Придя домой, Руслан поел, и без сил завалился на кровать – температура отняла у него последние силы, и он задремал. Незаметно наступила ночь: Руслан впал не то что бы в сон, а в какое-то непонятное забытье, где границы реального и потустороннего мира зыбки, явь и грезы становятся неразличимы. Вот ему вспомнились во сне его соревнования в детстве, обидный проигрыш, вроде бы ничего не значащий, но почему-то до сих пор его мучающий. Проснувшись посреди ночи, он пошел выпить воды, сделал глоток и тут же выплюнул – вода на вкус была ржавая, хоть и налита была из графина. Из крана вода вообще не шла. За окном собиралась гроза, и было очень душно. Руслан вернулся и лег снова, и то ли заснул, то ли провалился в какую-то полудрему, небытие. Пригрезилось, что он всплывает со дна глубокого озера, поверхность видно, и виден лунный свет, пронзающий ее, но все никак не выплыть. Подкатило чувство удушья. Пытаясь проснуться, он сделал еще одно усилие, и внезапно вынырнул на поверхности небольшого озера. Стояла ночь, небо было безоблачным и звездным. Отдышавшись с минуту, Руслан осознал, что лежит в воде но не тонет, потому что под ним находится лист гигантского лотоса. Соскользнув с него в воду, он поплыл к берегу. Подплывая, он увидел человека очень похожего на своего недавнего знакомого, и рядом ним – несколько женщин в старомодных одеяниях, стоящих на берегу. Их лица были прикрыты капюшонами шелковых голубых просторных приталенных платьев, отороченных белыми кружевными узорами по всей поверхности.
– С прибытием! – человек на берегу широко распростер руки, всем видом показывая, что рад встрече.
– Свен, это ты что ли? Где я? – спросил Руслан, стыдливо озираясь, потому что, как оказалось, вынырнул из озера он абсолютно голый.
Таинственные женщины бесшумно приблизились к ним: – Приветствуем тебя путник! Избранный рад новому жителю нашей планеты, и передает тебе эти вещи, – сказала одна из них, и протянула ему полотенце из холщовой ткани, которым Руслан тут же прикрылся. Оказалось, что полотенце приятное на ощупь, и довольно неплохо впитывает воду. Жрицы, подождав пока он вытрется, стыдливо прикрываясь и отворачиваясь от них, приблизились, и дали ему одежду, состоявшую их тканевых штанов, рубахи и плаща с капюшоном. Одежда была очень просто скроена, но сшита достаточно аккуратно. А самое главное – размеры одежды идеально подошли, как будто ее шили на заказ. Голос женщины показался Руслану приятным и очень мелодичным, хотя и немного странным, безучастным. На лице ее не было заметно никаких эмоций, хотя, возможно, виной всему было слабое ночное освещение. В качестве обуви третья жрица вручила ему кожаные сандалии, похожие на те, что носили в древней Греции. Одевались они просто, была всего одна застежка сбоку в районе лодыжки, держались на ноге на удивление надежно.
Пока Руслан одевался, Свен говорил: – Все нормально, не переживай, ты находишься в Промежуточном мире, а это – жрицы Избранного. Они принимают, с позволения сказать, роды озера Перерождения.
Руслан непонимающе посмотрел на Свена, а потом на женщин, безмолвно стоящих рядом.
– Но это все временно, скоро ты вернешься обратно, – поспешил добавить Свен.
– Как я вообще тут оказался, и чего ты такой довольный? Какой дурацкий сон! – Руслан провел по лицу рукой, в надежде проснуться.
– Это не сон, мой друг. Но это и не тот мир, к которому ты привык. Это планета Тиамат, земля усопших и перевал для тех, кто путешествует между мирами. Как например те, кто сегодня скорее всего навестит нас.
– Нет-нет, это просто дурацкий сон, – повторил Руслан сам себе.
– Знаешь, кто нас скоро посетит? Сам господин Невзор, – с иронией Свен поднял указательный палец. -Давненько он лично не являлся на слушания.
–Кто это, и зачем он нас посетит? – спросил Руслан, оглядываясь и пытаясь хоть как-то узнать окружающую местность. Небо было незнакомое, пугающее, наполненное мириадами звезд. Самое ужасное, что на противоположных сторонах горизонта было видно сразу две луны: одна была почти полная, а другая – тонким месяцем.
–Пойдем потихоньку до города, –предложил Свен, – а пока идем, я тебе как раз и расскажу.
–Хорошо, пойдем. Мне бы согреться, да и может там связь есть какая-то? – согласился Руслан. – До свидания, приятно познакомится, сказал он жрицам, и кивнув головой, направился вслед за Свеном.
–Доброго дороги тебе, путник! – мелодично и синхронно ответили ему жрицы, и также синхронно поклонились вслед.
Преодолев подъем от озера, Свен и Руслан вышли наверх, и оказалось, что они – на вершине большого холма, с которой открывался великолепный вид на долину реки, поля и лес за ней. Сразу стало видно и огоньки города, о котором говорил Свен. Время было предрассветное. Они стали спускаться вниз по каменной лестнице, выложенной из огромных ровных блоков, и вскоре вышли на широкую дорогу, полностью мощеную камнем. Идти вниз было гораздо легче, и они разговорились.
– Так ты спрашиваешь, зачем ты здесь? – Свен с интересом посмотрел на Руслана.
– Да, зачем? И вообще, где мы?
– Я ж говорю, мы в Промежуточном мире, а ты попал сюда из Нижнего мира. Зачем? А просто грядет очередное слушание за право доступа в Нижний мир – и ты на них должен присутствовать. Вот, собственно, почему ты здесь, а не дома. Эти слушания очень важные, мы не можем их проиграть, не должны.
– Какие еще слушания? О чем?
– Может быть ты знаешь из легенд, что когда-то люди на Земле были созданы богами. Так вот боги, это прямо скажем, громкое название. Проще говоря – это были такие же люди, как и мы с тобой, только их цивилизация была постарше. Намного старше. Я, собственно, тоже из их числа, правда, меня тогда еще и на свете не было – остались лишь легенды. И согласно этим легендам, когда люди были созданы и жили среди нас, им была уготована, скажем прямо, незавидная участь – работать и обслуживать своих создателей. И так прошли многие тысячи лет. Однако, спустя время, когда мы увидели, что люди, которые несут наши гены – вполне самостоятельны сами по себе, а в плане моральных качеств вообще ничем нам не уступают. Более того, развиваются быстрее, чем хотелось бы некоторым моим соплеменникам. Мы решили, что хоть люди Земли и не совсем такие как мы, но все же они развиваются, а потому имеют право на самостоятельное существование. Это стало началом раскола в нашем обществе, который в конечном итоге привел к войне. Я думаю, совсем скоро человек расширит границы своего знания, изменится внешне и внутренне, станет таким же сильным, как и мы. Может быть, даже сильнее. И тогда никто уже не сможет взять Землю под свой контроль. Вот чего боится Невзор, вот почему он торопится захватить право доступа в твой мир. И с каждым разом его выпадки все более дерзкие, он пускается на любые низости, лишь бы обрести контроль на Земле, и уничтожить человеческую расу. А уничтожив почти полностью, воссоздать с нуля, вернуть людей к началу развития, и снова править, обладая абсолютной властью над всем живым. – Свен замолк, собираясь с мыслями, глядя на лоно реки, к которой они вышли.
– Ну хорошо, слушайтесь сколько хотите, я-то вам зачем? – недовольно вставил Руслан.
Свен усмехнулся: – Знаешь, некоторые из нас хотели бы владеть людьми как вещью, стирая их цивилизации так скоро, как только они достигнут хоть какого-то ощутимого прогресса. И они готовы были за это воевать. Мы выступили против – и победили, вытеснив из Нижнего мира своих же соплеменников, после чего доступ в мир людей для них стал закрыт. Общим собранием было решено установить на вход контролера в лице третейского судьи, который будет охранять доступ в Промежуточный мир, и давать пропуск туда только отдельным путникам, или наблюдателям из Верхнего мира, таким как я, например. Чтобы понять, кого можно пропускать, а кого нет, был придуман специальный математический ключ. Его мы разделили на шесть частей, и закодировали в один из вирусов, что распространены среди людей в большом количестве. Для большинства он не опасный, однако очень распространенный, что и создает надежное распределение его по планете. Расчет сделан так, чтобы всегда на Земле было множество копий частей ключа, и в разных местах планеты можно было с большой вероятностью успеха собрать ключ целиком.
– Хм, звучит странно. И как будто не очень надежно.
– Достаточно надежно, по крайней мере для наших целей. Уже много тысяч лет прошло, и каждый год ключ собирается без ошибок. Как говорится: постоянное воспроизводство механизма – самый надежный гарант его работы.
– Надежно в плане сохранения – согласен, но, если есть ключ, его всегда можно подделать, вот про что я хотел сказать – улыбнулся Руслан.
– Можно, наверное, но это очень сложно, так как ключ зашифрован, там довольно хитрый алгоритм, даже я не знаю как он устроен. А обойти его полностью и остаться незамеченным – невозможно. Поступить так – значит нарушить все договоренности, иными словами – это объявление очередной войны. Пока что никто так не делал. Один раз в земной год нужно предъявить ключ в собранном виде на слушании у Избранного. Тот, чей ключ будет собран раньше, и чей ключ будет истинным, то есть будет состоять из всех шести частей без повторений, – тот и получит пропуск в мир людей, и будет сам решать, кому можно перемещать в Нижний мир свою суть, а кому – нет.
– Но ведь вирусы распространены по всей земле, любой может найти шесть человек, которые в данный момент болеют или только поправились, – и все они будут носителями частей ключа, разве нет?
– Да, но во-первых, нужны разные части ключа, без повторов, а во вторых – ключ должен быть из вполне конкретного места, а не абы откуда. Каждый год сенат Избранного случайным образом выбирает один из городов Земли, и именно оттуда нужно предоставить ключ с определенным отпечатком. При этом время поиска носителей очень ограниченно – неделя-другая – не больше. Вирус, передаваясь от человека к человеку, все время мутирует, и в разные регионы, да что там, даже в соседние города, он попадает в разном состоянии, поэтому выбор носителей, как правило, невелик.
– Хорошо, но если все же несколько сторон представят полный ключ?
– Тогда все они получат доступ в мир людей. Правда, та из сторон, которая в данный момент имеет прерогативу доступа, может предъявить право вето на доступ другой стороне – и, обычно, нет никакого другого способа отменить это право, кроме как прямое военное противостояние.
Руслан молчал, не зная, что и думать. С одной стороны все это было слишком безумно, чтобы поверить, но и обстоятельства были слишком странные, чтобы просто развернуться и уйти. Да и куда уходить? Руслан ухмыльнулся, решив, что если уж сон таков, то надо хоть повеселиться: – И как же он, этот ваш, Невзор, собирается захватить власть на Земле? Тем более в одиночку?
– В одиночку? Нет-нет, – Свен покачал головой, – с ним целая армия наемников всех мастей, а также его личная дружина. Он уже давно нарушает все квоты на сопровождение к Слушаниям, однако его все слишком боятся, чтобы указать на это. Даже сам Избранный закрывает на это глаза – он всеми силами избегает Невзора и противостояния с ним, только бы удержаться на троне Промежуточного мира. А ведь подумать только – это же все мои соплеменники, – Свен печально покачал головой.
– Если этот Невзор так силен, почему бы ему просто не свергнуть текущего правителя, и решить этот вопрос раз и навсегда в свою пользу?
– Мы тоже опасаемся такого поворота, но до сих пор этого не произошло. Во-первых, сделав это, он нарушит все моральные и этические устои нашего общества, а оно у нас довольно консервативно. От него могут отвернуться ближайшие союзники – все-таки у нас нерушимость права находится на первом месте, – иначе невозможно построить цивилизацию, которая просуществует сотни тысяч лет. А во-вторых, мы же тоже не просто так здесь. Если Невзор попытается провернуть что-то в этом духе, начнется война, не столько даже в Промежуточном мире, сколько в нашем, так называемом Верхнем мире – а это уже точно никому не надо. К тому же Невзор – всего лишь правитель одной из планет, он рядовой консул в сенате, и не имеет такой уж большой власти. Ну и в-третьих, за то время, пока Яма, он же Избранный, был правителем этой планеты, – он превратил ее в неприступную цепочку крепостей, соединенных между собой серией подземных тоннелей, со множеством защитных сооружений и ловушек, спрятанных в самых неожиданных местах. А еще создал себе целую армию слуг из местных, которые верят в него как в Бога. Не говоря о его личной охране из гвардии химер, которых он создает несмотря на этическое порицание таких экспериментов. Здесь другой мир, и он, как Избранный, наделен полной властью над этим миром. А значит, здесь действуют только его правила, и с этим нужно считаться всем, даже Невзору.
– Ну хорошо, допустим, – согласился Руслан, – вы с другой планеты, и у вас идут какие-то разборки за власть над людьми.
– Не только с другой планеты, но и из другого мира. Он настолько далеко от Земного, что между ними уместился еще этот – Промежуточный мир. Каждые пять тысяч земных лет выбирают несколько наблюдателей, которые остаются здесь, чтобы наблюдать за Землей, а также принимать участие в слушаниях. В частности, для этой последней цели наблюдателям нужно являться к людям, чтобы отобрать носителей ключа. Этим я и занимался, когда встретил тебя, если ты помнишь.
Руслан, замедлив шаг, оглядел Свена. Первые лучи солнца уже освещали небо, и в их свете нельзя было не заметить, как сильно теперешний его собеседник отличается от того бродяги, что попросил о помощи днем ранее на Земле. Черты лица были практически те же, но тело было гораздо крупнее, раза в полтора больше, а голова была вообще каких-то невероятных размеров и пропорций, слегка вытянутая в области затылка, но по прежнему полностью лысая.
– А вот в это как-то не особо верится, хотя ты, конечно, здоровый по сравнению с обычным человеком, и голова у тебя, – Руслан запнулся, – тебе самому не тяжело с ней? Или в твоем мире – это норма? – иронично добавил он.
– Выбирать не приходится, – развел руками Свен, – голова такая – это необходимость, а не генетическая случайность. Как ты понимаешь, ее размер влияет на максимальных размер мозга и, в конечном счете на емкость нашей памяти. Когда мы научились читать и менять наши гены, то изменили некоторые параметры, и теперь вот мы такие, – улыбнулся он.
– А для чего голова-то такая большая? Потому что все хотели быть очень умными?
– Скорее потому, что все хотели вечно жить – усмехнулся Свен. А на мыслительные способности размер мозга влияет очень опосредованно, скорее никак не влияет. Это же не просто количественная характеристика, а скорее геометрия связей, внутренние структуры.
– И сколько ж вы живете по сравнению с нами? – Руслан уважительно посмотрел на голову Свена.
– Около 1 РА, – это примерно 30 тысяч лет по земным меркам.
– Не может быть! – Руслан недоверчиво отошел на шаг назад. Это что значит – размер мозга влияет на продолжительность жизни?
– Влияет, конечно, но опять же не напрямую. Видишь ли, с рождения мы обладаем пятью органами чувств: зрение, слух, тактильные… ну ты знаешь. Так вот, эти органы чувств – не что иное как каналы, по которым в мозг постоянно поступает информация. Да и не просто поступает, это целый океан информации, а каналы – как могучие реки, самая большая из которых – визуальная, конечно. Все что ты видишь в течение дня, каждый день – поток этой информации остановить никак нельзя…
– Кроме как ночью? – вставил Руслан.
– Верно, – Свен кивнул. Именно ночью мозг сортирует накопленную за день информацию, удаляет повторяющиеся фрагменты, оптимизирует ее хранение, более активно используемые фрагменты получают больший приоритет, менее активные перемещаются на периферию.
– Про это я слышал. Вроде бы мы потому и видим сны?
– Да, это может стать фоном для сна. А событиями могут быть внутренние переживания, мысли, – да что угодно. Но я не совсем об этом. Размер головы и размер мозга может быть маленьким, как у людей, или большим, как у нас. Но все же он в любом случае ограничен. Можно сказать, что размер мозга растет как сумма, а количество поступающей информации – как произведение. И всю эту информацию надо хранить. А когда ее хранить становится негде – тут-то жизнь и заканчивается.
– То есть, ты хочешь сказать, что длительность жизни определяется объемом памяти?
– Практически так! Мозг уже с момента рождения, с самых первых дней согласно информации из генов знает, какой будет его окончательный размер, и примерное количество возможных нейронных связей. Исходя из этого, он подсчитывает, сколько информации можно будет сохранить, не нарушая ее целостности. Да и не только сохранить, но и активно использовать. В процессе взросления, конечно, жизнь вносит корректировки в эти расчеты, но обычно незначительные, в зависимости от того, насколько каждый человек активно развивает синоптические связи и структуру своего мозга, насколько он много думает, читает и так далее. И на каждом этапе жизни, мозг отдает сигнал клеткам размножаться быстрее или медленнее, сохранять нейронные связи или же, наоборот, разрывать. Чем ближе к порогу максимальной памяти мы подходим, тем медленнее клетки обновляются. И так – до полной остановки.
– Странно, то есть мозг как-будто бы сам себя убивает? То есть нас?
– А как ему быть? Ведь если он этого не сделает, поступающая информация должна быть куда-то записана – она просто начнет перезатирать уже существующую. Ты же знаешь, что в старости некоторые люди начинают испытывать проблемы с памятью? Это именно сигнал о том, что уже имеются конфликтующие участки. Конечно, в мозге информация хранится очень продуманно, но у всего есть свой предел. Даже у такой надежной системы. И если тянуть до бесконечности, человек просто потеряет рассудок, и не сможет существовать самостоятельно. А разве это жизнь?
Руслан задумался над сказанным. Пусть это и звучало странно, но ему стало интересно: – А мы, то есть люди, можем тоже научиться увеличивать емкость памяти – и жить дольше?
– Я наблюдаю за вами уже давно, мне кажется вы близки к разгадке. И да, возможно, вас ждет не совсем приятный сюрприз. – Свен замялся.
– Какой же?
– Понимаешь, когда создавали первых людей, не было цели сделать их равными нам, скорее наоборот. Поэтому один коэффициент, который отвечает за вычисление общей емкости памяти относительно размера мозга, его, скажем так, слегка занизили, что сократило продолжительность жизни сразу в несколько десятков раз. Поэтому, исправив только его, можно уже добиться значительного прироста в продолжительности жизни. Правда, изменить ДНК возможно только сразу после зачатия, пока клеток еще относительно мало.
– Эх, жаль, – иронично вставил Руслан, – я уже прошел стадию эмбриона.
– Тем, кто уже вырос с такими генами – остается только экстенсивный путь.
– Экстенсивный путь? А в чем он выражается?
– Ну, как сказать, – это такая коробочка, прикрученная к голове, для увеличения емкости мозга. Раз уж нельзя исправить коэффициент, то можно хоть памяти добавить. Но это, конечно, крайне неэффективное решение. Хотя, таких экстенсивно усовершенствованных даже среди нас еще каких-то несколько десятков РА назад было достаточно. Ходят слухи, что и до сих пор некоторые остались. Но, по-правде говоря, выглядит это не то чтобы очень эстетично – ходить с коробочкой-то за головой, которую постоянно нужно заменять на все большую. – Свен поднял с землю палочку, и изобразил человека, сгорбленного под тяжестью собственной головы.
Получилось забавно – Руслан даже засмеялся, но потом посерьезнел и спросил: – Предположим все это правда, и ты несешь свое дежурство на Земле, так почему бы тебе не подсказать людям насчет структуры ДНК и всего прочего? – Руслана мучало любопытство, но с другой стороны, он все еще не решил окончательно – правдив ли рассказ Свена, или все это выдумки.
– Я бы и рад помочь, но, во-первых, и сам знаю все больше на словах – я ведь воин, а не ученый. Примерно только могу рассказать, да что толку. Это во-первых, а во-вторых, – за мной тоже наблюдают, и не только Избранный, но и слуги Невзора. Кое-кого на Землю, в качестве наблюдателей, всеж-таки допускают, даже с их стороны. А поскольку весь сыр-бор был из-за решения, что люди должны быть свободны – то свобода здесь обоюдоострое понятие. Нет никакой зависимости от нас – значит нет и никакой помощи – все сами. Это именно то решение, из-за которого по большому счету и разгорелась междоусобная война, которая привела, в итоге, к расколу всего нашего общества. Конечно, там были и некоторые другие причины, но эта – одна из основных. И если я сейчас начну здесь активничать, мне тут же поставят это на вид. Это нарушит все те принципы, за которые погибли тысячи моих соплеменников. Значит, изначально мы были неправы, и люди не способны на самостоятельное развитие. Но я так не считаю, так не считали и мои предки. Поэтому, давайте уж как-нибудь сами.
– Мда, звучит разумно.
Руслан подумал, что в целом это даже интересно, хотя и непонятно, зачем ему все это знать, и что теперь с этой информацией делать.
– Допустим, все это так, – Руслан шел вдоль проселочной дороги попутно обрывая травинки и запуская их будто копья, – допустим, я нужен для слушаний как часть ключа, – но где же остальные части?
Свен озорно посмотрел на Руслана: –А вот это правильный вопрос, детектив, -засмеялся он. -Сейчас мы придем в город, и ты все увидишь сам.
Наступил рассвет, за разговором путники вышли на вершину холма, с которого открывался красивый вид на извилистую долину широкой и полноводной реки.
– Кстати, вот и город уже начинается. –Свен указал вдаль, где виднелись стада пасущихся лошадей и коров, а за ними контуры домиков, над которым несмотря на раннее утро уже поднимались дымки.
– Больше похоже на деревню какую-то, – разочарованно сказал Руслан.
– Так это деревня и есть, сам город за ней находится – пояснил Свен махнув рукой.
– А-а-а, вот как. И как же он называется?
– Город относительно недавно появился, поэтому так и назвали – “Новгород”. Место очень удачное, тут по реке можно доплыть куда хочешь, даже в море выйти. Да и к тому же, до летней резиденции Избранного тут рукой подать. Оттого, видимо, и растет, как на дрожжах. Каких-нибудь сто лет назад – это на самом деле деревня была, а теперь уже центр каменный весь. Да что я рассказываю, сейчас придем – сам все увидишь.
Вскоре путники подошли к широкому арочному мосту, и, перейдя через реку, вошли в деревню. У Руслана было какое-то странное впечатление от нее – с одной стороны это была традиционная деревня, на окраине были деревянные застройки, но чем ближе к центру, тем больше становилось каменных зданий. Главные дороги тоже были вымощены камнем, так что это была скорее не деревня, а небольшой город, который еще не полностью поглотил деревню по соседству. Другой странностью, которая бросалась в глаза – было полное отсутствие стариков на улицах. И не только стариков, а хоть сколько-нибудь пожилых людей. Самые возрастные мужчины на вид были около тридцати или сорока, а женщины, – и того моложе, лет двадцать пять – тридцать. В остальном все было как и в любом провинциальном городке: люди шли по своим делам, дети играли на улице, торговцы продавали фрукты в своих лавках.
Дойдя до центра города, они свернули на одну из улиц, и подошли к каменному зданию, где над массивной деревянной дверью висела вывеска – “Дикий вепрь”. У двери стояли два стражника: оба нарядно одетые и добродушные с виду, однако на боку у каждого и было по длинному кинжалу. Стражники, увидев Свена, почтительно поклонились, и услужливо отворили двери. Здание оказалось постоялым двором и гостиницей в одном лице, на первом этаже которой располагалась таверна. Внутри был внушительных размеров зал, в котором стояли длинные деревянные столы и стулья, образовывавшие проходы, которые уходили в едва различимую глубину.
В таверне в такое ранее время было практически пусто, только лишь некоторые постояльцы завтракали. Один стол, правда, был заполнен. К нему Свен и подвел Руслана.
–Доброе утро, герои! – озорно сказал он, – знакомьтесь, – это Руслан. – Свен жестом указывал на сидящих за столом и называл имена: –Татьяна, Валентина, Горан, Николай, Елисей. – Ну вот, теперь вроде все части ключа в сборе, – довольно сказал он сам себе, и плюхнулся на стул, жестом приглашая Руслана сделать то же самое.
Руслан осторожно сел рядом, и с интересом разглядывал новых знакомых. В это время Свен подозвал трактирщика, и заказывал себе и Руслану завтрак. Все, кто был за столом, за исключением Николая и Свена, по которому вообще было невозможно сколько-нибудь точно определить возраст, были на вид младше Руслана. Особенно его смутило присутствие Елисея, которому на вид было лет десять-двенадцать.
– А зачем здесь ребенок? – прямо спросил он, – ты же говорил будут какие-то слушания и, возможно, даже с применением силы?
– Ну, так уж получилось. Ты же был со мной в это время. Я еле-еле перехватил его у Мормагона. Как носитель ключа он так же важен, как и ты, и вы все, – ответил Свен, осушив кубок, и удовлетворенно выдохнул.
– Но, все же можно было найти кого-нибудь постарше?
– Можно, да не можно, время-то поджимает, – Свен пожал плечами и утер пот со лба. – Жарко сегодня будет, еще только утро, а уже чувствуется, –посетовал он, стремясь перевести тему разговора. – Хорошо хоть здесь прохладно. Люблю я это место.
– Вообще-то нам интересно знать, – вмешалась Валя, – собственно зачем мы здесь собрались? Уже с утра тут сидим.
– Конечно, я ж зачем собрал вас всех тут, сейчас расскажу, – Свен налил себе полный кубок из графина. – Кто-то уже в курсе, но некоторые прибыли без меня, и хоть я и просил сопровождающих дать краткую вводную, но видимо остались вопросы, поэтому придется вкратце повторить, вы уж извините, – обратился он в сторону Руслана. -Итак, как вам уже слышали, мы находимся в Промежуточном мире. В этом мире сейчас восседает свой Правитель – он же Избранный. На Земле люди были в нашем услужении, взамен получая возможность жить и развиваться, некоторые базовые знания в различных областях науки и искусства. Но приходилось работать и обеспечивать своих хозяев всем необходимым – от еды и одежды, до редких минералов, которыми богата земная кора.
– Золото? Ты говоришь про него? – спросил Горан.
– Да, но не только золото, а вообще все редкоземельные металлы. У них особенные свойства, просто люди еще не научились извлекать из них настоящую пользу. Но я не об этом. Земля всегда была очень привлекательной для нас, как по климату, так и потому, что сами люди были приятны нам, оттого что были похожи на нас, только меньшего размера, ну и знаний поменьше. Все было бы хорошо, однако у этой схемы был изъян – нельзя было сделать людей достаточно умными, для того, чтобы работать и обеспечивать нас всем необходимым, при этом удовлетворять все наши потребности, но при этом сделать так, чтобы люди были глупыми и не накапливали знания, и не развивали свою цивилизацию. Через несколько тысяч лет мирного сосуществования всегда наступал момент, когда человечество достигало определенной ступени развития, и божественная природа богов ставилась под сомнение, равно как и необходимость на этих богов работать и платить им дань. Решалась эта проблема простым, но трагичным способом – на Землю насылались ужасные природные катаклизмы, спровоцированные нашим оружием. Это были невероятной силы землетрясения, наводнения, цунами, которые в течение нескольких недель буквально стирали существующие цивилизации. Выжившая горстка людей ставилась в полное повиновение, им назначался верховный жрец, главной задачей которого было полное подчинение людей воле богов, записанной в скрижалях, неотступное следование догмам, и минимальное отклонение от принятых традиций. В общем все, чтобы как можно дольше сохранять баланс между развитием популяции, при сохранении ее технологий и знаний на достаточно низком уровне. И так повторялось много раз, возможно сотни раз, меня еще тогда и не было на свете. С тех пор многие сотни тысяч лет прошли. И так было бы всегда и впредь. Но боги тоже стареют и умирают. Им на смену приходят их дети. И вот возник спор внутри нас самих. Один из правителей, молодой и амбициозный, по имени Невзор, пришел и сказал на очередном общем совете, что пришла пора нового очищения для людей, так как подконтрольная ему территория уже не так послушна как при его отце, люди задают неудобные вопросы жрецам и богохульствуют. Однако, среди нас нашлось немало тех, кто правил другими провинциями земли, и где таких проблем не было. Их все устраивало, и уровень развития людей, и текущий уровень цивилизации. Очередное очищение означало перерыв в несколько сотен лет прежде чем цивилизация выйдет на хоть сколько нибудь приемлемый уровень и популяция достигнет нужного количества. А надо сказать, что для нашего племени люди были не только рабами, но еще и обществом, средой, с которой они взаимодействовали. Без людей нам было банально скучно. Развитие культуры и искусства позволяло не чувствовать своего одиночества. В итоге на собрании произошел раскол – один из правителей, его имя было, скажем, Прометей, – выступил против очищения, и обвинил Невзора в том, что он свое плохое правление и неумение работать с подчиненными ему народами, пытается смыть невинной кровью. К Прометею присоединилась часть правителей, но далеко не все. Те, кто присоединился, справедливо считали что время великого очищения еще не пришло. При этом, у нас не было способа устроить такой катаклизм, который бы не затронул всю планету, а только какой-то конкретный участок суши, поэтому надо было выбирать – все или ничего.
Невзор обвинил Прометея в излишней симпатии к людям, и, так как в итоге у Невзора оказался перевес по голосам, Прометей был отдан под суд, и ему назначили кару, в качестве назидания другим. Великое очищение все же провели, однако раскол между нами уже произошел, и далее он только нарастал. Более того, некоторые правители предупредили подчиненных им людей о грозящих катаклизмах, и помогли части цивилизации спастись. Когда об этом стало известно, то было воспринято как предательство и попытка переворота. Ведь как ни крути, а могущество их опиралось в первую очередь на вверенное им население. Каким бы оружием они не обладали, среди таких же как они – все были в одинаковых условиях. Так и получалось, что чьи подданные более развитые и многочисленные, тот скорее всего выиграет любое противостояние, и возглавит сенат.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.