу сущей пустяковиной, чтобы Инна наконец расслабилась, забыла про расследование и вспомнила, что перед ней влюбленный в нее мужчина.
При этом Олег совершенно упускал из вида, что сам он Инне в своем пылком чувстве еще ни разу не признался. И потому пока что он для нее всего лишь друг и соратник, но никак не более того.
– Да, искать надо сына погибшей женщины. Только не такой уж он теперь и молодой. И еще я не уверена, что мы его вообще найдем.
Олег задумался. Что бы еще придумать, чтобы Инна им восхитилась?
– В принципе это сделать будет не так уж и сложно, – произнес он. – Раз было заведено дело, значит, в нем фигурировали и имя пострадавшей, и ее домашний адрес, и все такое прочее. Есть от чего оттолкнуться.
– Это так, – кивнула Инна. – Мне странно другое.
– Что именно?
– Когда исчез Городовой и его жена, ведь тоже было следствие?
– Да.
– И я уверена, следователи предполагали самое худшее, что муж и жена убиты.
– Вероятно.
– А раз так, то они должны были проверить всех, кто имел зуб на Городового. И не могли не знать о той трагедии, которая случилась в Сочи. Оперативники разговаривали с коллегами Городового, с его знакомыми. Уверена, опросили всех, кто лично его знал. И никто им даже не намекнул на эту ужасную трагедию? Не верю!
– Да, в самом деле странно.
– Мы должны выяснить, почему так произошло. Все! Завтра мы знаем, с чего начинать работу.
И едва она закончила эту фразу, как силы в один момент покинули ее. Инна, словно робот, захлопнула глаза и колодой повалилась на кровать.
– Инна! – попытался расшевелить ее Олег. – А как же прогулка по берегу? Ты обещала, что когда мы все обсудим, то пойдем гулять. Под звездами и луной!
Но ответом ему было только сладкое сопение. Инна спала, даже не укрываясь теплым покрывалом, и во сне выглядела совершенно умиротворенной. Олег постоял над ней некоторое время, потом укутал ей ноги пледом и осторожно вышел, плотно прикрыв за собой дверь.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.